Фотография на все случаи жизни.

НЕ редактировано. На следующий день Окита сидел за столом и наблюдал за осваивающейся девушкой. Он все никак не мог уловить черту, которая его так в ней раздражала, но которая нравилась всем окружающим. Как бы Соджи не старался, это осталось загадкой, и парень решил, что нужно отбросить все странные мысли и начать работать, но в кабинет ворвался Харада. - Боже, что случилось? - без приветствия спросил Окита, а Кэзуми только подняла на мужчину свои почти не естественно большие карие глаза. - Ам... Ничего, - загадочно ответил Харада. - Я хочу забрать у тебя твою напарницу. - Зачем? - изумилась Кэзуми, захлопнув ящик стола. - И правда... - в задумчивости протянул Соджи, размышляя на тему: почему это Харада такой активный? - Просто нужно чье-то профессиональное мнение, вот и все. - По поводу? - осведомилась Кэзуми, поднимаясь из-за стола. - Пойдем, покажу, - позвал Харада. Девушка усмехнулась, но предпочла уточнить. - Можно? - Я не держу, - пожал плечами Окита, возвращаясь к работе над макетом обложки. Когда дверь за ушедшими захлопнулась, Соджи фыркнул и откинулся на спинку кресла. Почему-то его все раздражало, и это ему не нравилось. Обычно в таких ситурациях парень спасался обществом прекрасной девушки, но таковой по близости не наблюдалась, до обеда было далеко, а перед глазами еще часа четыре будет мелькать обесцвеченное чудо. Креативный директор поморщился и снова уставился в экран компьютера. Тем временем Харада привел Кэзуми к своему столу за которым сидел какой-то молодой паренек, которого девушка еще не знала и финансовый директор журнала. Кэзуми не отличалась хорошей памятью на имена, поэтому запомнила только должность и не знала как лучше обращаться к этому человеку. Вообще-то он произвел на фотографа сильное впечатление. Конечно, чувствовать себя перед этим мужчиной в круглых очках и строгом костюме кроликом Кэзуми не хотелось, но пока что именно так и получалось. Поэтому девушка напряглась, не зная, чего ей ожидать. - Я говорю, что это реальное фото! - упрямо заявлял молодой парень. Он, к стати, на вид был еще студентом, имел слишком длинные волосы и не расставался с большой сумкой. - Нет, - холодно парировал финансовый директор. - Это не может быть реальной фотографией. - Санан, Хейске! - позвал Харада. - Хватит спорить. Сейчас все решим. - О, а вы новый фотограф?- оживился молодой паренек. - Да, - улыбнулась Кэзуми, качнув головой. - Я Кэзуми. - Меня зовут Хейске. Я курьер, - представился студент, так про себя назвала паренька Кэзуми. - Очень приятно. О чем вы спорите? - предпочла уточнить Танака, уже догадавшаяся о том, что ей придется опровергнуть или подтвердить подлинность фотографии. - Я говорю, что фото фальшивое, а этот не хочет мне верить, - все так же холодно заявил Санан-сан. - Тогда позвольте я взгляну, - сказала Кэзуми, подходя к стулу на котором сидел Хейске. Взглянув на монитор, девушка увидела фотографию сомнительного содержания, в не пошлом смысле этого слова. Там выли две девушки с не естественным цветом волос и вообще, что-то в них было странное. Кэзуми не стала пытаться понимать что, она просто смотрела на подлинность. - Ну, что там? - нетерпеливо ерзая на стуле спросил студент, на что Кэзуми положила руку ему на плече, желая выказать этим свое сочувствие ему. - Похоже, Санан-сан прав. Эта фотография не имеет ничего общего с действительностью, - сказала девушка с видом опытнейшего эксперта. - Чья-то искусная работа в фотошопе, - подытожила она. Хейске разочаровано вздохнул, но разочарование на его лице продержалось не долго. - Ну и ладно... - он хотел сказать что-то