Дневник милого омежки

      Лежу. Тихо так лежу, как мышь под веником, тьфу, как омега под альфой. Глазки зажмурены, сердечко бьется, член стоит, сам дрожу, короче, все как полагается. Жду. Спросите, чего жду?! Ну, так как, все того же, чего и остальные. Омежьего счастья. Вы это не подумайте, что я какой-то дремучий и не знаю, к чему приводят вот такие миссионерские позы. Все-таки интернет великая вещь и чего только там не найдешь. Просвещает вот таких малолетних развратителей, так сказать. Сознаюсь, с альфами не баловался. Да и альфы то у меня не было с кем можно было бы поэкспериментировать. Это у нас в классе уже почти все течные, которые без зазрения совести трахались в школе со всеми кто член покажет. А я это, как говорят врачи, с поздним развитием. Ну и все-таки, хочется с тем, кто хоть, чуть-чуть нравится. А тут самая мечта на мне лежит.       Так вот меня сейчас беспокоят пару вопросов. Расценивать сею ситуацию, как сексуальное домогательство? Или как спасение замершего, глупого омежки? Выберем – спасение. Далее, если он сейчас в меня вставит, а у меня еще не было течки, как это отразится на моем организме. Сказать или не сказать? Выберем – не сказать. Черт, если он сейчас чуть шевельнется, я кончу, как не зрелый пацан. В принципе я и есть не зрелый, девственник. Если меня сейчас выебут на сухую, я же не смогу от потрясения прийти в себя, а если я уйду в депрессию, то покончу жизнь самоубийством и оставлю записку «Прошу в моей смерти винить психолога К.» Стоп, возвращаемся к ответу «Сказать». То меня просто потискают и отпустят, наверное, скорее всего, возможно, а может и нет. Черт, вот же, все какая хня в голову лезет и откуда чего берется?! А самое интересное, что даже при столь отстраненных мыслях я хочу кончить и как можно быстрее. Уууууу, где моя правая рука? Вот блин, он их держит над моей головой. Попытался выдернуть. Бесполезно, только еще хуже себе сделал, потерся от него. Бля, это еще круче, чем рукой. Вот засранец, придавил меня, чтобы не дергался. Ладно, все-все я спокоен, пытаюсь дышать глубоко и ровно. Ааааа это еще хуже, как он пахнет!!! Меня аж трясет, от его запаха. Я понял, он садист. Ему нравится изводить меня. Мммм, у меня сейчас яйца взорвутся. Ну, ладно это у него Яйца, именно с большой буквы, а у меня так, небольшие динь-дончики. Но от этого они не менее звенят, когда тебе не дают кончить. Ууууу, садюга.       Так я чет не понял, а чего ничего не происходит? Я тут понимаешь, лежу, весь такой раз такой, бери и трахай, а в ответ тишина. Любопытство, пересилило страх и я приоткрыл один глаз. Лучше б я этого не делал. На меня смотрели смеющиеся озорные, зеленые глаза и ждали. Я аж забыл, как меня звать от возмущения. Только я набрал в легкие воздух, чтобы высказать все, что я думаю, как меня перебили. - Ну и чего ты там себе напридумывал? Или ты думал, что я наброшусь на тебя, как зверь? Как будто я омег никогда не видел?! – Эта зараза наклонилась и уткнулась в мою шею носом вдыхая мой запах. Меня опять затрясло и я даже застонал. Как стыдно, ууууу. - От тебя еще молоком пахнет и течки не было, а ты хочешь, чтобы я тебя тут разложил. – Я аж пятнами пошел, так мне стало стыдно, так как имел такие паскудные мысли. - Все-таки мне не хочется срок мотать, за развращение, глупых и малолетних омежек. Тем более я твой врач. Вот подрастешь, потечешь, тогда и играть будем во взрослые игры. - Я обиделся. Да, вот так, обиделся и все. Даже слезки побежали. А он стал их сцеловывать. - Ну-ну, не надо плакать. Ты же такой хорошенький, а когда плачешь, то сразу страшненький становишься. – От таких перлов, я даже забыл, что ревел. А этот поразит, ржет, как конь и продолжает меня тискать. - Если я такой страшный, отпусти. Чего пристал? – Ух, это я сказал. Ну, герой. Мозгом то я понимаю, валить отсюда надо, а вот раздраконенное тело говорит, что пока не получит удовольствия, хрен я куда уйду. Он снова засмеялся, видно снова прочитал мои мысли. - Давай, так договоримся. Я тебе сейчас немного помогу. Это будет просто помощь для твоего тела. Ты слишком молоденький и если сейчас я оставлю тебя в таком состоянии, то угодишь в больницу с гормональным расстройством. А ты, об этом не скажешь ни одной живой душе. Так что выбирай или больница или молчание. – Изумрудные глаза серьезно посмотрели на меня, ожидая моего решения. Я, конечно, понимал, что это развод чистой воды, но мне так хотелось узнать, что же он будет со мной делать. Да и если я соглашусь на молчание, то не смогу уйти на попятную. Меня просчитали на раз-два. - Неее, в больницу я точно не хочу. Я не для этого от туда ноги сделал. – Я хитро прищурил глаза и закусил губку. Не больше не смотрю порнушку, а то точно сейчас, как блядь выгляжу. Так побольше невинности. Я снова покраснел и опустил глаза и тихо прошептал. - Я выбираю молчание. – Ох, как он вселился над моей игрой одного актера. Я чуть снова не обиделся, но мне не дали, завладев моими губами. Я и не думал, даже предположить не мог, что поцелуй с альфой может быть таким. Таким, головокружительно-охуетительным. Или мне повезло с моим психологом, который реально умел и знал, как правильно поцеловать омежку.       Первые секунд тридцать, наверное, я не мог даже ответить на сие действо. Горячий, мягкий язык вылизывал мой рот, соприкасаясь с моим безвольным языком. Но я был бы не я, если бы продолжил лежать бревном с открытым ртом. Мои первые поползновения, были встречены на ура и поддержаны. Мой порыв оценили и продолжили обучать. Я, как примерный ученик повторял все, что мне показывали и в какой-то момент поймал себя на том, что стону от удовольствия в рот своему альфе. А тот лишь поощрительно рыкнул и отстранился от меня, с удовольствием разглядывая дело своих рук, то есть губ и языка. А я, все такой заведенный от страстных поцелуев, лежал, раскинувшись на кровати, и ждал продолжения урока.