remember...

엠버 (Amber) - Borders The XX – Intro 이하이 (Lee Hi) – OFFICIAL (Feat. Incredivle)       После закрытия сессии ребята решили выехать за город и снять там домик. Тихий, уютный дом был построен в охотничьем стиле, а вокруг ни было не одного человека или здания. На первом этаже располагалась гостиная с удобным белым диваном, камином, а возле него большой книжный шкаф, ковер из шкуры волка и маленькое кресло-качалка. Рядом находилась столовая, соединенная с кухней. Кухня была очень просторной. Её стены были отделаны каменной плиткой, в центре стоял большой обеденный стол из красного дерева, а через одну из стен растянулось огромное окно, через которое было видно лес и речку. Можно было подумать, что ты обедаешь вовсе не внутри, а в этом самом лесу, насколько этот дом был близок к природе. На втором этаже была ванная и две туалетные комнаты. Дальше шли еще три комнаты, обустроенные под спальни. - В этом домике я готова жить не только одну неделю. – Хеён, оставив свои вещи у входа, разглядывала каждый уголок дома, восторженно отмечая, как ей тут все нравится. - Ну что? Сегодня вечером нас ожидает ужин у костра? Милый, пойдём, поможешь мне. – Лухан и Сехун вызвались поднять багаж ребят на второй этаж. - Хён, ты рассказал нуне о нас? – Чанёль и Бэкхён пошли на кухню распаковывать продукты, которых должно было хватить на недельную смену локации. - Чанёль, извини меня, я… - Все понятно. Но Бэк, мы уже два месяца вместе. Уже два месяца с нами живет Хеён. И неужели за это время ты не мог рассказать ей? – младший хлопнул дверкой холодильника и грозно посмотрел на своего парня. - Ах, по-твоему это так просто? Тебе кажется, что об этом можно говорить, как о повседневной теме? Типа: "О, Хеён, привет, ты постриглась? Тебе идет... А я тут с Чанёлем встречаюсь. Два месяца как. И сюда мы приехали, по его инициативе, чтобы мой первый трах запомнился надолго и был более романтичным". Ты так это себе представляешь? – взбесившись, Бэкхён размахивал руками и орал на младшего. - Вы хуль орете, блять, я не понял? – спустился Лухан, чтобы дать обоим подзатыльники. – На втором этаже все прекрасно слышно, между прочим. Идиоты, блядь. Идите вещи распаковывайте, придурки.

***

- Чем занят? – спросила Хеён у увлеченного готовкой Чанёля. - Свинину рублю, чтобы замариновать ее позже. – Парень, не обращая внимания на девушку, снял майку, оголяя накаченное тело, с небольшими испаринами на плечах и спине, чем вызвал легкое смущение у девушки. - Чанёль, такой деликатный вопрос… у тебя есть девушка? – Младший резко напрягся и стукнув ножом о разделочную доску, сказал: - У меня нет девушки, но есть… - Парень замялся, не зная, стоит ли ему рассказывать о их отношениях с ее братом, но немного подумав, решил, что она в любом случае все узнает, а в его руках есть нож, а рядом еще и топор. Правда и самооборона на его стороне. – парень… Бэкхён. - Свершилось. Ты признался. – Девушка, облокотившись на кухонный стол, начала демонстративно аплодировать и наблюдать за младшим и его быстро краснеющими ушами, затем сказала: - Вы думаете, я дурочка что ли? Это было понятно еще в тот день, когда я только переехала к вам. Ты был таким довольным и нехило возбужденным. – Девушка поиграла бровями, делая акцент на последним слове. – Ваши переглядывания с улыбками на лицах, «случайные» прикосновения. Я вас спалила! – Улыбнувшись, Хеён накрыла плечи парня его майкой и на ушко прошептала: - Лучше оденься. Тут столько слюнопускателей ходит. Вы ведь не одни тут любовную парочку изображаете.

