Our Solemn Hour

Дом встретил её тишиной. Лидия толкнула парадную дверь и решительно пропихнула вперед увесистый чемодан на колесиках. Сама же девушка не спешила переступать родной порог, она топталась в проеме и нервно теребила подол летнего платья. Дверь, подгоняемая сквозняком, что впустила Лидия, скрипнула и начала медленно закрываться. Девушка не шевелилась, она все также смотрела вглубь дома, а в уголках глаз собирались слезы. Лидия не хотела возвращаться. Никогда. Но письмо, присланное ей две недели назад, заставило пересмотреть ее планы. Девятого августа, девушка распечатала бумажный конверт и официально стала сиротой. В письме выражались сухие соболезнования от федерального агента и просьба приехать на опознание, которое было лишним. Надежды, что найденные тела не были ее родителями, отсутствовала. В их маленьком городке все друг друга знали, и не опознать Натали и Нейтана Мартин могли, разве что, дети младше пяти. Лидия оттягивала момент возвращения домой, как только могла, но очередное письмо вежливо напомнило, что похороны назначены на двадцать четвертое августа. Дальше тянуть девушка не могла, долго сдерживаемые слезы хлынули из глаз, и она разревелась прямо в сквере, мимо которого ходила каждый раз. В тот же день она распахнула запыленный чемодан и, не особо утруждаясь, сгребла туда первую попавшуюся одежду. И вот, вылетев первым же рейсом, она стоит на пороге такого знакомого, но теперь чужого дома. Гудок автомобиля выводит Лидию из раздумий, и она, протянув руку через порог, зацепила ногтем молнию на кармашке сбоку чемодана. Ухватив пальцами застежку, девушка быстрым движением открыла карман и достала белый конверт, который хранил в себе два самых ужасных письма в ее жизни и пару сотен баксов. Выудив одну купюру, Лидия засовывает конверт обратно и ногой отпихивает чемодан вглубь дома. Сама она так и не переступила порог и, резко захлопнув дверь, развернулась на пятках и направилась к терпеливо ожидающему ее таксисту. Сев на переднее сидение Лидия закинула ногу на ногу и назвала пункт назначения, который, она надеялась, ей больше никогда в жизни не придется посетить вновь. Полицейский участок не изменился с тех пор, когда она была тут последний раз. Все так же неуверенно мигала настольная лампа на стойке, все такие же заляпанные пальцами стеклянные двери. Все те же виноватые взгляды. И лишь одно изменилось. Это Лидия заметила сразу, как вошла. На доске, что висела у самой стойки, больше не было фотографий ее родителей. Они висели там полгода и вот их, наконец, сняли. Девушка горько усмехнулась сама себе, понимая какое это облегчение для полиции, наконец, оторвать белые листки с напечатанными фотографиями. – Лидия? – неуверенный голос справа заставил слегка повернуть шею, чтобы его обладатель убедился в том, что не обознался. - Лидия!! Высокий парень мгновенно скинул с плеча рюкзак и, преодолев расстояние в четыре шага, заключил девушку в объятья. Лидия не пошевелилась, лишь прикрыла глаза и слабо улыбнулась. – Привет, Стайлз, - тихо произнесла Лидия, мягко отстраняясь от парня, но тот и не думал разжимать руки, он еще сильнее прижал девушку к себе. - Лидия, мне очень-очень жаль, – прошептал Стайлз, выпуская ее из объятий. Девушка проигнорировала его реплику. Повисло неловкое молчание. Стайлз не знал, что ему еще сказать. Он столько раз прокручивал в голове тот момент, когда она вернется, но ни одна его воображаемая Лидия не была похожа на эту девушку, стоящую перед ним. Его Лидия не может быть такой чужой, такой холодной и безжизненной. Стайлз всматривался в лицо этой незнакомки и с горечью понимал, что первая красавица