Смерти вопреки

Девушек привели к небольшому домику в центре поселения. Вдали виднелись цветущие джунгли, между зданиями, увитыми лозой вились дорожки, вдоль них рядами высились деревья с округлыми кронами, с ветвей свисали спелые плоды. По дорожкам неторопливо гуляли самки, бегала детвора. Дом из светлого камня встретил их приятной прохладой, шкуры на полу, скромно украшенные резьбой стены, два этажа, невысокая широкая лестница вела наверх. — Это ваш дом, несовершеннолетние самки живут с матерями, но вы не беспокойтесь в одиночестве вы не останетесь. Позже глава гарема определит, чем вы будете заниматься. — Сообщила осматривающимся девушкам яутка, мило улыбнулась, щелкнув жвалами и покинула их, давая возможность осмотреться получше. — Чур, моя комната наверху! — задорно воскликнула Митра, бодро взбегая по ступенькам. — А я кухню поищу, что-то есть захотелось — улыбнулась Лиза, и они принялись исследовать дом. Митра нашла просторную душевую, заглянула в спальню — ширина ложа, устланного хорошо выделанными шкурами, ее несколько смутила, воображение тут же подбросило пару заманчивых образов. Обнаружились на том же этаже гардероб и что-то вроде комнаты отдыха: разбросанные на ковре пуфы, милые безделушки на полках, небольшая библиотека. — А я нашла кухню! И холодильную камеру! — крикнула снизу Лиза. — Иду! — Митра бодро сбежала вниз и нашла подругу в одной из комнат. Та деловито гремела посудой в шкафчике на полу, наверху нашлись специи, холодильная камера была полна свежим мясом. В отдельном отсеке лежали фрукты. Неплохо к их прилету подготовились. Плита была похожа на ту, что видели они однажды на корабле — ровная поверхность сероватого металла и снизу на панельке рукоятки, регулирующие температуру. Лиза заглянув в шкафчики на стене, нашла специи, обсыпала полоски мяса ими, шлепнула мясо на раскаленную поверхность, и через несколько минут обед был готов. Девушки уселись за небольшой стол, сочные фрукты желтоватого цвета хорошо гармонировали с мясом и были почти не сладкими. Поев, девушки продолжили осмотр жилища. На первом этаже помимо второй спальни был и крытый бассейн се режимом подогрева, рядом с ним нечто похожее на небольшую джакузи. В помещении по стенам вилась лоза с терпкими лиловыми ягодами, сверху сквозь прозрачную крышу падал солнечный свет, вдоль стен росли ароматные травы и низенькие кустарники, ноги приятно щекотала коротко стриженая трава. — Ничего так домик для двух незамужних девушек — сделала вывод Митра, общипывая с ближайшей лозы вкусные ягоды и отправляя их в рот. — Вижу, вы тут уже освоились — в ванную вошла грациозной походкой Теруна’лк. Получив задумчивое подтверждение от девушек, она улыбнулась. — Хорошо. Хочу вам напомнить, что несовершеннолетним самочкам запрещено покидать поселение, территории нашего гарема тянутся от джунглей на западе до скал на юге. Охотиться вам пока еще рано, но обучение вы пройдете наряду с остальными. — И когда мы станем совершеннолетними? По законам той страны, в которой мы выросли, я уже взрослая и могу отвечать за свои поступки, и встречаться с парнями. — Отвечать ты можешь, а вот спаривание в первый сезон не рекомендуется, твое тело еще не готово к вынашиванию детеныша. Придется подождать синт'р. Чей это унтар? — яутка указала на украшение, одетое на палец Митры. — Один воин подарил его мне, Ланр’варок. — Тебе разве не говорили, что подарки принимать от самцов нельзя? Впрочем, ты сделала хороший выбор, я многое слышала о нем, это очень сильный самец и семя его крепко. Сыновья Ланр’варока считаются одними из успешных охотников. Я обдумаю его кандидатуру. Он тебе нравится? — Да, наверное… не знаю… — У тебя будет время разобраться в своих чувствах. Его гарем граничит с нами по восточной стороне. И даже не вздумай встречаться с ним без моего ведома! — Он что должен сначала, как это… посвататься к ней? — Вклинилась в разговор Лиза, заинтересованно приподняв брови. — Да, и я решу, достоин этот самец моей младшенькой или нет. — А мое мнение никого не