Снова и снова

POV Пелагея       Проснувшись сегодня ранним утром, когда не только в этом доме еще спал Дима, а когда спало еще и, казалось, все замерзшее Подмосковье, я наспех умылась, собрала почти неразобранные вчера вещи и уехала. Да, не разбудила Диму, не попрощалась, ничего не сказала, а просто исчезла, не оставив после себя в этом доме ничего, как будто меня тут и вовсе не было. Я нашла свои ключи от квартиры, лежащие на тумбочке в той самой комнате, в которой я второй день подряд ночевала. Вчера или по своей невнимательности, или по обычному нежеланию этого делать я даже не искала их тут. Ах, да. Что я все о вчера. Вчерашний день я решила навсегда вычеркнуть из своей жизни. Это что-то забытое, прошедшее и абсолютно никому не важное. Видимо, из-за переизбытка огромного количества различных эмоций вчера мне пока что очень здорово удавалось не думать о том, что происходило. Перед самым выездом от коттеджа Димы, я получила СМС от мамы о том, что она ждет меня в моем загородном доме, из которого я несколько дней назад нагло сбежала, бессовестно оставив там долгожданное одиночество, все еще терпеливо ожидающего своего часа. «Как-нибудь в другой раз», - думала я о своих недавно зря сорвавшихся тоскливых планах. Припарковавшись у ворот, не заезжая во двор, я вышла из машины и быстрыми шагами добралась до дома. Не сразу открывшая мне дверь мама была, казалось, удивлена моему появлению. Тепло обняв меня, она заботливо поздоровалась: - Где тебя два дня-то носило, чудо ты мое? - Все отлично, мамуль, у друзей ночевала, - решила не уточнять я. – Не волнуйся, все прилично, - усмехнулась я, увидев немного нахмурившуюся маму. - Поль, ну тебе 28, а ты все у друзей, - устало выдохнула женщина, мягко улыбнувшись мне. – Ну ладно, проходи, чего встала-то? Послушно сняв с себя легкое пальто (для такой, мягко говоря, нелегкой ранней декабрьской погоды), я вошла сразу в кухню, по привычке моментально нажимая на чайник. Мама снова недовольно оглядела меня. - А чего ты так быстро доехала-то, Полюш? У каких друзей ты была? – подозрительно спросила она, поправив очки на переносице. - У Димы была… - осторожно ответила я, решив сказать правду. - А что, Диме одному уже не ночуется? – презрительно чуть повысила голос мама, подняв брови и слегка улыбнувшись, уже наливая мне любимый кофе. - Ну, естественно! – саркастически цокнула я, усмехнувшись. – Он просто попросил меня помочь и спеть с ним на концерте, - быстро произнесла я, хватая свою кружку с горячим напитком из рук мамы и удобно устраиваясь в кресле. - Что за концерт такой, Пелагея? – округлила глаза женщина, садясь напротив меня и ставя свою кружку на журнальный столик. – Ты мне сказки-то не рассказывай. - Мам, пожалуйста.. – медленно тяжело выдохнула я, на секунду прикрыв глаза и запрокидывая голову наверх. – Я тебя умоляю, давай не будем об этом? Ничего не вышло, и вообще, об этом лучше забыть, - я пыталась подобрать слова, старательно избегая воспоминаний. Только этого разговора еще не хватало. – Я просто жутко устала, мамуль, - чуть позже добавила я, поднося чашку кофе к губам и осторожно подув на него. – Надеюсь, хоть отдохну в эти несколько дней, - я отхлебнула напиток, едва не обжигаясь. - Ой-ой, Пелагея, что с твоей памятью? – удивленно спросила мама, непонимающе смотря на меня. – Ты забыла, что у тебя концерт сегодня вечером, Поль?.. О Господи, да какого черта я опять обо всем забываю!? - Какой концерт?.. – аккуратно спросила я, медленно ставя кружку с кофе на стол. - О Боже, Поля… - тихо произнесла она, на мгновение прикрывая глаза рукой, немного отодвинув очки. – Через два часа самолет. В Екатеринбург. Тебе полчаса на сборы, иначе ты получишь у меня, - уголки губ мамы приподнялись, но выражение на ее лице все еще оставалось строгим и напряженным. Собравшись за час, а не за полчаса, как должна была, я мчалась вместе с мамой на ее машине в аэропорт, боясь опоздать на самолет, хоть и прекрасно знала, что меня подождут. - А где ребята, мам? – поинтересовалась я об участниках нашей группы, уже заранее огорчаясь, чувствуя, что придется выступать одной. - В Екатеринбурге. Прилетели еще позавчера. Хотели сходить в бар там какой-то, - усмехнулась мама, не отвлекаясь от дороги. – Похоже, поход удался, потому что вчера от них до вечера ни слуху не духу, - продолжала смеяться она. - Во сколько концерт? Мы успеем отрепетировать все? – забеспокоилась я. - Не боись, Поль, в программе все как обычно, на саундчеке и отрепетируете, - спокойно ответила мама.