Мой кот, моя рысь

**** Он был в парке и, лежа на ветке дерева, размышлял, стоит ли вечером навестить Влада или будет лучше вообще не видеться с ним. Они не встречались со вчерашнего утра, и Дар буквально каждым волоском своей драгоценной шкурки чувствовал волны обиды и ожидания, исходящие из дворца. Это будоражило душу и сердце, но рассудок настаивал на том, что будет лучше оставить Влада в покое. То, о чем говорил волчонок вчера, одновременно пугало его и заставляло сердце сжиматься. Кажется, Влад начал влюбляться. Это было приятно и сладко, но допустить было нельзя: им не быть вместе. Они слишком разные. Возраст, вид, положение… Единственное, что их объединяет – это уникальность. Глупый, наивный волчонок и циничная, холодная рысь. Даже если это любовь… Ее не достаточно. Не здесь и не сейчас, когда за спиной Дара Яр, который только ждет случая заявить на него свои права окончательно. Рысь вздохнула и зажмурилась от попавших в глаза солнечных лучей. И вдруг вскинулась, вскочила, напряженно к чему-то прислушиваясь. Кисточки на стоящих ушах дрогнули, а через мгновение на дереве никого не было, лишь неслась к дворцу стремительная тень. Прохладные коридоры встретили рысь тишиной. Добравшись до одного из них, она притормозила и глухо зарычала. А потом снова рванулась вперед. От удара сильной лапы дверь комнаты широко распахнулась, и рысь одним прыжком оказалась около кровати. Ткнулась лбом в неподвижно лежащее тело и, взвизгнув, отскочила. Запах свежей крови сводил с ума, заставляя рычать и стоять дыбом шерсть. Наконец рысь снова осторожно подошла к кровати. Встала передними лапами на постель и лизнула судорожно прижатые к груди пальцы. А когда рука бессильно опустилась на кровать, открывая взору страшную рваную рану со следами огромных кошачьих когтей, снова отскочила. Глухо, страшно зарычала и исчезла из комнаты. Яр еле успел уклониться от несущихся на него со страшный скоростью когтей. Зубы клацнули в миллиметре от его шеи, и рысь пролетела мимо. Повинуясь скорее инстинктам, нежели рассудку, Яр превратился и снова еле успел уклониться от атаки словно обезумевшей рыси. В ее серебристых глазах Яр видел свой смертный приговор, но, не желая причинять ей вред, лишь уходил от ее нападений. Стремительных, безжалостных, очень опасных. Настолько, что для того, чтобы спасти свою жизнь, Яру, в конце концов, пришлось напасть самому. Когти полоснули по боку забывшей о защите рыси, и она отлетела в сторону, ударилась спиной о стенку и рухнула на пол, жалобно мяукнув. - За что?! – Яр мгновенно оказался рядом, опускаясь на колени перед истекающим кровью превратившимся Даром. - Ты дал мне три дня! – серые глаза были полны ярости, боли и слез. – Ты обманул! - Я не… - начал, было, Яр и вдруг замер, глядя прямо перед собой. А в следующую секунду Дар остался один. Зажав бок руками и свернувшись в комочек на полу, он горько, беззвучно заплакал, бесконечно повторяя одно и то же: «Прости, прости…» А несколькими этажами ниже, в коридоре нежилого крыла перед распахнутой дверью стоял тигр и, дергая хвостом, нюхал воздух. Сладкий, тягучий запах крови мешал сосредоточиться, и тигр переступил порог. Внимательно оглядел растерзанного парня и, подойдя поближе, лизнул один из следов кошачьей лапы. - Почему ты этого не сделал?! Почему не убил его?! – полный ярости и страха голос ничего не затронул в замершей кошачьей душе. Погруженный в свою боль, Дар даже не открыл глаза, когда в его волосы вплелись чьи-то пальцы и сильно, зло дернули. - Это ты убил волка, дядя? – а вот спокойный, властный голос Яра и его слова заставили Дара прислушаться. - Не подходи! Иначе твоя рысь сдохнет также, как и ее волк! – от визгливых ноток Дар поморщился и приоткрыл глаза. Как раз для того, чтобы заметить в опасной близости от своей шеи тускло сияющее лезвие ножа. - Зачем ты убил волка, дядя? – спокойно, обманчиво мягко просил Яр, и Дар удивленно скосил глаза. Рядом с ним стоял на коленях на полу тот самый тип, который купил их с Владом и привел во дворец. Дядя? - Чтобы ОН убил тебя! – кивок в сторону Дара. - Ты просчитался. И не в первый раз. - Почему? Почему он не делает то, что должен? Почему не убил тебя в первый же день? - Может потому, что он – не дурак? – Яр открыто улыбнулся. – Тебе надо было найти другую причину для моего убийства. - Я нашел ему ее. Он должен был убить тебя за волка. - Ну, он попытался, - Яр пожал плечами. – А вот тебе надо было быть осторожнее. Неужели ты думал, что я не различу твой запах на теле мальчишки? - Мне было все равно, - мрачно отозвался родственник. – К тому моменту ты уже должен был быть мертв. - Отойди от него, - Яр опустил взгляд на Дара. Тот смотрел прямо на него. Смотрел спокойно, даже отрешено. Только в глубине глаз тлел огонек. Разглядев его, Яр только покачал головой: - Я не буду спасать тебя, - длинные ресницы опустились, и в ту же секунду в воздух взвилась белая тень. Миг и на беззащитном горле сомкнулись зубы, ломая шею… - Все… Все, отпусти его. Он мертв, - Яр осторожно, стараясь не делать резких движений, чтобы не спровоцировать новое нападение, присел рядом с рысью и уже бездыханным родственником. Кошка коротко рыкнула и разжала зубы. Дернула ушами и отошла в сторонку. Лизнула пораненный бок и растянулась на полу. Яр выдохнул и, подойдя к превратившемуся Дару, поднял его на руки. Тот слабо дернулся, но Яр лишь крепче прижал его к себе: - Тшш, тихо. Тебе нужно залечить рану. Дар безропотно позволил уложить себя на кровать. А потом тихо, на грани слышимости попросил: - Уйди. - Дар… - Уйди, пожалуйста. Завтра можешь посадить меня на цепь или запереть в клетку. Но сегодня – уйди. Яр выдохнул, накинул на Дара тонкое одеяло и вышел, чувствуя, как сердце захватывает черная тоска. Как только за ним закрылась дверь, Дар превратился и, свернувшись клубочком, спрятал морду в лапах и затих. Он полежит немного так. Ведь кошке… не больно. Кошка не умеет любить. И «Избранник» для нее всего лишь красивая сказка. Вот только почему он снова и снова видит перед собой наивные голубые глаза? «Прости, волчонок…»