Особенные чувства: "Привет, я Женя"

– Эй, телефон звонит, возьмите кто-нибудь! – крикнул я в пустоту. Женя еще спал. Мы уже придумали историю про эротический сон о Саше. Как можно было так себя не контролировать? Идиот! Тошик явился рано с утра, злой и взбешенный. С Машей поругался. Бедная моя девочка… Тяжело ей с ним. Хоть он и мирный, но такая заноза в жопе! Не долго попсиховав, Тоша убежал из дома, забыв на столе свой старенький телефон. Этот злосчастный телефон сейчас лежал на столе и разрывался звонком. Я, в попыхах пытаясь встать с кровати, больно ударился ногой. На кухне стол Маус: – Ты че завис? Это же Маруся... - меня раздражало, что он не любит ту, кто для меня смысл жизни. Конечно, Дима ревновал Тошу к ней, но ведь наш барабанщик заядлый натурал и ничего у Маус с ним не выйдет. Входящий вызов потух раньше, чем я успел ответить. – Ты, я заметил, ее только за глаза так называешь. Перезвони. Я включил автоответчик: “ Тоша, пожалуйста, приезжай! Тут ужасные дети и я не могу на них никак повлиять… Нужен пират. Прошу, быстрее…” Дима фыркнул: – Тоши-то нету. Кто ей поможет? – спросил он сам у себя. А я промолчал. Со скорость воды в унитазе, я стал собираться. Так, черные джинсы, платок вместо ремня, белая рубашка и жилет Жени… О, шутовская клипса, подвести глаза… Бандана! Идеальный пират. Я улыбнулся своему отражению. Как бы сделать свое лицо менее встревоженным, блин? Ладно, с этим разберусь по ходу. – Ребята... А что вчера было? – к нам с Димой выполз взъерошенный Женя. Видок у него был так себе… Маус неодобрительно следил за моими действиями. Пускай она девушка Тоши. Это не запрещает мне помочь подруге в трудную минуту, ведь так? – О, чувак, ты вчера конкретно набрался, но победил этого Ваню. А ты что, ничего не помнишь? Женя почесал лохматый кочан. Конечно, он все помнит, вот только сознается ли он нам и самому себе в пьяном сексе со другом? – Это помню. Помню, как в начале Сашка меня отговаривал. Помню, как Ваня упал и я выиграл. Потом... –запнулся Женя, – А потом... Чуваки, а где был Саша, когда вы пошли провожать Ваню? – С тобой. Спать тебя укладывал, а что? – Маусу очень хотелось узнать, как Мильковский будет вспоминать. – Мне кажется... Что я переспал с Сашей, – выпалил Женя. – Ахахах! – я слушал их из соседней комнаты. – Женьк, а Жек, тебе сны эротические теперь про Саню снятся?! Ахах! И кто был пассивом? – Он, – тихо буркнул Мильковский, – Все было так натурально... Ладно, я в душ, Придурки. - Как думаешь, он не поймет, что это было на самом деле? - грустно обратился ко мне бас-гитарист. - Не знаю даже… Пока снова это не сделаю - вряд ли. Ладно, я ушел, - натянув на ноги черные кеды, я выбежал из подъезда. Что я ей скажу? Тоша плохо себя чувствует, поэтому попросил меня? Или то, что он вышел, а телефон оставил? Блин… Я бы все отдал, чтобы быть на его месте! Так, вот дом. Этаж 8. Звонок. Черт, почему так тяжело нажать на кнопку? Что будет, когда она откроет дверь? Ааа!!! Я ни чуть не лучше Саши. Быть с Машей - моя мечта. Такая же, как и Сашина про Женю. Дерьмо… Дверь открыла моя прекраснейшая фея. Она плакала, опустив взгляд в пол, не замечая меня. Видимо, Маша хотела что-то сказать, но я ее опередил: – Маша... – я обнял ее, прижал к себе, пытаясь успокоить. – Владик! – она зарыдала еще сильнее, уткнувшись мне в грудь. – Ну-ну. Тихо, маленькая, не плачь, сейчас мы построим твоих мучителей, - я вытер ладонью ее слезы и завел обратно в квартиру.

***

- Как вы могли, дьяволята, обидеть прекрасную фею? Вам не стыдно? - дети стыдливо опустили глаза. Маша, сияя совей прекрасной улыбкой, стояла в сторонке и наблюдала за моими действиями. - Простите нас, Капитан… - пискнул Тоша. – А теперь — каждый должен подойти и извиниться перед феей! – я подтолкнул их к Маше. – Я всех прощаю. – она, приподняв подолы платья, сделала реверанс,– А теперь — все идем кушать торт в честь Антона и Владлены. Дети, как по команде, обернулись ко мне: - Брысь кушать торт! - рыкнул я. Девушка начала собирать разбросанные игрушки, а я стал следить за чертятами, которые мирно уплетали за обе щеки угощения. Неожиданно меня обняли сзади. От испуга я вздрогнул: – Что, папочка, напугала я тебя? –я развернулся к девушке и обнял нежное тело, улыбаясь, как придурок. – Дурында. Кто тебя вообще с детьми работать взял? – она театрально надула губы. Маленькая, глупая девочка, – Ладно уж... Перестань. Уже 7 часов. Скоро придут их родители и мы свободны. Погуляем? – Давай, - она продолжила меня обнимать, а я наслаждался этой близостью. Через десять минут в дверь позвонили. И мы засобирались. Маша вышла ко мне в модно изрезанной майке. Все дети облепили меня, крича, какой я классный, просили не уходить. - Наши отпрыски довольны, так что вот вам деньги, плюс на чай, - басил пузатый богач, протягивая мне конверт с деньгами. Как только мы вышли за пределы квартиры, я попытался всунуть девушке деньги: – Ты чего, это же твоя плата! Забирай! – У меня что, денег нет? Забыла, я — рок-звезда. Бери, - пытаясь остановить сопротивление этой кошечки, я прижал ее к холодной стене подъезда, всунул ей в сумку пачку и мы застыли. Я смотрел на ее манящие губы, изучал прелестный изгиб от носика к верхней губе, цепляясь взглядом за красивую родинку. Еще немного, и я не сдержусь - поцелую ее… – Поехали к нам с Сашкой? Кофе попьем... – я улыбнулся и отошел от нее, чтобы не наделать глупостей. – С огромным удовольствием, Марусь. – Не называй меня так, – зыркнули на меня два карих алмаза. – А если мне очень хочется, можно, мамочка? – Лааадно... - нехотя согласилась девушка.