- Тебе не впервой. Несмотря на то что я уже успокоилась, странное волнение и напряжение все еще преследовало меня до самого рейса. И этот непонятный нарастающий страх (перед сценой? перед закрытым концертом? перед зрителями?) напоминал о вчерашнем дне и о самом ужасном концерте в моей жизни. И вот сейчас, когда я уже сижу в самолете и жду приземления, все события вчерашнего быстро проносятся в голове, заставляя слезы отчего-то политься из моих глаз. «Друзья. И всегда ими были. И будем», - болью крутились в голове мои слова, отчего-то прожигающие изнутри. Да пожалуйста, Боже, дай забыть это! Я так устала думать об одном и том же. Я так нуждаюсь в чем-то, что спасло бы меня от вечных раздумий и внутренних терзаний. Утерев слезы тыльной стороной ладони, я намеренно закрыла глаза и постаралась уснуть, чтобы новая волна воспоминаний и мысленных мучений не настигла меня. *** Прилетев в Екатеринбург и разместившись в лучшей гостинице города, я прогуливалась по холодным улицам, заходя в различные магазины и кафе. Благодаря любимой музыке в наушниках, я успешно убегала от своих тревожных мыслей. Приехав к назначенному времени к нужному зданию, где состоится концерт, я не сразу зашла внутрь. Я обратила внимание на необычность дома, под крышей которого была интересная огромная крытая веранда. Наверное, там очень красиво. «Надо будет обязательно туда сходить», - пронеслось в моей голове. Когда я зашла, меня тут же встретили мои ребята из группы, которых я просто безумно была рада видеть, и предупредили меня о том, что мне нужно быть в зале через десять минут. Я прошла к своей гримерке, сняла верхнюю одежду и поймала себя на мысли, что я снова переживаю перед сегодняшним выступлением. Направляясь вперед по коридору в концертный зал, я обратила внимание на лестницу слева, по которой, как написано на прикрепленной рядом табличке, можно подняться на ту самую веранду, которая так понравилась мне с виду. Решив пойти туда потом, я продолжила путь на репетицию. Я вошла в зал и встала на месте как вкопанная. Нахлынувшее адское волнение перед концертом и стремительно нарастающая паника при виде сцены, черт возьми, точь-в-точь похожей на ту, на которой я выступала вчера, не давали мне возможности пошевелиться и сказать хоть что-нибудь. Твою мать, дикий страх теперь всегда будет преследовать меня перед концертами? Будь проклят гребаный вчерашний день! Часто дыша короткими вздохами и понимая, что задыхаюсь, я резко развернулась, выбежала в коридор и понеслась наверх по лестнице. Страх окутал меня полностью и заставлял мои легкие, казалось, противно слипаться и сжиматься, не позволяя сделать полноценный вдох, а голова раскалывалась от пронзающей боли. Глотая быстро льющиеся слезы и прижимая руки к грудной клетке, я ворвалась на ту веранду, села на огромный диван и устремила свой взгляд вперед на панораму прекрасного зимнего города, пытаясь сосредоточиться и успокоиться. Но бесполезно все, черт возьми! Паническая атака. Впервые за последние лет десять. Я абсолютно не знаю, что нужно делать и как успокаивать себя сейчас. Мне хотелось лишь одного, и я поддалась желанию, за которое меня будет так винить разум, здравый смысл, абсолютно растворившийся в страхе в этот момент. Дрожащими руками, трясущимися пальцами, еле попадавшими по экрану телефона, я набрала столь знакомый, столь любимый и столь ненавистный, глубоко засевший в моей памяти номер. Я не знаю, почему делаю это. Мне просто нужна его поддержка прямо сейчас. - Да, Поль, все в порядке? Почему ты так внезапно уехала сегодня? – недовольно и одновременно обеспокоенно сразу спросил он тем голосом, от которого по моей коже быстро пробежались мурашки, а внутри на короткое мгновение стало тепло. - Пожалуйста, умоляю.. Не говори ничего. Просто молчи, Дим.. – я буквально вытащила из себя эти слова, которые отчего-то очень больно резали горло. И он замолчал. Не задавал никаких вопросов. Просто дышал в трубку, терпеливо слушая, как я пытаюсь дышать в ритм ему. О Господи. Как же. Сейчас. Хорошо. Мне казалось, я могу так вечно держать телефон у уха, лишь слушая его ровное громкое дыхание. Словно глоток свежего воздуха я ловила каждый его вздох, постепенно успокаиваясь. Мы молчим уже около десяти минут, а мне все мало. Кажется, все время бы вот так молчала, размышляла и слушала. Он не рядом, но я его чувствую. Чувствую лучше, чем когда мы просто разговариваем по телефону, перекидываясь привычными фразами. Это молчание – то, в чем я сейчас нуждаюсь. Почти отступившие страх вместе с паникой еще больше убеждали меня в этом. Такое быстрое успокоение напомнило мне вчерашние события. То, что я так тщательно пытаюсь забыть уже второй день, остро вонзается в мое сердце снова. Снова и снова я вспоминаю те моменты, которые, похоже, забыть уже невозможно, как бы я ни старалась. Но сейчас я не чувствую такого стыда, волнения, отчаяния и разочарования, как еще пару часов назад. Я понимаю, что уже ничего не исправить, не вернуть назад. Что нет смысла жалеть о содеянном. Не нужно пытаться забыть, нужно просто отпустить. Прошло уже пятнадцать минут, а я все продолжала сидеть с телефоном у уха на этой необычной веранде, почти не шевелясь все это время и не думая спешить. Время будто бы остановилось, даря мне те самые долгожданные минуты одиночества, которые мне так были нужны. И все-таки как же странно на меня влияет этот человек. Потому что только в его компании, если точнее, в компании тишины и его приятного слуху дыхания, почти ощутимого через километры расстояния, я смогла, наконец, отпустить свои тревожные мысли, тяжкий груз воспоминаний недавнего. И сейчас, пока я медленно полностью прихожу в себя, я не хочу, чтобы этот момент заканчивался. - Дим.. Ты слышишь меня? - Да, Поль… Все хорошо? - …Спасибо тебе. Я не знаю, почему он так влияет на меня. Но подумаю об этом позже. Мы с тобой, еще немного и взорвёмся Я люблю - твои запутанные волосы Давай, я позвоню тебе ещё раз, помолчим Люблю, твои запутанные волосы Давай, я позвоню тебе ещё раз, помолчим.