школы, которая покорила его сердце еще в третьем классе, исчезла. Стайлз открыл, было, рот, чтобы как обычно ляпнуть какую-нибудь неуместную фразу, но девушка его опередила: - Я очень рада видеть тебя Стайлз, но сейчас я пришла к другому Стилински. – и, не проронив больше ни слова, она направилась вглубь здания, минуя затихших полицейских и игнорируя взгляды, что они бросали ей вслед. Стайлз подхватил с пола рюкзак и направился к выходу, справедливо решив, что отцу сейчас будет не до обеда, который он обещал провести в компании сына и его девушки. Малия познакомится с его отцом в следующий раз. Шериф заметил ее через стеклянную дверь и двинулся ей навстречу. -Лидия, когда ты прилетела? – удивленно спросил мужчина, пропуская ее в кабинет. -Полчаса назад, - сухо ответила девушка, усаживаясь на деревянный стул, что всегда стоит перед столом. -Я уже не надеялся тебя увидеть, - продолжил разговор шериф, возвращаясь на свое место по другую сторону стола. -Я не могла пропустить похороны, - тихо отозвалась она, рассматривая свои аккуратно подпиленные ногти, не желая встречаться с еще одним сочувствующим взглядом. -Понимаю. Чем я могу тебе помочь? – видя нежелание девушки выслушивать соболезнования, шериф решил перейти сразу к делу. За много лет службы он многое повидал и усвоил: слова сожаления лишь усугубляют ситуацию. - Я хочу знать, что произошло, где их нашли и, - Лидия сделала глубокий вдох, - и как их убили. -Нашли их по анонимной наводке в одном из складских помещений за городом, - мужчина протянул ей фотографии с места и продолжил, - там стояли две морозильных камеры, в которых и были найдены тела. Лидия задумчиво перебирала фотографии, кивая на каждое третье слово шерифа. -Причина смерти? – еще раз спросила Лидия, но отложив очередную фотографию, увидела ответ на свой вопрос. Девушка, не моргая уставилась на снимок, с которого так же пристально на нее смотрела мама. На другом фото было тело мужчины, в котором она с ужасом узнала отца. Лидия медленно отложила снимки и откашлялась, - значит застрелили. Вы уже выяснили, с какого пистолета стреляли? -Лидия, - осторожно начал шериф, - расследование все еще ведется, все новости ты будешь узнавать первой, но я советую тебе пока держаться подальше от всего этого. Мы его поймаем, обещаю. -Ладно, - быстро согласилась девушка, поднимаясь со стула и расправляя платье, - еще один вопрос, шериф, рядом со складом не было никаких животных? -Животных? – переспросил мужчина, удивленно вскидывая брови, - ты имеешь в виду кого-то конкретного? Лидия кивнула и достала из кармана кофты фото, сделанное позапрошлым летом. - Это Вильгельм, собака моей мамы. Он пропал вместе с ними, - девушка положила фото животного поверх стопки фотографий с места преступления. - Если вдруг что-нибудь узнаете… -Без проблем, я сообщу, - кивнул мужчина, беря в руки снимок. Лидия благодарно улыбнулась и направилась к выходу, но у дверей остановилась. -А мистер Дитон вернулся в город? – через плечо спросила девушка, держась правой рукой за дверную ручку. - Да, он приехал месяц назад. Хочешь навестить его? – обрадовался шериф перемене темы. -Да, мне бы хотелось его увидеть, - кивнула девушка, - спасибо мистер Стилински. Она улыбнулась ему и повернула ручку, но прежде чем толкнуть дверь, услышала: -Подожди, это же в другом конце города! – шериф поднялся с места и, распахнув дверь, осмотрел присутствующих. -Пэрриш, ты занят? – спросил он своего помощника. Тот вздрогнул от внезапного вопроса и покачал головой. - Тогда можешь отвезти мисс Мартин в ветеринарную лечебницу к мистеру Дитону? -Без проблем, - оживился Пэрриш, подскакивая