А вдруг завтра...

Наскоро покушав, Наташка и Ирочка решили, что надо ехать домой. Все вошли в автобус, поблагодарив дядю Вову за все и, заплатив, накинули сверху еще пять тысяч. Приехали к дому и разошлись по территории. Наташка сказала Сиду, что им нужно поговорить, и они ушли на разборки. Ирочка была хмурая, как тысяча ураганных туч, и иногда в ее взгляде сверкала молния. Чтобы отвлечься, она решила приготовить, наконец, нормальной горячей еды. На кухне она нашла две курицы, картошку и овощи для салата. Поставив кур в духовку, она принялась чистить картошку. Все остальные гуляли на улице. В кухню прокрался Воробей. Именно прокрался, оглядываясь все время. Ирочка на него даже не обернулась, но улыбнулась себе под нос. - Что делаешь? - Угадай. – Ирочка еще раз улыбнулась. Воробей засучил рукава и, встав за Ирочкой, тоже стал чистить картошку. Каким-то самодельным ножичком. Его щека касалась ее щеки, и когда последняя картоха была порезана в кастрюлю, Джек обнял Ирочку за талию, прижимая к себе, и поцеловал в щеку. - Я в душ. Посмотри за картошкой, пожалуйста. И салат порежь заодно. – Ирочка смущенно чмокнула его в щеку в благодарность за помощь. Воробей оказался солено-сладким и щетинистым. Ирка пришла к душевой кабинке с полотенцем и чистыми вещами - туничкой и шортами. Настроение все еще было жутко поганым, она никак не могла придумать, как связаться с Йенцем и как вообще с ним говорить после беспредела, учиненного Мэнсоном и Крысом. Кабинка была невысокой, когда Ирка в ней стояла, можно было видеть ее голову по глаза. Там был бак с водой, нагревающийся от электричества. Стоя под душем, Ирочка, смывала с себя негатив и вдруг рассмеялась. Представив лицо Йенца, который получил ммс-ку от нее с фотографией мужского члена, и не одного. - Ты курицу солила? – Ее вырвал из мыслей голос Воробья, физиономия которого торчала прямо перед ней, с той стороны кабинки. – Это очень важно! Посолить. - И он поднял палец вверх и потряс им. Ирка, с хихиканьем встав на цыпочки, быстро огляделась и, открыв дверь, втащила Воробья в кабинку. Тот заметался, но его штаны в один момент были сняты. Воробей только быстро закрыл дверь. Из душа уже виднелась и вертелась только его голова целиком. Ирка скрылась, хихикая. Он навел резкость, подавляя в себе эмоции, и увидел в огороде Чудика. Они с ним встретились взглядами, и Воробей сделал вид, что моется. По нему текла вода, однако он был в полном своем параде, только со спущенными штанами. Чудик что-то проорал про дурака в шляпе, но Воробей отвернулся. Нагнув голову вниз, к присевшей Ирочке, он что-то попытался сказать про правду и неправду, но его мысли уже не могли ни на чем останавливаться, он закрыл глаза и улыбался. Через какое-то время и Иркина голова поднялась. Она довольно спросила, наглаживая его бедра: - Ну как? Тот в ответ наигранно жеманничал: - Неплохо, весьма. А сейчас я тебе покажу мастер-класс. И его голова резко скрылась внизу. Ирочка только хихикала, иногда не сдерживала смех, иногда тихий стон. Когда наконец его голова обратно появилась, она обняла его за шею и поцеловала. Очень непривычно колола борода и усы, а его язык наоборот был мягким и сладким на вкус. - Я тебя хочу, – прошептала она ему на ухо. - Не здесь. И тут начался очередной дурдом. Они как могли быстро оделись, и Воробей потянул ее за руку, пригибаясь и прячась от каждого шороха. Ирочку все разбирал смех, она забыла свои шлепки и шорты. Огородами-огородами, заборами, не спугнув собак и прочую живность, обходя коз и овец, наконец они вбежали в какой-то сарай на краю деревни. Все помещение было забито сеном. Воробей ловко нырнул вглубь и резко дернул за собой Ирочку. И очень вовремя. Почти сразу за ними кто-то вошел. Это была старушка, говорящая со своим козлом. Она взяла охапку сена и ушла. Все это было почему-то страшно. Джек начал смеяться, отплевываясь травой, за ним и Ирочка. Они стали друг друга щекотать и возиться внутри всего этого ароматного сена. Вышли