еще, но здесь откуда ни возьмись появилась Кимико. - Ты еще здесь? - с угрозой спросила она. - Я уже убежал! - выкрикнул Хейске, вскочив со стула и еле успел прошмыгнуть между закрывающимися дверями лифта. - Несносный мальчишка, - фыркнула секретарша и ушла на свое рабочее место. Кэзуми проводил ее задумчивым взглядом, размышляя о том, что обычная фотография могла так раззадорить двух людей. - Кэзуми, - вывел из задумчивости нового фотографа голос Хиджикаты, взявшегося из ниоткуда. - сегодня вам придется съездить в заповедник "...". Вместе с Окитой, наверное... Да, пусть тоже развеется за одно и объяснит вам что следует сделать, - сообщил Хиджиката. - А... Хорошо, Хиджиката-сан, - согласно кивнула Кэзуми. - Ну так идите! - раздраженно приказал главный редактор. Оглядевшись, Кэзуми поняла, что Тоси был не в духе сегодня, и все отлично это знали, поэтому быстро разошлись, оставив ее на произвол судьбы, точнее на произвол Хиджикаты. Еще раз кивнув не ясно зачем, Танка быстрым шагом отправилась в кабинет Сожди, точнее в их общий кабинет. - Ты чего? - спросил Соджи, когда Кэзуми вошла в кабинет и закрыла дверь слишком быстро и громко. - Ничего. Хиджиката-сан сказал, что мы с тобой должны поехать в какой-то заповедник. Я толком не знаю, так что вот, - выдохнула девушка с некоторой опаской глядя на дверь. Окита хохотнул и поднялся. - Ладно, сейчас я загляну к Кондо-сану, и поедем, - попытался быть милым Окита, но несмотря ни на что вышло скомкано и совсем не мило, а даже как-то пренебрежительно. Кэзуми это почувствовала, но не придала особенного значения. Соджи вышел из кабинета и действительно направился к Кондо-сану дабы слезно просить избавить его от этой, как ему казалось, мучительной поездки. Но у самой двери парень остановился, подумав, что будет выглядеть уж совсем по-детски, если попросит о таком. Тем более, не стоило забывать о том, что именно благодаря Кондо он здесь работает. Поэтому Окита развернулся и отправился за своей помощницей, надеясь на то, что при более близком рассмотрении девушка окажется и вовсе хорошей. - А ехать очень долго? - спросила Кэзуми, усаживаясь поудобнее. - Ну, как повезет. Если не будет пробок, то не очень то долго, - сообщил Окита, поворачивая ключ зажигания. Девушка неопределенно пожала плечами, не пожелав посвятить парня в смысл своего вопроса. Вообще-то с первых минут поездки стало абсолютно ясно, что говорить не о чем. Ничего друг о друге они не знали, да и не горели особенным желанием узнавать, поэтому и общих тем не было. Но, как ни крути, долгое молчание загоняло Соджи не то в скуку не то в уныние, поэтому он решил спросить хоть о чем-нибудь. - Давно ты фотографируешь? - это первое, что пришло в голову. Девушка удивленно посмотрела на него. Окита и не знал, удивляется ли она вопросу или тому, что он соизволил заговорить с ней. - Ну, как сказать... Я никогда не занималась этим профессионально, ну до недавнего времени, - ответила Кэзуми, отворачиваясь к окну автомобиля, за которым проплывали высотные здания. - То есть получается, что ты нигде не училась? - изумился Окита. По его мнению, нельзя было вот так просто взять и начать хорошо фотографировать. Он сам учился этому не один год, знал как правильно подобрать ракурс, выставить свет и тому подобные вещи. Когда Соджи смотрел портфолио Кэзуми думал, что девушка много чего перепробовала дабы получить такие снимки. - Да, не училась, - подтвердила Кэзуми, чем повергла Окиту в шок. Парень даже говорить ничего не стал, чтобы не выдать своего удивления. Ему казалось, что показать свое восхищение значит унизиться или проиграть в односторонней