Сверкающие глаза

      - Капитан, статус аномалии подтверждён. – на связь с Шепардом, уже шагавшим к командирской каюте вышла Оливия. – Я буду с вами и вашей группой постоянно на связи – там немало роботов.       - Роботы?       - Груз корабля, капитан. – Оливия помедлила. – Он перевозил роботов и они… мягко говоря, взбесились. Сканирование подтвердило их значительную численность и готовность убивать любого, кто попытается подойти к кораблю или уйти от него. Не думаю, что кто-то из экипажа органиков сохранил жизнь. Пожар, разрушения просто катастрофические. Самое точное сканирование на пределе разрешающей способности аппаратуры не показывает никаких признаков органической жизни.       - Что в протоколе излучаемого сигнала бедствия?       - Каша, капитан. – Оливия снова помедлила. – Зачитываю самый точный перевод: «Общая тревога. Общее бедствие. Процесс реинициализации маяка – прерван. Ошибка процесса перевода на режим. Статус операционной системы – неизвестен». Странно, что мы ещё получаем какую-то информацию. Обычно роботы таких проколов не допускают.       - Ясно. – Шепард кивнул подошедшему Аленко и оба офицера вошли в каюту командира. Андерсон как раз знакомился с новыми данными, выданными Марком на большой настенный дисплей. – Разрешите, командир.       - Разрешаю. Подойдите, посмотрите. Вам нужно будет взять тяжёлое вооружение и побольше бронебойных зарядов. Оливия и Легион доказали, что основными вашими противниками там будут роботы. Сарен настоял на необходимости использования снайперки, я согласен – на ранних стадиях операции она будет кстати. Но потом – только дробовики или штурмовые винтовки. – Андерсон переключил экран. – Взгляните, вот данные погодной станции фрегата, а вот. – он включил дополнительный дисплей рядом на стене. – данные погодного центра крейсера. Они свидетельствуют о подходе песчаной бури с северо-запада, потому – соблюдайте осторожность, чтобы не попасть в этот песчаный вал. Видимость упадёт до нуля, ветер, абразивы… Сами знаете, что в результате может быть. Надо будет осмотреть корабль, найти документацию, всё, что позволит выяснить причины происшедшего и сценарий катастрофы. Реальный сценарий. – Андерсон рубанул ладонью воздух. – Мы готовимся к вторжению Жнецов, а тут корабль с литерным грузом врезается в скальную гряду.       - Командир, разрешите? – на пороге каюты встала Оливия, уже облачённая в свой церберовский тяжёлый бронескафандр, только забрало шлема не было закрыто. – Прошу разрешения присоединиться к группе высадки. Там необходимо будет быстро решать и потрошить системы связи и информации. К тому же мой скафандр в отличие от скафандра Марка или облачения Легиона пригоден к работе в условиях песчаных бурь – меня готовили к таким сценариям, сэр.       - Шепард? – Андерсон повернулся к старпому.       - Командир, она права. Там роботов…       - Хорошо. Разрешаю. – кивнул командир фрегата.       - Ясно, командир. – Оливия встала рядом с Шепардом. – Я готова.       - Вижу. Высадку – разрешаю. – по-уставному сказал Андерсон, козырнув офицерам и Оливии. Те козырнули в ответ и покинули каюту командира фрегата.       - Корабль перевозил платину. – отметила Оливия. – При ударе ящики первыми высыпались из повреждённых грузовых отсеков. – она огляделась по сторонам, вскинула винтовку. – Вон там первый. Надо маркировать, по возможности потом – соберём. Сейчас надо ждать нападения роботов.       - Капитан. – Аленко наклонился, поднял датапад. – Смотрите, это с корабля. Здесь доклад о положении дел на корабле. В докладе указывается, что ВИ судна вышли из-под контроля и капитан был вынужден отключить их всех, что закономерно резко усложнило задачи экипажа.       - Повреждения механические очень значительны. – сказал Дженкинс. – Они действительно совершали жёсткую посадку. Я бы не назвал её даже аварийной, скорее уж вынужденной. Условия для посадки негодные.       - Разделяемся. – сказал Шепард, не доходя двухсот метров до кормы корабля. – Вы, Аленко вместе с Дженкинсом и полисменами, - четверо десантников кивнули. – прочешете правую сторону. Мы прочешем левую. Встретимся при необходимости. Здесь достаточно переходов.       - Есть, капитан. – лейтенант со своими ушёл в указанном направлении. Старпом повернул налево и вскоре в луче поискового фонаря, едва пробивавшего дым от пожара, блеснул ридер, прислонённый к ящику с платиной. Наклонившись, Шепард протёр стекло и увидел строки навигационного журнала. Вчитываясь в данные, капитан не забывал смотреть по сторонам. Оливия с Найлусом пометили маяком ящик с платиной и вернулись к Сарену, стоявшему возле Шепарда.       - Вижу другой датапад, капитан. Разрешите? – спросил старший Спектр. Старпом кивнул и турианец в два прыжка достиг места, где лежал читальный аппарат, поднял его, отряхнул от пепла и пыли, после чего уже не спеша вернулся к группе. – Здесь, капитан, приказ об эвакуации судна, комплект программных установок ВИ на момент выключения их систем, указанием на количество грузомест. – он вгляделся. – Да, фактически грузовая декларация судна, сэр. – Сарен открыл в ридере нужный файл. – Да, действительно. Корабль перевозил большое количество роботов.       - Прячутся где-то. Хотят на обратном пути, вполне вероятно, нас заблокировать и не пустить ни к челноку, ни просто от корабля дать отойти. – отметил Аленко, чуть не озвучив мысль о братской могиле.       Поднявшись на плато, где располагался цилиндр автоматического маяка бедствия, Шепард с Аленко нашли ридер с отчётом системы безопасности корабля. Из него, носившего весьма обрывочный и хаотичный характер, всё же можно было заключить, что роботы на борту «Корсики» и стали причиной катастрофы корабля. А активизировал роботов некий передатчик, который, как указывал локатор, продолжал действовать и выдавать некий сигнал.       Оливия, изучавшая параметры сигнала, хмурилась и мрачнела.       - Если мы его отключим – все роботы будут нападать на нас, коллеги. – произнесла киборгесса, очнувшись от размышлений. – Так что нам надо подготовиться. – она оглядела обломки. – Они не дадут нам просто так вернуться к шаттлу. Тем более, мы потратили на путь сюда предостаточно времени и песчаная буря начнётся через десяток-другой минут. Не думаю, что двигаться назад нам будет очень легко.       - Ясно. – Шепард вскинул винтовку. – Я отключаю этот передатчик, а вы блокируете подход роботов.       - Капитан, я могу подвести шаттл к обломкам. Прямо над вами зависнуть. – раздался голос водителя-полисмена.       - Дарт, не надо. Они вооружены и сообща быстро изрешетят машину. На тросах тоже будет проблема подняться. – с минуту помедлив, сказал старпом. – Оставайтесь на прежнем месте. Мы будем прорываться.       - Ясно, капитан. Мы вызвали второй, вооружённый челнок.       - Пусть ждёт рядом с вами. Не допускайте к себе роботов. Тут их, по документам, было больше двух сотен.       - Пыльная буря приблизилась. – сказал Аленко, когда Шепард, отключив передатчик, возвратился к группе. – Мы ничего особенного не нашли, зато засекли позиции групп роботов, капитан. Чем мы будем ближе к челноку, тем они будут ожесточённее сопротивляться. Буря звереет на глазах. Надо поспешить, иначе в таком мареве даже челнок не сможет взлететь быстро.       - Ящики с платиной оставляем? – спросил Дженкинс.       - Да. Деактивируйте маяки и подорвите приборы, Ричард.       - Слушаюсь, сэр. – капрал склонился над инструментроном. – Выполнено, сэр.       - Тогда - вперёд. Уже первая волна ЛОКИ появилась. - старпом указал на десяток астеников-роботов, вскинувших пистолеты и что-то пропищавших неразборчиво в шуме поднимавшегося ветра. – Огонь только по головам и по конечностям.       