***

– А вот и не правда! Я хорошо общаюсь с детьми, но только с теми, кто помладше, - оправдывалась моя Маруся. – Да-да, убеждай себя в этом, наивная... – мы ехали во автобусе и много смеялись. Когда я выходил из автобус, то заметил, что прямо под дверьми большая лужа. Я решил избавить кожаные сапоги моей девочки от влаги и перенес легкую фигуру из автобуса на сухую землю: – Ты сегодня прямо мой рыцарь... – пролепетала она. Чуть позже я открыл перед ней дверь в квартиру. – Я всегда им был, ты просто не замечала. – как-то романтично это прозвучало... Я дебил! – Пойдем к Саше. Он очень из-за Жени переживает. – Я уж понял. Идем. Но Сашки в комнате не было. Она проверила всю квартиру — нигде нет. Соседка сказала, что он ушел где-то час назад. Видимо, сильно Сашу дрючит от Жени, раз он резко срывается и убегает из дома без повода. Пока Маша искала брата, я успел подружиться с их котятами. Я с ними возился, сидя на полу, около дивана. Один из котят повис на моих дредах, еще двое терлись о мои руки: – Хей, дядя-пират, сядь на диван! - прикрикнула Машка. – Ну, только если фея меня просит... – я все таки ее послушал, а она селя рядом. Молчание. Чувствую, что на меня смотрят, но не решаюсь поднять глаза: – Такие милые котята, – вякнул я, ибо больше сказать мне было ничего. Тут Маруся, взяв меня за подбородок, развернула мое лицо к себе и, смоченным пальцем, стала стирать размазанную под моими глазами подводку. Черт! Как я же она… Похер, не буду больше сдерживаться - будь, что будет. Я перехватил ее руку и припал к ней губами. Что, блин?! Она не отдернула руку? Тогда ты сама напросилась, моя маленькая. Вся моя жизнь выльется на тебе сейчас… Мы легли друг напротив друга на диван. Какая же она красивая… Нежная, добрая, милая. Любимая. Я ее люблю. Вот я приблизил сове лицо к ее. Легкое касание губ. Наверное, мне это снится… Хочу коснуться ее щеки… Да, иди ко мне, я хочу обнимать тебя вечно! Я положил ей одну руку на щеку, а другую на талию, притягивая ближе к себе и поглаживая. Мы стали целоваться. Не спеша, чувствуя друг друга губами, лаская языками, обмениваясь душами через поцелуй. Хочу тебя, милая… Опускаю руку в ее джинсы: – Влад... – я прижал большой палец к ее губам. – Шшш... – я заткнул болтливый ротик поцелуем и проник пальцами ей в трусики. Быстро нащупав маленький возбужденный бугорок, начал его легонько массировать. Она закусила мою губу. Было больно, но у меня есть способ отыграться - мои рука углубилась в трусики и пальцы проникли в теплое нутро. – А... Влад... – я быстро задвигал внутри пальцами так, что у нее не хватало сил стонать, лишь ее острые ногти оставляли на руки глубокие красные полоски. Пальцы задвигались внутри нее очень быстро. Тем временем я целовал ее шею и иногда покусывал тонкую кожу. Когда Маша была на переделе, я перестал двигать рукой, вызвав тихий вздох. Она потянулись к моей майке, которая через секунду слетела на пол, за ней последовала и остальная одежда. – Какая же ты красивая! – я восхищено разглядывал ее тело. Точеные ключицы, круглая грудь, возбужденные розовые соски, изгибы талии, аккуратный маленький пупочек… Дальше посмотреть я не посмел. Ее взгляд бегает по моему телу, совершенно не стесняясь, изучает мое достоинство, а я глупо улыбаюсь. Потом я толкнул любимую на диван, нависнув над ней. Мы снова сплелись в поцелуе. И она решила оседлать меня. Как же это прекрасно - наблюдать за ней во время этого. Я решил тоже сесть, обнять ее, покачивать наши тела в едином ритме… Через некоторое время я снова оказался сверху, глубоко вколачиваясь в любимое тело: – Ммм! Влад... Пожалуйста... Быстрее! – он обняла меня ногами за бедра, скрестив их у меня за спиной. – Глубже! Рваные движения, слышно, как мои яйца ударяются о ее тело. Ее стоны тихие стоны совпадают с моими короткими рыками. Еще немного… Чувствую напряжение ее тела, вижу, как она кусает губу, как тяжело дышит… – Влад... Ааа! - вскрикнула моя девочка. – Милая... –я кончаю прямо в нее, ощущаю, как намокают простыни. Ее тело волнами бьется в оргазме. Как же это прекрасно… Хочу целовать ее обкусанные губы… Как же приятно, что она отвечает, прижимается ко мне. Моя Маруся. Не выходя из любимого тела, перекатываюсь на бок, увлекая ее за собой. Мы обнялись. Она взяла мои руку и положила себе под щеку. Я стал большим пальцем гладить ее лицо, наслаждаясь моментом... – Спи, моя маленькая, – тихо сказал я. Она мило улыбалась. Я тоже улыбался. Что же будет с нами? Неужели, она просто изменила Тоше и оставит все так? Я же хочу быть с ней всю жизнь… Я понял это ее тогда, когда она уснула в обнимку с моим другом на диване. Она зашептала мне в шею: – Спокойной ночи, папочка... – И тебе, мамочка. –я нежно коснулся кончика ее носа губами... Я проснулся где-то в 7 утра. Саша сопел на полу, а Машка тихо и спокойно дышала, уткнувшись мне в грудь. Пора валить! Не хочу отягощать ее своим присутствие, давит на нее… Клочок бумаги на столе. Как раз кстати. Быстро пишу ей записку: “Доброе утро, Марусь. И плевал я, что тебе не нравится,когда тебя так называют. Не злись, что я ушел. Так будет лучше. Напиши, если захочешь. Или позвони. Если хочешь. любл До встречи, маленькая моя.” - чуть не написал ей, что люблю. Постарался закрасить, но Маша стала медленно просыпаться, поэтому быстро собрался и вылетел из квартиры.

