Revolutionize

Имя: Тара Дата: сентябрь? Период: 9 Есть вещи, которые не исправить, есть вещи, которые влияют на нашу жизнь и в корне её меняют. В лучшую сторону или в худшую. Но, как бы там ни было, в конечном счёте всё зависит от нас, от наших принципов и убеждений, да и просто от того, как мы смотрим на ситуацию. Я не буду утверждать, что принимала самые правильные решения. Они обошлись мне дорого, гораздо дороже, чем я могла вообразить, но всё же это были мои решения. Может быть, когда-нибудь ночью я проснусь в холодном поту и пойму, что не надо было делать то, что я сделала. Но я не хотела, чтобы меня вот так запомнили, как ту девушку. Мы с Райаном встречались уже больше года, а по школьным меркам это всё равно что десятилетний брак. Так что, сами понимаете, директор Шэнси, я решила, что настало время для самого главного. Для, если угодно, дефлорации (это же так называется по старинке, да?) Я была к этому готова, и я знала, что и он тоже был готов. В ту ночь мы пошли на вечеринку к Мэдисон Грей, на вечеринку вечеринок. И я пошла, маленькая глупенькая я, пошла, потому что у меня был Райан, второй по популярности парень в нашей школе, и он был моим. Можете назвать меня дурой, так оно и есть, но мне нужно было убедиться, что он по-прежнему мой. Я знала: это главная гарантия того, что Райан связан со мной навсегда. Я думала, что секс — это ключ к отношениям. Никогда в жизни я так не ошибалась! Кругом было полно народу, все болтали, в толпе куча девчонок только и ждала, как бы увести Райана. В конце концов мы с ним стали как сиамские близнецы, и захлестнувшее меня беспокойство начинало его раздражать. Поэтому, пока он не закатил сцену и пока все эти притаившиеся рядом гадюки не получили какую-нибудь надежду на него, я схватила бутылку «Grey Goose» и направилась к двери. Потом мы оказались в его машине. Рваные вздохи, пальцы неловко возятся с пуговицами и ремнём... Запах водки по всему Camero. Одежда раскидана по полу, по сиденьям. Оставалось только бельё, но оно тут же последовало за другими вещами. Я знала, что надо было спросить про презерватив. Но моя глупость снова пересилила, я промолчала, решила, что в первый раз ничего не случится. Вы, конечно, скажете, что мисс Дэвис на уроках столько раз говорила о противозачаточных средствах, что можно было бы уже и запомнить. Пролетел месяц. Пару дней я сомневалась. Потом сделала тест. "Положительный" — высветилось, словно неоновая вывеска. Но я всё равно не верила. Сделала ещё один. Положительный. И ещё один. Положительный. И ещё. Положительный. И тогда, только тогда я поняла, что вот он, ответ: Я беременна. И я чёртова идиотка. Я плакала, рыдала часами напролёт, пока глаза не высохли так, что я даже моргнуть не могла. Я плакала так много, как будто слёзы могли изменить результат тестов. Тогда-то я и позвала Аливию, надеясь, что она придумает, что мне теперь делать. И это стало ошибкой номер два. Она вела себя так, как будто она всё для меня сделает, как будто она понимает меня лучше, чем кто-либо в целом мире, как будто она всегда будет рядом, независимо от того, что я сделаю, оставлю этого ребенка, отдам или вообще избавлюсь. И ей удалось внушить мне одно: не говорить Райану. И это стало ошибкой номер три. Надо отдать ей должное: всего за полдня она разнесла новость по всей школе и всего за пять минут добралась до Райана, вывалив на него правду, словно атомную бомбу. Поддельные друзья, куда ни плюнь. Они, как пылесос, собирают всю грязь и вываливают её на тебя, забыв, что ещё неделю назад подлизывались, восхищаясь тобой и тем, что у тебя есть. А тут вдруг они воображают, что они лучше тебя, ведь они такие безупречные, они бы никогда, никогда не оступились. И секс вдруг перестает быть союзом двух людей, готовых к любым, даже опасным последствиям, оказывается чем-то мерзким, отвратительным и позорным. Не нужно иметь семи пядей во лбу, чтобы понять, что меня бросили все, в том числе тот, кому я отдала всю себя. И я осталась одна, напуганная, не зная, что теперь делать. Вокруг была темнота, и некому было впустить свет, помочь мне найти решение. Я была ходячей катастрофой, мне суждено было оступиться. Но тогда мне казалось, что это неважно, в конце концов, одной ошибкой больше, одной меньше... И я сделала то, что должна была, — погубила не только свою жизнь, но и жизнь другого существа, которое ничего не могло с этим поделать. Единственный вопрос, которым я задаюсь теперь: «Оно того стоило?» Искренне Ваши, Бестолковые, напуганные подростки всего мира.