с рабочего места. *** Они доехали за пятнадцать минут, почти не разговаривая. Перриш лишь вежливо поинтересовался, давно ли она тут живет. Лидия не была расположена к беседе и, односложно ответив на его вопрос «Всю жизнь», уставилась в окно, рассматривая знакомые с детства улицы. Мужчина понял намек и больше не настаивал на разговоре. Повернув на светофоре, Перриш нажал на тормоза, видя, как к ним навстречу шел темнокожий мужчина. Лидия уже отстегивала ремень безопасности. Не забыв поблагодарить помощника шерифа, девушка вылезла из машины и хлопнула дверью пассажирского сидения. -Лидия, дорогая! – мужчина, что шел к ним, расставил руки, позволяя девушке крепко обнять себя. -Алан, - выдохнула та, положив голову ему на плечо. Алан Дитон обнял ее одной рукой, а второй ласково погладил по голове. -Как долетела? – поинтересовался он, наблюдая поверх ее макушки, как полицейская машина разворачивается и исчезает за поворотом. -Быстро, - отозвалась девушка и расцепила объятья. Дитон кивнул и, приобняв ее за плечи, направился в сторону ветлечебницы. -Ты так и не нашел Вильгельма?- спросила Лидия, когда за ними закрылась дверь. -Нет, - мужчина развел руками и поджал губы, - даже заклинание призыва не помогает, но я все-таки не член семьи. Лидия понимающе кивнула и улыбнулась в ответ на виноватое выражение лица Дитона. -Алан, перестань. Если он жив, то объявится. Да и я могу сама призвать его. На мой зов он же должен откликнуться. Дитон покачал головой и, открыв верхний ящик за стойкой, достал оттуда скрученный лист бумаги. -Вот нужное заклинание, но я сомневаюсь, что Вильгельм отзовется. Он был фамильяром твоей матери, а ты хоть и родственница, но все же не Натали. -И что же мне делать? – растерянно спросила Лидия, забирая у него из рук заклинание, - я ведь толком и колдовать не могу. Через четыре дня мне исполнится восемнадцать и, согласно традиции моей семьи, я должна привязать к себе фамильяра. - Но в твоей семье фамильяры не наследственные. Тебе будет гораздо проще найти себе своего собственного, – устало произнес Дитон, протирая пальцами глаза. - Но Вильгельм раньше принадлежал моему дяде, а потом мама привязала его к себе. – Возразила Лидия -Потому что Натали была слишком сентиментальной! Когда умирал Крейг, твой дядя, она не могла потерять еще и пса, с которым в детстве играла на поляне перед домом. Поэтому они провели ритуал обмена. Так Вильгельм перешел от твоего дяди к матери. И Крейг умер без поддержки фамильяра. И хотя собака и сидела рядом с ним до самого конца, но уже не могла помочь облегчить боль. И не забывай, что ты связываешь себя с фамильяром не только магически, но и духовно. И если магический след стирается со временем, то духовный остается навсегда. Именно поэтому в твоей семье раньше никогда не передавали фамильяров друг другу. Именно поэтому твой род всегда был одним из могущественных. Потому что ваши фамильяры не совмещали в себе духовную связь со всеми членами семьи, а только с хозяином. -То есть, ты хочешь сказать, что позволь мама тогда умереть собаке вместе с дядей, то она могла бы быть более сильной со своим собственным фамильяром. Могла бы противостоять убийце? – хрипло отозвалась Лидия, пытаясь вникнуть в семейные правила. Родители всегда старались оградить ее от семейной тайны. Они пресекали любые попытки девушки разобраться со своими силами. Они хотели для нее нормальной жизни, но Лидия не могла и не хотела игнорировать врожденные способности. Она прочитала кучу литературы в библиотеке Дитона, их семейного консультанта, но практические знания у нее почти отсутствовали и Дитон намеревался исправить