Пуся

- Ну и зачем ты заказала один лишь салат, если все равно кушаешь мой рамен? - поинтересовался Итачи, наблюдая за тем, как его подруга в очередной раз тянется к его тарелке. - Да просто... - Изуми отчаянно покраснела, тут же одёргивая свою руку. Пряча глаза, она неловко потёрла свой затылок, прежде чем продолжила, - Ну, если честно, я собралась худеть. Учиха не смог сдержать улыбки на это заявление, хоть и понимал, что Изуми от этого может смутиться ещё больше. Однако, девочка ничего и не заметила, так как прожигала взглядом свой салат и молилась, чтобы её лицо перестало краснеть. - И зачем же тебе худеть? - придав голосу большей серьёзности, поинтересовался Итачи. - Да неважно, - Изуми покраснела ещё больше и посмотрела на мальчика. Итачи догадался, что она хочет сказать что-нибудь ещё и решил подождать. В этом с Изуми было легко: она обычно сразу выкладывала всё как есть. Эта девочка совсем не умела ничего скрывать! - Девочки в академии говорят, - наконец, начала она, отводя глаза, - что тебе нравятся только худенькие. Итачи добродушно улыбнулся, и заметив это, девочка растерялась: как ей это понимать? Увидев её недоуменное лицо, Итачи поспешил объяснить своё веселье. - Ты думаешь, я буду ходить в академии и шушукаться с девочками, о том кто мне больше по душе? - Изуми на секунду нахмурилась, а затем в который раз покраснела: ей стало немного стыдно за то, что она так легко поверила девчонкам с академии. - И если хочешь знать, тебе не надо ничего в себе менять, - как бы между прочим, добавил Итачи, возвращаясь к своему рамену. Он вскользь заметил благодарность и восхищение в глазах девочки. - Ах, ну тогда официанта мне, я закажу себе нормальной еды! - куноичи довольно улыбалась. - Вот и правильно, Изуми. - Я всё реже вижу тебя, Итачи, - Изуми присела рядом с юношей, тихо сидевшим у небольшого водоема. Итачи слегка нахмурился: ему хотелось немного побыть одному. Дело было не в том, что ему не хватало времени наедине, отнюдь, в последнее время он всё чаще бывал один. Однако, он чувствовал себя уставшим не только физически, но и морально, и сейчас он хотел бы набраться сил. Он избегал общества не просто так: в последнее время ему казалось, что его никто не сможет понять, и присутствие Изуми сейчас было для него лишним: она не была исключением. - Позволь мне просто посидеть рядом, - проронила девушка, увидев его нахмуренные брови, - я соскучилась. Итачи открыл глаза и посмотрел на неё так, что Изуми неожиданно для себя содрогнулась. Что-то странное было в его взгляде: какое-то безысходство, непомерная усталость. Изуми не смогла дать этому четкого определения, но то, что она увидела, вырвало из неё тяжёлый вздох отчаяния. - Ох, Итачи, - она не могла найти нужных слов, да и Итачи, услышав тон её голоса, тут же сделал взгляд непроницаемым и ничего не выражающим. Нельзя было давать слабину, терять контроль над собой, ругал он сам себя в мыслях, даже перед ней. - Я знаю, что тебе сейчас нелегко разрываться между двумя сторонами, - Изуми протянула к нему руку, пытаясь приобнять, но он холодно отстранился и убрал её руку. - Изуми, не сейчас, - голос его был ровным, - я хочу побыть один. Девушка вспыхнула и резко привстала: её гордость была задета. Но пока она раздумывала о том, как бы ей лучше ответить, она опустила взгляд на тихого Итачи, и сердце её снова сжалось. «Это нечестно», - подумалось ей, - «Он этого не заслужил. Почему же он взвалил на себя так много? » Итачи был глубоко погружён в свои мысли, когда Изуми тихо наклонилась к нему. - Я ведь просил... - начал было он, как был прерван её поцелуем. Изуми действовала импульсивно и сама до конца не знала, правильно ли она поступает. Но уж очень сильно ей хотелось хоть немного отвлечь Итачи, привнести хоть какое-то разнообразие в серые будни, даже если он посчитает это неуместным. Да, отношения, поцелуи - это то, чем голова забита у обычных людей, а Итачи - особенный и у него нет на