От лица Жени

- Жень? Можно? - в мою комнату, рано утром, постучался Владик. А я что? Уже две недели не могу выкинуть из головы Сашку. Он не приходит к нам в гости, мы не гуляем, как раньше, по телефону он разговаривает коротко и сухо. Может, у него появилась девушка и ему нет дела до меня? Это было бы логично и вполне нормально… Но, блять! Почему я так ревную? Этот сон будто бы перевернул мое отношение к другу. Хочу, что бы он был рядом! - Да, заползай, - о, боги, как безжизненно звучит мой голос! - С тобой все в порядке? - забеспокоился гитарист. - Да… Не парься. Чего там у тебя случилось? - я приподнялся на локтях, показывая свою готовность слушать. - Тут такое дело… В общем, я люблю Машу. Безумно люблю. Готов ради нее на все, но… - Но она девушка Тоши, - перебил я его. Совсем охренел? - Да, но это еще не все. Я… - Ты не будешь к ней лезть, пока она не расстанется с мелким, - снова перебил его я. - Это, конечно, тоже, но хватит меня перебивать, блин! - выпалил дредастый, что бы я не смог опять его перебить, - Я переспал с ней две недели назад… И, не знаю, что делать. Она все еще ничего не сказала и пока вместе с Тошиком… Я порядком охуел. То есть, ни я один мучаюсь эти две недели? И то хорошо… Так, стоп! Он любит Машу. Ну окей, про это я догадывался. Но вот то, что он с ней переспал… - Просто ждать. Больше делать нечего. - Не могу больше ждать… Хочу к ней! - заныл, как ребенок, взрослый парень. - Я тоже не могу… - прошептал я. Черт меня дернул за язык! - Что? - Владик заинтересованно на меня посмотрел. - Да, ничего, - отмахнулся я. - Нет уж, сказал “А”, говори и “Б”. - Все, Владик, мне надо написать смс, отстань! - Саше? - прищурился друг. - Как ты… Хотя, ладно. Да, ему. - Да, что-то давно он у нас не был, да и не гуляли вы давно. Что-то случилось? - Не знаю… Нет. Вроде, ничего. Но я скучаю по нему… Это нормально? - умоляю, Влад, скажи, что нормально! Я ведь с ума сойду сейчас! - Ну, да. Я вот тоже по Машке скучаю. Почти непрерывно. Ладно, Жек, спасибо, что выслушал. Я, пожалуй, пойду, - он встал с кровати и вышел, оставив меня прокручивать в голове брошенную им фразу: “ Я вот ТОЖЕ по МАШЕ скучаю.” Но ведь я не он, а Саша - не Маша. Сашка - парень, мой друг, ребенок, глупый котенок, но никак не девушка. Я не могу по нему скучать так, как скучает по девушке Влад… Ладно, пора приглашать Сашу на свида… То есть, я хотел сказать, приглашать Сашу гулять! Именно. Просто ГУЛЯТЬ! Да что со мной… Быстро набрал сообщение: " Сашка, пошли гулять! Это приказ! На самом деле, пожалуйста, пойдем. А то я успел соскучиться :D" и прикрепил свою тупое лицо, корчащее умоляющую рожу. Ответ пришел моментально: “Привет, Женька! Милое фото)) Я тоже скучал. Давай в 11 на старом месте? :)” Милое? От считает меня милым? Так! Все! Глянул на часы - 10:10. Ехать мне пол часа… Надо ускоряться. Подтвердив место и время встречи, я подлетел в шкафу, потом метнулся на кухню, заварил кофе, выпил его и выбежал на улицу. Шел мокрый пушистый снег. По пути мне встретился магазинчик с цветами. Там были красивые, крупные, сочные розы. Не знаю, почему, но мне захотелось подарить одну такую именно Саше. При чем не букет из 101 розы, которые я, вообще-то, мог себе позволить, а именно одну - милую, нежную, как сам парень. О, Боже, Женя, перестань думать, просто купи это дурацкую розу! Пока я шел по набережной в направление парка, мне вспомнилась песня про 8 марта… И я стал петь. Не громко, но прохожие могли меня услышать:

“Посмотри на этот гербарий, Если хочешь, пластилиновое сердце бери, Картина, нет, нет, это ты! Ну, конечно, не Рембранд, но это у меня внутри. Для тебя... Но знаешь, наверно, всё это я сделаю в следующий раз, потом, А сейчас Бенджамином Франклином я куплю тебе цветов. Повоюю с продавщицей на Бессарабке, попрошу ее не цеплять банты, И пусть не срезает шипы — они не посмеют коснуться твоей красоты...”

В дали я заметил знакомую фигуру и в голову пришла шальная идея, навеянная мой собственной песней - нужно проверить, посмеют ли шипы коснуться его красоты… Я взял розу в зубы, от чего острые колючки проткнули губы. Морщусь. Ну, правильно, я же не он, а значит меня ранить можно! Я решил сыграть с ним “угадай, кто?” Положил руки на глаза, прижавшись сзади к замерзшему телу, вдохнул его запах: – Ваня? А, нет-нет, Ирочка? – я молчал. Парень положил свою руку на мою. Такого нежного касания я давно не испытывал. Да что со мной?! Не долго подумав, Саша продолжил, – Хм... Женька? Я развернул его к себе. Осинов оцепенел, открыв рот от изумления, а я этим воспользовался. По-моему, вложить в его рот розу была отличная идея - он резко сжал зубы, как только моя щека коснулась его кожи. – Привет, Саня! Как дела? - улыбнулся я, а он все никак не мог прийти в себя. Не слишком ли то, что я сделал, похоже на романтику? Блин, вот дебил… – Я вижу, ты замерз? Пойдем в кафе, выпьем кофе. Конечно, не из твоей чашки, но все же, – я решил не дожидаться ответа. Саша взял розу в руки. Его взгляд был направлен на мои губы. Я хочу его поцеловать… Черт! – Эээ... Женьк, у тебя кровь идет... – я осекся. – А, это, – слизнул капельки с губ, – это всего лишь от... Эммм... От конфетки. Ты, кстати, не поранился? Мне было важно, что Сашу шипы не тронули: – Нет, я цел, - он продолжал изучать мои губы, - Ну да, конечно, конфета, так я и поверил. Я засмеялся и ляпнул лишнего. Если бы я знал, чем обернется эта фраза… – А что, хочешь попробовать? – он прищурился. Он медленно протянул ко мне руку, провел указательным пальцем по кровоточащим губам. Это возбуждает. Безумно. Потом аккуратно положил палец в рот и облизал его. Мм… Я возбужден до предела. Нет, нет… Прошу, Саша, не делай так… Вытащив палец, он тихо причмокнул губами. Путем нечеловеческих усилий мне удалось сдержать дрожь в теле. Как можно кончить от вида парня, который просто пробует твою кровь?! Это какой-то фетиш, что ли? Но, о Боже, как же сладко… – А у тебя сладкая кровь, Женьк. Но это не конфета, - озорно посмотрели мне в глаза. – Раскусил! – театрально понурился я. Лишь бы он не заметил моей реакции! Сашка достал из кармана платок и подал ему. Мы решили пойти в кафе. Ну, как мы - я. Мы шли по мягкому снегу. Я пытался остановить кровь, не желающую оставаться в губах, а Саша молча плелся рядом, о чем-то думая. Все бы отдал, что бы забраться в его каштановую голову. Что в ней творится? Что он думает про меня и мое поведение? Почему не хотел со мной видеться так долго? Напою Сашу горячем шоколадом, авось согреется. Опять не по погоде, дурак! Веселая девушка приняла мой заказ. Хорошо хоть, не узнала: – Что ты заказал? – гневно спросил мой ночной кошмар. – А не скажу. Сейчас узнаешь, - он надул губы, а я изучал его черты лица. Тонкие, бледно-розовые губы, большие глаза болотного цвета, чуть румяные от мороза щеки, длинные, не очень густые, ресницы, шрамик на брови. Я заметил, что у него проколото ухо. В нем тускло блестела черная бусинка сережки. – Не хочу я больше сюрпризов! Ты от них только калечишься. –я широко улыбнулся, а он злобно стрелял глазами. – А ты что, заботишься обо мне? – Нет, блять, просто так распинаюсь, платки тебе дарю и т.д., - мат? О, нет, из этого нежного ротика не должны выходить такие слова. Я ударил его платком по губам. – Не матерись, тебе не идет... – он уже хотел было что-то возразить, но нам принесли заказ. Он сильнее зарделся, смотря к чашку, полную тягучего напитка. Я укрыл худые плечи своей курткой и снова сел напротив. – Грейся, Сашка. - Спасибо, - пискнули в ответ. - Да не за что. Опять ведь одет, как будто апрель, - стал ругаться я, - Почему мы так давно не виделись? Можно было заметить, как дрогнули руки, как заходили скулы под нежной кожей: - Было очень много дел, - отрезал он. - Каких? - Надо было подтянуть учебу, найти новую работу и мотик починить, - новую работу? А как же та пиццерия? - А что с той работой? И твоим друндулетом? - мальчик обиженно надулся, когда я обозвал его развалину. - Меня уволили. Сменился менеджер и хозяин. Они привели свою команду, а нас выставили. Так что сейчас с Машей сводим концы с концами. А мой Билли… Так я называю свой мотоцикл, - ответил он на мой удивленный взгляд, - Мой Билли износил некоторые детали. А стоят они не так уж и дешево. Пришлось подрабатывать ночью… Днем я спал и занимался. Прости, Жень. Я порядком охренел от такого количества информации: - Саша… Я не знал. Маша не говорила. Не извиняйся. Я просто думал, что чем-то тебя обидел, - после этих слов Осинов испуганно на меня вытаращился. - Нет, что ты! Как я могу обижаться на тебя. - Сейчас-то все нормально? - он кивнул, - Тебе нужна моя помощь? Может, я подкину тебе денег? - Нет! Ты сдурел?! Мне не нужны твои деньги. Все нормально. - Уверен? Мне будет приятно, если ты купишь себе от меня свитер, - продолжал я настаивать на своем. - Все, Женя, перестань! - зашипели на меня. - Ладно. А как там этот Ваня? - мне было интересно, как развивались их отношения дальше. Почему-то я был убежден, что Ваня не просто так подкатывал к моему другу… - Не знаю. Он уволился на следующий день, после той попойки. А что? - Саша улыбался. Вот бледная рука заправила за ухо выбившуюся из общей картины прядку шоколадных волос. - Ничего. Просто, он мне не нравился… - как-то странно это звучит. Как будто я ревную. Хотя… Так и было. - Я помню, как вы спорили и сражались за звания самого трезвого, - немного краснее, отозвался Саня. Вот тут покраснел и я, вспоминая сон в ту ночь. - Ага… Но, я же победил, - Осинов засмеялся, закрывая лицо руками.

