Котенок

Она умерла под Рождество. Болезнь была долгой и тяжелой. В последние дни она лежала неподвижно, снова и снова повторяя имя того, кто был ей дороже жизни, кто забыл и погубил ее. Она страдала, как дано страдать лишь немногим на этой земле – и, наконец, в канун светлейшего из праздников, за несколько минут до полуночи, ее мучения закончились. Когда ее душа покинула тело, перед ней предстал Ангел. Он пришел, чтобы забрать ее на небеса – но она не желала идти с ним. «Даже рай станет для меня адом без моего любимого, - сказала она – Лучше я останусь в мире живых неприкаянным духом. Я стану кричащим от вечной боли ветром – и смогу стучать в его окно. Я стану безмолвной тенью – и смогу падать на его лицо. Я стану серой пылью – и он будет ходить по мне. А когда он умрет, я отправлюсь вслед за ним в адское пекло, и мы будем вместе сотни вечностей. Это все, что мне нужно, и я не хочу ничего другого.» Услышав ее речи, Ангел ужаснулся. Душа женщины была чистой и безгрешной, и он не мог допустить для нее такой ужасной судьбы. Долго думал он, как помочь ей, и, наконец, молвил: «Глядя на твою любовь и преданность к этому падшему человеку, я готов дать тебе шанс. Ты не останешься бесплотным духом – твоя душа сможет принимать множество форм – и ты, быть может, спасешь душу своего возлюбленного, так, чтобы у Господа была хотя бы крохотная причина найти ему место на небесах. Через год, в следующее Рождество, я вернусь. Если ты справишься – я заберу вас обоих. Если же нет – то больше я ничем не смогу помочь…» Ангел взмахнул крылом – и душу женщины окутала темнота. Вскоре она почувствовала, как ее дух облекся крошечной плотью, и в ней снова забилась жизнь – маленькая и слабая. Маленький организм тихо жил, не видя ничего вокруг – до тех пор, пока неведомая сила не потянула его наверх, к солнцу. Уже была весна. Деревья вокруг шелестели нежной зеленью, и маленькое существо, расправив крылья, с радостным жужжанием пустилось в первый полет. Существо было мухой, родившейся в теле той самой женщины, и до первого тепла жившей в земле, где ее похоронили. Муха жила так, как жили все остальные мухи – летала, опыляла первые цветы, надоедала людям. Но что-то не давало ей покоя. Ей казалось, что где-то ее ожидает нечто большее, чем обычная мушиная жизнь – но крошечный мозг насекомого никак не мог вспомнить, что именно. Как-то раз мимо пролетал воробей. Он искал еду для подруги, которая вот-вот должна была снести яйца. Из всех мух ему приглянулась та самая муха, в которой была заключена страдающая душа. Воробей поймал ее и поспешил к гнезду, где благодарная воробьиха с радостью приняла угощение. Муха погибла, но душа женщины не исчезла. Вскоре у воробьев вылупились дети. Один птенец не был похож на других. Он не пищал и не требовал еду – лишь тихо сидел в глубине гнезда, и задумчиво взирал на мир грустными, совсем не птичьими глазами. Душа продолжила жить в теле воробья. Наступил август, и птенцам настала пора покинуть родительское гнездо. В птичьем теле душа смутно вспомнила о своей задаче, и устремилась в город. Она кого-то искала – но никак не могла найти. В городе жила кошка. Люди выкинули ее на улицу – и она умирала от голода. Внезапно она заметила на тротуаре какого-то странного, очень задумчивого воробья. Недолго думая, кошка бросилась на него – а тот даже не шелохнулся. Подкрепившись, кошка почувствовала себя намного лучше. У нее появились силы, и уже ничто не могло помешать ей выжить. Через два месяца у кошки родились котята, а еще через три месяца, как это принято у животных, мать и дети разошлись. Была первая неделя января, с неба хлопьями валил пушистый снег, и в городе витало праздничное настроение. Душа женщины, обитавшая в теле воробья, съеденного кошкой, продолжила жить в одном из котят – и этот котенок наконец-то вспомнил, кого он должен найти и спасти. Он понимал, что скоро отпущенный срок истечет, но в огромном городе найти нужного человека казалось невозможным – да и как может шерстяной комочек спасти чью-то душу? Наступил канун Рождества, и котенок из последних сил носился по улицам, надеясь успеть. Внезапно он услышал лай собак и крик мужчины. Душа женщины сразу же узнала голос своего любимого – и котенок со всех ног побежал в ближайший двор. Едва увидев свору, окружившую человека, он бесстрашно бросился на злобных зверей, шипя и воинственно мяукая. Собаки от неожиданности попятились назад, и мужчина, воспользовавшись этим, поднялся с земли и побежал было прочь. Однако, пробежав десяток метров, он внезапно остановился. Надо сказать, что он был уже не тот злобный негодяй, каким был год назад. После смерти любившей его женщины что-то в нем перевернулось, и чувство вины грызло его все сильнее и сильнее. Возможно, желание хоть чем-то успокоить это чувство и заставило мужчину поднять с земли палку и вернуться туда, где вновь осмелевшие собаки с бешеным лаем гонялись за маленьким зверьком. После короткой битвы чудовища отступили, и котенок был спасен. Мужчина посадил его в карман и понес к себе домой. Пробила полночь, и наступило Рождество. На небе зажглась яркая звезда, и, словно вторя ей, в одном-единственном окне большого дома горел свет. Мужчина сидел у окна, гладил довольно урчащего котенка, и чувствовал, как метель, бушевавшая в его душе весь последний год, постепенно успокаивается. Он не знал, и до самой смерти так и не узнал, кто скрывался в обличье котенка – но это животное, ставшее потом красивой и ласковой кошкой, всегда дарило ему чувство мира и покоя. В ту рождественскую ночь за этими двоими наблюдал Ангел. Он признал, что мужчина, спасая котенка от гибели, худо-бедно заслужил свое место в раю. Ангел хотел забрать обоих в ту же ночь, как и обещал – но, глядя на посветлевшее от давно забытых добрых чувств лицо мужчины, и чувствуя радость воссоединившейся с любимым женщины, передумал. Он оставил их вместе на долгие-долгие годы жить и радоваться своему счастью.