они тоже неожиданно, для самих себя упав из-под потолка. Решив, что полностью друг другу подходят. И опять началась суета в стиле Воробья. Они отряхнулись до последней травиночки и выкурили по сигарете, чтобы отбить запах сена. - Я буду к тебе приходить. – Воробей убрал Ирочке волосы за ушки. - А я к тебе. - Она заговорщически зашипела. - Ну… А теперь… Они стали раскачиваться из стороны в сторону и хихикать, как реальные психи. - Что? - …Бежим!!! И Джек пулей вылетел из сарая, Ирочка за ним. Настроение у нее было потрясающее, и она все время смеялась, она вообще и думать забыла про все плохое, про ссору с Мэнсоном, про то, что побила Твигги. Она сейчас была в своем уме и всех их любила, и Мэнсона особенно! И очень хотела есть! У третьего дома они разделились, Воробей сказал – так надо и, еще раз поцеловав Ирочку за ушком, быстро побежал в противоположную от здравого смысла сторону. В это время на кухню пришли ребята и, увидев, что в духовке что-то готовится, решили помочь, Чудик схватил лежащие овощи и начал мыть. - Тебе резать! – сказал он Братишке. - Порежу, конечно, - ответил то, доставая доску для резки и тазик для салата. Филипп же, зайдя в дом, решил подождать остальных на улице, на лавочке, закурил сигарету и приготовил две бутылки пива. Он сидел и размышлял, что у Наташки странное поведение; у него, конечно, болела голова, и он понимал, что больше всего ненавидит Сида. Ему казалось, что у них существует какая-то связь. Утро было странным, Наташка к нему охладела, что-то пошло не так. Он не понимал. Открыв бутылочку пива, Фил погрузился в размышления. Он вообще очень любил думать. И эти Наташкины слова «Ты мне только говоришь это по пьяни», к чему это? Что она, не знает, как он к ней относится? А может, это просто страсть, и действительно нет никакой любви. Так он сидел и думал, а Наташка тем временем кричала, как ненормальная, на Сида. - Ты реально не понимаешь, что ты творишь, ты вообще в своем уме?! – Наташка заливалась, а он, здоровый такой лоб, стоял, опустив голову. - Ты чем вообще думаешь? - не унималась она. А он стоял, и реально, кроме как огромного желания, у него ничего не было. Эти рапаны действовали как виагра. - Ты меня вообще слушаешь? - сказала Наташка и стукнула его в живот. - Ну прости меня, - выдавил он из себя, наклоняясь к ней, чтоб поцеловать. Наташка ему залепила смачную пощечину. - Ты что делаешь?! - вскрикнул он и схватил ее руку. Наташка размахнулась второй рукой и хотела было треснуть, но он и ее поймал на лету. Он начал целовать ее руки. - Я тебя хочу, что ты со мной делаешь? Ты с этим немцем, я без ума от тебя... - шептал он. - Пожалуйста, будь со мной, я хочу тебя, – бормотал он, осыпая ее руки поцелуями. - Я тебе говорила, что мы с тобой только друзья, и что это был последний секс, а что было прошлой ночью, так мы напились, и это ошибка. Сид, ну пойми, я тебя очень сильно люблю как друга, но ты же невыносим. Нам нельзя быть вместе. Ты сам это прекрасно знаешь. – Наташка это ему говорила уже сто пятидесятый раз. Она не знала, как донести эту информацию до рыжего. Но он ее и не слушал, а, нежно схватив ее лицо руками, целовал ее губы. - Да прекрати же ты это делать, – строго сказала Наташка и резко выдернулась из его ладоней. Она со всей дури начала его лупить кулаками. - Ты реально ничего не понимаешь, ты меня никогда не слушаешь, тебе на меня наплевать! - Она лупила его по всему, до чего доставала. Ему было больно и, как ни странно, его это даже возбуждало еще больше. - Ты только и сексе и думаешь! – закричала Наташка, врезав ему довольно сильно по животу, он согнулся, она начала его лупить коленками, он бухнулся перед ней на колени. Она в остервенении начала его дубасить по спине, схватила за волосы и начала его трепать как щенка. - Ты дебил, ты ничего не понимаешь! - она кричала на него, а он улыбался. Ей казалось, что ему не больно, и он ничего не чувствует. - Ты сволочь, я тебя ненавижу! – воскликнула она и заплакала вдруг ни