это в ближайшее время. Он не мог допустить, чтобы столь могущественный род исчез. Алан перевел взгляд на окно, стараясь правильно сформулировать ответ. -Лидия, пойми, то, что случилось с твоими родителями никак не связано с магической подоплекой вашей семьи. Это просто случилось. Не в том месте и не в то время, как это обычно и бывает. Девушка обхватила себя за плечи, стараясь не разревется, но предательские слезы уже щипали глаза. Она подняла левую руку и яростно смахнула слезинку, что покатилась вниз по щеке. - Я понимаю, просто поверить не могу, что потомственная ведьма не смогла остановить пулю, пущенную явно не с близкого расстояния. Я просто не могу в это поверить. Не могу. Не могу,- в конце Лидия сорвалась на крик, зажимая рот рукой и уже не пытаясь остановить слезы, они ручьем текли, оседая на ладошке, которую девушка прикусила, чтобы не кричать от отчаяния и боли. Дитон мгновенно оказался рядом и обнял дрожащую девушку. Лидия ухватилась за ворот его рубашки и дала волю слезам. Они простояли так целую вечность, пока Лидия не перестала всхлипывать. Он последний раз провел рукой вдоль ее позвоночника и мягко отстранился. Лидия выпустила из мертвой хватки его рубашку. -Спасибо,- прошептала девушка, не конкретизируя за что благодарит, но Дитон понял. Он без лишних слов поцеловал ее в макушку и отошел на шаг назад. -Иди домой, Лидия. Завтра тяжелый для тебя день. -Двадцать четвертое августа. – Прохрипела девушка уже всеми силами ненавидя этот день. День, когда она похоронит своих родителей. *** Дитон довез ее до дома, еще раз посоветовав хорошенько выспаться, и напомнил, что заедет за ней завтра в девять. Лидия прошлась по тропинке к дому, поднялась на крыльцо, открыла дверь и застыла. Чемодан все так же стоял в проходе. -Это просто смешно, - девушка рассмеялась своему собственному страху переступить порог этого дома. Дома, в котором она была счастлива. Дома, в котором всего каких-то семь месяцев назад слышался звон тарелок, звук работающего телевизора, лай собаки. Теперь здесь была пугающая мертвая тишина. Лидия подняла ногу и ступила на светлый паркет прихожей. Пол скрипнул, когда она перенесла вес на правую ногу. Постояв так мгновение, девушка быстро втянула вторую ногу и захлопнула дверь. Полагаясь на память, Лидия начала шарить рукой по стене слева от себя, стараясь найти выключатель. Воспоминания не подвели. Выключатель щелкнул, и яркий свет на секунду ослепил девушку, заставляя зажмурится. Лидия присела и принялась расстегивать туфли, но, увидев слой пыли на полу, передумала и прошлась вперед, в гостиную. Стук каблуков эхом раздавался в пустом доме. В противоположной части комнаты виднелась приоткрытая дверь. Отцовский кабинет. Ей не позволяли ходить туда, никогда. Это было единственное место в доме, куда запрещалось входить всем, кроме отца. Лидия не задумываясь направилась к двери, попутно стягивая белую ткань с ближайшей мебели. Она остановилась перед дверью в кабинет, отбросив ткань в угол. Лидия коснулась стеклянной ручки и закрыла дверь. Она не готова. Она не может так просто ворваться в его кабинет. Ей нельзя. Ей не разрешали. А она никогда не смела ослушаться отца. Лидия вернулась в середину комнаты и упала на диван. Подмяв под голову подушку, она решила последовать совету Алана и поспать. В кофте казалось слишком жарко, и девушка резкими движениями принялась стягивать ее с себя. С кармана выпал завернутый в трубочку лист бумаги. Лидия перестала раздеваться и наклонилась, чтобы подобрать листок. Развернув его, она вспомнила, что Дитон передал ей заклинание призыва. Бросив взгляд на каминную полку, девушка отметила, что