интересует что ли? — Возмутилась Митра, сложив руки на груди. — Это наши законы и вам придется приучить себя жить по ним. Может они покажутся немного жесткими, но таков наш образ жизни. — А ты вроде как жена Битта? — Решила уточнить Лиза. — Я его ши, возлюбленная. — Засмеялась Теруна’лк — он любит меня, мы через многое прошли вместе. — А остальных он тоже любит? — Ох, Полночь, существует любовь, а есть инстинкт. Для продолжения рода нужно чтобы рождались новые самочки и самцы, сильный самец способен оплодотворить многих. Битт с этим хорошо справляется. — Получается отец один, а мамы у детенышей разные? — Да… Полночь ты так похожа на Шорканна, даже взгляд тот же. Пытливый и любопытный, ему всегда не сиделось на месте.- Заметила Теруна’лк с улыбкой. — А кто мать Шорканна, вы ее знаете? — Я его мать, Шорканн мой первенец, но вообще-то это долгая история — улыбнулась печально Теруна’лк. Поддавшись уговорам загоревшихся любопытством уманок, Теруна’лк устроилась на мягкой траве, девушки сели рядом, приготовившись слушать. Она чувствовала в Полночи кровь сына, самочка буквально искрилась неуемной энергией, увлекательная история может на время угомонить ее. А потом не до того им станет. — Когда я родилась, был вполне обычный день на Аттуре, единственное что отличало меня от сверстников это цвет кожи. Свою мать я не помню, меня вырастили на одном из исследовательских кораблей, отец был ученым. Его я тоже не особо знаю, он предпочитал больше времени проводить в лаборатории, моими игрушками были колбы и мензурки. Обо мне заботились, приносили какие-то безделушки, знакомые отца то и дело угощали меня лакомствами. Все изменилось, когда к нашему кораблю пристыковался потрепанный корабль одинокого воина. Он едва выжил в схватке с берсерками, нужен был срочный ремонт, да и сам он был серьезно ранен. — Это был Битт? — Догадалась Лиза. — Да. — И что дальше? — Хорошо я рассажу вам все с начала, но после я жду от вас полного послушания… — улыбнулась, Теруна’лк, строго сдвинув брови. Самочки дружно закивали в знак согласия и навострили ушки, с нетерпеливым ожиданием в глазах. Теруна’лк весело фыркнула и, вздохнув начала повествование. *** Юная аттурийка с необычной лазоревой кожей хмуро перебирала препараты в углу лазарета, что-то ворча себе под жвалы. Недавно она закончила обучение у целителей, и помогала старшему целителю следить за здоровьем персонала. Их исследовательское судно курсировало в отдаленных районах, вдали от известных охотникам трасс. Погасшие звезды, тускло освещали заледеневшие планеты, метеориты и кометы кружили по своим орбитам в этом заброшенном уголке космоса. Даже не смотря на крепкое здоровье науду чуть ли не каждый день с кем-нибудь что-то случалось. То экспериментальный кайнде вырвется при переводе в бокс, то кто-нибудь из молодых лаборантов опрокинет на себя реактив, или рабочий поранится. Но в общем и целом жизнь проходила размеренно и спокойно, напоминая застоявшееся болотце: обычная текучка — подъем, обход немногочисленных пациентов, завтрак и ревизия медикаментов. Теруна’лк подобное существование уже порядком наскучило, она выросла на этом корабле, ей хотелось увидеть иные места, да хотя бы тот же атолл… все лучше чем изо дня в день одно и то же. Закончив Теруна’лк отметила, какие запасы препаратов необходимо пополнить. Единственным для юной самки развлечением и ожидаемым событием было прибытие очередного корабля с припасами, часто его сопровождали аттури из касты Воинов. Она старалась каждый раз навязаться в попутчицы к лекарю, лишь бы еще раз взглянуть на мощное грозное судно. Ну и конечно на самих воинов посмотреть хотелось. Статные исполненные холодного достоинства их вид вызывал в груди Теруна’лк странный трепет. Пока она была маленькая, ходила за отцом как хвостик за кайнде, куда он — туда и Теруна’лк, одного воина она запомнила хорошо. Он часто заходил к отцу за чем-то и приносил малышке разные лакомства и милые безделушки, вроде бус из стеклянных шариков или игрушки. Теруна’лк не избалованная