Кошмары дома Ферро

POV Леон. Мы увидели на чердаке Людмилу лежавшую на полу без сознания. Я сразу поднял ее и положил на кровать в комнате. Все ушли, а я остался ждать, когда она очнется. Я никак не мог найти ответа, зачем она полезла на этот чердак, тем более она говорила, что он не открывается, у нее нет ключей, как же она там оказалась? К тому же ей было плохо, она была бледной! А еще я вдруг заметил на ее волосах целую прядь коричневых волос. Ее не было, а ведь эта прядь была по всей длине, до самых концов. Странно, но наверное, этому есть объяснение, по-крайней мере должно быть, можно попытаться его найти... Был вечер, сколько именно, не знаю, просто Диего заходил и звал поужинать, но я не пошел. Потому-что боялся за Людми, за то, что она очнется, а меня не будет рядом, у нее не будет поддержки, а я хотел, чтобы она знала, что я люблю ее, и я буду ее опорой в самые трудные минуты жизни и ни за что не оставлю ее. И вот, вдруг она проснулась, открыла свои прекрасные очи и в них я увидел страх, ужас, испуг, боль, огорчение, мольбу. Все это выражали ее карие глаза, в которых я тонул. -Людми, что с тобой? Что-нибудь болит? - Я хотел обнять ее, но она начала брыкаться, я не узнавал ее... -Ненавижу, не трогай меня! Отпусти, ты не настоящий, ты ничего не сделаешь мне, больше ничего не сделаешь! Я больше...больше... - И тут она начала плакать, и успокоилась, я прижал ее и начал гладить ее голову. -Людми, что случилось? -Леон, прости. Я не виновата, я не знала, не думала. Простите меня все, я не хотела. Я не помнила, это не я, уезжайте, оставьте меня...убирайтесь, вон, все убирайтесь, убийцы! -Людми, остановись, что ты такое говоришь, ведь все хорошо, успокойся! - Наконец она успокоилась, и я смог невзначай интересующий вопрос. - Вот и умница. Людми, что с тобой произошло, расскажи мне, прошу! -Хорошо, но знай то, что я тебе расскажу...будет бредом, но это правда, или по-крайней мере я, кажется, сошла с ума, так как... -Я верю тебе, Людмила, я всегда тебе верю, расскажи. Я и в правду верю ей, ведь когда любишь, веришь всему. И я буду ей верить, даже если сказанное будет невообразимым...