свечи как всегда находились на своем месте, словно только вчера мама заменила обуглившиеся остатки новыми. -Почему бы и нет, - сказала сама себе Лидия, свешивая ноги с дивана и поднимаясь. Она взяла одну из старых свечей и подула на неё. Свеча загорелась моментально, Лидия почувствовала знакомое покалывание в пальцах. Магия. Как долго она не практиковалась. Она и забыла это приятное тепло, разливающееся по всему телу. Лидия опустилась на колени и поставила свечу перед собой. Еще раз заглянув в листок, девушка зашептала заклинание. Оно было коротким. Лидия сомневалась в своих силах, поэтому повторила его еще раз на всякий случай. Закончив читать, девушка задула свечку и вернулась на диван. Стоило ее голове коснуться подушки, как она уснула крепким сном. Наполовину снятая кофта болталась на левой руке. *** Питер Хейл любил уединение, может именно поэтому он, при разделе имущества, легко отдал бывшей жене просторную квартиру в центре города, а себе оставил двухэтажный дом на поляне посреди леса. Он принадлежал еще его родителям. Отец всегда ездил сюда поохотится. Про этот дом вспоминали в полнолуние. Крепкие стены, специально оборудованный подвал. Семья Хейл много лет пользовалась домом исключительно для обращений. Вся прелесть этого дома заключалась в расположении. Так глубоко в лес мало кто заходил. Никаких свидетелей, никаких лишних жертв. Питер еще в детстве научился контролировать свои превращения, но дом посещал регулярно. Со временем он даже сделал его пригодным для жилья и, около года назад, поставил высокий забор, чтобы случайные путники не нарушили его одиночество. Лишь один человек может появляться здесь в любое время. Его дочь. Малия радостно перепрыгивала через ступеньки, взбираясь на крыльцо и чуть ли не выбивая дверь, неизменно задевала правым боком столик, что стоял прямо у входа. Вот и сейчас глухой стук удара и приглушенные ругательства донеслись до сверхъестественного слуха Хейла. Питер лишь усмехнулся, не отрывая взгляд от книги. Малия, увидев эту кривую усмешку, возмущенно цокнула и приземлилась возле отца на диване. -Вот скажи, тебя забавляет, что я постоянно бьюсь, да? Питер согласно покачал головой и перевернул страницу. -Разве ты не должна быть на ужине и знакомится с отцом этого странного мальчика? – участливо поинтересовался Хейл. Малия закатила глаза и откинулась на спинку дивана. Единственно в чем ее родители до сих пор поддерживали друг друга, так это в наставлениях по поводу того, что Стайлз ей не пара. -У шерифа Стилински появилась работа. Мы перенесли, – ответила девушка, заглядывая отцу через плечо, силясь посмотреть, что это он читает. Питер же, захлопнул книгу прямо перед ее носом и отложил на столик. - Любопытство до добра не доведет, - усмехнулся Питер, наклоняясь и целуя дочь в макушку. - До добра не доведет,- передразнила его девушка, поворачиваясь к отцу спиной, намереваясь улечься и положить голову ему на колени. -Как работа? – поинтересовалась Малия, убирая волосы, чтобы они не мешали. - Ничего интересного, - тут же отозвался Хейл, позволяя дочери разместится поудобнее. -Как обычно, - скучающе произнесла девушка и замолчала. Она любила приходить сюда. Здесь было спокойно, она понимала нежелание отца выходить отсюда куда-либо. Ей нравилось, как трещали дрова в камине, как закипал на кухне чайник. Питер всегда за минуту до ее прихода шел на кухню и ставил его. Она обожала пить с отцом чай. Ее любимый вкус знал только он. С мелиссой и земляникой. Она была в восторге от вкуса мелиссы и запаха земляники. И он знал это. Она рада, что родители развелись. Она любила свою семью, но по отдельности