изобилием, выросшая среди стен лабораторий комплекса с благодарностью принимала подарки и бережно прятала их в своем тайнике. Интересно в этот раз кто прилетит? Сердце самочки беспокойно забилось, стоило ей вспомнить давнего знакомого, узнает ли он ее? Ведь столько времени прошло с момента их последней встречи. Почему-то это очень волновало лазурную Теруна’лк. Отец не уставал повторять ей — она особенная, больше таких нет, и с гордой улыбкой смотрел в бездонные фиалковые глаза дочери. — Ты закончила? Нам нужно составить план поставок. Ох уж эти воины — то половину забудут, то половину не довезут. — В лазарет ворча, вошел высокий пожилой аттури. Коричневая чешуйчатая шкура немного поблекла, гребень закостенел, валары у основания побелели, но бодрый взгляд голубых глаз и жилистая фигура с крепкими мускулами говорили о том, что он еще не растерял былую силу и остроту ума. — Да Ренул. Сегодня прибывает судно с конвоем, можно я с тобой? — И что ты там не видела? — Насмешливо фыркнул лекарь. — Ну, просто… — пролепетала Теруна’лк смутившись под пристальным взглядом аттури — мне скучно тут, сижу ничего нового и никого не вижу… — Знаю, кого ты там все высматриваешь — хмыкнул задорно Ренул — его корабль в составе сопровождения. — Он вздохнул, немного иначе взглянув на самочку. — Ты так быстро выросла Теруна’лк, стала настоящей красавицей. Скоро самцы будут сюда летать со всего Аттура, пока один из них не увезет наш сапфир к себе. — Вот еще, я не хочу становиться чьей-то самкой — возмущенно фыркнув, тряхнула темными валарами Теруна’лк — я стану ученой, как отец. — Ну-ну, — скептически хмыкнул лекарь. Зал управления был погружен в дремотную тишину. Стройную фигуру дежурного освещали многочисленные огоньки приборов на панели перед ним, взгляд лениво отслеживал траектории пролетавших в скоплении астероиов, но пока они судну не угрожали. Мелкие расстреляют автоматические турели на брюхе корабля, а от крупных можно увернуться, изменив курс одним движением когтя. Айден повернулся в кресле, переведя внимание на экраны наблюдения — все шло своим чередом. Аттури задержал обзор камеры на отсеке, где сейчас находилась юная Теруна’лк, вздохнул мечтательно, может пора идти к ее отцу, пока его не опередили, только слепой не заметит необычной красоты самки. Сигнал приближающегося к исследовательскому судну корабля отвлек Айдена от созерцания Теруна’лк. Система тут опознала подлетавший модифицированный Ner'uda, он принадлежал одному из воинов яута. Айден задумался, по сути, они находятся сейчас на нейтральной территории, но с другой стороны секретность… Аттури ревностно скрывали местоположения своих научных комплексов от вечных соперников. Сомнения аттурийца развеял сигнал о помощи — Ner'uda был поврежден и едва ковылял, вне зависимости от расовой принадлежности теперь их задача оказать помощь, пусть управляющий решает дальнейшую судьбу пострадавшего. Айден связался с управляющим и, получив добро, быстро набрал команду захвата поврежденного корабля. Гравитационное поле мягко втянуло Ner'uda в створ ангара. Причальный створ закрылся, Ner'uda плавно опустился на пол ангара, к месту посадки спешили медики и воины, трап корабля опустился, но оттуда никто не выходил довольно продолжительное время. — Возможно, он ранен, идем — распорядился один из воинов, кивнув паре аттури, облаченных в боевую броню, за ними последовали медики. Воины насторожено продвигались по коридору корабля, освещение тревожно мигало, где-то трещали, искрясь поврежденные энергоузлы. Пилот обнаружился в кресле. Темная, почти черная кожа покрыта зеленоватыми разводами, мощная грудь часто вздымается, под тугой повязкой проступил твей, воин, возможно, потерял сознание после приземления. Других видимых повреждений кроме раны на груди не было, но медики, проявляя осторожность, сгрузили яута на носилки и быстрыми шагами удалились. Оставшийся аттури задержался, собираясь просмотреть журнал полета, но наткнувшись на защиту, хмуро зарычал. Этот кжитов страдалец все же успел