***

Я прокрался на кухню. Зашел в свою комнату, стянул джинсы, а за ними и боксеры. Засохшая сперма как будто издевалась надо мной один своим видом. Сука. Что же ты делаешь со мной, Саша? Дома все было неспокойно - Тоша не выходил из комнаты, периодически оттуда доносились крики, Маус мотался по квартире, пытаясь успокоить мелкого, а Влад с чрезвычайно счастливым лицо сидел на кухне и пил чай. Он внимательно изучил меня и выдал: – Что, от желания все губы искусал, находясь с Сашкой? – я поперхнулся чаем. – Нет. Я розой проткнул. И вообще! Мы с ним просто гуляли... Да блин, что я перед вами еще и оправдываюсь!? Не дай Боже, он узнает о моем сне! Я вас всех порешаю тут! – Ууупс, – вырвалось у Мауса. Он в этот момент наливал Тоше воду и слышал наш разговор. Блять… Тогда понятно, почему он покраснел, когда я напомнил про попойку… – Вы что, Придурки, рассказали ему?! – Я покраснел. Вскочил, намереваясь что-нибудь предпринять, но снова сел обратно на стул, так как не знал, как поступить. Дима кивнул. – И... И как он отреагировал? Влад еле сдерживал смех, Маус просто зажимал рот, чтобы не заржать: – Ну… Кхм-хм… Как-нибудь сам у него об этом спросишь... – оба быстренько убежали с кухни, а я стал орать. - Ах вы, сучки! Что он сказал?! - блядь, как они могли?! Хотя… Саша знает, что я в своем сне его трахнул, но продолжает со мной спокойно общаться. Это хорошо или нет? Либо ему плевать, что меня не устраивает, либо ему это нравится, но виду он не показывает…

***

От лица Тошика

- Тошенька… - что, блять? Нахуй ему мое имя стонать во время оргазма?! Шлюха быстро убежала от нас в душ, а я остался лежать рядом с другом, размышляя о его поступке: – Дим, а Дим, а чье имя ты выкрикивал только что? – Маус испуганно уставился на друга. – Н... не чье, - пискнула мышь. – Не ври. Я слышал свое имя. Как ты это объяснишь? – думал не долго, после чего резко развернулся ко мне и поцеловал. – А вот так! – сука, я не педик! М… Мягкие губы целуют нежно, свободно, как будто так и надо. Сначала попытался его оттолкнуть, но, спустя пару мгновений, это желание пропало. Дима отстранился: – А, ну, это того... Меняет дело, короче. – это все, что мог сказать в ту минуту. – То есть, ты не против? – удивился друг. – Ну, это не привычно... Стоп. И давно ты... Ну... – Люблю тебя? Смешной ты. Уже два года как. –любит? Меня? Такое бывает? – Можно, я обниму тебя? Не найдясь, что ответить, я кивнул. Дима обнял меня и уткнулся носом в грудь. Дыхание приятно холодит разгоряченное тело: – Тоша,обещай, что не будешь драть меня также, как эту девушку, а будешь нежнее. Хорошо? - что это, бля, за вопросы? Я еще с мысль что он меня любит не смирился. – Угу. Спи уже, – обнял его. Тепло. Рядом. Странно? Это точно. Но что делать? – Ладно, – губы Дудки растянулись в довольной улыбке и он уснул.

***

Не знаю, куда делась девчонка, но проснулись мы одни, в одной кровати, мило обнимаясь. Я разглядывал белое тело своего парня. Буэээ! Нет, никогда так больше не скажу! – Тоша? - испуганно смотрел на меня Дима. Я что, это вслух сказал? – Да? – Мне уйти? – Нет. – Хочешь забыть эту ночь? – Нет. – Да. И хватит задавать глупые вопросы, - я запустил руку в его волосы, прижал к себе. Вот так вот, значит, становятся геями? А я думал, что как Женя. Улыбнулся своим мыслям, которые вылетели из головы, когда Маус стал целовать мою грудь…

*** От лица Жени

– Саш, привет, - я звоню ему, чтобы договориться о встрече. У Маши скоро день рождения и мы решили вместе подарить ей подарок, - Ты готов? – К чему? - его заспанный голос меня развеселил, - Сколько времени? – Ты спишь? Вот, зараза! На 7 же договаривались созвониться! - шуточно переживал я. – Так сколько… Блядь! Прости! Я бегом соберусь! - какой же он милый и смешной… Хватит думать об этом, Мильковский! – Ничего, соня. Вообще я звонил предупредить, что на улицах какие-то демонстрации. Как раз в центре. Нам может это помешать, как думаешь? – Думаю, нет. Давай у входа в метро? - мне было слышно, как Сашка натягивает джинсы. – Хорошо, до встречи, Сань, - я положил трубку и, повязав на шею красный шарф, так как на улице довольно промозгло, вышел из дома.