им лучше. Раньше они мало проводили времени все вместе. Отец всегда уходил, пока она еще спала и возвращался, когда она уже ложилась. Мама же всегда предоставляла им свободу. Малии не хватало ее, но она знала, что если ей что-то понадобится, то мама всегда окажется рядом. Отец же всегда пользовался этой свободой. Малия не знала, да и не хотела знать о похождениях отца, но догадывалась, что они являлись причиной развода родителей. Теперь она видится с ним каждый день. Когда только захочет. Он всегда откладывает даже самые важные дела, стоит ей только позвонить. Чайник на кухне засвистел, взывая подойти и выключить плиту. Но Малия была глубоко в своих мыслях, а Питер не хотел вставать и тревожить ее. Чайник продолжал свистеть. Питер мягко коснулся волос дочери и провел рукой по всей длине. Малия очнулась от размышлений и подскочила с дивана. -Пошли пить чай, - донеслось уже из коридора. Питер поднялся с дивана и отправился вслед за дочерью. В коридоре он остановился и уставился на входную дверь. Он слышал частое дыхание и чуял запах. У оборотней сильно развито обоняние, но этот запах итак был слишком сильный. Он был близко. Питер подошел к двери и распахнул ее. На его крыльце сидела собака с высунутым языком и, не моргая, смотрела прямо на него. -Это что еще за фокусы?- Питер облокотился об косяк двери и сложил руки на груди, - Малия, иди сюда. Из-за угла коридора показалась девушка, в зубах которой была зажата ложка. -Ну?, -нетерпеливо начала Малия, но увидев собаку, расплылась в улыбке, - ой, это твой? - Я надеялся, что твой, - ответил мужчина, подходя к псу и протягивая руку к ошейнику. - Вильгельм. - А давай его оставим!- выпалила девушка, которая с детства мечтала о собаке. -Еще чего не хватало. В нашей семье предостаточно созданий с клыками. Питер покрутил брелок на ошейнике и увидел на обратной стороне адрес. -Надо отвезти его домой. Ты остаешься у меня? – поинтересовался он, намереваясь избавится от проблемы быстро. Малия потрепала собаку за ухом и кивнула на вопрос отца. - Да, я с ночевкой. У мамы сегодня грандиозные планы и она тактично попросила домой не соваться. Я заварю тебе чай. *** Стук в дверь разбудил ее не сразу. Лидия разлепила глаза лишь тогда, когда к стуку прибавилось жалобное поскуливание. Девушка подскочила с дивана и, скользя по паркету, кинулась к двери. Распахнув дверь, она уставилась на пса, который начал вилять хвостом, как только увидел ее. - Вилли! - обрадовалась девушка, опускаясь на колени и позволяя собаке уткнуться влажным носом ей в шею. Она потрепала его за ухом и счастливо рассмеялась, когда пес положил передние лапы ей на плечи, обнимая. Деликатное покашливание заставило ее обратить внимание на мужчину, который стоял слева от нее, облокотившись о стену. - Здравствуйте, - Лидия поднялась на ноги и протянула руку для знакомства - Лидия Мартин. Мужчина с интересом осматривал девушку, полностью игнорируя протянутую руку. Лидия медленно опустила руку, попутно потрепав Вильгельма по макушке. - Где вы его нашли? - поинтересовалась девушка. - На пороге своего дома, - ответил мужчина, наблюдая, как собака подходит к нему. - Понятия не имею, что он там делал, но моя дочь очень быстро прониклась к нему симпатией. - Да, Вильгельм очень положительно влияет на людей, - улыбнулась Лидия, - Он очень добрый пес. Питер не успел ничего ответить, как собака сомкнула свою пасть, впиваясь клыками ему в ногу. - Черт возьми, - зашипел мужчина, грубо отпихивая пса другой ногой. - Господи, у Вас кровь! - пискнула Лидия, бросаясь перед мужчиной на колени, пытаясь осмотреть степень повреждения. - Да неужели? - огрызнулся