Ненавистный Новый Год!

Бэкхён сидел на подоконнике и прижимал к груди плюшевого медвежонка. Пусть у омеги была куча мягких игрушек, но эта стала любимой и единственной, так как подарена была Чанёлем. Глядя на этого мишку, Бён невольно вспоминал альфу. Как же хорошо, что хоть что-то будет напоминать о нем, когда Пак уедет. Хотя Бэкхёну хотелось большего, больше воспоминаний, больше ярких моментов. Таких как вчера. Этот поцелуй омега никогда не сможет забыть. Свой первый поцелуй с любимым. Да, Бэк не скрывал хотя бы от себя, что действительно любит Чанёля. Как бы глупо это не звучало, ведь они знакомы не так давно, но уже ничего не изменить. Он любит его, но понимает, что ответных чувств никогда не получит. Пак делает это все только потому что его попросили. Он не собирается оставаться или признавать Бэкхёна. Зачем? У него уже есть любимая омега, есть тот, кому он подарил свое сердце. Но если это так, тогда почему он так нежен? Почему так тянется к Бёну? Почему возбудился вчера, когда тот сидел у него на коленях? Все это означало, что либо он похотливое животное, которое хочет затащить омежку в постель, либо Чанёль действительно что-то чувствует к Бэку. И если все же второе правда, то тогда, что он чувствует? Жалость? Бэкхён прислонился головой к холодному стеклу. Как же он ненавидел зиму, ненавидел снег, ненавидел холод. В это время года с ним всегда что-нибудь случалось. И пусть в этот раз он сам все затеял, но это не было оправданием. Ведь его идея фиктивных отношений приносила только боль и разрывала сердце. Только вот прекращать все это омега не торопился. За эти оставшиеся несколько дней до праздников, он должен, как губка, впитывать в себя все впечатления. Взять как можно больше приятных воспоминаний, чтобы унести их с собой в предстоящие годы мучений. Вдруг послышался щелчок открывающегося замка. Бэкхён слегка напрягся, но потом вспомнил, что у Чанёля есть ключ от его квартиры, которым он так бесцеремонно пользовался. Почему-то на ум пришел вчерашний поцелуй, как всегда не вовремя смущая омегу. Бэк отвернулся к окну и еще сильнее прижался к нему лбом, чтобы остудить разгоряченную кожу. По комнате мгновенно распространился запах морского бриза и Бён поневоле начал принюхиваться. Послышались шаги, а потом легкое касание к плечу, от которого будто током обдает все тело. - Бэки, ты в порядке? - взволнованный бас и Бэкхён понимает, что снова в плену. Омега отстраняется от окна и поворачивается к Чанёлю. Есть такие моменты, когда не нужно слов, все можно понять по глазам. И это был один из этих моментов. Чанёль прочитал в глазах Бэкхёна: печаль, страх, мольбу о помощи и... Неужели желание? Пак терзаемый сомнениями, провел рукой по щеке омеги, от чего тот заметно задрожал. Запах кокоса усилился и альфа стиснул зубы, чтобы сдержать рвущиеся инстинктивные порывы. Понятно почему Бэк принимал раньше таблетки, так было легче удерживать свое естество. - Обними меня, - шепотом просит Бэкхён. Чанёль не смеет ослушиваться, не хочет ослушиваться. Он прижимает омегу к себе, проводит ладонью вдоль его спины. Наслаждаясь дыханием Бёна на своей груди, прикосновением изящных пальчиков к талии. От всего этого внутри альфы будто извергается вулкан. Ему до безумия хочется этого парня, хочется аккуратно снять с него всю эту ненужную одежду, провести руками по нежной,белой коже. Ощутить исходящее тепло и утонуть в нем, ловя пошлые стоны, которые будет издавать омега своим прекрасным голоском. А еще больше хочется утонуть в этом кокосовом запахе, почувствовать узость внутри Бэкхёна, почувствовать его под собой. Всего этого ужасно хотелось Чанёлю, и сейчас его разум сражался с желанием осуществить подобное. - Чани, я еще раз хотел извинится за вчерашнее. Я знаю, что скорее всего ты делаешь это все из жалости и просто не можешь мне отказать. Поэтому прости, я больше никогда не перейду рамки дозволенного. У тебя есть омега, а я обуза, от которой сложно избавится. Чанёля будто окатили ледяной водой, охлаждая весь пыл и убивая надежду. Как же Бэкхён любил все усложнять, будто ему самому нравилось страдать.