игре на выживание. После они ехали молча еще некоторое время. Дома закончились, началась трасса. Кэзуми тяжело вздохнула и отвернулась от окна, подумав о том, что пейзаж скучноват. - Окита-сан, скажи, ты знаешь, что такого случилось у Хейске и Санан-сана? - спросила Кэзуми, выведя Соджи из некого транса. - Ах это... - фыркнул он. - Они и тебя сюда приплели. Просто Хейске поспорил с Сананом на повышение зарплаты. Условия такие: если тот найдет реальную фотографию нереальной вещи, то он выиграл, - объяснил креативный директор, сворачивая с большой дороги. - Ясно, - протянула Кэзуми. На этом разговор снова оборвался. Окита фыркнул. Ничего приятного для себя он так и не нашел в своей новой напарнице, поэтому оставалось только выстроить чисто деловые отношения, которые бы вовсе никак их не связывали. Дорога поплыла между высокими деревьями. Казалось, что это не они едут, а гуща зелени надвигается на них. Чтобы хоть как-то развлечься Соджи включил магнитолу. Пролистав несколько радиостанций он сдался и хотел снова выключить радио. - Можно я попробую? - неожиданно вмешалась девушка. - Пожалуйста, - легко согласился Окита, возвращая руку на руль. Проведя какие-то манипуляции с радио, Кэзуми покрутила тумблер звука, и из динамиков полилась приятная инструментальная мелодия. - Любишь инструментальную музыку? - спросил Окита. - Это современная классика, - сказала Кэзуми. - И да, мне нравится. Не отвлекает на слова. - Многие любят музыку именно из-за голоса исполнителя, - пожал плечами Окита. - Ну, я не многие, - улыбнулась Кэзуми и снова отвернулась к окну. От фразы веяло самоуверенностью, но по интонации нельзя было этого утверждать. Для себя Соджи решил, что смысл важнее интонации, поэтому только закатил глаза и свернул на парковку. -Приехали? - уточнила Танака, всматриваясь в вывеску над большими воротами. - Да, - подтвердил Окита, выходя из машины. Их уже ждал милый сотрудник заповедника. Кэзуми показалось, что его глаза чем-то похожи на кошачьи. Почему-то это позабавило девушку, и она улыбнулась хотя это было не очень уместно. - Здравствуйте, мы из журнала "Wait night" - поприветствовала представителя заповедника Кэзуми, поднимая руку в приветственном жесте. - О, здравствуйте, - ответил аналогичным жестом представитель заповедника. - Мы ждали вас. - Да, это заметно, - осмотрел массивные ворота Соджи. - Здравствуйте, - поприветствовал парень работника. - Меня зовут Ямадзаки. Вы можете задавать мне любые вопросы, я постараюсь ответить, если, конечно, это будет в пределах моей компетенции, - сказал Ямадзаки, жестом призывая Кэзуми и Окиту идти за ним. - А фотографировать можно все или есть какие-то ограничения? - спросила Кэзуми, осматриваясь вокруг. - Пожалуй, снимать вы можете все, только не используйте вспышку, - попросил Ямадзаки, посмотрев на девушку через плече. - Хорошо, - кивнула Кэзуми, собирая волосы в высокий хвост. Пейзаж вокруг открывался поистине завораживающий. Зелень расплодилась так, как, наверное, бывает только в тропиках. Она застилала ровным коврам все пространство, на сколько хватало глаз. Кэзуми даже показалось, что когда зеленый кавер встречается с небом у горизонта, он отдает синему небу часть своего густого изумрудного цвета. Забор был оплетен лозняком и еще каким-то очень похожим на него растением, которое уже отцветало, но кое-где еще были видны светлые пятна цветов. По левую сторону от мощеной дорожки, по которой и шли трое молодых люей, на некотором почтительном отдалении начинался лес, выдвинув вперед низенькие кустики. Дальше деревья возвышались в каком-то ясном и понятном порядке, будто выстроясь по