***

Где же он? Слишком много людей… Надо забраться повыше! Залез на фонарь, смотрю во все стороны одновременно. Где же… Саша! Спускаюсь вниз. Надо, чтобы он меня как-нибудь заметил… Паника. О, шарф! – Сашка! Осинов! Саня! - кричу я в огромную толпу. Заметил. Продирается ко мне. Но кто это? Впереди него, гораздо ближе ко мне чем Саша, на меня идет какой-то… А, это же Ваня. Ни фига он подкачался, прикольно. Так, а вот это уже не прикольно! Удар. Чувствую во рту металлический вкус. Сука… Второй удар. Успеваю поставить блок. Так продолжалось пол минуты. Я решил, что пора ответить… М… Каменное лицо, блять! Снова в лицо. Под дых. Падаю на мокрый асфальт. Надо мной нависает этот бугай, улыбается. Пытаюсь встать, но он давит на плече ногой. Дерьмо… Тут все меняется - Ваня перестает наступать на меня, становится на колени, держась за пах, Саша падает рядом со мной, быстро поднимается, помогает мне и ведет в сторону метро. Толпа отхлынула, теперь мы спокойно могли идти, а не проталкиваться через безумное стадо. Только в вагоне Сашка заговорил. Точнее, заплакал: – Женечка! Женя... – он разрыдался. А я постарался разглядеть себя в стекле напротив. Да, видок так себе. Но нос не сломан, да и вообще только ссадины и синяки. Ничего страшного. Так, стоп, мне-то похер, а вот моему маленькому Саше - нет. Он следит за тем, как кровь с моего лица капает на руки, переводит взгляд на них… И закрывает лицо руками, продолжая безумно сильно плакать. – Дурак, ты чего плачешь? Все же нормально, – я обнял его, всем телом ощущая дрожь в мокром теле парня. Опять в кожанке? Убью… Парень заплакал еще сильнее, уткнувшись в мой грязную куртку: – К... как же... Нор...нормально... Ты же... Жень... Ка... Ты в крови… – я засмеялся. Скорее от шока, чем от чего-либо еще. Прижал Сашку к себе покрепче, стал гладить его по спине, пытаясь успокоить. – Все нормально. Главное — с нами все хорошо. Сейчас дома меня подлатаем и выпьем одну чашку на двоих. Нашу с тобой чашку, ладно? – он закивал, но никак не желал успокаиваться. Пересилив свой страх быть неправильно понятым, я взъерошил мягкие, но мокрые и грязные волосы на затылке Саши, обнял покрепче. Так мы сидели до тех пор, пока не объявили нашу станцию. Мы шли по улице в сторону дома. Сашка молчал, изредка шмыгая носом: - Саша… - позвал я. Всю дорогу парень не отпускал мою руку ни на секунду. Нет, мы шли не как пара. Мы шли как пьяны - то ест я, и его друг - он же Саша. - Да? - тускло отозвались на имя. - Ты как? - Никак… - в этот момент он уже ждал ответа в домофон, - Тоша, это мы. Открой скорее… Я замолчал. А что можно еще сказать? Как только парни увидели нас, принялись заниматься одновременно тремя вещами: вопить, суетиться и причитать: - Кто это был?! - кричал Тошик, - Кто? Скажи, мы его убьем! - Хватит, - грубо прервал его я, - Не создавай панику. - Саша, ты цел? - спросил Маус, в ответ Осинов только кивнул, - Жек, снимай майку. Будем тебя лечить. - Звучит, как угроза, - засмеялся я, но сделал то, что он велит. Тоша с Владом курили на кухне, Дима промывал мои ссадины, а Саша куда-то исчез… - Все. Готово. Лети, Женька, - озорно глянул на меня друг. - Что ты имеешь ввиду? - не понял я. - Ну, тебе не кажется, что в доме кого-то не хватает?.. - прищурились на мой вопрос и ушли к Тошику. И в правду, чего-то не хватает… Саша! Пулей на кухню. Набираю на память телефон. Гудки. Долго. Слишком долго! Наконец, трубку подняли: – Глупый, почему же ты ушел? Мы же хотели выпить чаю... – Жень, прости, я... Просто в шоке был. Сейчас все хорошо, – попытался оправдаться Сашка,– А почему ты так долго не звонил? – А ты ждал моего звонка? - как же приятно, когда тебя ждут, по тебе скучают, тебя ценят. Просто наивысшая степень… Любви? - Просто меня вот только что оставили в покое. – Ждал. Ты поел? - и тут забота. – Нет. Но я сейчас иду на кухню. И ты тоже на нее идешь. Только на свою. И это приказ, - отчеканил я. Раз он мне обещал чай - значит я его получу. – Я уже тут. А что? – Возьми свою любимую чашку. Налей в нее черного чая и сядь рядом с окном. – Женьк, мне леееень... - мяукнули на том конце провода. – Сашуль, тебя не спрашивают. Это приказ, - Сашуль… Какой же я мудак! Как можно было такое сказать!? – Лаадно. Ну и? – Поднеси чашку к губам, отпей немного. Чувствуешь, как на тело нападает дремота? Не волнуйся, не плачь, я с тобой! Возьми ноту "до" и мне спой... – на ходу сочиняя стих, я думал о том, как он сегодня плакал. Такой хрупкий, маленький… Было слышно, как Сашка отпил немного из чашки. – Это новая песня? - в голосе слышна улыбка. – Может быть. Но пока это стих тебе. А теперь ложись спать. А я допью наш чай. – Это приказ? – Угу, – я тоже сделал глоток горячего напитка. – Тогда, спокойной ночь, Женьк. Спасибо за сегодня... – Не беси меня, Осинов! Это тебе спасибо. Сладких снов! Я дождался, пока он положит трубку, после чего громко застонал от бессилия. На кухню бесшумно зашел Влад. Скорее всего ему предстала такая картина: я, сидя за столом, положил голову на руки, тем самым не замечая его прихода. - Можно? - я поднял на него взгляд. - Да, чего хотел? - Мне нужно тебе кое-что рассказать…

От лица Влада. Пару дней назад.

Я пытался избегать и Тошу, и Марусю. Как я мог так поступить? Это ужасно… А самое ужасное, что она меня тоже избегает, а я без нее могу! Мое самобичевание прервал телефонный звонок - Маруся: – Привет, Марусь. Чего хотела? - как можно спокойнее сказал я. – Привет. Нам надо встретиться, - ее голос дрожал. – Ты где? С тобой все в порядке? - я готов лететь к ней. Бежать, что есть мочи. – Я у твоего дома и нет, со мной все хорошо. – У тебя что-то с голосом… Ты плакала? – Да все у меня с голосом в порядке! Я не плачу, дебил! - разозлилась моя любимая. – Я просто волнуюсь! – Ладно, через час у меня.

***

– Привет, Марусь, - когда я подошел к дому, она уже была там. – Я бросила Тошу. Ради тебя, – моя мечта… Моя Маруся! – Спасибо, – я обнял ее и стал целовать все, что попадалось под губы. Со мной, моя любимая, хорошая… – За что? Влад! Прекра... – я заткнул болтливый рот поцелуем, гладил ее щеки руками, чувствая их нежность и бархатистость. – Марусь, маленькая моя, ты же понимаешь, что я люблю тебя? –она попыталась меня оттолкнуть, видимо не желая отвечать на мое признание, – Нет, глупая, я еще не все. Знай, что, по крайней мере сейчас, я не жду от тебя тех же слов. Я просто хочу, чтобы ты об этом знала. Я пытался найти под челкой ее глаза. Она плакала и улыбалась… Моя милая. – Ты же когда-то на меня орала, что никогда не плачешь... – Заткнись и целуй меня! - взвизгнула она, кидаясь на меня с поцелуями.