Пака порой это просто выводило из себя и хотелось просто взять и уйти. Но кого он обманывает, он не сможет. Не сможет уйти, не сможет оставить Бёна одного. Пока что он даже не представляет как сделает это после Нового года. Но ведь сейчас он здесь. Почему омега не может просто наслаждаться этим? - Хватит нести чушь и давай собирайся, - выдавливает сквозь зубы Чанёль и отходит. - Собираться? Куда? - Мы идем за новогодними покупками. Будем создавать праздничную атмосферу, - уже более спокойно объясняет альфа. - Я не хочу! Бэкхён спускается с подоконника и проходит на кухню, не обращая никакого внимания на ошарашенного Чанёля. - Что значит ты не хочешь? Все так делают! - Как ты уже успел заметить, я не все! Наверное поэтому и не хочу! Мне не нужен ни этот праздник, ни его атмосфера, так что забудь! Чанёль проследил взглядом за омегой, мельтешащим возле плиты. И как этот парень мог так быстро меняется? Как ему удавалось с печального и жалкого, превращаться в стервозного и невыносимого? Понять его было очень сложно. - Но разве ты не хотел делать все то же самое, что делают парочки? - Только не в этот раз. Хорошо? У меня сегодня есть кое-какие дела, так что не думаю, что нам удастся провести этот день вместе, - совершенно спокойно говорит омега, ставя на стол тосты с джемом. - Какие дела?! - Не думаю, что должен посвящать тебя во всю свою жизнь. Сделай себе чай и покушай, а я пойду собираться. Бэкхён подмигнул Чанёлю и скрылся в своей комнате. Альфа остался неподвижен. Кажется он совсем запутался, понять Бёна как собрать кубик Рубика, может только избранный. Омега как можно быстрее переодевался. Нельзя терять ни минуты. Еще когда Чанёль только обнял его, он уже почувствовал что-то неладное, почувствовал резкую боль внизу живота и сильный прилив возбуждения. Это могло означать только одно - течка! Конечно, было слишком рано для нее, но у омеги явно был гормональный сбой, что и привело к таким последствиям. Бэкхён был не готов к подобному. У него не было никаких таблеток в доме. Слава Богу, что Пак еще ничего не заподозрил. Нужно быстрее бежать в аптеку и как минимум сегодняшний день отлежаться дома. В принципе, что и собирался сделать Бён. Когда он вышел из комнаты, то понял, что в квартире кроме него никого не было. Наверно Чанёль обиделся из-за его поведения. Ему и самому было противно от себя, но своим положением он мог конкретно подставить альфу. Завтра Бэк обязательно попросит прощение и постарается все объяснить, но а пока что нужно торопиться. Бэкхён быстрым шагом шел по снегу. Он решил срезать и пошел через переулки. Ему не повезло, ведь ближайшая аптека находилось довольно далеко. Здесь снег не был расчищен, поэтому шаг замедлился, а дышать было очень трудно. Омега уже пожалел, что так опрометчиво ринулся в путь. Почувствовав, как начинают намокать брюки, Бён решил вернутся домой. Лучше он кого-то попросит, пусть папа привезет ему таблетки. Это было верным решением. И как он раньше не подумал? Наверно просто из-за Чанёля, не хотелось, чтобы он чувствовал дискомфорт. Хотя какая разница все равно он обиделся и ушел. Это даже хуже. - Эй, малыш, ты что заблудился? - послышался чей-то голос и Бэкхён резко остановился. Перед ним стояло двое альф. Они были большими, мужественными и слегка не трезвыми. Бён почувствовал как начинает дрожать, а слезы начинают течь по щекам. Все точно так же как и два года назад. Сейчас снова будет больно, больно телу, больно всему. Второго такого раза Бэкхён просто не выдержит, он умрет. - Не беспокойся, мы поможем тебе, - ухмыляется один из альф, пошло закусывая губу. Омега терял последние остатки сил и буквально осел на снег. Лучше умереть, чем испытать это вновь, но он просто не может пошевелится. Паника и страх сковали тело. Новая волна унижения просто неизбежна.