Питер и, отстранив от себя девушку, без всяких церемоний протиснулся в дом. Лидия быстро подорвалась и последовала за ним, захлопнув дверь прямо перед носом пса, который как ни в чем небывало остался сидеть на крыльце. - Где у тебя аптечка? - раздался голос из гостиной, но Лидия проигнорировала вопрос. Она уставилась на пятна крови на бледном паркете. Некстати вспомнились фотографии с места преступления, широко раскрытые глаза матери и кровавое месиво, вместо лица отца. Неконтролируемые слезы брызнули из глаз. Паркет размывался перед глазами. Лидия схватилась рукой о стену, чтобы сохранить равновесие, голова кружилась, слезы застилали глаза. Хотелось свернуться калачиком на этом пыльном паркете и проплакать всю оставшуюся жизнь. - Эй, я с кем разговариваю? - мужчина в гостиной начал раздражаться. Лидия отмерла и, вытирая ладошкой слезы, появилась перед Питером. - Аптечка, спрашиваю, есть? - повторил свой вопрос мужчина. - Может лучше в больницу? - неуверенно предложила девушка, с ужасом отмечая количество крови. - Для начала неплохо было бы остановить кровь, а потом в больницу. Лидия кивнула и, подорвавшись, полетела в ванную на втором этаже. Питер в это время разорвал штанину и осмотрел рану, которая отчего-то отказывалась заживать, более того, даже кровь до сих пор не свернулась и продолжала вытекать из рваной раны. На его памяти такого еще не случалось. Он еще в детстве понял, что на оборотнях раны затягивались в мгновение ока. Питер опустился на диван и осмотрел помещение. Толстый слой пыли на каждой поверхности, белые чехлы для мебели, свечка на полу возле камина и все. Больше взгляд ни за что не цеплялся. Он не мог себе представить, как здесь может жить молодая девушка, но внезапно осознание, что это за девушка, расставило все по местам. Лидия Мартин. Она так представилась. Это ее родителей не так давно нашли в одном из складов за городом. Из размышлений его вывел резкий звук падающего тела и громкие ругательства. Мужчина повернул голову к арке, из которой открывался чудесный вид на распластавшуюся у подножия лестницы Лидию. - Вы решили загреметь в больницу вместе со мной? Девушка лишь молча поднялась с пола и подошла к нему, прихрамывая на левую ногу. Питер, наблюдая за этим, лишь закатил глаза. - Вот аптечка. Мужчина выхватил из рук девушки чемоданчик и принялся искать в нем то, что может помочь остановить кровь. - Это шутка такая? - недоуменно спросил мужчина, перебирая в руках мешочки с травами. Лидия в ужасе вытаращила глаза и попыталась дрожащими руками захлопнуть чемоданчик. Но Питер, спрятав его за спину, уставился на девушку, ожидая объяснений. - Я не признаю народную медицину,- на всякий случай уточнил он. Лидия медленно кивнула и что-то пробормотала. - Что? - Питер даже со слухом оборотня не смог разобрать этот бессвязный лепет. - Я аптечку перепутала - еще тише повторила Лидия, но в этот раз он услышал. - Твою ж... - Питер стиснул зубы, чтобы не наорать на девушку.- Принеси хотя бы чистой воды и полотенце. Он не успел еще договорить, а Лидия уже побежала опять наверх, перепрыгивая через две ступеньки. - Не убейся только! - почти заботливо крикнул ей вслед мужчина. Он опять открыл чемоданчик с травами и принялся читать наименования. Ничего примечательного. Казалось, что девчонка притащила ему личную коллекцию чая. Он уже хотел захлопнуть чемоданчик, как заметил знакомое название. Летария волчья. Питер схватил этот мешочек и положил его в передний карман штанов. Громкая мелодия заставила его подскочить и нервно откинуть чемоданчик от себя. Наверху послышались торопливые шаги Лидии. Она быстро спустилась с лестницы