От лица Жени

Влад долго пересказывал события последних дней, а я осознавал так же долго… - Ииии… Зачем ты мне это говоришь? - не понял я итог. - Ну, я подумал, что тебе тоже стоит подумать о своих чувствах. Тем более, мне нужно было выговориться хоть кому-нибудь, - трещал Владик. - Стоп, над чем мне надо подумать? Ты о чем? - Да так, просто, - он озорно улыбнулся и ушел с кухни, оставив меня размышлять… Почему мне так плохо? Душа рвется на тысячи осколков… Я влюбился. В парня. В друга. А он любит меня. Это понятно по его поведению. Даже сегодня. В голове всплыл образ девушки, которая, по моему мнению, подходит Саше - невысокая русоволосая девушка, в вытянутой майке, кедах, летящая вниз по улице на скейте. Это же я! Я - его идеальная девушка! Правда, я парень… Пофиг! Я сделаю все, чтобы он понял - я его люблю и хочу быть с ним. Я взял гитару и стал перебирать струны. Песня… Она рвется из души на свет:

Нет памяти на телефоне Ты знаешь — есть кое-что кроме… Твои глаза увидят всё Забудешь – тебе напомнят. Тебе уже пора домой Но я прошу: «Останься, останься!»

У меня есть время… Я должен успеть все продумать до Машиного дня рождения. За окном глухая ночь. Три часа до рассвета… А мне не спится. Я думаю о времени, проведенным с Сашей. О том, как он робел передо мной, как тащился от песен, как волновался за меня, смущался, спорил… Тяжело осознавать все, что происходит в моей голове. Пора спать…

***

– Дурак, ну куда она это оденет?! – Кричал на меня Сашка. Он что, думает я под свои вкусы выбираю ЭТО? – Для Влада... – я держал в руках короткое красное платья, которое был полностью кружевным. Владу понравится! Даю руку на отсечение. А вот Саша что-то брыкается… – Стоп! А ты что, знаешь? - зеленые глаза расширились от удивления. – Ага. А еще я на тебя обижен! Ты мне не сказал, что они вместе! - я надул губы, как маленькая девочка, а друг вспылил. – А ты мне, что Маус и Тоша теперь вместе! – вот это новость… – Ну, семейка! Хорошо, что ты мне сказал, а то я уж думал, что мне стоны эти мерещатся... – ну, охереть - самый гетеросексуальный парень, которого я знаю, стал геем? А я никак не могу сказать о своих чувствах? Это как вообще так? Я заметил, что Сашка погрустнел: – А ты имеешь что-то против... Ну... Ээ... – Их любви? Нет, просто от Тоши такого не ожидал. Я потом тебе расскажу почему, – глупый мой Сашенька… Как я могу быть против, если я люблю тебя? Он улыбнулся и немного покраснел. А я, воспользовавшись этим, прижал его к себе и потянул в сторону кассы, что бы он больше не пытался остановить меня вместе с красным пеньюаром. Мы шли по улице и молчали. Не потому, что не о чем поговорить, нет. Потому, что нам было легко и спокойно. - Жень, хочешь музыку послушать? - зеленые глаза по-щенячьи умоляюще посмотрели на меня. - Да, давай, - он протянул мне наушник. По ушам ударила “Nirvana”. Мой маленький любитель рока… Хотя, когда песня кончилась, включилась «Белая стрекоза любви». Я засмеялся, а Саша затравленно осекся. - Не нравится? Могу переключить… - он уже достал плеер и стал листать треки. - Нет, не нужно. Я люблю эту песню. - Я все равно переключу, - буркнули мне в ответ. И заиграли «Нервы». Моя песня! Как же приятно, что он слушает наши песни… Влад с самого утра носился по квартире, подготавливая все для дня рождения его девушки. А я... Завидовал. Безумно. Конечно, белой завистью, ведь я был очень рад за друга, но я тоже хотел без зазрения совести и задних мыслей дарить Саше подарки, ждать его звонка, как самое важное событие, целовать при встрече жадно, страстно и крепко. Ну, ничего. Я добьюсь своего! Я так и знал, что Дима сгладит Тошину истерику, касательно Влада и Маши. Наш мелкий готов душу продать за секс с любимым... Недавно слышал, как он называет меня недогеем! На себя бы посмотрел, придурок! Я не гей! Просто Сашку люблю... Но вот раздался звонок. Как только Осиновы вошли в квартиру, к Маше кинулся Влад, а я прижал Сашу к стенке и зашептал ему на ухо: – С именинницей тебя, малыш. Я бы хотел иметь такого брата, как ты. А вот маленький подарок, – я прижимал его к себе так близко, как только мог. Больше всего хотелось сейчас поцеловать бледную кожу.. Сосредоточься, Женя! Заправив за ухо шоколадные волосы, снял маленький винтик и вдел свой подарок… Мне стоило больших усилий уговорить мастера сделать эту сережку за три часа. Еще больших мне стоило не поцеловать бледную кожу Саши, оставив на ней розовый засос… Как же он обалденно пахнет! Ветром, снегом, уютом и ментолом... Мне было страшно видеть реакцию Саши и я поспешил отойти к Маше. Саша в этот момент был утянут Дудкой в соседнюю комнату. – Маша! Ты очень хорошая девушка и я надеюсь, что буду всю жизнь видеть тебя счастливой и здоровой рядом с мои другом. Обнял девушку, а она вцепилась в меня мертвой хваткой, грозно зашептав приказ: – Если ты еще хоть немножечко затянешь свое признание Саше, я тебе лично яйца оторву, понял?! – я удивлено на нее посмотрел. – Как ты узнала что я... – Да у тебя по глазам понятно, когда ты на него смотришь, как ты касаешься его, с каким трепетом и благоговением произносишь его