росту. Пение каких-то не известных птичек добавляло спокойной атмосфере заповедника умиротворения и расслабленности. Хотелось свернуть с тропинки и побродить по зарослям, найти какой-нибудь мелкий ручеек и поболтать в нем босыми ногами. Дорожка резко поворачивала влево ровно там, где заканчивался лес, точно также выступая к тропинке мелким кустарником. Через некоторое время тропинка повернула вправо ровно на девяносто градусов и нырнула в бамбуковый коридор. Это было захватывающее зрелище. Высокие, прочные стебли устремлялись вверх, обступая мощеную тропинку плотно и до непозволительного близко. Ветер играл ими как хотел, наклонял то в одну сторону, то в другую, заставляя звонко ударяться друг о друга пустыми стволами , опасно наклоняться над тропинкой, а потом через несколько мгновений упруго отскакивать назад, на свое законное место. - Здесь невероятно красиво, - восторженно сообщила Кэзуми, догоняя беседующих Окиту и Ямадзаки. - О, я рад, что вам понравилось, - улыбнулся работник заповедника. - Вы говорили, что-то о пандах, - напомнил Соджи, сосредоточенно стуча во сенсорной клавиатуре своего планшета. - Ах, да. Мы стараемся сохранить их популяцию, но как вы понимаете это сложно. Малышей мы собираем в вольер вместе с их матерями, они растут некоторое время, и мы отпускаем их в лес, но они привязываются к людям сильнее, чем хотелось бы, поэтому совсем выпустить их на свободу мы не можем, - говорил Ямадзаки, рефлекторно выбрасывая руку в сторону, но наклонившийся бамбук не успел коснуться его и с глухим скрипом вернулся на место. - Мы сможем увидеть детенышей? - спросила Кэзуми, тоже пригнувшись от резкого недружелюбного выпада растения. - Конечно сможете, и не только их, - сообщил Ямадзаки. - Все вольеры расположены рядом, так что сможете ходить столько, сколько захотите. - Это просто замечательно! В конце аллеи, да? - уточнила девушка. Ямадзаки согласно кивнул и улыбнулся. Кэзуми хлопнула в ладоши, как пятилетний ребенок убежала вперед по аллее. - А у вас милая напарница, - внимательно глядя вслед девушке, заметил Ямадзаки, от чего Окита фыркнул. - Да ничего особенного, самая обычная, - пожал плечами Соджи, немного поморщившись от того, что и здесь Кэзуми произвела хорошее впечатление. Нигде не находилось еще людей, которые были бы солидарны с Окитой в вопросе о том, что Кэзуми не такая уж и милая. - Мне кажется, она все же чем-то отличается от других. Ваша помощница особенная, вот только чем, я не знаю, - улыбнулся Ямадзаки. - Давайте догоним ее, наши охранники могут быть довольно грубы, - задумчиво смотрел вдаль работник заповедника. Парни ускорили шаг, но за поворотом увидели лишь двух огромных охранников и хрупкую девушку, которые чему-то весело смеялись. Ямадзаки удивленно распахнул глаза, за все время его работы здесь еще не было случая, чтобы кто-то легко и просто нашел общий язык со здешними охранниками. - Ямадзаки-кун, вот и вы! Девушка хочет фотографировать в вольере, - сообщил один тз охранников, делая несколько шагов к стоящим в отдалении. - Пустите, - согласно кивнул Ямадзаки, наблюдая за тем, как Кэзуми активно жестикулируя пыталась что-то объяснить оставшемуся на месте охраннику. Окита фыркнул и даже отвернулся в другую сторону. - Я говорил, что ваша напарница неординарная личность, - улыбнулся Ямадзаки, поворачиваясь в сторону Сожди. - На моей памяти еще никому не удавалось так просто пообщаться с нашей охраной, - объяснил работник заповедника, а креативный директор из последних сил выдавил из себя согласный кивок. Спорить, как показалось Оките, было бесполезно, но согласиться почеу-то оказалось не просто. Обычно