Сверкающие глаза

- Командир, Бенезия и Явик направляются к вашей каюте, – раздался в наушном спикере голос вахтенного офицера.       - Принял, хорошо. Спасибо, – откликнулся Андерсон, поднимаясь из-за стола.       Любил он сидеть за этим столом. Здесь он чувствовал себя спокойно и комфортно. Конечно, редко когда удавалось сидеть за столом часами – дела, проблемы, заботы требовали его присутствия за пределами каюты. Теперь придётся вылететь в Константу, поговорить с чиновниками центральных аппаратов, составить множество документов, подписать договоры. Что-ж, начинается настоящая работа, а не «полети, забери, привези, отдай».              - Проходите, – сказал Андерсон, увидев входивших в каюту протеанина и азари. – Присаживайтесь, – коротким скупым жестом командир фрегата указал на два кресла, стоявшие у рабочего стола.       Отметив, что Явик пропустил Бенезию вперёд, когда входил – может, протеане тоже рассматривают азари как женщин, а не как бесполое «оно» - Андерсон дождался, пока гости усядутся, и продолжил:       – Давайте обсудим, что нам следует делать в изменившихся очень серьёзно условиях.       - Условия действительно изменились, капитан, – сказал Явик. – Я понимаю, вы уже изучили карту, переданную вам Жнецом.       - Саркофаги и подземные уровни базы станут одним из главных направлений нашей работы, – подтвердил Андерсон. - К её осуществлению придётся привлекать только членов экипажа и команды фрегата. Местным жителям знать о такой находке – не следует.       - Я поддерживаю это ваше решение, капитан, – ответил Явик. В его голосе почти не слышалось стрекотание. – Мы вполне обойдёмся своими силами. Я хочу принять в этой работе самое непосредственное участие. У меня есть некоторые способности и некоторые возможности, которые позволят, во-первых сохранить многое в тайне, а во-вторых, обеспечить эвакуацию выживших. Надеюсь только, что нам удастся найти корабль. Тогда выживших можно будет направлять на борт нашего, протеанского корабля. Не думаю, что корпус сильно повреждён, а значит, будет лучше перевести выживших именно на борт «Клинка Ярости».       - Поиски корабля станут вторым направлением нашей работы, Явик. Я уже озадачил наших инженеров, техников и службу РЭБ, они сейчас работают над решением связанных с этим направлением проблем, – сказал Андерсон. Явик утвердительно кивнул, подтверждая, что об осуществляемых работах ему уже кое-что известно, и он вполне удовлетворён их ходом. – Третьим направлением придётся сделать взаимодействие с археологами. Они, как я понимаю, слишком увлеклись и теперь их увлечённость предстоит ввести в жёсткие рамки.       - Именно так, – глаза протеанина сузились. – Они слишком активны. И эта активность вредит артефактам. Я предполагаю, что мы должны установить очень жёсткие рамки.       - Вряд ли археологам это понравится, – сказала Бенезия.       - Дело не в том, что им нравится или не нравится, – повернулся к сидевшей напротив азари протеанин. – Дело в том, что впереди у нас – война, а археологи раз за разом, не имея точных указаний, где что находится под поверхностью планеты, роют всё новые и новые котлованы, выводя огромные участки плодородной земли из сельскохозяйственного оборота. Это уже вызывает недовольство, а как только станет известно, что до войны со Жнецами осталось всего ничего – это недовольство приобретёт характер противостояния, – уточнил воин древней расы. - Мы не можем допустить это противостояние, поэтому придётся гасить излишнюю активность археологов и вводить эту активность в строгие рамки.       - Я уже распорядился подготовить на основании карты, полученной от Жнеца ряд других вариантов карт с меньшим объёмом достоверной информации, – сказал Андерсон. – Работа уже осуществляется и скоро будет завершена. Имея такие карты, мы сможем пообщаться с местными гражданскими и военными властями. Раскопки придётся брать под охрану, а не только под наш контроль.       - Здесь вы тоже правы, капитан, – кивнул Явик. – Многие артефакты мне придётся изымать. Они представляют ценность, прежде всего, для моей расы. Если я – не одинок, то они должны быть переданы моим соплеменникам и соотечественникам. Фактически – исчезнуть из сферы досягаемости гражданских и военных властей и жителей Иден-Прайма. И уж конечно они никуда не должны уйти с планеты иначе, чем на борту нашего протеанского фрегата, – губы протеанина тронула хищная усмешка. – Далеко не все артефакты нам действительно будут так уж и необходимы, так что некоторые из находок я с радостью оставлю в распоряжении учёных. Им вполне хватит работы.       - Хорошо. Теперь о том, кому мы доверим работу на раскопках, – сказал Андерсон.       - Если позволите, капитан, то на раскопках, не связанных с кораблём или подземными уровнями, пусть работают профильтрованные нами археологические партии, – ответил протеанин. – А вот на раскопках, связанных с кораблём и с подземными уровнями будут… - он помедлил. – Пусть там работают те же археологи, которые работали над извлечением маяка. В конечном итоге они выкопали и не только выкопали, но и нашли самый ценный артефакт и им, я полагаю, вполне можно доверить и такую работу. Их безопасность и их молчание я вполне могу обеспечить и гарантировать. Своими средствами. Другим… я доверить это не могу. Пусть эти другие работают над менее важными раскопками, не связанными с двумя основными для нас с вами тайнами протеанской цивилизации, – стрекотнул Явик. – Тут есть одна проблема, командир. – Явик активировал свой инструментрон, развернул экран к хозяину каюты. – Прежний руководитель экспедиции, выкопавшей протеанский Маяк – сотрудник «Цербера».       Андерсон не стал даже смотреть на Явика – он понял, что протеанин сказал об этом не просто так.       Набрав на своём инструментроне несколько команд, он получил информацию о том, что бывшая руководитель археологической партии отозвана в распоряжение центрального аппарата и уже уехала из района. А новый руководитель археологической партии не был ни разу замечен в связях со столь проблемной организацией и, скорее всего, не был её агентом, даже «спящим». Теперь доктор Сташинский руководил археологами, которым предстояло соприкоснуться, если, конечно, Явик позволит, с ещё большими тайнами протеанской цивилизации – кораблём и саркофагами. Без помощи археологов обойтись было практически невозможно. Добраться до подземных уровней и разобраться с выжившими, запертыми в своих саркофагах протеанами можно было силами экипажа и команды фрегата. А вот с кораблём… если он действительно засыпан на приличной глубине, без помощи техники, находящейся в распоряжении археологов, нечего было и думать добраться до бортов фрегата в разумные сроки. Не напрягать же постоянно протеанина, пусть и обладающего немалыми возможностями.       - С археологами из партии, руководимой доктором Сташинским, я пообщаюсь, капитан, – прострекотал протеанин, поняв причину молчания Андерсона. – Это – мои заботы. Без их помощи, без их техники – мы слишком надолго задержимся на планете, а каждый день задержки – это лишний день для усиления интереса к планете со стороны Совета Цитадели. Пришлют парочку Спектров или неких агентов – и нам будет сложно. А археологическая партия… нам пригодится, – протеанин помедлил несколько секунд. - С «Цербером»… Эту проблему мы будем решать комплексно и она, думаю, требует отдельного обсуждения, которое мы проведём позднее. А сейчас вернёмся к оперативным задачам.       - Вы правы, Явик, – кивнул Андерсон, набирая на инструментроне несколько текстовых заметок. – Хорошо, с этим решили.       - Вы, Шепард, я, Бенезия - так или иначе, пообщаемся с руководством планеты и района. С этого придётся начать, командир, – продолжал протеанин. – Не хочется, конечно, тратить время на общение с чиновниками, но протоколы и ритуалы надо будет соблюсти хотя бы в минимальной степени. Чиновникам надо дать понять, что у нас достаточно возможностей контролировать и направлять развитие ситуации на планете в нужное русло. Тогда чиновники не будут даже пытаться нам мешать.       - Будем привлекать Сарена и Найлуса? – спросил Андерсон.       - Обязательно, – подтвердил протеанин. – Они – Спектры и пока что я не слышал, чтобы Совет Цитадели как-то ограничивал и лишал их полномочий. Обоих, – уточнил воин древней расы. – Они – хищники и их поддержка нам будет необходима. Надавят, где надо и - сократят время реагирования наших оппонентов.       - Хорошо, будем привлекать, – согласился командир корабля. – Тогда их тоже включаем в группу, вместе с ними делаем визит вежливости в столицу – Константу, а потом возвращаемся сюда и - начинаем работу. Основную её часть.       - Надо бы уточнить район с саркофагами, командир, – сказал Явик, усилившимся в голосе стрекотанием выдавший, а может быть – и не особенно желавший скрывать – своё волнение. - Я не верю, что мой саркофаг был очень далеко от остальных. Глубина, конечно, там, учитывая изменения, происшедшие за пятьдесят тысяч лет, побольше, но…       - Я уже озадачил службу РЭБ и другие службы, – сказал Андерсон. – Они работают. Пока мы не хотели привлекать внимание, но теперь, – он набрал на клавиатуре своего инструментрона несколько команд, просмотрел полученные короткие ответы-квитанции. – Мы подняли дополнительные дроны со сканерами. Нужно два часа для полного сканирования района. С разных высот, – уточнил Андерсон.       Явик кивнул, вполне удовлетворившись ответом, искоса взглянул на Бенезию, хранившую молчание и ничем не выказывавшую своего отношения к услышанному и к увиденному.       - Матриарх, вам будет лучше принять участие в налаживании контактов между нормандовцами и местным населением. С чиновниками вам не стоит плотно общаться. А вот с обычными жителями планеты… Здесь вы нам окажете огромную помощь – я в этом не просто уверен – убеждён, – сказал Андерсон, правильно истолковав взгляд протеанина. – У Карин, как вы уже убедились, есть немало подруг, а женщины… они смогут пообщаться с местными жительницами и многое им пояснить. Со своей стороны вы тоже можете здесь немало сделать.       - Я поняла, Дэвид, – кивнула матриарх, не пожелавшая, как понял Явик, обратиться к Андерсону как к командиру корабля и использовавшая в качестве обращения имя «первого после бога на борту». – Хорошо. Я переговорю с Карин и её подругами. Вы правы… нам нужно решать эту проблему комплексно. Местные жители, особенно – дети и подростки, уже неоднократно, уверена, проявили самый непосредственный интерес к месту, где располагался саркофаг, – она взглянула на протеанина. – И уж они-то точно знают, где что происходит и где что лежит. С их помощью мы сможем заблокировать доступ на раскопки чужаков. Под чужаками я понимаю всех, кто не включён в число допущенных к тайне раскопок, – уточнила матриарх. – И нам, возможно, потребуются люди для осуществления земляных работ. Техника – хорошо, а руки разумных органиков она всё равно заменить не может. Если местные жители будут получать плату за участие в раскопках – они будут заинтересованы хранить тайну. С оплатой тоже придётся решать вопрос в тесном взаимодействии с местными властями Идена и района.       - Думаю, что военнослужащие местного гарнизона… - сказал Андерсон.       - И полицейские из планетного контингента сил правопорядка, – вставил протеанин, убравший из голоса стрекотание.       - Также будут заинтересованы в том, чтобы раскопки приняли упорядоченный характер, – закончил свою мысль командир корабля. – Значит, охрана районов раскопок будет достаточно плотной. Об этом также надо будет подробно переговорить с чиновниками. В основном, конечно, местными. Центральных чиновников нечего посвящать во все детали – они всё равно не смогут их все удержать под контролем, а уж с пониманием этих деталей у них – большие проблемы. Предлагаю коллективно обсудить эти самые детали и придти к общим выводам, – сказал Андерсон. – Понимаю, что нам опять придётся проигнорировать еду, но время – дорого.              