это времени, но все же! Для всех он и может быть в первую очередь гением, надеждой клана, но для неё он всегда был и будет просто Итачи, парнем, кого она знала еще со времени беззаботного детства. Поцелуй длился лишь пару секунд, но хотя бы эти пару секунд мысли Итачи были заняты не междоусобицами клана и деревни, а Изуми. Она, запах её волос и её тонкие губы - все это окружило его на пару коротких мгновений. Изуми мягко провела ладонью по его щеке и выпрямилась. - Я вряд ли смогу помочь тебе советом или делом, но я рядом. Я просто буду рядом, а это ведь тоже немало, Итачи? - Да... Пожалуй, ты права, Изуми. Решение было принято и обдумывать его в сотый раз Итачи не стал. В самом начале, он чуть было не дал себе слабину, когда чуть было не принял решение убить родителей первыми. Этот исход был заманчивым, в этом случае, Микото и Фугаку просто напросто не успели бы ничего понять и и у них не было бы времени на осознание выбора их сына. Но это поступок труса, и как бы Итачи не хотел, он должен убить родителей последними. «Родители». Итачи даже в мыслях старался избегать более привычных и тёплых «мама» и «папа», ведь ему итак казалось, что вот-вот его нервы сдадут от напряжения и он просто сойдёт с ума. Да, он не имеет права трусить, тем более сейчас, когда назад пути уже нет. Родители должны знать, что он решил, они должны быть готовы к его приходу. Он должен вынести гнев отца и разочарование матери, они имеют полное право знать. А Изуми? Нет, она знать не должна. Слишком сильно она в него верит, слишком сильно она его любит. Итачи закрыл глаза и глубоко вздохнул. Изуми должна умереть первой, он не может позволить ей сидеть и ждать его, зная, что он придёт убивать её и её родных. Если он сможет убить её, ему хватит смелости убить и остальных. Если он только сможет убить её. Итачи начала бить мелкая дрожь, и он согнулся, пытаясь остановить начинавшуюся истерику. Нет, нельзя давать слабину, не сейчас. Позже, когда дело будет сделано, но не сейчас. Нельзя забывать, что делает он это для Саске. Юноша вытащил свой остро заточенный меч, но после нескольких секунд раздумий, покачал головой. Изуми не умрет жестокой смертью. - Саске, у нас нет тарелок, придётся всё есть с одной посуды. - Ты ведь их сама разбила. Итачи отвлёкся от тяжелых мыслей, услышав голоса брата и невестки. Совсем некстати он вспомнил об Изуми. Ему казалось, он похоронил воспоминания о ней, однако, вопрос Сакуры пробудил в нем смутную ностальгию по тем временам, что они с Изуми провели вместе. Однако, даже самое тёплое воспоминание о ней причиняло его душе тупую боль, ведь он тут же вспоминал чем всё это закончилось. Как он расскажет другим о ней? Как он расскажет о том, что убил её, погрузил в смертельную гендзютцу, показав ей ту жизнь, которую он бы хотел прожить вместе с ней, будь они в другой реальности. Да... В другой реальности, они были бы вместе. В другой реальности... - Нии-сан, вы не будете кушать? - Саске прервал его размышления. Итачи посмотрел на брата, который уже приступил к своей еде. Кивнув ему, он подошёл к нему ближе, с безразличием посмотрев на аккуратно разложенную скатерть с едой на ней. - Сегодня мы выйдем в дорогу, - сообщил Саске жене, которая с аппетитом ела уже вторую порцию риса, - Надеюсь, ты не вызовешь меня обратно по своим срочным делам. К удивлению обоих Учих, Сакура заливисто рассмеялась на заявление своего мужа, а Итачи заметил, как незаметно приподнялись уголки губ у его младшего брата: Саске улыбался, смотря на хохочущую девушку. Итачи про себя заметил, что это настоящее благословение судьбы, ведь эти двое после всего пережитого смогли быть вместе, и более того, создать свою семью. Интересно, смотрелись ли они с Изуми также гармонично вместе? Ему этого не узнать, но хотя бы Саске был дан шанс испытать простое человеческое счастье: любить и быть любимым. «Воистину благословение», - подумал Итачи, с умилением глядя на счастливую пару Учих.