***
Шанг Цунг стоял посреди черных развалин и любовался своим новеньким телом. То же самое делали и все остальные участники Великого Турнира. Бывшие враги стояли вперемешку и возбужденно обсуждали, как вдруг недавно с ними произошел огромной БУМ, какой хреновый климат в Nether Realm’e, как клёво снова стать живыми, и что же ел Великий Император, перед тем как сотворить заклинание воплощения. — А теперь СМЕРТЕЛЬНАЯ БИТВА продолжается! — скомандовал император Шао Кан. Смешанная толпа неудовлетворенно загудела, и оттуда вышли двое делегатов от противоборствующих сил. — А может, подождем до завтра? — заявил Лю Кан. — Отпразднуем воскрешение, пивка попьем? С этими словами китаец ткнул локтем под бок стоявшего рядом ниндзя в желтом костюме. — Ага… вашего любимого пивка, господин Император, — произнес Скорпион. — Темного Эденийского. — И мясные чипсы «проделки Бараки» похрустим, — поддержала Милина. Барака при этом застеснялся и покраснел. — Эденейского с чипсами? — задумался император. — А это мысль! Но после пира — снова в БОЙ! — Конечно, конечно, — одобрительно загудела толпа. Все знали, что пиры Солнцеликого Императора Шао Кана иногда затягиваются надолго. Великий Шао Кан снова поднатужился. Бойцы зажали носы в ожидании. Однако через секунду посреди обугленных руин материализовался типичный для Внешнего Мира пивной паб, весело украшенный черепами людей и нЕлюдей. Вокруг появились столики, стулья, плазменная панель и чучело кентавра. Толпа с одобрительным гомоном рванула в бар. — А ну расступились, короткочленные!!! — раздался рев Шао Кана, пытавшегося протиснуться сквозь ватагу бойцов. — Император обслуживается без очереди! — Какой бардак! — заявил стоявший в стороне Шанг Цунг. Он был отъявленным трезвенником и питал пристрастие лишь к чужим душам. А отсрочка поединка означала, что свеженькие души он отберет еще не скоро. — Алкоголики хреновы, — бубнил зануда-некромант. — Эх, вот раньше были воины: готовы были головы отрывать денно и нощно. А этим, видите ли, пива подавай! И император туда же! Бухайте-бухайте, а я пока накажу вероломного немца. С этими словами он проверил свои запасы маны. Однако без новых душ магических сил хватало лишь на пару кастований телепортации и еще на какую-нибудь хрень. — Ничего, мне и этого хватит! — заявил Цунг, недобро ухмыляясь. — Ну, Голдман-сан — держись, однако! — добавил он и растворился в воздухе…***
И вновь Клэр и Стив крадучись пробирались по длинным коридорам комплекса. Как и раньше, Стив увлеченно игрался в Джеймса Бонда. Но на этот раз к его шпионским телодвижениям добавилось еще и прицельное размахивание деревянными «Люгерами». Причем, судя по всему, лихой парень Стив предпочитал стрельбу «по-македонски», т.е. с двух рук одновременно. Внезапно Стив выполнил нескладный шумный прыжок вперед, затем неуклюжий кувырок до противоположной стены и выпрямился рядом с какой-то массивной металлической дверью. Идущая впереди Клэр обернулась и увидела, что парень стоит рядом с дверью, держа «Люгеры» на изготовку. Да и вообще — вид у него был решительный. — Нет… — испуганно ахнула несчастная девушка. — Да! — самоуверенно заявил Стив, осматривая дверь и вновь опасно сужая зрачки. — Только попробуй! — угрожающим тоном заявила Клэр, скрещивая руки на груди. — Прикрой меня, детка, я иду внутрь! — подмигнул ей Стив. Затем он с размаху нанес сильный (по его мнению) удар ногой по двери. По идее, дверь от удара должна была распахнуться настежь, однако этого не произошло. Схватившись за отбитую ногу, Стив с воем рухнул на пол, начав в агонии по