Соджи без зазрения совести мог лгать, выражая при этом любые эмоции, которые от не потребовались, но сегодня что-то пошло не так. - Пойдемте, - предложил Окита,видя, что Кэзуми уже нигде нет. Ямадзаки согласно кивнул и направился к воротам, за которыми начинались густые заросли не знакомого креативному директору . Когда мужчины добрались до поляны, Кэзуми уже сидела на траве и играла тростинкой с маленьким пандой, который, кажется, совсем не боялся нового человека. Фотоаппарат лежал чуть поодаль на траве, и Окита подумал, что это довольно наплевательское отношение к технике. С другой стороны полянки зашуршала листва, ина открытое место выкатились еще двое малышей, а за ними выбралась и мама, которая была настроена явно враждебнее своих детей. Она недовольно засопели и придвинула малышей к массивному стволу дерева. Фотограф забеспокоилась, встала на колени и испуганно посмотрела на панду. - Не бойтесь, - крикнул Ямадзаки, поспешно отправляясь на помощь девушке. - Не бойтесь. Она вас не знает. Все хорошо, - заверил он девушку, когда подошел совсем близко. Панда озадаченно перевела взгляд с Кэзуми на Ямадзаки и обратно.животное явно было в замешательстве и не могло решить, чо же делать. Ямадзаки приподнял руки и сделал шаг навстречу к пандам. Малыши тут же ринулись к знакомому человеку, а мама продолжала настороженно смотреть на стоящую на коленях девушку. Кэзуми не теряла времени даром и сделала пару кадров, правда боялась пользоваться фотоаппаратом в открытую, поэтому в их удачности сомневалась даже слишком. - Окита-сан, присоединяйтесь, - позвал Ямадзаки, когда мамаша наконец соизволила подойти познакомиться с фотографом и поприветствовать работника зоопарка. Соджи не был лишен чувства прекрасного и любви к животным, поэтому панды не могли ему не понравиться, да и сам Ямадзаки смотрелся довольно органично на фоне своих питомцев, что играло в плюс. Помедлив Соджи подошел ближе к пандам, и ему на встречу несмело вышел старший из детенышей. Наклонившись, Соджи протянул к зверьку руку, и тот, недоверчиво обнюхав ее, радостно поставил свою лапу на раскрытую ладонь. Окита улыбнулся. Ему всегда хотелось домашнего зверька: собаку, кошку, хорька, мышь или попугая - не важно. Но на протяжении всего его детства иметь животных, за исключением рыбок, в доме запрещалось. Во-первых, у старшей сестры была аллергия на шерсть, а во-вторых, они приносили с собой беспорядок, что маму нервировало. Соджи окончательно забыл обо всем плохом, подхватил панду на руки и повернулся с ней вокруг своей оси. Медвежонок радостно не то промычал что-то не то прорычал, а потом вместе с креативным директором покатился по траве. Виной этому послужили браться панды, неосмотрительно бросившиеся под ноги Соджи. Панды обступили нового незнакомца со всех сторон. Тыкались холодными носами в ладони и лицо, перелезали через распластанное тело ,неаккуратно наваливаясь всем весом на живот и ребра, лизали щеки и делали с креативным директором все, что им заблагорассудится. Окита радовался, как ребенок, прижимаясь носом к носу маленького панды,и всерьез задумывался над тем, чтобы завести хотя бы кота. Отвлекшись на минуты, Соджи посмотрел на Кэзуми, которая прекрасно нашла общий язык с двумя взрослыми пандами, охотно позирующими теперь перед камерой. Рядом расположился Ямадзаки и что-то рассказывал, от чего девушка иногда улыбалась. Возможно, такая идиллия могла бы и разозлить креативного директора, но уж точно не тогда, когда вокруг прыгали трое увесистых черно-белых комочка. Подумав, что когда будет нужно его позовут, Соджи продолжил свое занятие, ничего не замечая вокруг.