с того ни с сего. Он обнял ее и прижал к себе. - Дурочка моя, – сказал он, прижимая ее все сильней и сильней, потом взял на ручки и, как маленького ребенка, начал укачивать. Они стояли у соседского дома, где жителей никогда не было видно. Все случилось внезапно, он незаметно отнес ее в беседку. Она была такая темная и такая заросшая виноградником, что там было прохладно и скрывало их от посторонних глаз. Он сидел на против Наташки и смотрел ей в глаза. - Ну ты что, дурашка моя, не плачь, у тебя что-то совсем гормоны разыгрались. - Ну да, задержка еще ко всему прочему, – невзначай ляпнула Наташка. Сид ее поцеловал, прижал к себе, в голове у него закружилось. Он начал ее страстно целовать, и сердце бешено колотилось, куча мыслей роем завертелись. - Я тебя люблю, – сказал он и начал к ней приставать. - Сид, отстань, – Наташка сопротивлялась, но против сильных мужских рук она была бессильна, он встал перед ней на колени. Стащил с нее шортики, не переставая целовать. - Я не хочу, Дим, отстань от меня. - Но понимая, что его напористость полностью отключает ей мозги, она расстегнула его шорты и обвила его торс ногами. Они опять предались дикой страсти двух давнишних любовников. Наташка одела шорты и, поглядев на Сида, сказала. - Такой ты вообще! - Какой? – сказал он, хитро улыбаясь - Большой и не слушаешь меня никогда! – сказала она и пошла к дому. Он отряхнул в коленей пыль и прилипшие камушки, посмотрел на них и понял, что они жутко ободранные. И быстро побежал за Наташкой. С улицы послышался смех Ирки. Вскоре она вошла в кухню, веселая, с мокрой головой. - Ой, ребят, вы вообще молодцы! Я этому пирату-дегидрату сказала салат порезать, а он, походу, нифига не сделал. Ирка открыла духовку, и на всю кухню пахнуло жареной курицей. Которых там было две на одном поддоне. - То, что доктор прописал! Я выключаю курку. - Она слила воду с картошки и посыпала сверху укропчиком и зеленым лучком. - А ты че, купалась? - улыбнулся Братишка, кивая на мокрую голову Ирки. - Не-е-е,я в душе мылась. - И головой ударилась? - ляпнул Чудик, шинкуя салат. - Почему? - рассмеялась Ирочка. Брат с Чудом переглянулись и тоже заржали. - Да так... - А где Мэнсон? - Ирочка уперла руки в бока, неожиданно вспомнив о самом дорогом после Наташки. - Он Твигги в больницу повез, - ответил Брат. - Я ему еще сказал хлеба купить, но, наверное, он забудет. - Как в больницу? - Ирочка осела на стул. - Почему? Что случилось?! Ребята снова заржали, вспоминая кровавую спину Твикса и его поломанный нос, свернутый набок. - Я нашел! - неожиданно заголосил Воробей, который все это время копошился по шкафам и создавал непонятную движуху. В руке он потряс какую-то баночку и странный прибор, похожий на прибор для выжигания. - Пошли! - Вас ист дас? - удивилась Ирка, но ее уже волокли за руку на улицу. Ребята переглянулись и тоже поперлись за ними. - А че ты такая веселая? - пристал к Ирочке Чудик. - И где вы были? Вдвоем, - поддержал Братишка, и оба дебильно захихикали. - Мы курили ГАШИШ! - экспрессивно ответил Воробей. - Ого! А нас че не позвали?!! - заголосили друзья. - Там было мало. - Ирочка села на лавку рядом с Филом, как ее посадил Джек. И тут только поняла, что забыла в душе шорты. Ей закатали рукав, и Воробей протер ей предплечье грязной тряпочкой из своего кармана. - А-а-а! Ты мне будешь рисовать хной?! - обрадованно крикнула Ирка. Джек выронил из рук баночку от неожиданного крика, потом быстро поднял и злобно зыркнул. - Не ори, а то будет больно! - Ты прямо как Мэнсон говоришь. - Ирка пришла в себя и опять вскрикнула: - О! Воробей опять что-то уронил и топнул ногой. На него налегали Брат и Чудик, которым было очень интересно. - А почему на руке? Это вульгарно! Давай на груди! Вот тут! - И Ирочка провела пальцами по нужному месту. Она попробовала отодвинуть край туники вниз, но все равно та мешалась, вырез был недостаточно глубокий. - Надо разорвать! - посоветовал Чудик. Брат на него покосился странно. - Разрезать, - разрешила