нему кататься. Сердобольная Клэр собиралась было начать его утешать, как вдруг… Из коридора, впереди по ходу, раздался громкий топот множества армейских ботинок, который к тому же еще и очень быстро приближался. Вне всякого сомнения — на них мчался, без малого, целый взвод. Нужно было что-то делать и быстро. Выбрав из двух зол меньшее, Клэр сграбастала продолжающего завывать Стива за шиворот и скрылась внутри. В помещении царил точно такой же полумрак, что и в зомбихранилище, где они имели несчастье побывать ранее. Но на сей раз он был совсем не зловещий, а тихий и даже умиротворяющий. Его создавал висящий под потолком стробоскоп, отбрасывающий на стены и пол причудливые разноцветные пейзажи. Откуда-то из глубины доносилась негромкая музыка народов Ямайки. — Алоха, чуваки! — вдруг раздался чей-то голос, приблизительно оттуда же. — Кель паса, амигос? — раздался еще один. — Подваливайте на огонек! Глаза беглецов постепенно привыкли к полутьме — неподалеку от них размещалась, сидя полукругом, группа Хантеров. Эти рептилии почему-то были длинноволосыми, у многих на головах красовались разноцветные шапочки, а на груди — хипповские медальоны. Хантеры неспешно пускали по кругу какую-то сомнительную самокрутку, а следом за ней — бутылку пива. — Plan-44 °C, Сannabis? — осторожно задал наводящий вопрос Стив, принюхавшись. — А то! — разулыбались Хантеры. — Добро пожаловать на Склад Бракованной Продукции Рокфортского Комплекса! Присаживайтесь, отдохните с дороги! Но больше всего Клэр поразила не гостеприимность зубастых хозяев, а то, что находилось на Складе Бракованной Продукции. Заметив недоуменный взгляд девушки, Хантер со значком с загадочной надписью «ГлавРыба» устроил небольшую экскурсию. — Здесь у нас плавают в формалине карликовые зомби с недостатком витамина «С». Здесь в аквариуме такие же, только еще и с недостатком кальция. Их как пластилин лепить можно, только кусаются, сволочи, — заявил Хантер, подмигивая. — Тут сидит Тираныч Голиаф! — ласково похлопал по клетке с дистрофичной низкорослой фигурой Хантер-гид. Хилый Тиран взревел и уколол когтями ладонь Хантера сквозь прутья решетки. Однако тот не остался в долгу и отправил Голиафа в глубокий нокаут легким щелбаном по лбу. — Здесь Ублюдозавр! — и действительно в вольере затаилось чудище крайне ублюдошного вида. — А здесь у вас туалет? — поинтересовалась Клэр, указывая на унитаз в углу. При этом изделие сантехники возмущенно всколыхнулось. — Что ты?! — пояснил Хантер. — Это первый прототип Никсы! Он получился слишком твердым, и бедолага никак не может поменять форму. — А здесь ХерЗнаетЧто, — радостно показал ящер-гид на какую-то блевотоподобную горку плоти, из которой смотрели веселые глазки. — Здорово, ХерЗнаетЧто! — Буэраааггррраааа! — издала утробный рык кучка плоти.***
Винсент Голдман стоял на командном мостике и занимался своим любимым делом — просмотром отчетов и рапортов. Судя по ним, кризис на острове усиливался, плавно принимая масштабы небольшой катастрофы. Многие доклады сотрудников сообщали о том, что на вверенных им территориях подопытные зверушки сбежали, а их самих (сотрудников то есть) при этом неслабо так покусали, поцарапали, пнули копытом в пах, а затем и в лоб, шваркнули об пол и т.