Chasing Yesterday

04:45.       Ноэл замечает сколько сейчас времени, потому что взгляд падает на запястье: его рука на нежном бедре Лиама, не гладит, просто лежит. Секундная стрелка делает ещё круг, прежде чем Лиам открывает глаза. Chasing yesterday. - Хочу пить, - хрипло говорит он.       Ноэл спускается вниз, чтобы налить ему воды. Не то чтобы он должен находиться здесь и сейчас, с восемнадцатилетним Лиамом, когда у самого дома жена и двое пацанов. Голос долга, конечно, взывает, но пьянящее чувство победы до сих пор разливается по венам. Пять часов назад это случилось. Когда он протягивает ему стакан воды, Лиам не говорит «спасибо», он же не Сара или кто-нибудь, кто угодно. - Угощайся, - Лиам возвращает стакан, и Ноэл пьёт только потому, что его губы касались этого стекла.       Затем они снова ложатся в постель, и Лиам продолжает смотреть сны, а Ноэл думать. В сорок восемь лет сложно уснуть, если уже проснулся. Как это было? Охрененно круто. «Охрененно круто» - эмоциями Ноэла, которому двадцать три, а не как сейчас. Он подцепляет краешек простыни, и тянет, скользит ей вверх, пока она не опадает, скрывая ноги Лиама. Вся кровать влажная от их пота, от душного воздуха, да от всего.       Первый раз ему действительно наплевать выгонят ли его из дома, что вообще будет дальше и как это скрывать. Может, все мужчины после сорока начинают спать с кем-то ещё, а может, нет. Он просто похерил всё в тот момент, когда стоял на крыльце его дома, их дома, и солнце так восхитительно играло на волосах Лиама. - Придёшь сегодня? – синева более тёмная, чем у самого Ноэла, казалось, он не заинтересован в ответе. Лиам потряс тетрапак сока рядом с ухом: есть ещё что-нибудь? А потом высосал остатки через трубочку. Звук, наверное, было слышно на соседней улице. Само собой, Ноэл пришёл.       Они сделали это после полуночи. Сразу после вечернего повтора игры дерби. В кои-то веки всё пошло дальше взаимных ласк. И теперь, Ноэл здесь, вдыхает его запах, знакомый и неясный. Губы Лиама возле его шеи, а колено скользит между бёдрами, он уже не спит, но не открывает глаза. Лиам опускает руку, чтобы удостовериться, что Ноэл всё так же хочет его, как и несколько часов назад. Ноэл пытается поцеловать его, но тот уворачивается, сонно и не слишком проворно, Ноэл хочет знать, что тот задумал. Когда Лиам садится сверху и двигается-двигается-двигается, Ноэл больше ничего не хочет. Лиам держится за его плечо, сжимает так сильно и неприятно назойливо. *** Ноэл открывает глаза. Лиам трясёт его за плечо, умудряясь одновременно жевать что-то хрустящее. - Наконец-то, Ноэл, не видел где мои джинсы? - Чо? – Ноэл трёт глаза, - Какого хрена, а? - Ну, бля, - расстроено отмечает Лиам, - Я не могу выйти на улицу с голым задом. У меня даже трусов нет! – он шуршит пачкой и отправляет в рот ещё партию чипсов. - Сколько времени? - Ой, ещё ночь, - отмахивается Лиам. - Так и куда ты тогда собрался? – Ноэл снова откидывается на подушку и бессильно стонет. - Просто забочусь на утро, - Лиам облизывает пальцы и пристраивается рядом. Ноэл вздыхает. - Мы ведь приняли одно и то же, почему ты нахрен не спишь Лиам? - Нет, я принял ещё тех, красненьких… - Знаешь, - Ноэла будто осенило, он ухватил за хвост быстро ускользающий сон, - Мне приснилось кое-что… - Что? - Заткнись. Знаешь, типа… Это было лучше чем трип. - Я? - Что? Лиам посмотрел на него, как на идиота. - Я тебе приснился. - Не суть. Мне был почти полтинник, - Ноэл издал нервный смешок, и, видя, нарастающую скуку Лиама, добавил: - А тебе восемнадцать. - Кажется, это называется «извращение». Они лежали в тишине так долго, что масло внутри включенной Лиамом лава-лампы, слилось в один красный шар. - Почему мне не приснился этот сон? - Потому что ты не спал. - Но я принял то же, что и ты! - И ещё красненьких, - Ноэл хихикнул. Потолок приобрёл зелёный цвет спустя пять минут после того, как он положил марку на язык. Лиам улыбался ему, сидя на его бёдрах. *** - Ты куда? Лиам встает не очень шумно, но Ноэл всё равно просыпается. Они оба уже слишком дряхлые для таких забегов. - Отлить. Ноэл тянется к тумбочке, и вглядывается в свои наручные часы при лунном свете, хотя скорее это свет фонарей за домом Лиама. Господи. Кровать снова прогибается под весом его брата, и Ноэл кладёт руку ему на талию. Давненько он не делал таких фокусов. Намного дольше, чем пять лет. Просто хорошо так лежать, в тишине и покое. Ноэл думает, что теперь, когда ему скоро стукнет 50, он заслужил немного пожить для себя. Для них двоих. Лиам оборачивается, чтобы подарить ему сонный поцелуй. Ноэл касается его щеки, морщин в уголках глаз, едва проступающей щетины, и шеи. Наверное, это первый раз, когда он достаточно трезв и чист, чтобы понимать, что между ними происходит. Часы на стене показывают 04:45. Никто из них не видит этого.