Волна за волной роботы атаковали двигавшуюся к позиции эвакуации группу высадки. Кроме ста двадцати лёгких ЛОКИ нормандовцев пытались задержать десять ИМИРов, но киборгесса точными выстрелами сразу с двух штурмовых винтовок, снаряженных бронебойными зарядами, в первую очередь выбивала им суставы рук и ног, после чего гиганты обрекали себя на немедленную самоликвидацию и подрывались. Взрывы больших роботов наносили повреждения малым ЛОКИ, что облегчало задачу членам прорывавшейся группы высадки.       Двигаясь зигзагами и немного запутывая прибывавших ЛОКИ, группа подбирала попутно многочисленные рассыпанные датапады и ридеры, в которых могла содержаться ценная информация о происшедшем.       - Датапады в основном содержат короткие разноплановые сообщения, сэр. – Дженкинс, успевавший стрелять, одновременно старался быстро просматривать заголовки закачанных на читальные аппараты многочисленных файлов. Ридеры в основном содержат информацию о самом судне. – капрал увидел, как вперёд его ушли оба турианца. – Сообщается о повреждении основных и вторичных ядер, неполадках в системе контроля нуль-элемента, протечках топлива на технической палубе.       - Восхитительное начало. – процедил старпом, отстреливая голову очередному астенику-роботу. – Как фамилия капитана?       - Некий Крэтт, сэр. – ответил Дженкинс. – Далее говорится о невозможности реанимации навигационного статуса судна по причине неработоспособности системы ручного управления. Сообщается, что был набран код, согласно которому ВИ контроля навигации был отключён в числе первых, для чего был введен капитанский код.       - Который теперь уже не действителен. – Шепард трёхзарядной очередью умертвил очередного ЛОКИ, посмевшего вскинуть пистолет и направить его в сторону Найлуса, занятого отстрелом из винтовки напавшей с левого фланга группы из пяти ЛОКИ.       - Да, сэр. – согласился капрал. – Они дотерпели до момента, когда была обнаружена значительная близость поверхности планеты. При этом возникли неполадки в системе жизнеобеспечения. По смыслу сообщения выходит, что для возврата к каким-либо нормативным показателям ВИ системы жизнеобеспечения был отключён капитаном с вводом того же пароля. Показательно, что нарушений в работе щитов корабля не было обнаружено. А вот сетевая инфраструктура корабля… Экипаж довольно быстро заподозрил, что она была инфицирована, сэр. Капитан в очередной раз своим паролем отключил ВИ, контролировавший критические системы. Коммуникационные системы корабля были повреждены компьютерным вирусом, причём вирус сумел добраться до основных систем довольно быстро. Капитан принял решение выбросить маяк бедствия.       - Грузовая декларация? – Шепард нащупал в прицел голову очередного ЛОКИ, плавно выжал спуск и убедился, что робот мёртв, после чего обернулся к капралу. – И?       - Броня на станцию Джаррахе. – севшим голосом произнёс Дженкинс. – Не понимаю, сэр. ERCS. Эта аббревиатура мне не знакома.       - Это может быть искусственный интеллект, капитан. – Оливия подошла поближе к Шепарду. – И нам придётся заниматься ещё этой станцией. Подозреваю также, что ею дело не ограничится. Дополнения, Ричард?       - Указано только общее количество. Сто восемьдесят роботов, причём ИМИРы не указаны, только ЛОКИ. Численностью сто восемьдесят. – едва выдавил из себя изрядно струхнувший капрал. - Адресат – Экспериментальный опытно-механический цех. На станции?       - Где же ещё… - процедил Шепард. – Полагаю, дальше в сообщениях – полный раздрай?       - Вы правы, сэр. – Дженкинс просмотрел файлы. – Отключены были датчики, контролировавшие ближние подступы к кораблю, ВИ этой цепочки сбоили по всему судну. Был отдан приказ об эвакуации, поскольку корабль отказался повиноваться приказам разумных органиков. Есть сообщения от членов экипажа, говорящие, что роботы в контейнерах активизировались одновременно… и многие из них сразу или почти сразу самоликвидировались, сэр.       - Так вот почему их не две сотни. – сказал старпом. – И никого из выживших членов экипажа?       - Никого, сэр. – подтвердил Аленко. – Мы проверили, хотя буря усиливается. Маяк бедствия дезактивирован. После абразивной ванны тут мало что останется. Челнок впереди, сто двадцать метров, сэр.       - Бегом. Нам ещё на нём сквозь бурю прорываться! – Шепард рванулся с места, стараясь не уходить далеко вперёд. Спустя двадцать секунд он последним поднялся на борт зависшего в метре от поверхности планеты кораблика и захлопнул крышку бокового люка. – Взлетаем! – обратился он к водителю. Тот кивнул и челнок, колеблясь, стал набирать высоту.       - Подведём некоторые итоги, коллеги. – Шепард подождал, пока нормандовцы немного придут в себя. – Торговый корабль МСВ «Корсика» по документам является транспортным кораблём, перевозившим роботов из сборочного цеха «Хане-Кедар» на станцию Джаррахе, принадлежащей компании «Эланус Риск Контрол Сервисез». Корабль разбился, когда роботы, перевозимые кораблём, вдруг активировались и начали убивать персонал. От полученных внутренних повреждений у корабля отказали все системы управления. После крушения включился аварийный маяк. Все органики – члены экипажа корабля мертвы.       - Это так, капитан. Но значит ли это, что роботы не были инфицированы раньше. – спросил Аленко.       - Может быть. Что нам известно об этом сборочном цехе «Хане-Кедар»?       - Немного, сэр. – лейтенант активировал свой инструментрон. – Завод расположен на планете Капек и занимается экспериментальным изготовлением роботов в промышленных партиях для сторонних, точнее – неправительственных охранных организаций.       - Оливи, связь с заводом?       - Молчат все каналы. Похоже, там никого нет из органиков, Шепард. – уточнила киборгесса.       - До стыковки с фрегатом – шесть минут. – доложил водитель.       Шепард кивнул, просматривая информацию на инструментроне. Получалось, что они захватили вторую часть трёхзвенной цепочки. Капек располагался в туманности Титана, запланированной как следующая подлежащая сканированию и лоцированию система. Сам Капек был каменистой и безводной планетой, покрытой водородно-этановым туманом и нещадно обжигаемой жаром белого солнца системы.       Чёрный и жёлтый цвета на этой планете были основными для ландшафта и для неба. В основных базах данных не было никаких данных о наличии на планете поселений, однако сканеры многих кораблей, как сообщил Марк, определяли наличие на планете металлических аномалий, по своим характеристикам схожих со строениями, имеющими твёрдую крышу.       Станция «Джаррахе» располагалась в туманности Орёл в системе Страбо – там были разведаны единственная планета и астероидный пояс. Шепарду, читавшему данные об этой станции, переброшенные на его инструментрон Марком, стало казаться, что именно на борту станции находится ключ к разгадке причины неисправности роботов, атаковавших «Корсику». Общедоступных данных об этой станции в открытом доступе было немного. Станция носила саларианское название, не значилась в числе заправочных станций гелия-третьего, принадлежащих к системе Альянса. Население не превышало почти никогда сотни человек, точное количество поселенцев было неизвестно, длина станции не превышала полутора километров, масса была также небольшой. – не больше четырёхсот тонн. Плохо понимая, где тут допущена ошибка в числах и какого рода эта ошибка может быть, Шепард посмотрел на Оливию.       - Предполагаете, что данные фальсифицированы, капитан? – спросила киборгесса. – Подтверждаю. Есть одна интересная деталь – пролетавшие через систему корабли имели возможность заснять станцию в разных видах, что неудивительно – там нет других столь заметных объектов. Так вот, капитан, - она перебросила несколько папок с изображениями. – Обратите внимание на то, что станция имеет вытянутую форму и напоминает конфигурацией закрытый космический док. Прошу прощения, капитан, но я подозреваю, что Марк был не единственной частью новой мозаики Цербера. Второй частью этой мозаики является эта станция. – глаза киборгессы блеснули в свете софита салона. – Легион выкопал информацию, что все сотрудники этой станции были снабжены комбинезонами с уникальными ярлыками SR-2.       - Стеллс-разведчик – два? – спросил Шепард, стараясь сохранить спокойствие.       - Именно. – подтвердила Оливия. – Если есть капитан, для него должен быть корабль. Я тут подумала, что «Цербер», а за этой разработкой может стоять, с учётом необходимых ресурсов и затрат, только он, вполне мог озаботиться строительством улучшенной версии «Нормандии». Капитана-киборга было легче и быстрее создать, чем огромный фрегат. В то, что «Цербер» строил вторую Нормандию именно там – я не верю. Не те масштабы. Но то, что там могли разрабатываться детали, части, оснащение для новой версии фрегата – у меня не находится аргументов против этой версии, Шепард. Третьей частью этой новой церберовской мозаики становится новая версия фрегата, существование которой теперь следует считать почти что доказанным.       - Интересное кино получается. – сказал Аленко. – Но у меня тоже нет возражений. Может, следует просить командира фрегата о том, чтобы следующей системой стала именно та, в которой расположена эта проблемная станция? Разберёмся с этой системой и - сразу туда. У нас останется только завод в туманности Титана.       - С этой системой придётся долго разбираться. – подумав, сказал Шепард. – Но нам ничто не помешает сразу после её отработки уйти в Страбо. Решив проблему со станцией, мы отсканируем расположенную в Страбо единственную планету и сможем вернуться в более плотно населённые небесными телами звёздные системы туманности Орёл.       - Капитан, стыковка с фрегатом через минуту. – доложил водитель.       - Принял, спасибо. – Шепард увидел в боковой иллюминатор салона огни и силуэт корабля. – А если у нашей «Нормандии» есть младшая сестра, то мы её найдём и решим, что с ней делать.       Аленко и Оливия кивнули. Остальные члены группы высадки обдумывали услышанное, поэтому внешне никак не отреагировали.       - Умеете вы меня огорошить, Джон. – услышав о возможности существования улучшенной версии фрегата, Андерсон встал с кресла, прошёлся по каюте, мельком взглянул на Оливию. – Как сказал бы Кайден, Оливия, я снимаю перед вами шляпу. Ваш вариант укладки мозаики событий представляется мне весьма… работоспособным. Хорошо. – он вернулся за свой рабочий стол. – Мы исследуем три здешних планеты – Анхур, Собек и Сехмет и направляемся сразу в систему Страбо. Там только одна планета и эта подозрительная станция. – командир фрегата посмотрел на лейтенанта. – Кайден, проверьте все накопители информации. То, что мы встретим на этой станции – не может быть малозначащим. А когда мы закончим отработку всей туманности Орёл, мы обязательно посетим этот странный завод «Хане Кедар». Все свободны, коллеги.       Через четыре часа по кораблю разнёсся мелодичный сигнал горнов. По этому знаку все свободные от вахты члены экипажа фрегата отвлеклись от дел и встали, принимая строевую стойку «смирно».       