Подкидыш или Снейп теперь отец.

      Жасмин очнулась на холодном полу в каком-то огромном зале.       Последнее, что она помнила, это широкая раскрытая пасть с двумя огромными клыками, с которых капал яд. Она даже представить не могла, каким образом осталась в живых. Рядом почувствовалось шевеление. Жас повернула голову, и чуть снова не потеряла сознание — рядом лежал гигантский змей, и смотрел куда-то вверх. Девочка моментально закрыла глаза, и даже перестала дышать, повинуясь чувству самосохранения. Но Василиск, видимо, не собирался её убивать. Вместо этого он опустил голову и ткнул Жасмин носом, видимо, желая, чтобы она очнулась, но девочка, скованная ужасом, не двигалась. По всей видимости, это немного разочаровало змея, и он лёг рядом, высунул язык и провёл им по шее Жасмин, проверяя, жива ли она вообще.       Какой-то голос внутри подсказал девочке, что бояться ей нечего, и, всё ещё не открывая глаз, она села. Змей положил голову рядом, будто верный пёс. Открыв глаза больше от удивления, чем от смелости, Жасмин с начала увидела размеры этой головы — девочка спокойно могла поместиться внутри, если бы захотела. А потом глаз… Огромный жёлтый глаз с чёрной прорезью смотрел прямо на неё и, казалось, сквозь нёё. Но, как ни странно, Жасмин не умерла и даже не окаменела — видимо, Василиск умел контролировать свои способности.       Чуть осмелев, Жасмин поднялась на ноги, а змей поднял голову. Они рассматривали друг друга, и, надо признать, Василиск обладал невероятным шармом — изумрудный окрас, блестящая холодная чешуя и аккуратная красивая голова. Жасмин провела рукой по его телу, погладила голову, и страх ушёл совсем.       — И почему ты меня не убил? — спросила она, будто Василиск понимал человеческую речь.       Змей зашипел, выделяя определённые звуки; видимо, это был парселтанг, но Жасмин, к сожалению, не обладала даром понимать змей.       — Ясно. Я тебе понравилась, — улыбнулась она — И как отсюда выйти?       Она около часа гуляла по трубам, а змей ползал за ней, но выхода так и не нашла. Огромную круглую дверь открыть не получилось, даже заклинанием, и Жасмин решила осмотреться в зале. Статуя Салазара Слизерина её интересовала больше всего, и, не долго думая, она забралась прямо ему на голову. Василиск всё это время был рядом. Вот так, сидя на лысине одного из четырёх величайших волшебников и болтая с Василиском о том, в какой жопе он живёт, девочка провела ещё полчаса.       — Мы тебе здесь всё красиво устроим — отдельный бассейн, чтобы вот такой лужи не было, — она указала ногой на небольшое озерцо внизу — Слизерина помоем, а то он уже позеленел. Крыс будем стероидами кормить, чтобы большие вырастали, и тебе отдавать… ВОТ ТОЛЬКО ВЫПУСТИТЕ МЕНЯ ОТСЮДА, Я С ПАПОЙ ЕЩЁ НЕ ПОМИРИЛАСЬ!       Как только Джинни узнала о том, что пропала Жасмин, она тут же побежала в комнату девочек первого курса. Благо, там ни кого не было, все сидели в гостинной. Она долго ходила взад-вперёд, заламывала руки, понимая, что это по её вине дочка Снейпа сейчас, вероятно, мертва. А если нет? И Джинни решилась. Боже мой, сколько же смелости было у этой одиннадцатилетней девочки, что она смогла пойти на такой смелый поступок? Но сперва надо было написать записку брату и Гарри. Правда, она не совсем понимала, зачем писать записку Поттеру, но всё равно.       «Рон, Гарри, — писала она — Вы, наверное, меня возненавидите, но, пожалуйста, не надо. Это я открыла Тайную Комнату, это я выпустила Василиска и писала угрожающие послания на стене, дневник заставил меня. Я не знаю как, но он каким-то образом манипулировал мной, и я не могла ему противиться. Но в какой-то момент я очнулась, поняла, что происходит и просто выкинула дневник в унитаз, а потом испугалась, но не смогла его найти. И вот теперь Василиск на свободе, Жасмин пропала, и в этом виновата только я… Но я решила всё исправить. Я собираюсь вернуться в Тайную Комнату, я помню, она находится в туалете Плаксы Миртл, и помню, как я говорила на парселтанге. Ждите меня или с Жасмин, или не ждите вообще. Джинни Уизли»       Она положила записку под подушку Гарри, вышла из гостиной под предлогом, что ей срочно надо к профессору МакГонаглл. Естественно, Перси увязался с ней, но его было очень легко обмануть — всего лишь спросить, трудно ли быть старостой? Увлёкшись своим монологом, Перси и не заметил, как сестра улизнула у него прямо из-под носа.       Переполох начался сразу, когда старший Уизли ворвался в кабинет к декану Гриффиндора и, чуть не плача, сообщил, что Джинни пропала. Все учителя тут же собрались у директора, у которого уже находился министр магии, Люциус и его жена Нарцисса.       — А если она мертва? — тихо, спокойно, без криков говорила миссис Малфой, но таким тоном, будто ей ничего не стоило залезть прямо на директора и отгрызть ему голову — Я требую немедленной вашей отставки и чтобы сюда прибыли мракоборцы!       Дамблдор тоже был сам не свой. Он сам копался в старинных пергаментах в надежде найти хоть намёк на местонахождении Тайной Комнаты. А в то время, когда Перси вернули в гостиную и он рассказал, что Джинни исчезла, Рон бросился в спальню. Гарри побежал успокаивать его, и поймал как раз на том моменте, когда Рон уже собирался опрокинуть тумбочку.       — Мне очень жаль, — только и смог сказать Гарри, но вдруг увидел записку.       Прочитав её, мальчики поняли, что ещё смогут спасти Джинни, и, возможно, Жасмин. Надев мантию-невидимку, они под шумок выбрались из гостиной.       — Гарри, нам надо найти Локонса, — решил Рон — Он, думаю, нам поможет.       — Да, умная мысль.       И ребята, под защитой мантии, пошли к профессору. К сожалению, там их ждало разочарование в виде жалкого завравшегося человека, но, тем не менее, теперь их было трое.       — Надо было позвать Гермиону, — глядя на открытый проход в Тайную Комнату, прокомментировал Гарри.       Рон просто молча толкнул Локонса вниз. Поняв, что там нет никаких острых кольев, пик и вообще падать не больно, друзья прыгнули следом.       А там уже стояла Джинни, вообще не понимая, что здесь делает Гарри, Рон и профессор Локонс.       — Джинни, ты жива! — тут же бросился обнимать сестру Рон.       — Да, со мной всё в порядке, но Жасмин сейчас там… И я не знаю, жива она, или нет, — чуть не плача, проговорила девочка.       — А вот сейчас и узнаем, — выползая из трубы, сказал Гарри. — Так, на любой признак движения сразу закрываем глаза, держимся вместе. Профессор, вы впереди.       — Почему же?       — Вас не жалко, — грозно глядя на лже-героя, ответил Рон — Джинни, он всем лгал! Его книги — всего лишь вымысел, истории совершенно других людей, которым он стирал память!       Удивление в глазах девочки сменилось ненавистью.       Компания пошла дальше, мимо гигантской змеиной кожи, по длинной трубе прямо к круглой двери с изображением змеи, и вдруг…       — Я ЕЩЁ С ПАПОЙ НЕ ПОМИРИЛАСЬ!       — Жива! — хором крикнули ребята и принялись барабанить в дверь, совсем забыв, что её просто так не откроешь.       Услышав голоса друзей, Жасмин, не долго думая (или не думая вовсе) прыгнула на Василиска и, как по канату, спустилась вниз. Ей хватило десяти секунд, чтобы преодолеть довольно длинное расстояние от статуи Салазара к противоположной стене и взобраться на лестницу, ведущую к двери:       — Народ, я жива! Я жива! Змейка меня не тронула! Мы с ней подружились!       — Девочка потеряла рассудок, — констатировал её вопли Локонс.       — Я сейчас твой рассудок потеряю! — огрызнулась Жасмин — Зачем вы его вообще взяли?       — Да мы… — начал было Рон, но вдруг послышались звуки борьбы, какая-то возня, и победный смех Локонса.       — Что там у вас? — заволновалась Жас       — Локонс у меня палочку отобрал, — пожаловался Рон.       — Локонс, — медленно, на Снейповский манер, сказала Жасмин — Немедленно отдай палочку ребёнку, иначе…       Но Локонс её перебил:       — Иначе что? Дверь закрыта, выбраться ты не можешь… Я, конечно, не очень хорошо колдую, но одно заклинание я знаю в совершенстве.       — ПОТТЕР, ОТКРОЙ ЭТУ ЧЁРТОВУ ДВЕРЬ! — рычала Жас.       — ЗАБВЕНИЕ! — Заорал Локонс. Но Гарри каким-то чудом успел что-то кокетливо нашептать двери, и как раз вовремя: неисправная палочка Рона вместо потери памяти организовала незадачливой группе спасения обрушение грота. К счастью, все успели спрыгнуть вниз, кто на ноги, кто на чужие ноги, Локонс же отличился — выполнил лихой прыжок щучкой. За сохранность его головы ни кто сильно не переживал — там и переживать-то не о чем.       Василиску такое обилие гостей не понравилось. Подняв голову, змея зашипела, но Жасмин встала перед друзьями:       — Касси, фу! Нельзя, кака! Вон того тоже не трожь, он ядовитый, — махнула она рукой на распластавшегося на полу Локонса.       Нехотя, «Касси» отползла в сторону.       — Ребят, можете глаза открыть, змея вас не тронет.       Джинни первая осмелилась посмотреть на Василиска:       — Касси? Ты назвала огромную смертоносную змею Касси?       — Нет, конечно, это сокращение. А вообще, это Кассиопея, — подойдя к Василиску и любовно погладив его, произнесла Жасмин.       — Почему ты вообще решила, что это девочка? — глядя на Жасмин, как на умалишённую, спросил Гарри.       — О, это очень просто! У самцов на голове есть красный хохолок, а тут, смотрите, — и она подпрыгнула, зацепилась руками за нижнюю челюсть змеи, заставив её наклонить голову.       А в Хогвартсе, тем временем, кипела работа. Малфои поняли, что, вместо угроз лучше действовать. Они как раз просматривали чертежи второго этажа, когда в кабинет директора ворвался Северус, крича что-то про туалет для девочек.       Когда же всё, наконец, выяснилось и Нарциссу заверили, что Снейп не сошёл с ума от горя, чета Малфоев, директор, Минерва, Флитвик и впереди всех Снейп зашли в туалет Плаксы Миртл с мётлами наперевес.       Вход в Тайную комнату был открыт, что значительно упрощало дело.       — Итак, — начал Дамблдор, — Я сейчас раздам вам специальные очки, которые транслируют всё, что происходит вокруг. Он выудил из необъятного кармана шесть пар зеркальных очков, похожих на очки против пыли.       — Летим тесной группой. Каждый освещает себе путь палочкой, но вы должны быть готовы к нападению в любой момент.       — А как же мракоборцы? — спросила у Альбуса миссис Малфой.       — Они скоро будут тут, но ждать нельзя. Каждая минута может быть последней, — грустно закончил Дамблдор.       По команде, неожиданно дружно и слаженно, группа учителей и родителей полетела на мётлах вниз.       Достигнув площадки, полностью усеянной костями грызунов, бригада спасителей огляделась. Но скелеты под ногами хрустели так, что предполагаемый наследник засёк бы их присутствие моментально.       — Тихо! Прислушайтесь, — как опытный следопыт, пригнулся Северус.       Все замерли, но то, что они услышали, немало их удивило:       — Load up on guns and bring your friends It's fun to lose and to pretend She's over-bored and self-assured Oh no, I know a dirty word…       — Они там что, песни поют? — не понял Люциус.       — Hello, hello, hello, how low? Hello, hello, hello, how low? Hello, hello, hello, how low? Hello, hello, hello — доносилось откуда-то слева.       Бригада спасателей двинулась туда, где были слышны голоса, и наткнулась на внушительных размеров обвал.       — ЖАСМИН! — неожиданно громко заорал Северус, совсем забыв о том, что находится в логове Короля Змей.       — With the lights out, it's less dangerous Here we are now… — как раз начала вопить Жас, и вдруг осеклась.       После недолгого молчания, Северус услышал её нормальный голос:       — Народ, я так сильно соскучилась по отцу, что у меня уже глюки начались.       — ЖАС! ЖАС, Я ЗДЕСЬ! Я СЕЙЧАС ВЫТАЩУ ТЕБЯ ОТТУДА, ЗАКРОЙ ГЛАЗА, ВАСИЛИСК МОЖЕТ БЫТЬ ГДЕ-ТО РЯДОМ! — напрочь забыв о том, что он владеет магией, Северус бросился на груду камней и начал разгребать её руками, только бы поскорее увидеть дочь.       Нарцисса аж прослезилась от умиления.       — Северус, я думаю, палочкой будет удобнее, — улыбнувшись, мягко сказал Дамблдор.       А у ребят началась паника. Они пытались придумать, куда спрятать Кассиопею, которая прятаться не хотела вообще. Статуя Слизерина на парселтанг Гарри не открывалась — возможно, она подчиняется только Наследнику.       Помощь пришла неожиданно: Рон схватил Жасмин за руку и потащил в какую-то трубу. Кассиопея ринулась за ними, и как раз вовремя. Как только её хвост скрылся в тени, из проёма двери выпрыгнул Снейп:       — Жасмин! Где она? Змей не появлялся? — он тут же подбежал к ученикам — Все целы?       На обездвиженного Локонса ни кто не обращал внимания. Вообще.       Дамблдор быстро раздал студентам очки:       — Так, а где Рон Уизли?       Гарри и Джинни переглянулись, но их спасла Минерва:       — Немедленно садитесь на метлу и улетайте! Мистер Поттер, прошу вас, помогите мисс Уизли, профессор Снейп, мы найдём вашу дочь!       А тем временем Рон и Жасмин всячески пытались не выпускать Касси из укрытия. Наконец, уговорив её, Жас тихо позвала:       — Пап! Пап, со мной всё в порядке, честно, только не бегите сюда, пожалуйста. Профессор Дамблдор, мне нужно с вами поговорить.       Профессора осторожно подошли к трубе, в которой прятались Жасмин, Рон и Кассиопея.       — Тут такое дело… Это трудно объяснить, — начала девочка.       — С тобой всё в порядке? — взволновано спросил Северус — Так, Жас, Василиск где-то рядом, выходи оттуда, сейчас прибудут мракоборцы и…       — Да, пап, он рядом. И он ни кого из нас не тронул, — дрожащим от волнения голосом сказала Жасмин.       И они с Роном, держась с двух сторон за Василиска, вышли на свет. Такого феерического появления мир ещё не видел. Нарцисса тут же упала в обморок, Минерва приложила руку к груди, будто ей не хватило воздуха. Все замерли, будто на них подействовал взгляд Василиска.       К Касси подошли Гарри и Джинни, и так же бесстрашно положили ей руки на голову.       — Это Кассиопея, и она не знает что такое любовь, забота, внимание и нежность. Она рассказала, — и в этом нам помог Гарри — что впала в долгую спячку, и, прожив более девяти сотен лет, чувствует себя максимум на две сотни. Она помнит своего первого хозяина — Салазара Слизерина, помнит и Тома Реддла, но ни кто из них её ни разу ни гладил, ни обнимал. Это — мой Василиск, и уверена, что Кассиопея не причинит вреда.       Когда Жас закончила свою тираду, половина слушающих стояла с открытым ртом.       Дамблдор, вздохнув, снял с себя очки:       — Это довольно необычно. Ты не обладаешь умением понимать змей, но в столь юном возрасте смогла приручить такое опасное существо.       — Профессор, — робко начала Джинни — Но это может быть прорвывом в магозоологии!       — Мисс Уизли, мы это уже поняли, — Минерва последовала примеру Дамблдора и сняла очки — Но мы не можем столь опасное животное оставить в школе.       Тут же и Люциус очнулся:       — В поместье мы его не заберём! — сказал он, поддерживая свою жену, которая уже просто лишний раз пользовалась моментом и нежилась в объятиях любимого.       — Вообще-то, мы можем его оставить в Хогвартсе, — начал директор, — Но с условием, если Жасмин на летних каникулах будет приезжать два-три раза в месяц.       По виду декана Гриффиндора казалось, что она вот-вот скажет что-то матом, но МакГонаглл сдержалась.       — Что ж, — нежно обнимая свою дочь, начал Северус — Осталось решить, что делать с мракоборцами.       С мракоборцами всё решилось быстро. В туалете для девочек их уже ждали Тонкс, Тесеус Саламандер и Венузия Крикерли.       Первая, увидев Жасмин, весело помахала ей рукой, даже не сразу заметив, что девочка едет верхом на Василиске. Саламандер открыл рот от изумления, а уже немолодая Крикерли схватилась за сердце.       У этих троих не получилось оторвать Жасмин от своей зверюшки, и мракоборцы быстренько передали дело в Надзор за магическими существами. Там решено было собрать совет, которому предстояло посмотреть на Василиска и вынести окончательный вердикт.       Змея перемещали вместе с Жас и Северусом по воздуху с помощью фестралов.       Когда совет почти полностью снял очки, а некоторые даже осмелились потрогать Кассиопею, в зал вошёл тот, кого не ожидал увидеть ни кто. Уже на столько старый, что не мог сам ходить, с дыхательной трубкой в горле и вечным другом — маленьким лукотрусом в нагрудном кармане Ньют Саламандер погладил холодную чешую Василиска. Надо сказать, что Жасмин примерно с таким же выржением лица, как и у Ньюта, когда он смотрит на животных, смотрела на своего кумира. Она перечитала все его книги, выучила наизусть почти всю его биографию, и теперь он — живая легенда и предмет обожания девочки сидел перед ней в инвалидном кресле и смотрел на её Кассиопею с нескрываемым восхищением.       — Вы знаете, как за ней ухаживать? — дребезжащим голосом спросил магозоолог.       — Да, конечно, — воодушевлённо закивала Жасмин — И её зовут Кассиопея.       Ньют поднял густые брови:       — И чем же вы планируете кормить Кассиопею?       — О, она очень исхудала, — грустно начала Жас, поглаживая необъятную змею — Дело в том, что она долгое время в перерыве между спячками питалась только крысами и мышами, и сейчас мы уже начали её по-немногу откармливать. Начали с грызунов, раз в неделю давали по двум-трём килограммам. Вот сейчас перешли на говядину, даём по пять килограммов. Через неделю к её порции прибавим ещё два, и так дойдём до целого телёнка.       Саламандер кивнул:       — А уход за чешуёй?       — Мистер Саламандер, но вы ведь сами видите её тусклые глаза, вялость. Ясно же, что она собирается сбрасывать кожу… Пожалуйста, ей не очень приятно быть вдали от дома. Василиски и так меняют кожу раз в двести лет, а Касси более семиста провела в спячке. Отпустите нас уже в школу.       Ньют Саламандер повернулся к главе отдела:       — Мистер, Я-Не-Знаю-Как-Вас-Там, змей совершенно не опасен. Лично я бы позволил ему остаться в живых, тем более, что он чуть ли не единственный оставшийся в своём роде. И для людей Касси совершенно не опасна.       Возвращения Жас и Кассиопеи ждал если не весь Хогвартс, то весь Гриффиндор точно.       Спустя неделю после их возвращения Касси, всё-таки, поменяла кожу.       Какое же было удивление мадам Малкин, которая продавала одежду, когда, вместе с миссис Малфой к ней зашла Жас, и обе несли по толстенному свёртку змеиной шкуры.       Титаническими (и немного нелегальными) усилиями женщина сшила клиенткам по три мантии.       Этим же летом, аккурат перед Днём Рожденья Драко, 4 июня, младший Малфой попробовал свои силы в профессии парикмахера. Из ванной просто вышли двое мальчишек — один белобрысый, другой рыжий.       — Зовите меня Жаном! — ни чуть не огорчившись, тут же выкрикнула Жас. То есть, Жан.       А на следующий день Люциус подарил своему сыну на именины билеты на матч по Квиддичу Болгария-Ирландия, но это уже совсем другая история.