Похищение

- Кажется, его заставили переодеться, - внезапно заявил Росси после нескольких минут тяжёлого молчания, повисшего в помещении. Он за стол рядом с Дереком и тоже принялся рассматривать фотографию, сдвинув густые брови. - Почему ты так думаешь? - спросила Джей-Джей, повернувшись к новому начальнику. - Две пуговицы на рубашке тут и тут, - он показал ногтем, - не застёгнуты. - А все мы знаем перфекционизм Хотча. Он всегда застёгнут на все пуговицы. Это если он не в футболке, но это бывает редко, и только когда он дома. Я просто не могу его представить небрежно одетым. Полагаю, с него сначала сняли эту одежду, а потом заставили надеть снова. И уже чистую, так как никаких следов грязи или крови не осталось. А я всё-таки считаю, что они должны были быть. Скорее всего, его оглушили и засунули в багажник. - Но зачем его раздевали? - Рид шумно сглотнул, его руки начали дрожать. - Росси, ты предполагаешь сексуальное насилие? - Не обязательно, - мужчина вздохнул. - Скорее всего одежда всё-таки испачкалась, а потом похититель захотел сфотографировать его, и по какой-то причине заставил его надеть эту же одежду. Хотч и твой брат отличаются телосложением, Аарон крупнее, поэтому, я полагаю, он не нашёл в своём гардеробе ничего подходящего. Рид, даю тебе задание, поспрашивай родителей, мне нужно знать больше о твоём предполагаемом брате. - К матери я съезжу в клинику, а отцу позвоню, - кивнул тот. - После этого отправляйся к Гарсии, и вдвоём получите как можно больше информации о клинике, в которой ты родился. И о той истории с продажей детей на органы. Так как начальство официально запретило нам заниматься этим делом, то расходы за наш счёт. А, значит, я сам покупаю билет и лечу в Швецию, постараюсь узнать больше подробностей в том самом магазине игрушек. Рид, мне нужна будет твоя фотография, сам знаешь, зачем. Джей-Джей, сфотографируй его на свой мобильный и перекинь изображение на мой телефон. Так как фотографии твоего брата у нас нет, используем то, что у нас есть, - он выразительно глянул на штатного гения, выглядевшего растерянным и ошеломлённым. - Моя команда тебя найдёт, - спокойно и уверенно произнёс Хотчнер. - И что ты тогда будешь с ними и со мной делать? - Мне кажется, кто-нибудь из них, особенно нервный или рьяный, прикончит меня. Просто пристрелит, - пожал плечами Джон. - Вроде как при попытке нападения, - он печально улыбнулся. - И тогда всё будет закончено. - Ты так сильно хочешь умереть? Зачем? Ради брата? Ты полагаешь, Рид оценит то, что ты погибнешь, быть может, на его глазах? Рид неплохой парень на самом деле. Он хороший человек. Просто поговори с ним. - Пообщаюсь обязательно, - кивнул Джон. - Но тебя я отпускать не намерен прямо сейчас. И сейчас дело не во мне и Риде, а во мне и тебе. Так получилось, что я на тебя запал. Сам не знаю, как это случилось. И я прекрасно знаю, что добровольно ты со мной на свидание бы никогда не пошёл. Да и друзьями мы бы не стали. Кто я для тебя? Глупый сосунок с гранатой? Образно говоря. Миллионер-социопат - страшное сочетание. Я хочу заполучить тебя, - произнёс он, медленно подходя к высокому мужчине. Они находились в комнате, которую Джон выделил Аарону. - И я не отступлю, сколько бы мне не пришлось заплатить за это. Жаль, конечно, что на деньги ты не ведёшься. Было бы намного проще, если бы я просто мог тебе заплатить, и ты бы выполнил все мои желания, - говоря это, он смотрел на него расширившимися, горящими глазами. Хотч прикрыл глаза ресницами и устало выдохнул. - Сделай уже то, что задумал - и покончим с этим. Джон неловко обнял его и коснулся губами его губ. Это было как прикосновение к