и, поставив перед ним тазик с водой, подняла со стола телефон. Увидев на дисплее имя, она выругалась, но с искренней улыбкой приняла вызов и поднесла телефон к уху. - Я знала, что ты позвонишь, - сразу сказала она. На том конце кто-то очень быстро и радостно начал что-то говорить. Питер смутно припоминал этот голос. - Стайлз, помедленней! - взмолилась Лидия, не разобрав, что пытался сказать ей друг. - Стайлз? - раздраженно выплюнул Питер. Лидия удивленно взглянула на него и, сообразив, что так и не отдала мужчине полотенца, которые он просил, виновато улыбнулась и заговорила в трубку, перебивая друга. - Стайлз, я сейчас немного занята. Ты не против, если мы завтра поговорим? - Но ведь завтра похороны, - донеслись до Питера внятные слова ее собеседника. - Поговорим сразу после них, - ответила Лидия, вцепившись в телефон так, что пальцы побелели. С этим маленьким инцидентом она совсем забыла, что уже завтра похороны родителей. Она отключила телефон и развернулась к мужчине, который даже и не подумал сделать вид, что не подслушивал. - Вот полотенца. Помощь нужна или Вы сами справитесь? - вежливо поинтересовалась девушка. - Нужна, - внезапно ответил мужчина, откидываясь на спинку дивана и наблюдая, как вытягивается от удивления лицо Лидии. - Мне нужна помощь, мисс Мартин, - с нажимом повторил Питер, разрушая ее иллюзию о том, что она ослышалась. - Чт..Что мне делать? - неуверенно спросила Лидия. - Ну, для начала, край полотенца нужно намочить, - начал руководить Питер. Его стала забавлять эта ситуация. Лидия как в замедленной съемке взяла одно из полотенец и окунула его в воду. Намокнув, ткань заметно потяжелела, и Лидия еле подавила желание оставить полотенце тонуть, а самой трусливо сбежать. - Если ты будешь делать это еще медленней, то я умру от потери крови, - как в тумане раздался голос Питера. - Не драматизируйте, - закатила глаза Лидия, приходя в себя. - Все не так уж и страшно - Ага, то-то ты чуть в обморок на крыльце не грохнулась, - отозвался мужчина. Лидия ничего не ответила на эту реплику, лишь со всей силы стукнула мокрым полотенцем по раненой ноге мужчины. Брызги воды от полотенца разлетелись вокруг них. Питер ровно сел, гневно смотря на девушку. Лидия же, словно ничего не произошло, начала медленно и аккуратно промывать рану. - А Вы, я смотрю, под стать своей собаке. Точно так же положительно влияете на людей и очень добры, - язвительно произнес Питер. - Это не мой пес. Он принадлежал моей матери, - тихо отозвалась Лидия, продолжая аккуратно стирать кровь. - Сочувствую, - ответил Питер и затих. Лидия оторвалась от своего занятия и подняла на него взгляд. Голубые глаза встретились с серо-зелеными. - Спасибо, - Лидия слабо улыбнулась и отвернулась, чтобы опять намочить полотенце. - Мне кажется, что было бы гораздо проще проводить Вас в ванную, чем промывать рану полотенцами, - подала идею Лидия. Питер лишь положительно хмыкнул и поднялся с дивана. - Тогда веди. Когда за ним закрылась дверь и послышались звуки бегущей воды, Лидия вернулась на первый этаж и, взяв в руки чемоданчик с мамиными травами, понесла его на кухню. Неизвестно что этот мужчина о ней подумал, когда обнаружил вместо лекарств мешочки с пометками на разных языках. Лидия вернулась в гостиную и устало опустилась на диван. Глаза непроизвольно закрывались. Она успела поспать меньше часа, перед тем как мужчина появился на ее пороге и теперь чувствовала бесконечную усталость. Прислонив голову к спинке дивана, Лидия незаметно для себя уснула. Появившийся десять минут спустя Питер, застыл в проеме и, наверное, впервые в жизни понятия не имел, что теперь делать.