Несколько часов матриарх, протеанин и командир корабля обсуждали варианты развития событий, делая заметки на своих инструментронах. Бенезия перестала воспринимать себя как лишнюю и поняла, что человек и протеанин заранее просчитали, где и как она могла бы сыграть далеко не последнюю роль в обеспечении скорейшей реализации сложного и важного плана.              - Ограничимся пайками. – Андерсон встал, подошёл к шкафу, быстро достал и распаковал пакеты. – Ходить в столовую фрегата – нет никакой возможности, – он перенёс распакованные пакеты на стол, отодвинул в сторону инструментрон. Протеанин и азари расхватали пакеты, принялись за еду. – Надо бы узнать, как там Шепард.       - И не только Шепард, капитан, – уточнил Явик, первым опустошивший пайковый пакет. – Но и Найлус с Сареном. Я уверен, что турианцы уже нашли между собой общий язык. А Шепард и так понимает, что мы не можем бесконечно бездействовать.       - Карин. – Андерсон склонился над своим инструментроном и, уважая право командира корабля на приватность, Бенезия и Явик встали из-за стола, отошли к иллюминатору, по-прежнему закрытому бронекрышкой. – Как состояние Шепарда и Сарена?       - Они в полной норме, Дэвид, – тихо ответила врач корабля. – Сарен дремлет, недавно поел, а Шепард… Шепард продолжает спать. Хотя, – она отвлеклась. – Он уже не спит.       - Я готов к работе, командир, – на экране инструментрона появилось лицо старпома. – Отоспался. Благодаря чудодейственному отвару, приготовленному Карин, я чувствую себя помолодевшим и отдохнувшим.       - Мы, похоже, разбудили Сарена, – послышался голос Чаквас.       - Ничего вы меня не разбудили. Турианский слух… Никуда от его остроты не денешься, доктор. – Артериус, появившийся в «кабинетике» главы Медслужбы корабля, посмотрел на Чаквас, подошёл ближе к инструментрону. – Командир Андерсон, я готов к работе.       - Тогда, – капитан на секунду задумался. – Приходите оба сейчас ко мне в каюту. Есть разговор. И по дороге загляните к Найлусу, пусть он тоже приходит. Для всех вас есть работа.       - А для меня, Дэвид? – Чаквас села за рабочий стол, а Шепард и Сарен встали по бокам кресла. – Или…       - Переговори пока со своими подругами, пусть подумают над тем, как бы поплотнее пообщаться с местными женщинами. Сама понимаешь, о чём.       - Понимаю. Хорошо, что не отодвигаешь меня в сторону, Дэвид, – едва заметно усмехнулась Карин. – Поговорю. Обязательно, – она повернулась к турианцу и старпому. – Идите. Мне тоже надо идти, – она встала, привычно провожая выходивших из медотсека пациентов взглядом. – Сделаю, Дэвид. До связи.       - До связи, Карин. – Андерсон дождался, пока врач корабля первая не разорвёт соединение, потом встал. – Сейчас они подойдут. Все трое.              Протеанин, поднявшись со своего кресла, собрал пустые пайковые пакеты, отправив их в утилизатор, после чего пододвинул к рабочему командирскому столу ещё три кресла.              Первым в каюту вошёл Шепард, за ним – Найлус и последним порог командирского обиталища переступил Сарен. Они разместились в свободных креслах и вопросительно посмотрели на Андерсона.       - У нас действительно есть работа, – подтвердил командир фрегата. - Для всех вас и для всего экипажа и команды корабля. Основные направления этой работы мы уже определили. Теперь наступило время уточнить и распределить нагрузку. Этим мы сейчас и займёмся.       Подождав, пока Найлус, Сарен и Шепард активируют свои наручные инструментроны, Андерсон коротко изложил план работы на ближайшее время, выслушал уточнения и предложения, что-то исправил на экране своего инструментрона.              - Хорошо. Тогда – подготовьтесь к визиту в Константу. Всё, – уточнил Андерсон. – Наша изоляция, можно считать, подошла к своему закономерному концу. И теперь вокруг периметра запретной зоны будет весьма много всяких разных свидетелей и соглядатаев, – командир фрегата встал. За ним поднялись все гости каюты. – Встречаемся в ангаре у челнока.