Твое имя.

- Куда ты? - Прогуляюсь. А я остался на своем месте, не зная, куда податься. Время давно в застое и на ум ничего не приходит, от чего я вновь и вновь измеряю шагами небольшую комнату. Мыслей нет, но нет и покоя. Как же мне все это не нравится, хоть я и не помню с чего это все началось. Я же мужик, в конце концов. Почему я не могу оставить все как есть? Я отбросил приставку в сторону и вытер запотевший лоб, хоть в комнате было вовсе не жарко. Телефон молчит, как и ты, когда откуда-то возвращаешься. Откуда угодно, но не из своих раздумий. Такое чувство, что все мои мысли просто-напросто покинули меня и решили поселится в твоей без того нагруженной голове. В последнее время я ничего не чувствую, кроме страха. Соберись, Мэтт, это всего лишь твои тараканы в голове. Но больно смотреть на тебя, когда не видишь ничего, кроме натянутого выражения лица. Я не хочу разговаривать с холстом, мне нужен ты. С таким же успехом я провожу все дни за техникой. Может еда меня отвлечет. Поставил фастфуд в микроволновку, разогрел, поставил тарелку на стол, пустым взглядом смотрю в нее. Меня воротит от пищи. Снова все в упаковку и в холодильник. Прошел час. Час моего слоняющегося впустую тела. Я могу свернуть в это время горы, кучу сайтов, но пока я только сворачиваю листы, попавшиеся мне под руку. Я догадываюсь где ты. Но я никогда не догадаюсь, что творится в твоей светлой голове. Упал на кровать и слушаю гудение компьютеров. Все не то, это бесконечная резина из секунд, которая меня пугает. Наверное я параноик. Я бы не хотел все это сваливать на возможную связь с тобой, потому что, опять же, мне страшно. Дживас, где тот флегматичный ум, когда ты его успел потерять... И еще час. Плохое предчувствие знакомо мне, особенно неприятно, когда тебя что-то душит, схожее с комом в горле. Такое чувство у меня обычно вызывает любое упоминание о Ниа, еще со времен приюта, когда ты был особенно на нем зациклен. Иной раз я думаю, что ненависть моя к нему выше, чем у тебя. В конце концов это была битва за внимание, а тебе, Мелло, не понять такого, я полагаю. Вот только я не знаю к чему это привело. Сейчас снова распутие. Я ненавижу прошлое. Свое, твое, и всех тех, кто делал тебе больно, кого ты вспоминаешь с содроганием сердца. Когда я начал курить? Наверное тогда, когда ты стал заедать свою горечь внутри не менее горьким шоколадом. А ты думал я слепой? Плохое предчувствие давит плитой на мою без того подорванную дыхалку. Третий час, черт побери, я не буду звонить, потому что отвлеку от чего-нибудь. Я итак навязчив. Я посижу молча, поиграю, отвлекусь. Может быть, все-таки поем. Но пока я изучаю без того известный мне до единой точки потолок. А за окном поднялся ветер, завывая в приоткрытое окно. Ты одел куртку? Я не заметил. Только не простынь... Да и смеркается. В комнате давно царит полумрак, а я все не могу сформулировать свои мысли. Перед глазами то твое лицо, то лицо этого ублюдка-альбиноса. От вновь накатившей волны, я до боли стиснул кулак и зажмурился, но из уголка глаза все равно проскользнула слезинка. Это заставляет уже ненавидеть и тебя тоже, немного, в конце концов я не за кого так больше не волнуюсь, как за твою задницу, чертов Кель. Совсем поздний вечер. Ты ни звонил, ни писал. Полагаю, ты в баре. Нет. Надеюсь ты в баре. Так я хоть буду для себя иметь ориентир. Дождь не заставил себя ждать. Пойду полежу в холодной ванне, а то уже от всего этого напряжения голова кругом. Кто, как не я может накрутить себя до такого состояния? Ты отпсиховался и будь здоров, но это было так давно... Потому что из гиперактивной задницы ты стал вдумчивой головой. Вырос что-ли? Бесит! Я хочу кричать, но соседи итак твоих воплей натерпелись за все наше проживание в этой квартире. Но во мне кипит чувство, которое уже не ищет выхода в слезах. Порой, я хочу кого-нибудь жестоко убить. Я знаю, кого я хочу убить. Снова воспоминания о приюте, эти воспоминания ни к чему хорошему не приводят. Я сбился со счета прошедшего времени. Холодная ванна остыла еще сильнее, вызывая рой мурашек по телу и усиливая дрожь. Я сойду с ума. Я устал придумывать причины. Я устал испытывать что-либо, говорить с кем-то, кроме тебя. Лежа в ванне, я слышу барабанящий по стеклу дождь. Я так давно этого не делал. Забыл какого это, видел шрамы на твоих руках, которые вызывали во мне не больше, чем беспокойство, но... Как же холодно в квартире, чертов сквозняк. А я снова царапаю твое имя на запястье.