***
Скуууучно! Что может быть хуже вечера воскресенья, когда делать уже особо нечего, погулять не сходишь: даже не покурить, потому что бросил... - Жек, я есть хочу, - заныл Антон. - И что прикажешь мне с этим делать? - ребенок, ей-богу, почему я всегда должен обо всех заботиться? Я хочу заботиться о любимой девушке, а не о бестолковом барабанщике! - А давайте закажем пиццу? - тихо произнес Маус. Он о чем-то увлеченно читал, сидя в большом кресле. - Всё равно всем лень шевелиться. Мы хорошо жили: дружно, весело, непринужденно и по-семейному уютно. У каждого было свое место, где он мог побыть наедине с собой. Я давно хотел, чтоб у меня была комната с балконом! И вот, мечты сбылись. Пока я не бросил курить - после секса или когда накрывает тоска -выходил на этот небольшой кусочек улицы и курил глубокими затяжками. Где-то месяц назад мы с Тошиком подцепили девушек, поехали с ними домой, выпили, разошлись по комнатам, а когда моя пассия, довольно улыбаясь, ушла в душ, в комнату проскользнул не менее довольный Ниженко и потащил меня на балкон. Так мы выкурили по сигаретке и обсудили прошедшие пару часов. Я тогда долго ржал над описанием Тошиного секса... - Хорошо, - я улыбнулся своим мыслям, от чего ребята удивленно меня посмотрели, - Звони, Тоша.***
Прошло ровно 25 минут, как и обещали в рекламе, которая висела у нас на холодильнике на всякий случай, когда позвонили в домофон. Тошик молниеносно примчался к двери и открыл курьеру, назвав этаж. - Женя! Тащи свою тушу с кошельком сюда! Я умру сейчас от голода, - крикнул мне Ниженко. Я нехотя поднялся с кровати, на которой до этого валялся, и поплелся к двери. Мое появление пришлось как раз кстати: послышалось, как останавливается лифт, открываются двери, и на лестничную площадку вываливается мальчик. Да-да, именно мальчик. Невысокий, волосы чуть выше плеч, открытый лоб без челки, потертая кожанка поверх белой майки и рваные джинсы. И эти детские глаза, придающие лицу столько невинности. Как будто на тебя смотрит твой маленький братик. Сейчас эти зеленые глаза ошалело бегали по мне и Тошику. - Зд... Здрасте, - запинаясь, промямлил курьер. - Ура! Еда-еда-еда! - Тоша аж весь засиял от счастья. - Цыц, Тош! Привет, - мне хотелось протянуть ему руку, но вряд ли это будет уместно. - Вот ваш заказ: пицца "Четыре сыра", "Вегетарианская" и "Пепперони",- мальчик протянул мне стопку пицц и сделал несколько шагов назад. Он что, боится? Нас? Мне стало смешно: - А деньги взять не хочешь? - его ресницы распахнулись еще шире. - Хочу! И автограф! - пискнул он. Ниженко закатил глаза и попытался вырвать пиццы из моих рук. Он терпеть не мог фанатские замашки. А мне было не жалко парню дурацкой закорючки с моим именем: - Конечно! У тебя есть чем? - он отрицательно помотал своей пушистой головой. - Ну хватит, а?! Я жрать хочу, просто адски! - снова заныл друг. - Потерпишь. Тащи ручку, - я прикрикнул на Тошу, который съежился от моего взгляда и быстро скрылся в квартире, - Как тебя зовут? - Меня? - как же меня смешит его искреннее удивление каждому моему слову, обращенному к нему. - Ну не меня же! - я опять не сдержал смех. - Саша, - буркнул мальчик. - Приятно познакомиться, Саш, - я поймал себя на мысли о том, какой Саша незащищенный и беспомощный... - Вот ручка: пиши ему любовное письмо и идем есть! - вякнул Тошик, протягивая мне маркер. - Забирай свою еду и вали, - после того, как голодный мелкий убежал, я снова обратился к Саше, - Где расписаться? Было видно, как на лбу проявились морщинки, показывающие, что мозг парня усиленно думает. Вот он посмотрел на свою майку, потом перевел зеленые глаза на меня: - На майке можешь расписаться? - Прямо на тебе? – это решение меня не сильно удивило. - Да, - он опустил взгляд. - Хорошо, что Тошик принес маркер, а то тебе было бы больно, - я поманил парня себе, и он приблизился, предварительно сняв куртку. Мне пришлось взять его за плечо, чтобы худой мальчик не качался, и стал писать. - А можешь упомянуть где-нибудь там Машу? - как будто мяукнул Сашка, а я удивленно на него посмотрел. У такого мальца уже есть девушка, а я все еще как лох один сплю!? - Это моя сестра, - прервал мои мысли мальчик. - Лет то тебе сколько, супер-курьер? А то поздно уже как-то, - почему мне хочется о нем заботиться? Что со мной не так? Левый чудак с улицы, а я его уже готов к себе в дом взять, отогреть, покормить и спать уложить на свою кровать, сам лег бы на диване. Я схожу с ума. Это отцовские инстинкты! - Да вовсе не поздно, - он изворачивается, пытаясь прочесть мою надпись, - девятнадцать мне. Я закончил писать и посмотрел на курьера. За моей спиной послышались шаги: это были Влад и Тоша: - Жек, пойдем уже, - сказал гитарист. - Да, иду, - я закрыл маркер, протянул Саше деньги и улыбнулся, глядя ему в глаза, - Спасибо. - Тебе, то есть, Вам спасибо, - затараторил мальчик. Мне снова стало смешно и мило от его смущения. Я зашел домой и закрыл за собой дверь. Очень странный парень. Я все думал о нем и никак не мог понять, что даже с ним не так. Мне хотелось бы с ним подружиться, наверное. - Жень, ты чего? - тихо спросил Влад. Я задумчиво жевал корочку от пиццы: - Да ничего, Влад, просто странный какой-то курьер попался нам. - Нормальный он парень, просто прическа пидорская! - вставил свои три копейки Тоша. - И то верно, - и правда, пидорская. Ха! Слишком много раздумий, пора спать.