Привычная жизнь Тибидохса

Потянулись долгие дни до драконбольного матча с невидимками. Для Алёны они стали все однообразными: днём - занятия, вечером - тренировка. Не смотря на то, что ребята состояли в сборной Тибидохса по драконболу, учителя не думали делать им поблажек. В свободное время Алёна запиралась на крыше одной из башен школы и сочиняла там музыку или рисовала незабываемые пейзажи острова Буяна. Там она вспоминала свою прежнюю жизнь. Думала о маме, Алиске, Жене... Она обещала себе слетать к ним на зимних каникулах, навестить их. В один из таких дней Алёна сидела на чердаке Большой Башни. В руках девушка держала толстый альбом с зарисовками и карандаш, нанося им на бумагу линии лёгким движением руки. А в голове опять был беспорядок. Столько разных мыслей, столько вопросов без ответов... Дверь тихонько скрипнула, и кто-то вошел в помещение. - Ты здесь? - послышался недовольный голос. Алёна закатила глаза и повернулась к Матвею лицом. - Мне уйти? - спросила она, даже не собираясь вставать с кресла, в котором хорошо устроилась. - Можешь остаться, - разрешил парень. - Вдвоём веселее. - Спасибо, господин Бейбарсов, за Вашу доброту! - саркастично воскликнула Воронова. Матвей же только глубоко вздохнул, пропуская колкий выпад мимо ушей. Он понимал, что Алёна, как и он, сильно устала на сегодняшней тренировке, и эти слова вырываются из девушки бездумно. Бейбарсов устроился на диване, недалеко от Вороновой. На чердаке было уютно, ведь он часто тут бывает, поэтому позаботился, чтобы было на чём посидеть. Теперь по середине чердака можно увидеть журнальный столик, вокруг которого расположены диван и несколько кресел. Напротив двери стоит маленький камин - источник тепла. На полу лежат пёстрые мягкие коврики на потолке висит старая люстра, дающая достаточно света. Некоторое время Матвей сидел, откинувшись на спинку дивана, с закрытыми глазами. Он прислушивался к треску древесины в камине и лёгким соприкосновениям карандаша к бумаге. В таком положении парень пробыл примерно десять минут, а потом открыл папку для рисования, принесённую с собой. Бейбарсов удобно устроил её на коленях, положил на верх лист бумаги и достал карандаш. Алёна лишь скосила на него взгляд, но ничего не сказала. Её однокурсник сидел прямо напротив неё и изредка отрывался от своего занятия. В один момент он поднял голову от листа бумаги, задумчиво прислонил кончик карандаша к губам, а его глаза пристально начали изучать девушку. Воронова сначала сидела спокойно. Но взгляд был настолько заинтересованным, что она повернула голову в сторону однокурсника. Алёна встретилась с взглядом изумрудных глаз, в которых отражалдся огонь камина. Матвей слегка наклонил голову набок. В напряжённом молчании прошла долгая минута. Казалось, это не дрова трещали от огня, а воздух в комнате. Но девушке стало неуютно, и она не выдержала. - Что? - уверенно произнесла Алёна. Но ответа не последовало. Матвей оторвал взгляд от девушки и перевёл его обратно на бумагу. Карандаш снова заскользил по листу. Озадаченная Воронова тоже продолжила своё занятие. Прошло ещё несколько минут. Бейбарсов встал с дивана и потянулся. Алёна решила на это никак не реагировать. Она делала вид, что сосредоточена на рисовании. Её сбило только тёплое дыхание в шею. Карандаш остановился на полпути. Потом её кисть обхватила совершенно чужая рука и нанесла несколько линий на бумагу. - Неплохо, - похвалил Матвей. Его голос был тихим и низким. По спине Вороновой прошёлся табун мурашек, но виду она не подала. - Сама училась рисовать, или кто помог? - поинтересовался Бейбарсов, но голос его доносился уже со стороны камина. - Сама, - коротко буркнула девушка, продолжая рисовать. Будто ничего не было. - Понятно, - сказал Матвей. - Ну, тогда за ужином увидимся. После этих слов он захватил с собой папку и вышел с чердака. Алёна отложила альбом и карандаш и устало вздохнула. "Что ему надо? - думала она, имея в виду только что ушедшего однокурсника. - Что он добивается своими действиями? Я ему нравлюсь? Нет, это смешно. Да к тому же у меня есть парень. Решено, - если подобное ещё раз повторится, я выскажу ему всё, что думаю. А может и родителям его пожалуюсь." С этими мыслями девушка разминала затёкшие плечи. Она глянула в маленькое окошечко под потолком. Кусочек неба в нём был окрашен в оранжевые тона, что означало, что ужин скоро. Потом Алёна перевела взгляд на альбом, и начала собирать свои вещи. Она встала с кресла и хотела отправиться в свою комнату, но её внимание привлёк лист на диване. И как она сразу его не заметила? Воронова подошла ближе, взяла бумагу в руки и не смогла скрыть восхищённого возгласа - на листе была нарисована она. Вот почему Матвей так долго на неё смотрел. Алёна сидела в кресле, перекинув ноги через один подлокотник и облокотившись спиной о другой. На коленях лежал альбом, над которым девушка склонила голову. Волосы были перекинуты на дальнюю сторону, открывая красивый профиль. Лицо было сосредоточенным. Бейбарсов правильно нанёс тень и блики. И всё это за небольшой промежуток времени. Сама Воронова просидела бы с подобной работой около часа. Девушка сразу прониклась уважением к однокурснику. От Ады она слышала, что Матвей хорошо рисует, но не думала, что он профессионал. Гломова говорила, что его работы не видел никто, кроме неё самой и его родственников. Тогда почему он показал свой рисунок Алёне? А сомневаться, что он принадлежит именно Матвею, не стоило, ведь в правом нижнем углу стояла подпись Бейбарсова. Воронова поняла, что если не поторопится, то опоздает на ужин. Она аккуратно. сложила рисунок пополам, потому что он был формата А3, и вложила в альбом. девушка быстро добежала до своей комнаты, переложила лист бумаги во внутренний карман гитарного чехла и отправилась в Зал Двух Стихий.