прекрасной, слишком совершенной статуе, как ощущение запретного плода, слишком вкусного и сладкого, несмотря на яд. Он чувствовал растерянность. И не только потому, что впервые кого-то коснулся для получения сексуального удовольствия. Все его мысли, как ему казалось, напоминали ингредиенты для будущего коктейля в блендере. Всё смешалось, и он сам уже не понимал, чего на самом деле хочет. "А ведь всё начиналось с глупой мести. Идиотской прихоти миллионера-мизантропа, который не знал, кому отомстить за свою боль, за страхи". Он сильнее прижал к себе мужчину и начал целовать его в губы, углубляя поцелуй. Аарон не отвечал на поцелуй, застыв, словно выключенный робот. Но это не мешало ему наслаждаться, познавая новый для него мир любви. Пусть и вырванной насильно. Он расстегнул его рубашку и снял её - Хотч сам поднял руки, позволяя стянуть с себя верхнюю одежду. Джон положил ладони на мышцы груди, ощущая, как тот невольно напрягся, сжимаясь. Затем спускаясь вниз по телу, до брюк, он гладил ладонями его торс, целовал, касался губами и языком сосков. Опустившись до пояса, он встал на колени и расстегнул пояс, а потом и ширинку - штаны упали на ковёр. Коснувшись губами члена через трусы, Джон отодвинулся, глядя на тяжело дышащего мужчину. Тот уже не казался равнодушным, холодным. Не был таким отстранённым. Он стоял, прикрыв глаза, с трудом сдерживая тяжёлые вдохи и выдохи. Спустив трусы вниз, он коснулся члена пальцами, погладил мошонку, а потом осторожно взял в рот сначала головку, а затем постарался погрузить член глубже в рот. Не до рвотных спазмов, конечно же. Всё же, он не считал, что способен в первый же раз продемонстрировать минет с заглотом. Ощущая под губами и языком подрагивающий, встающий член, Джон испытывал возбуждение. Собственный орган пульсировал и вставал, натягивая трусы и лёгкие домашние штаны. Убедившись, что у любовника стоит, он поднялся и потянул мужчину к кровати. Тот подчинился, шагая, словно в забытье. - Не волнуйся, ты трахнешь меня, хоть я и буду сверху. Не хочу уничтожать твою гордость, - произнёс он дрожащим голосом и потянулся за смазкой и презервативами в кармане. Быстро стянув одежду, он расположился между его ног и снова взял в рот его член. Про позы он знал только теоретически, поэтому позиция активный любовник снизу, а пассивный насаживается на его член, оказалась не очень-то простой в его исполнении. Тем более, что всем руководил он, хоть и ощущал член партнёра в себе. Всё же отличная физическая подготовка и горячее желание, дурманящее голову, позволяли начать и завершить это возбуждающее действо. Кончая, он смотрел, не отрываясь, на лицо любовника, на его острые, правильные черты, в тёмные глаза. Его лоб был влажен от пота. Их взгляды встретились, когда тот кончал в него. Джону показалось, что в этом взгляде сокрыто нечто сокровенное. Или, напротив, новое откровение? - Пожалуй, я пойду к себе, - проговорил Джон, с трудом заставляя себя встать. - А то вдруг ты меня ночью подушкой придушишь? - Раньше надо было об этом думать, - голос Аарона снова наполнился напряжением. Он старался не смотреть ему в глаза. - Если я попрошу прощения, ты мне всё равно не поверишь. Потому что я не раскаиваюсь. Но ты не пострадал, и в будущем не пострадаешь, я обещаю. Джон отправился к себе и отправился под душ, подозревая, что его невольный партнёр по сексу сделает тоже самое. Только он под горячими струями дождя всё вспоминал и вспоминал то, что произошло. Ему показалось, что он одержим Аароном, полностью и навсегда. "Я никому его не отдам! Он будет только моим. Всегда", - сила и решительность внутреннего голоса даже немного напугали его.