д. Некоторые сообщали о том, что их съели. Раздосадованный Голдман швырнул отчеты на пол и принялся топтать их ногами. Мало того, что на острове творится хрен пойми что, так они теперь еще и совершенно выбились из графика! «Я поймать этот швайн, Арк Томпсон, потом четфертофать унд бросить в газофый камера со Скунсозавры!» — роилась в голове злобная мысль. Могучим усилием воли взяв себя в руки, Голдман решил сначала все же заняться катастрофой. — ГААААААНС!!! — задумчиво проорал он, глядя перед собой. — Их бин тут, майн фюрер! — раздался за спиной голос помощника Гилберта. Немного посветлев лицом, Голдман обернулся. — Ганс, майн фройнт, объяфляйт на остроф всеобщий мобилизация! Собрать зондер-команда для поимки шпион Арк Томпсон! Оцепить периметр карантинный зона, никофо туда не пускать и не выпускать! Фсем сотрудник мыть руки через каждые фюнф минуттен, а при посещении ватерклозет — немедленно! Фсе ясно? Выполняйт! — Ну и, разумеется, чашечку кофе? — деловито осведомился Гилберт. — О, йа-йа, натюрлих, Ганс! — разулыбался Голдман. — Ты есть просто вундер помощник! Гилберт щелкнул каблуками и вышел из командного центра. — А фы, херр Эшфорд, — сказал Голдман, глядя на своего коллегу с плохо скрытым раздражением, — фаше присутствие здесь больше не требуется! Можете пойти домой унд немного отдохнуть от переживаний! — А эти, с соседнего острова, точно больше не придут? — опасливо спросил Альфред, нерешительно переминаясь с ноги на ногу. — Ха, фы меня обижаете, — усмехнулся Голдман. — После попадания «Большой Берта» обычно наступает такой агрегатное состояний фещестфа, которое я называть «Алес Капут»! Так что идите, майн фройнт, и ни о чем не беспокойтесь! Унд йа, ради фсего сфятого, переоденьтесь фо что-нибудь мужское! Фы есть постоянно фсех смущать!***
Еще на походе к тюремному блоку у Джилл появились серьезные опасения, что в ее отсутствие здесь могло что-то произойти. На эту мысль наталкивала слегка измененная конструкция входа. Раньше она представляла собой массивную дверь с кодовыми замками, видеокамерами и сканерами для глаз, рук, ушей и задницы. Теперь же на ее месте красовалась сквозная брешь 3×5 с осколками штукатурки и кусками арматуры вокруг. Джилл видела такое лишь однажды, когда из Раккунского зоопарка сбежал слон, вдоволь налакавшись энергетических напитков от «Амбрелла Деадли Дринкс». Охваченные тревогой, Джилл и Карлос забежали внутрь. Там была похожая ситуевина — сплошной хаос и перепланировка. В самом помещении не было никого, если не считать за людей двух энтузиастов, увлеченно роющих подземный ход саперными лопатками. — Бог в помощь! — вежливо поприветствовал их Карлос, строго следуя этикету. — Ну наконец-то, хоть кто-то вернулся назад, — раздался за спиной Карлоса и Джилл усталый мрачный голос. Оливейра обернулся и увидел до боли знакомого человека. — О! Родриго, камрад! Сколько лет, сколько зим! — радостно воскликнул Карлос. — Оливейра? — узнал Карлоса Родриго. Они посмотрели немного друг на друга, а затем обнялись, приветственно похлопывая друг друга по спинам. — Сколько мы буррито вместе съели, сколько текилы выпили. — Это ж надо было здесь свидеться! — А помнишь, как мы партизанили в лесах Бразилии, где много-много диких обезьян! — Ага, тогда еще одноглазого мародера Лопеса изнасиловали гориллы. Вот потеха-то была! — Но ведь в Бразилии гориллы не водятся, — вмешалась в разговор удивленная Джилл. — Гориллы? Какие гориллы? Тебе послышалось. Я сказал «гЭрилья», — уточнил, улыбаясь, Родриго и обратился к Карлосу. — А что ты тут делаешь? — Меня с подругами море вынесло на этот остров, и здесь нас вояки повязали и привели к какому-то фашисту на допрос. Из меня хотели сделать Тирана, но Джилл меня спасла. — Она очень-очень классная сеньорита, — подмигнул Родриго своему старому знакомому. — Ее когда сегодня утром привели, я аж чуть не присвистнул… В общем, дружище, ты