Imagine one direction

Любви нет. Это бред, чушь, наивная вера и полный абсурд. Почему же вы, люди, этого не понимаете? Вы жалуетесь на недостаток любви, хоть сами ее никогда не испытывали. Все люди — эгоисты, они желают счастье лишь себе, забывая, что человек — просто игрушка Вселенной. Я сижу в гостиной, укутавшись в плед. На коленях — книжка, а на столе — горячий чай. Тебя все нет. Готова поспорить, что сейчас ты трахаешь какую-нибудь бабу, жарко пылающую в твоих объятиях. Сейчас ты забыл обо всем, даже о том, что дома тебя ждет любимая девушка. Сама себе перечу. Не любимая девушка, а та, которая ни на одну ночь. Открываю страницу "Дневника памяти" и строчки резко бросаются в глаза: "Если ты счастлива, Элли, и любишь его, я не буду тебя останавливать. Правда, если в глубине души ты не уверена, лучше не торопись. Назад дороги не будет." Резко захлопываю книгу и бросаю куда подальше. Она ударяется об стенку, и со звуком падает на пол. Не хочу читать такое! Все это — вымышленная реальность. Обхватываю голову руками. Как я могла повестись на тебя? Такого зазвездившегося, самовлюбленного, напыщенного придурка? Но не могу уйти от тебя, слишком привязана. Нет, не влюблена, это ведь просто тупое слово, не имеющее определенного понятия. Любовь — это то, во что верят девочки с наивными розовыми мечтами, но не я. Ты убил во мне жизнь, заставил страдать и мучиться. Слышишь, Найл Хоран? Поднимаюсь с дивана и бесшумно топаю в сторону кухни. Мельком оглядываю помещение и взгляд останавливается на сервизе с ножами. Подхожу к нему, вытаскиваю один металлический нож, подношу его к вене на левой руке. Насчет три. Один... Два... Три... Столовый прибор вываливается у меня из руки и ударяется об пол. Нет, я не могу. Я слишком слаба для этого. Открываю холодильник, вечно напичканный едой. Единственное, как могу заглушить свою боль — перебить ее вкусным запахом домашней еды. Ну почему мне не хватает сил, чтобы покончить с жизнью? На часах 3:00. Сижу одна, взгляд направлен в пустоту. Телефон вибрирует, но я даже не хочу смотреть кто звонит. Уверенна, что это ты — хочешь предупредить, что не явишься сегодня ночью. Мелодия, стоящая на рингтоне начинает надоедать и тянусь, чтобы отключить ее. На экране загорается "Зейн" и я еще пару минут проверяю, так ли это. Прикладываю трубку к уху, и только потом нажимаю "ответить". — /Твое имя/? Боже мой, я думал, что не дозвонюсь! Случилось ЧП, — Зейн произносит все так быстро, что картинки быстро сменяются у меня в голове. Ты. Машина. Столкновение. Смерть. Мое имя. Не верю в услышанное. Бросаю телефон, не дослушав твоего надоедливого друга до конца. Ты не мог умереть, не мог разбиться! Только через час до меня доходит, что ты никогда не вернешься. Зарываюсь в подушку и реву, что есть мочи. Найл, мой Найл... Тебя больше нет. Оставив меня одну, ты наконец будешь счастлив там, на небе? Назад дороги нет.

****

Иду вдоль берега, пиная мелкие камни, попадающиеся под ноги. Прошло уже два месяца с той аварии. Вспоминаю, как держала тебя за руку именно в этом месте, и ты смеялся, когда я поскользнулась и упала попой на землю. Воспоминания так бесценны. Улыбаюсь сама себе, когда твой смех всплывает в голове. Твои друзья, они ни разу не позвонили мне с того раза. Не позвали на похороны, поменяли номера телефонов. Почему, Найл? Смотрю под ноги и вижу развязавшийся шнурок. Нагибаюсь, чтобы завязать его. Слышу твой смех. Как он отчетливо сохранился у меня в голове. Ты разговариваешь, называя меня при этом почему-то "Мия". Замираю. Нет, не почудилось. Аккуратно выпрямляю спину, дабы не привлечь внимание. Поворачиваю голову туда, откуда исходил звук. Сердце разрывается на части, руки дрожат. Я вижу тебя. Ты идешь в непонятном направлении с какой-то шатенкой. Взгляд падает на твои руки — ты крепко сжимаешь ее талию, будто боишься потерять. Нет, это не можешь быть ты. Найл Хоран умер два месяца назад. Шатенка смеется, видимо над твоей очередной шуткой. Не верю своим глазам, поэтому протираю их. Все еще твой образ. Это ты. Хочется преодолеть это небольшое расстояние между нами и броситься к тебе на шею, сжимая в объятиях. Вижу, как какой-то брюнет подходит к вам и целует девушку рядом с тобой в губы. Ты обиженно закатываешь глаза. Брюнет протягивает тебе непонятную бумажку, и я понимаю — это Зейн. Он закуривает, потом протягивает сигарету тебе. Ты принимаешь ее и затягиваешься. Наблюдаю за вами около часа. Ты ни разу не посмотрел в мою сторону. Вы втроем о чем-то оживленно спорите и одновременно поворачиваете голову в мою сторону, я резко отворачиваюсь. Не хочу, чтобы ты узнал меня. Стою так еще несколько минут, но чувствую твой взгляд. Ты где-то совсем близко. — Девушка, что же вы одна-одинешенька делаете здесь? Присоединяйтесь к нам. Я Найл. — Говоришь ты, и становится еще больней. Ты не узнал меня. — Извините, но вы умерли, и мне не положено разговаривать с призраками, — нагло оборачиваюсь к тебе и слежу за изменениями в лице. Твоя улыбка исчезает. Страх появляется в глазах. — /Твое имя/?! — кричишь ты, не в силах совладеть с эмоциями. Не проронив не слезинки гордо отворачиваюсь. Ты предал меня, я не должна поддаться тебе снова. Бегу, бегу не разворачиваясь, хоть слышу свое имя вдалеке. Из-за набежавших слез не разбираюсь дороги, но все же прихожу домой. Плачу так же, как в ту ночь, когда сказали, что ты умер. Подхожу к тому же к ножу. Теперь я не боюсь, теперь я смелая. Подношу лезвие к руке...