зашифровать свои записи и узнать, кто его так отделал не представлялось возможным. Осмотрев повреждения и продиагностировав еще работавшее оборудование, он удивленно прищелкнул — энергия почти на нуле, судя по всему Ner'uda обстреляли из крупнокалиберного орудия импульсного типа, подобное оружие давно списано с аттурийских кораблей как устаревшее. — Берсерки… это интересно. И видимо этот яут знал, где нас искать. Иначе загнулся бы от ран задолго до прилета на ближайший атолл — Рыкнул воин задумчиво, мотнув длинными валарами в резком развороте, он вышел из корабля. Тяжелые шаги затихли в коридоре оставляя покалеченный Ner'uda наедине со своей болью и одиночеством, аварийные огни обреченно мигали вслед воину. Ведь многие космоплаватели знают, пусть и не все верят, что корабль в своем роде тоже живой. И не важно, из какого материала собран, со временем он впитывает в себя характер владельца. Теруна’лк взволнованно посматривала на приборы, подавая нужные инструменты и препараты лекарю. Этого яута принесли совсем недавно, его прибытие многих встревожило, разбавив неторопливый быт ученых. Она волновалась — ведь это первая в ее жизни операция, яут был плох, потерял много твея и у него был задет позвоночник. Острое лезвие, пропоров грудину, вышло на спине, судя по сквозному ранению, ему повезло, что при этом оружие не повредило легкие и сердца. — Теруна’лк соберись — строго рыкнул лекарь, латая с помощью тончайшего инструмента, погруженного в плоть воина поврежденные сосуды и нервы. Сильные когтистые пальцы уверенно скользили по поверхности сенсорной панели у операционного стола, безошибочно находя повреждения. — Подготовь капсулу. Самка кивнув, метнулась к противоположной стене к капсуле реанимационного восстановления, изящные когти застучали по панельке, набирая команду. Массивная камера, похожая на скругленный цилиндр выдвинулась из стены, массивная крышка с тихим шипением открылась. Ее использовали при обширном повреждении внутренних органов, камера капсулы наполнялась целебной жидкостью с крошечными нанитами. До сих пор воспользоваться ею пришлось лишь однажды, когда по неосторожности один из рабочих открыл шлюз и вылетел в космос. Его отловили и чудом спасли, он вовремя успел задержать дыхание в вакууме. Небольшой прибор, размером с ладонь взрослого яута сшил края ран, Ренул набрав команду направил парящую платформу с пациентом к капсуле, Теруна’лк взволнованно переминалась у стены, изящные мандибулы тонко подрагивали, стиснув клычки она старалась не расплакаться от сочувствия к незнакомому яуту. Парящая платформа плавно опустилась на уровень ложа медкапсулы, вышедшие из пазов по бокам обеих ее скругленных концов захваты сформировались в упругую поддерживающую поверхность, плавно опустив воина на дно медкапсулы, захваты бесшумно исчезли. Механизм внутри капсулы одел дыхательную маску, крышка задвинулась, медкапула вернулась в свою нишу, наполняясь желтоватой жидкостью, на стене рядом с ней тут же высветились данные о состоянии пациента. — Теперь все зависит от него, наниты свое дело сделают, исцелят его тело, если конечно его дух еще не ушел к Черному Воину. — Произнес Ренул, направляясь к освежителю, свинцовая усталость навалилась на плечи, напоминая обо всех прожитых годах немолодому лекарю. — Будем надеется — прошептала Теруна’лк, обеспокоенно глядя на неподвижную фигуру в медкапсуле. Она прижала ладонь к прозрачной стенке капсулы, мысленно желая, чтобы он остался по эту сторону реальности. *** — И что же было дальше? — нетерпеливо подпрыгивая на месте, спросила Полночь с горящими от любопытства глазами. — Пока это все — Теруна’лк строго фыркнула. — Но ты расскажешь нам еще да? — Жемен умильно улыбнулась, умоляюще глядя в глаза самке. — Это зависит от вашего поведения — Теруна’лк лукаво прищурилась с улыбкой — К тому же у нас будет много времени для разных историй. Юные самочки поднялись с травы вслед за Теруна’лк, разочарованно вздохнув. Подчиняясь ее властному жесту, они последовали за главой гарема.