имя. – Как хорошо, что у него есть ты... – я опешил от всего этого. Теперь понятно, что всем, кроме меня и Саши, понятно, что мы любим друг друга. – А если у него будешь ты, будет еще лучше, – после этих слова Маша отстранилась, отпустив меня из своих цепких объятий. Машка командовала всем парадом: – Никаких столов! Все сядем так, как всегда сидели — на ковре в гостиной. Сашка и Дима о чем-то тихо переговаривались, а Тоша сидел рядом и внимательно их слушал, иногда посмеиваясь. Тонкие пальцы моего мальчика теребили сережку в ухе, а зеленые глаза периодически скакали по мне. А я что? Я пытался не зацикливаться на нем, хоть и тревожило, что он меня как будто избегает. Но вот мы все сели на пол, в небольшой кружок. Я оказался рядом с Сашкой. Даже просто задевая его ногу коленом, я чувствовал ток между нами. Но Осинов был очень напряжен и почти ничего не говорил. Только скудно отвечал на вопросы: – Сашк, чего с тобой? – я заглянул в бледное лицо, на котором моментально проявился ядовито-красный румянец. – Ничего. Все хорошо, кстати, спасибо за сережку... Это... Это очень мило с твоей стороны, – в ответ я хмыкнул и провел по моей ноге. Саша содрогнулся всем телом. Как же его от меня дрючит... – Вечером поговорим. Мне не нравится, когда ты меня обманываешь, – я решил оставить все выяснения отношений на завтра, но время уже близилось к девяти, я значит скоро мы будем дарить Маше подарок, – Ребята! Уже девять часов вечера! Скоро нашей Машке можно будет дарить подарки! А пока, мы немного поиграем. И мы стали играть в Твистер. Я, Сашка, Влад и Дима. Но вот они проиграли, думаю, даже специально. И за дело принялись Дудка с Машей, пытаясь нас с Осиновым максимально запутать... Я попытался смухлевать, дабы немного отодвинуться от Саши, ибо любое касание возбуждало меня все больше. Но Машка не давала мне возможности облегчить игру! Спустя несколько минут Саша оказался подо мной. Я задевал ногой его пах. Хорошо, что не наоборот, иначе он бы почувствовал мой стояк... Так, стоп! Кажется, не я один возбужден? Но до того, как я смог прочувствовать всю эпичность момента, Сашка рухнул на игру и выполз из-под меня. – Саш! Подожди, - я попытался пойти за ним, но меня остановила вся компания. – Не трогай его, пускай успокоится, - что самое странное, это сказал Тошик, – Не усложняй. Я кивнул, но минут через 10 все таки решил посмотреть, что он там делает. Сашка дремал в кресле на кухне. Такой уставший, нежный. Просто парень. Хотя нет, не просто - парень, в которого я влюбился по уши! Интересно, проснется ли он, если я его поцелую? Ладно, Жень, попытка не пытка! Я наклонился к светло-розовым губам, почувствовал его дыхание на своей щеке и легонько поцеловал его. Мне стоило огромных усилий не продолжить поцелуй, но Сашка стал пробуждаться и надо было валить... Как только я вышел с кухни, к стенке меня прижал Тоша: – Ты дебил?! А если бы он проснулся!? ТЫ представляешь, какой шок бы он испытал! – тихо орал на меня друг. – Не проснулся бы он! И вообще, с каких это пор ты заботишься о Саше?! – С тех пор, как ты его полюбил! - Что?... – Он для тебя наилучший вариант. Я заебался таскать тебе баб на одну ночь. Тебе нужно постоянство. А он самый лучший человек, который может быть рядом с тобой, – после этих слов Тошик отступил и вернулся к своему парню и нашим друзьям. Тоша и Дима первыми дарили подарок имениннице. Это были нежно пахнущие духи и книга Фрейда. Я вытянул Сашу в центр комнаты и произнес торжественную речь: – Машка, мы дарим тебе довольно откровенный наряд, а, чтобы помучить ожиданием Владика, мы также дарим тебе тортик! – Осинов выкатил на небольшом столько огромный шоколадный торт, после чего я дернул его к себе и мы вручили имениннице то самое красное платье. И тут, вперед выступил Влад. Он пригласил Машу на середину комнаты. Дима приглушил свет. – Маруся, маленькая моя, сегодня тебе стукнуло... А, да не важно, сколько! Я просто хочу показать, как сильно я тебя люблю... Он встал на колено и открыл белую коробочку в руках. В слабом свете сверкнул камушек на тонкой оправе из белого золота: – Ты станешь моей женой? – Маша закрыла лицо руками и усердно закивала, протянула руку и Влад надел кольцо на ее пальчик. Все захлопали, я все это снимал. – Я люблю тебя, мой Пират... – они поцеловались, все стали их поздравлять. Тоша открыл бутылку шампанского. – Чур мы с Сашкой свидетели! – выкрикнул я, и плевать хотел, как Саша это воспримет! – Еще чего! Если бы я не замутил с ней, Влад бы не отнял ее у меня! – возразил Тошик. Ну уже нет, мелкий! Тебе до нас с Сашей как до Юпитера! – А если бы не Саша, мы бы вообще не встретились с ними, – резонно заметил Маус. После разборок все сели есть торт, а потом стали готовиться ко сну. Влад и Маша легли в гостиной, Тоша и Дима — в комнате Ниженко, Александр лег в комнате Димы и Влада, а я в своей. В голове уже созрел план... Поставив будильник на пять утра, я погрузился в сладкий сон. Такой, какой обычно бывает перед каким-то важным праздником. Предвкушение чего-то приятного и волнующего не дает тебе покоя, пробуждая в животе приятное чувство легкости.