***

      Находясь на заднем дворике, Чанёль и Лухан жарили мясо на костре, а Хеён нарезала продукты. Из колонок в доме и во дворе заиграла музыка и к вышеперечисленным во двор вышел Сехун, спрашивая не нужна ли помощь и говоря, что Бэкхён-хён уже битый час ищет Чанёля. Зайдя в дом, Чанёль тут же услышал грохот и нескончаемый мат со второго этажа. - Бекки, это ты? – поднимаясь по лестнице, парень продолжал задавать вопросы на которые никто не отвечал. – Ты меня искал? Мне Сехун рассказал, что ты меня ищешь. Кстати, у меня для тебя хорошие новости. - Чанёль! – не успев зайти в комнату, парня схватили за плечи, и удостоверившись, что сзади младшего никого нет, затащили в комнату и приложили с грохотом к стене. Да так сильно, что в висках затрещало. – Я придумал, как рассказать нуне о наших отношениях. – Довольный собой, Бэкхён смотрел в глаза своему парню снизу вверх, чуть прищурившись.       Их лица были настолько близко к друг другу, что чувствовалось чужое дыхание на своем лице. Бэкхён, приподнимаясь на носочках, поцеловал любимого в уголок губ и перебираясь дорожкой поцелуев до уха, тихо, как будто боясь, что их могут услышать, прошептал: – Я не хочу идти на пирушку. Может тут останемся? – старший правой рукой спустился к джинсам Чанёля и, массируя ладонью пока еще «спящего» друга, приподнялся к губам и поцеловал, проникая языком внутрь и временами кусая чужие губы.       Не прерывая поцелуя и, не дай бог, руки старшего, чьи движения стали гораздо сильнее и напористее, Чанёль повел Бёна к кровати. Затем, повалив младшего на нее, Бён, вместо того, чтобы лечь с ним, направился в сторону двери, объяснив это тем, что он больше не собирается переносить этот момент на неопределенный срок, и запер дверь. После, направился к окну занавешивать шторы. Пока Бэкхён ходил по комнате, и твердил, что в этот раз им точно никто и ничто не помешает, Чанёль заметил, какую, оказывается, красивую комнату Бэкхён забил им: с большими окнами в пол, мебелью из белого дерева, широкой двуспальной кроватью с белым балдахином, на которой Чанёль сейчас пытался как-то утихомирить себя и своего «проснувшегося» друга, небольшим туалетным столиком у окна и большим белым ковром, находящимся возле кровати. Удостоверившись в том, что теперь даже война не страшна им, Бэкхён осторожно присел на краешек кровати. Из-за занавешенных окон Чанёль совсем не видел, как Бэку страшно и… стыдно. Да, дожив, практически до 26 лет, при этом зная свою ориентацию, у Бэкхена был лишь один сексуальный опыт, и то этот самый «опыт» сейчас лежал на кровати с расстёгнутыми штанами и с адски-возбужденным членом, но при этом улыбаясь и делая вид, будто ничего сейчас ему не мешает и все хорошо, а член просто разрывается, но, конечно же, его это не волнует, да. - Что-то случилось? – Чанёль приподнялся на локтях и подполз к Бэкхёну в темноте. Он поцеловал парня куда-то в висок и, сгребая в охапку, лег вместе с ним. – Тебе страшно? Не волнуйся, милый. Если ты ещё не готов, я не буду ничего делать, обещаю. – Чанёль ладонями обхватил лицо Бэка и поцеловал, бережно сминая чужие губы.       Бэкхён резко перехватил инициативу поцелуя на себя и, вырвавшись из цепких объятий, переместился на бедра Чанёля. – Мне не страшно. – низким голосом, почти шепотом сказал старший. Сняв с Чанёля футболку, Бэкхён поцелуями перемещался в сторону паха, оставляя на тех местах едва заметные засосы и укусы. Приспустив джинсы вместе с боксерами, Бэкхён наклонившись к возбужденному органу и, облизнув головку члена, вобрал его полностью, чем спровоцировал громкий стон сверху. Вцепившись в волосы старшего и толкаясь внутрь, то резко и жестко ускоряясь, то замедляя темп, Чанёль практически дошел до разрядки, но Бэкхён неожиданно отстранился. Затем, полностью раздевшись, Бэк водил руками по горячему телу любимого и коснулся пальцами губ младшего, тот вобрал несколько, причмокивая. Затем, он вытащил их и, закинув руку за спину, Бён принял в себя сразу два пальца и одарил младшего громким стоном. Привыкнув к длинным пальцам, Бэкхён двигался быстрее и размашистей с по-прежнему сладкими стонами-вздохами.       Переворачивая свое любимое, хрупкое создание на спину, Чанёль раздвинул его ноги, схватился за бедра и, придвинувшись ближе, медленно вошел в старшего, на что получил оглушительный крик, который слышали, может быть, даже и на улице.       Поглаживая бедра Бэкхена и целуя куда-то в шею, Чанёль, принимая одобрительный кивок в свою сторону, вышел и проник вновь, но уже с большей уверенностью.       Вцепившись в спину младшего, Бён начал просить грубее и быстрее, иногда покрывая благим матом своего любимого.       Поставив того на колени, Чанёль одной рукой вцепился в шею старшего, в другой сжимал задницу, долбясь настолько грубо и сильно, насколько мог себе позволить, зная, что это первый раз Бэка и у него, определенно, все тело будет болеть после этого вечера.       Когда Бэкхён с хриплым криком кончил на постельное белье и завалился на кровать, которая и без того молила о пощаде, Чанёль, сделав еще пару толчков в свою руку, кончил следом, падая рядом.       Наладив свое дыхание, парни собирались обмолвиться парой словечек, как внезапно, одна из балок, на которых держался балдахин, упала, накрывая обоих шелковой прозрачной тканью, а вслед за ней от кровати отвалилась ножка, отчего та грозно заскрипела, норовя развалиться. - Твою мать, ну! – смеялся Чанёль, высвобождаясь из тканевого "плена". – Хён, я не знал, что ты такой любитель жесткого секса. – Продолжая глупо смеяться, Пак скинул балдахин на пол и повернулся к старшему, пытаясь поцеловать своего парня. – Хён! Блин, так не честно. – обнаружив спящего Бэкхёна, младший надул губки. После, укрыв своего парня одеялом, Чан пошел одеваться и искать что-то, что могло бы заменить сломанную ножку кровати.       В итоге, не найдя ничего существенного, Ёлю пришлось подставить книжки, располагавшиеся в книжном шкафу в зале. Затем, поцеловав парня в лоб, Чанёль отправился во двор к остальным.