Ирка. - А снять никак? - предложил Брат, но Ирка сама уже аккуратненько разрезала верх туники и отвернула. Воробей приготовил свой странный прибор и жестом экспрессиониста провел рукой, примеряясь к работе. Потом подошел ближе и поводил еще раз. Видно было, что неудобно. Джек от нетерпения закрутился вокруг, потом рывком сдернул Ирку с лавки и сел на лавку сам. - Садись! - велел он, похлопав себя по коленкам. Ирка пожалась, но все же села. Оказалось, так правда удобно всем. Брат и Чудик все совали носы и сели по бокам. Видно было, что им тоже очень интересно. Воробей ухмыльнулся и подергал ногами, заставив Ирку прыгать. Та резко его стукнула по щеке. - Ты аккуратней! - гыкнул Чудик. - А то тебя тоже в больницу увезут. - Итак... Пиши. Вот тут. Пиши… Мерлин Менсон. - Ирочка важно показала, где писать. - Мудак. - Был тут. - Аминь! - последовали варианты продолжения от Брата, Воробья и Чудика. Ирочка рассмеялась, и сказала кроме ММ ничего не писать. Воробей достал свой страшный непонятный прибор с иголкой, заправленный еще более непонятной жидкостью и стал колоть. Периодически мастерски откидываясь назад, любуясь полученным, и каждый раз он ударялся о стену дома. Наташка с Сидом вернулись с другой стороны дома. - Жевачку будешь? - спросил Сид. - Давай. Посмотри, че там у нас похрумкать есть. Сид вломился в дом и пропал из виду. Наташка же задалась вопросом "А где все?", но, услышав шум и смех, пошла на звук. Увиденное на лавочке заставило ее замереть, потом заулыбаться. На лавке сидела Ирочка, явно у кого-то на коленках, но его не было видно. И руками растягивала на груди края рубашки. Рядом с одной стороны сидел Брат, подперев кулаком голову, и смотрел ей на грудь. И что-то вякал. С другой стороны шевелился Чудик, вертя рогатой головой, и ухал, желая участвовать в каком-то процессе. Наташка подошла ближе, но всем показалось, что она просто выпрыгнула из-за угла. - Вы че тут делаете? - спокойно спросила она, но все от неожиданности подпрыгнули. Как будто сидели и дули, и неожиданно пришел полицейский. Наташка увидела, что Ирка сидит на Воробье, и тот какой-то фигней ей бьет татуировку. - Ого! Я тоже хочу! - Смотри! - Ирочка повернулась к ней. Была видна надпись Marilyn Manson и какие-то неоконченные узоры. Воробей завертелся и заворчал, но был стукнут по голове и успокоился. На краю той же лавки сидел Филипп. Он сидел, отвернувшись от всех, положив локти на широко расставленные ноги, курил и прикладывался к бутылке пива, которую ставил на землю перед собой. В этот момент он выглядел на редкость хорошо. Он стал еще более смуглым, а глаза - еще более яркими. Он поднял голову и смотрел на Наташку. Она подошла к нему и провела рукой по волосам. - Пиво дуем? - улыбнулась Наташка. - Ja... Жарко! Будешь? - Фил потянулся рукой под лавку, где стояла еще одна новая бутылка. - Жарко и липко. - Наташка нагнулась и шепнула ему на ухо: - Пойдем купаться? - Ja-ja! - обрадовался тот. - Пойдем! Они направились к морю. - А куда это вы намылились? - спросил дерзкий Чудик. - Хочу молочный коктейль! - ляпнула Наташка, и они быстро ушли. На их место буквально почти сразу, но с другой стороны дома, вышел Сид. Который нашел Наташке дохера еды. Но потерял саму Наташку. - А Наташка где? - За молочными коктейлями пошла, - отозвалась Ирочка. Все были увлечены набивкой татухи и не заметили, как Сид свинтил, но он-то правда пошел за коктейлем. А Наташка бежала к морю, раскинув руки. Фил ковылял следом, оглядываясь. Наташка подбежала к нему. - Ты же сказал, что тебе жарко! Зачем ты повязал себе кофту еще? И стала развязывать рукава кофты, которую Фил повязал для конспирации. - Просто понимаешь... Это чтобы не видно было... - Чего? - уставилась на него Наташка. - Его. - Филипп опять огляделся и снял кофту. - Мешается и неприлично. Наташка расхохоталась, потом обняла его. - Тс-с-с-с, вот это беда... Это у тебя от рапанов. - Да мне плевать, от чего! - Фил даже как-то злобно рыкнул, схватил Наташку