Голос Андерсона, звучавший в динамиках громкой связи был сух и торжественен:       «Светлой памяти всех, кто погиб в справедливой борьбе с рецидивами рабства. Светлой памяти всех, кто испытал на себе ужасы предельно подчинённого положения. Светлой памяти всех, кто с оружием в руках поднялся против угнетателей и стал свободным, не смирившись с унижением. Минута молчания. – по кораблю разнеслись резкие, как удары бича, бьющие по нервам, чёткие удары механического метронома. Ровно шестьдесят ударов. Всё это время офицеры, сержанты, старшины и рядовые отдавали воинские почести борцам против рабства, а гражданские специалисты неподвижно стояли, приложив руки к сердцам. – Честь и память!».       Услышав последнюю фразу, экипаж и команда фрегата вернулись к выполнению своих обязанностей.       Такая же церемония прошла в то же самое время прошла на борту фрегата. Там свободные от вахт и неотложных работ офицеры, сержанты, старшины, рядовые и гражданский персонал выстроились в главном коридоре корабля в рабочей строгой форме. Стоя на правом фланге строя экипажа, Светлана Стрельцова вела ритуал и одновременно вспоминала, что Джон, её Джон спас от страшной перспективы личностного рабства Бенезию, снял проклятие рабства ардат-якши с Миралы, подарил возможность стать своей среди землян бывшей рабыне Торианина азари Шиале. Думая обо всём этом, Светлана чувствовала, как её переполняет благодарность Шепарду и обнимает чувство защищённости и спокойствия. Она теперь не одинока. Рядом с ней – родной по духу человек. Её Джон. И он достоин быть отцом её детей. Полностью и без остатка достоин.       Волговцы смотрели на своего командира и видели, как она меняется, обретает новую ступень совершенства. Личностного совершенства. Беременность Светланы ни для кого из волговцев не была тайной и её уже негласно дополнительно опекали, охраняли и немного даже баловали, насколько это было возможно.       Густонаселённый Анхур остался далеко позади. Под сканеры и локаторы кораблей отряда плавно взошёл Собек. И теперь волговцы и нормандовцы смотрели на эти планеты как на немых свидетелей величия человеческой чести и высоты духа. Люди не стали мириться с попытками деляг и политиканов низвести их до состояния бессловесных животных, не стали мириться с угрозой обезличивания. Работавшие за пультами люди думали о том, что и они, прошедшие на «Нормандии» и на «Волге» миллионы километров, тоже вносят свой вклад в то, чтобы удержать землян от угрозы падения в деградацию. А надвигавшаяся угроза удара Жнецов заставляла обиталей кораблей – и органиков и синтетиков работать качественнее, быстрее, лучше.       Водородно-гелиевый гигант Сехмет величаво вплыл в прицелы датчиков кораблей. Проходя мимо военного мемориала, крейсер и фрегат включили парадное расцвечивание в режиме «память» и в установленной точке произвели троекратный салют.       Окончив сканирование и лоцирование гиганта, отряд взял курс на Страбо, с пониманием восприняв информацию вахтенных офицеров о том, что ходовое время перегона составит восемнадцать часов. Перспектива разобраться с малоизвестной станцией заставляла экипажи обоих кораблей использовать этот временной промежуток для того чтобы как можно лучше подготовиться к встрече с угрозами и опасностями, которые, вне всяких сомнений, могли ожидать и на станции и рядом с ней.       Шепард с разрешения Андерсона приказал всем нормандовцам минимум восемь часов уделить на сон, а остальное время – на подготовку к встрече со станцией.       Единственной планетой системы Страбо был Антигар – водородно-гелиевый газовый гигант с пылевым кольцами и одиннадцатью спутниками, был открыт саларианской добывающей экспедицией, сбившейся со своего курса в результате ошибки компьютера. Детали саларианцы до сих пор не раскрыли, но с тех пор планета и система получили некоторую известность.       Войдя в систему Страбо корабли отряда прежде всего выполнили полную программу исследования Антигара и района его размещения, потом – общее сканирование маленькой системы и, наконец, в кратковременном дрейфе подготовились к сближению со станцией «Джаррахе».