***

Я аккуратно опустился рядом с Сашей, между ним и стенкой. Он лежал к мне спиной, так что я наслаждался тихим дыханием и тонкой шеей. Но вот мой мальчик зашевелился и развернулся ко мне лицом, смешно морща носик. Я задержал дыхание, дабы не спать свое присутствие. Как только он почувствовал мое дыхание, зеленые глаза распахнулись. В то же мгновение я приник к его губам. Я прошелся по тонким губам языком, снова поцеловал, обнял любимое тело, а Саша прижался ко мне так, что я почувствовал его тепло. Боюсь открыть глаз... Но вот он, долгожданный момент ответа на поцелуй! Счастье! Мое счастье! На меня смотрели два мутных изумруда: – Все-таки, это был не сон... – я запнулся, вспомнив сон. До меня дошло, что все это была за правду. Я лишил его девственности самым жестоким образом! – Сашенька, прости меня за боль. Я обещаю исправиться. Но Саша ничего ответил, лишь впился в мои губы, как голодный котик, но быстро отстранился: – Женька... Женя. – он гладил мое лицо руками, целовал в щеку, терся лицо, а я гладил его бок целовал в ответ все, что попадалось под губы. Наконец дошла очередь до сахарной шеи, которая так манила меня вчера. Еле катаясь кожи, я прошелся от ушка к ключице и вернулся обратно, так как не был уверен, что стоит опускаться ниже. Может он еще не готов к близости?.. Самое время сказать, что я думаю: – Малыш, ты пробуждаешь во мне такое чувство, как любовь... – я шептал слова Сане прямо в губы и периодически целуя, – Я понял, что ты меня любишь тогда, на площади. И когда плакал, и когда сегодня терял слова... А когда ты в парке решил попробовать мою кровь на вкус, я думал, что буду на грани оргазма, но ты сделал еще хуже! Вернувшись домой, я обнаружил сперму у себя в трусах! Сашка, я люблю тебя! У него даже челюсть отвисла. Вместо ответа мой маленький стал целовать меня, а потом уткнулся в плече, шепча мое имя: – Я тебя люблю,мой эльф... И, кстати, не извиняйся за тот случай. В обмен на боль я получил такой оргазм — закачаешься. Да и тогда понял, что ничто не заставит меня тебя разлюбить... – он целовал мои руки, отчего я недовольно бурчал что-то типа " ну, чтобы меня как бабу..." Но его признание вышибло мне мозги! Я уже хотел его. Безумно хотел. Наши члены соприкасались, терлись друг о друга, разделяемые только тканью трусов. Но Саша спас сам себя от моей похоти – он выбрался из моих объятий и почапал босыми ногами в сторону двери: – Ты куда? – Попить, Женька. Я скоро вернусь, – он нежно улыбнулся и скрылся за дверью. Как только бледная пятка сверкнула за закрывающейся дверью, я громко застонал в подушку, чтобы Сашка меня не услышал. Как же хорошо! Он стал моим. Я могу делать с этой нежной тушкой все, что захочу – кормить от пуза, одевать в теплую одежду, поить горячим шоколадом, укладывать спать рядом, наслаждаться нежной кожей, целовать сутками напролет, петь ему все свои песни... Люблю. Безумно сильной любовью. От нее сносит крышу, и я чувствую, как он проникает в каждую клеточку моего тела, до мозга костей! Что-то его давно нет... Я поднялся с кровати, намереваясь отправиться на поиски Саши. Мой глупенький мальчик стоял на балконе со стаканом воды в руке и смотрел на снег, большими хлопьями идущего на улице. Я заметил, как несколько снежинок пустились на аккуратный носик, от чего Сашка поморщился. Я вошел на балкон и обнял его. Боже, какой холодный! – Малыш, ты замерзнешь... Пойдем, я хочу загладить свою пьяную выходку, – я было потянул его обратно в квартиру, но он дернул меня обратно. – Женьк, а почему белая гитара и красная роза? Нет, ну красная роза понятно, но белая гитара... – на шоколадной голове уже образовался небольшой сугробик, даже на ресницах блестели мертвые снежинки. – Ты такой нежный, невинный, как белый цвет. Ну, а гитара... Это отпечаток меня, – Сашка обнял меня и ткнулся сном в щеку. – А мне сегодня снился снег... И казалось, что кто-то поцеловал меня во сне, – задумался парень. Стакан с водой был благополучно опустошен и поставлен на подоконник. – Глупышка, – я поцеловал его в шею, – это же был я... Осинов еще больше заулыбался, смотря мне в глаза, а я медленно сцеплял руки у него за спиной. Как только мои пальца сомкнулись, я поднял моего Сашеньку на руки и занес его в тепло. Он тихо смеялся до тех пор, пока я не бросил любимое тело на кровать, и, укутав нас одеялом, не стал целовать ледяные руки, пытаясь согреть их дыханием. – Не делай так... – буркнул Саша, громко стуча зубами. – Почему? – удивился я. Ему что, не нравится? – Я чувствую себя девушкой, – в ответ я только засмеялся и поцеловал Саню в нос. – Знаешь... Я же обещал тебе загладить свою вину. Так вот... – я сжал сквозь трусы Сашино возбуждение, от чего он тихо застонал. Он рваными движениями трется, толкается своим член в мою руку. Белые зубы кусают бледно-розовые губы, зеленые глаза закрыты... Как же хочется сорвать с него эти семейники! Но рано, Женя, рано... Я решил немного над ним пошутить и зашептал в сладкое ушко: – Кстати, я думаю, что парни в семейных трусах очень сексуальны... – Да я уже понял это по твоему гигантскому стояку! – скорее прокричал, чем простонал он. Я опустился к его белой груди. Саша стонал с каждым касанием моих губ его кожи. Лизнул ключицу и тело выгнулось, дав протяжный стон. Это как сахар лизать через стекло... Мне мало! Хочу его всего... Парнишка цеплялся за мои плечи своими тонкими пальцами. Все, не могу больше! Я сел ему на бедра, я задрал вытянутую майку и припал к левой горошинке соска губами, правый же стал легонько сжимать пальцами. Я мягко прикусил розовую кожу, от чего Саша еще громче застонал: – Женечка... – он запустил руки в мои волосы, пропуская их между пальцев. А я опустился к его пупку, проникая в него языком Как же приятно слышать свое имя из его уст... Сашка выгнулся и хрипло застонал. У него такое румяное личико! Стал в кое-то веке похож на живого человека. Продолжая ублажать ямочку пупка, я стянул с него семенники. Короткие темные волосы аккуратным квадратиком. Небольшой красивый член подрагивает от возбуждения. Головка блестит от делившейся смазки... Видимо, я молчал слишком долго и Сашка встревоженно на меня посмотрел: – Жеееек? – Ты очень красивый, – я стянул с себя трусы и мой мальчик, как завороженный, изучал мой пах голодным взглядом. А мне стыдно... Потом я взял его член в руку и стал быстро надрачивать. Саша запрокинул голову и впился в простыни пальцами, безумным взглядом наблюдая за тем, как я дрожу сам себе. По белому лбу стекла маленькая капелька пота... Я чувствую, как пульсирует кровь в его возбуждении и стараюсь не сбавлять темпа и страсти. Черт... Я... Еще немного... – Женя... Мм... Я сейчас ... – но я его опередил – по моему тело прошла судорога и сперма брызнула на живот Саше. Я уже не дрочил ему, потому что тело отказалось держаться и мне пришлось упереться рукой на постель. Мой громкий стон отдавал эхом в ушах. Блин, почему у меня такой хриплый, бомжарский голос?! Как Осинов его терпит... Сашка тем временем хватал ртом воздух, прибывая на грани оргазма: – Ну же... Я не могу больше ждать! – его руки потянулись к члену, но я их перехватил и завел ему за голову, но что Осинов протестующее запыхтел, – Эй! Не мучай меня, Мильковский! – Я растягиваю удовольствие... – коварно улыбнулся я, и продолжил ублажать мальчика. Я решил ускориться, чтобы удовольствие захлестнуло Сашку с головой. Так и произошло - худое тело, все в маленьких капельках пота, стало извиваться на простынях, шепча мое имя. Я и сам чувствовал жар и влагу на себе, но это не могло меня отвлечь от красоты моего парня... Вот по его телу прошла долгая дрожь: – Ммммильковский... – сперма выстреливала прямо мне в руку, а я смеялся. От счастье, наверное... Саша тяжело дышал. В мою голову пришла безумная идея – хочу попробовать его семя на вкус. Парнишка завороженно наблюдает за тем, как я слизываю сперму, собравшуюся между пальцами: – Шо... Что ты... Делаешь? – прохрипел я на выдохе. – Пробую тебя на вкус. Помнишь, ты сказал, что у меня сладкая кровь? Ну так вот, малыш, ты вообще весь сладкий. Я пробовал твои слезы, твой пот, а теперь пробую твою сладкую сперму... Она прекрасна! – заключил я, слизывая последние капли. Мой мальчик провел по своему животу, собирая мою сперму, и аккуратно положил указательный палец в рот. А я ждал его отзывов... – Слаще, чем кровь. Мне нравится, – он улыбнулся самой прекрасной улыбкой на свете. Я рухнул без сил рядом и сгреб любимого в охапку, прижимая к себе. Влажные тела практически склеивались, а мы переплели нашу пальцы. Саша смотрел мне в глаза. Болотные, говоришь? Не могу сравнивать с многолетним гниением эти прекрасные изумруды! – Как ты так хорошо умеешь ублажать парней? – вдруг спросил меня мой ангелочек. – Я готовился. Много читал и смотрел... – смутился я. – А, ну ладно тогда... – довольно прошептали мне в грудь. – Я люблю тебя, малыш. – И я тебя, Женька... – прошептал Сашка и уснул. А я еще долго любовался его красотой, нежностью, бархатистостью кожи, шоколадками волнами волос, которые распушились после снега...