на руки и потащил в воду. - Чего ты делаешь?! - завопила Наташка. - Ты хоть бы меня спросил. Но он даже ей ничего не ответил. Уже в воде он раздел ее, бросив небрежно лишние вещи на берег. - Ты не понимаешь, наверное, как я к тебе отношусь, – сказал он, заглядывая в Наташкины глаза. - Сейчас я понимаю только одно, и оно передо мной стоит, - сказала Наташка и засмеялась. Фил улыбнулся и обнял ее к себе. - Ты понимаешь, что ты голову мне морочишь, я не могу не думать о тебе, а ты последнее время себя ведешь странно. Я хочу быть с тобой, ты мне нравишься, я же все для тебя делаю, разве этого недостаточно? - Потом поговорим, ты такой красивый у меня, ты так загорел, - Наташка гладила его по загорелой груди. - Не уходи от разговора, - сказал он, пытаясь добиться от нее чего-нибудь вразумительного, но Наташка явно не хотела ничего говорить и начала его целовать и гладить. Вскоре и он сам забыл, о чем хотел спросить и что сказать. Перед ним была Наташка, и ничего не надо было вообще. Казалось, что весь мир сжался до ее зеленых глаз. Наташка же с горестью понимала, как она влипла. Она так боялась полюбить эти бесконечно красивые глаза, эту широкую улыбку. Эти татуированные руки. Это прекрасное тело. Голова ее кружилась, она никак не хотела допускать такой слабости и полюбить его. Но отдалась порыву чувств и бесконечной нежности, которую дарил ей Фил. Так они не заметили, как стало вечереть, и проголодавшись, они решили вернуться к ребятам и, взявшись за руки, медленно пошли к дому. Оттуда слышался веселый шум и даже какая-то музыка. За накрытым столом на улице сидели все, не было только Наташки, Сида и Филиппа. И когда Наташка с Филом пришли, то к ним выбежала буквально Ирка, размахивая бутылкой рома, и показала свою татуху на груди. Тут же подвалил Чудик и показал, что ему тоже сделали загогулину, и Братишке сделали татуху с именем Наташка, сверху рожки и хвостик со стрелочкой. - Теперь его все стебут и зовут Наташка. - Ирка погладила Брата по голове и рассмеялась. - Это временная! Она потом облезет. - Брат то ли грустно, то ли радостно сказал. На улице раздалось громкое "би-би-и-и-и!" Народ повыскакивал со своих мест и побежал смотреть, кто там приехал. -Это Мэнсон! - заголосил Джек и побежал впереди всех. Мэнсон приехал с Твиксом на шикарной новой тачке. Это был новый-новый додж, матовый, черный. И из него доносился грохот музыки. Твигги вышел по-человечески, усмехаясь и имея на половине лица белый пластырь, который резко бросался в глаза. Мэнсон с подозрительной сумкой подошел к Ирочке, быстро взял ее за ладошку и буркнул на ухо: - Мне надо тебе кое-что сказать. Ирочка опешила. Как раз подошли Фил и Наташка. Которая жевала куриную ногу. - Ох ты епт! Это твоя? А дай покататься? - Она преградила Мэнсону дорогу, и тот без разговоров всунул ей ключики, главное, чтоб ему никто не мешал. - Доверенность на тебя в бардаке - бросил ММ фразу в Наткину сторону. И ММ с Ирочкой ушли беседовать. Наташка же, сказав Филу ждать ее за столом, вытерла ручки об его шорты и села в машину. На секунду почувствовав себя сначала гопником, а потом забыла об этом. Это был стильный и сильный додж. И во всем чувствовался не один миллион рублей, на него потраченный. Наташка поелозила на месте. Поправила сиденье под свой рост и настроила зеркала, решив прокатиться. "Как раз рыжего найду," - подумала она про себя и выжала сцепление. Машина, подняв клубы пылищи, с пробуксовкой дернулась с места. Все ошарашено посмотрели ей вслед. Фил печально пошел к столу. Сида Наташка нашла гулявшим по дороге. Как оказалось, он в панике носился по деревне, но никто не видел Наташку! А ему сказали, что она пошла за коктейлями! Сид понял - ее похитили. И подъехавшая черная тачка по его мнению принадлежала похитителям. - Садыс, дарагой! - раздалось из машины. Он кинулся на машину, как деревенский пес Лютый, но водительская дверь открылась, и оттуда выглянула Наташка. - Что они с тобой сделали?! - захрипел Сид. - Где