крепко влип. Сеньор Голдман, заведующий этим комплексом — очень агрессивный и дотошный диктатор. Но это еще полбеды. Островом владеет гомосек-трансвестит Эшфорд. Вот он — полнейший псих. Если хочешь, вас с сеньоритой я могу укрыть здесь в пещерах, до которых, слава Богу, не докопались эти, — Родриго Раваль презрительно ткнул пальцем в сторону двух фигур в зэковских робах, отчаянно работавших лопатами в развалинах соседней камеры. — Они уже два часа пытаются выкопать подземный ход из тюрьмы. Зрелище презабавнейшее. Я вот уже два часа пытаюсь сделать вид, что ничего не замечаю, правда, получается не очень. Но недоделанных кротов это совершенно не останавливает. Карлос и Джилл завороженно смотрели, как зэки начали вывозить из своего подземного хода тачками землю. — Я им и тележки сюда незаметно подогнал, — продолжил Родриго. — Жду не дождусь, когда они докопают до трехметрового фундамента, который залит под комплексом. Вот тогда станет еще интереснее. — Погоди, а что с тюрьмой случилось? — спросила Джилл. — Заключенные сделали большой БАБАХ и разбежались, — удрученно заявил Родриго, — а меня теперь наверное расстреляют. — А почему ты не сбежал? — спросил в свою очередь Карлос. — Куда здесь сбежишь? На острове отключался свет. Значит, ТВАРИ могли вырваться наружу. Вывод: либо попадусь солдатам, либо тварям. А я еще слишком молод, чтобы умирать. Я сбегу, но попозже и через подземные пещеры. — А что с нашей подругой Клэр? — поинтересовалась Джилл — Птичка выпорхнула из клетки, когда сбежали все остальные… — Надеюсь, она в безопасности, — вздохнула Джилл. — Не надейся, я видел, что она сбежала вместе с юным долбо*бом Бурнсидом, а такого придурка еще поискать надо — он так и лезет во всякие неприятности, — Родриго сплюнул на пол с отвращением.***
Когда Эшфорд покинул командный центр, Гилберт принес Голдману его боевую амуницию. Винсент надел камуфляжный бронежилет, застегнул боевой гульфик и натянул эсэсовскую фуражку с эмблемой «Амбреллы». Затем засунул в кобуру «Парабеллум», повесил на шею «Шмайсер» и взял в руки верный трехствольный дробовик-прототип «Длинный Фриц». Внезапно посреди комнаты материализовался его недавний бизнес-партнер азиатской внешности. Раскосые глаза Цунга пылали нехорошим ядовито-зеленым ярким свечением. — Я у него, значит, за бешеные бабки монстров покупаю без торга, а он по мне ракетами? — заявил некромант. В следующий момент Шанг Цунг быстро и качественно отделал двоих бугаев из секьюрити, подбежавших к нему. Разделавшись с охранниками и отправив ударом ноги в нокаут Гилберта, Цунг неспешно подошел к Голдману. Винсент не растерялся и наставил на некроманта дробовик. Шанг, в свою очередь, также не растерялся и заткнул все три ствола своими пальцами. — Не делайте глупостей, Голдман-сан, если вы стрельнете, то ваше дрянное ружьишко взорвется! — победно произнес некромант. — ??? — удивился Голдман. — Time to die, — самоуверенно заявил Цунг. — О, фи есть прафы, господин Цунх, пришел фремя фам умирать! — не менее самоуверенно ответил Винсент и спустил курки. — БА-А-БА-БА-Х!!! — сказало ружье. Шанг Цунг недоуменно смотрел на оторванную культю, которая торчала на месте его правой ладони. Из оторванной конечности вырвался веселенький фонтанчик зеленой кровушки. — А-а-а-а-а-а-а! — заорал некромант, носясь по помещению и заливая все вокруг кровищей. Однако он остановился как вкопанный, когда ему в грудь уперся холодный ствол «Шмайсера». Шанг Цунг сделал единственно возможное в данный момент — из последних сил телепортировался назад к себе на остров.