они?! - Сид, ты че? - Наташка сверкала улыбкой. - Наташка! Я тебя ищу! Ты вообще как? Откуда ты взяла ТУТ эту тачку? Сид вертел головой и кудахтал как курица. Он плюхнулся на сиденье и замолчал. Сразу почувствовалось, что он увлекся осмотром салона машины и поглаживанием приборной доски. Тут он неожиданно положил руку на Наташкину ногу и поцеловал саму Наташку. Та осторожно ответила взаимностью и опять засверкала улыбкой в тридцать два зуба. - Хочешь покатаю? - И она, поиграв бровками, дернула рычаг переключения скоростей. - Ага! - гыкнул Сид. Машина сорвалась с места, опять подняв клубы пылищи. Сид в салоне вжался в кресло, точнее, даже его вжало. - Ого, как весело! Эге-гей! - Он, как дурачок, потряс кулаками. Но на самом деле он боялся. И Наташка это чувствовала интуитивно. И поэтому все хищней улыбалась и давила на газ. Они помчались по дороге, не жалея шин. Мотор мурчал тихо, но мощно, музыка орала. Наташка все больше и больше давила на газ. - О! Это же я пою! - вдруг совсем разволновался Сид. И они с Наташкой стали петь тоже песню про то, что Сид говно. Машина сделала крутой поворот на пустыре. Деревенька была прямо перед ними. Они уехали за пару минут. Наташка, не заглушая мотор, прильнула к Сиду, притягивая его за шею. - Иди ко мне, мой рыжий балбес... - проговорила она, дыша ему в лицо. У Сида от таких событий даже голова загудела, и он резко на нее накинулся. Это грозило опять бешеным, экстремальным сексом. Кабинка машины как будто создана была для этого, и даже с габаритами Сида ему не было тесно или неудобно. В какой-то момент его сиденье под ним заурчало и спинка плавно откинулась назад. - Вот до чего техника дошла! Сама понимает что делать, - просипел Сид, расстегивая ремень. - Это я нажала. - Наташка рассмеялась, стягивая с себя футболку. - От тебя так вкусно пахнет... - Сид страстно целовал ее шею. - Да... - И Наташка чуть не ляпнула "Это одеколон Фила, мне тоже нравится". Сид дотянулся до ключей, которые так и торчали в зажигании, и пару раз повернул. Раздался грохот двигателя. Наташка рассмеялась от этого "вжжжум-вжжжум" и положила руку рыжего себе на бедро. - Ты куда-то хочешь поехать? - Да-а-а...- сипел Сид, то и дело ожидая почему-то пинка или толчка в ребра. - Далеко-далеко? - кокетничала Наташка, чувствуя, что срывает ему последние мозги. - Ты превращаешь меня в зверя... - он укусил ее за грудь и тут же поцеловал. "Ирка бы сказала, в барана". И на этой мысли Наташка опять смехотнула. - Тебе понравилось? - Сид повторил манипуляцию и укусил ее уже сильнее и зарычав. Но Наташка шлепнула его по щеке. - Мне сказали, ты пошла за молочным коктейлем... - Да, не за пивом же и сигаретами! - Наташке понравился звук, и она еще раз его ударила по щеке. Сид не понял, почему она так сказала, но дальше он просто не мог ничего говорить, потому что Наташкина ручка юркнула к нему в трусы. - О да, я ждал этого, но не думал, что ты так скоро вернешься ко мне, – хрипел возбужденный Сид. - Я решила тебе сделать такой вот подарок, - сказала Наташка, расстегивая ему шорты. И залезая сверху. У нее крутился в голове Фил, и она всеми силами пыталась не влюбиться в него. Сид подходил прекрасно. И она думала, что все-таки не влюбится в него окончательно благодаря Сиду. - Ты маленький рыжый гад, которого я ненавижу, - процедила сквозь зубы Наташка, у Сида от неожиданности округлились глаза. - Я ненавижу тебя, потому что не могу без тебя! Я ненавижу тебя, себя… – Наташка полностью овладела Сидом и его мозгами. - Ты не будешь меня ревновать? - спросила Наташка, прижимаясь к Сиду так близко, что он даже не мог пошевелиться. - Нет не буду, если буду тебя чаще видеть так же близко, как и сейчас, – ответил он, чмокнув ее в губы. - Хороший мальчик – ты заслужил кое-что интересненькое, – сказала Наташка, целуя его шею и грудь и спускаясь ниже. Сид блаженно закрыл глаза и захрипел от возбуждения. Уже было совсем темно, когда она вытолкнула его из машины и сказала, что они увидятся позже.