Баланс

Она вдохнула и привстала, намереваясь достать своему гостю постельные принадлежности. Стас протянул руку и поднял ее с дивана. Они оказались очень близко. Его глаза выражали что-то странное. Карпов подал Ирине Сергеевне трость, взглянув на палку с благоговейным ужасом. - Ир, не надо ничего, я так высплюсь, найду, чем укрыться, - он перехватил ее руку, когда, неловко опираясь на трость, она потянулась к шкафу за бельем. - Ну, как знаешь, Стас. Я спать. Спокойной ночи и спасибо за вечер. Ванну найдешь. Не стесняйся. - Пойдем, помогу тебе. - Стас, - огорченно произнесла Ирина Сергеевна, - хорош уже, я могу сама. - Вижу я, как ты можешь, - горько сказал он, неожиданно выхватил из ее пальцев трость и отшвырнул в сторону. - Карпов, - угрожающе заволновалась Ирина, оставшись без своей поддержки и опоры, - какого черта, она из ценных пород, разве я тебе не сказала? - А ты из каких пород? – пьяно шепнул Стас, недобро глянул на нее и с силой привлек к себе так, что они столкнулись. Ирина Сергеевна и охнуть не успела, как оказалась у него на руках, а Стас двинулся в сторону спальни. Зимина в такую ситуацию со Стасом попала впервые, да и мозг уже готов был отключиться, поэтому она лихорадочно соображала, как ей себя вести и что говорить, и что стало причиной гнева Стаса. Банальный ли это алкоголь или..? Пришлось Стаса обнять и сгруппироваться, чтобы не задеть руками и ногами за косяки, особенно травмированным коленом, чтобы не застряли подполковники на пару в узких проемах типовой многоэтажки. Кажется, Карпов подумал о том же. Он как специально через пару секунд остановился в дверном проеме, ведущем из сумрака гостиной в освещенную светом уличных фонарей спальню. Подполковник опустил Ирину Сергеевну на пол, будто на миг забыв, что стоять ей очень трудно. Зимина, опираясь на него всем телом, посмотрела вопросительно. - Стас, а… В ответ на так и незаданный вопрос он секунд пять смотрел ей в глаза, потом приподнял над полом и стал целовать. Коньяк, одеколон, духи, поцелуи, полыхающий жар от кожи и рук, теснота в узком и темном дверном проеме вызывали у обоих ощущение безумия и одновременно чего-то странного до головокружения. Это что-то, казалось, еще недавно было величиной с зернышко, а теперь стремительно увеличивалось в размерах и было готово взорваться, затопить все вокруг и навсегда изменить устоявшийся порядок вещей. - Вот оно, - осенило Ирину, - вот что может нарушить баланс, а не какие-то там посторонние люди, несдержанные и глуповатые. Сердце Иры ухнуло куда-то вниз, когда она секундой позже под натиском его поцелуев и своей страсти четко осознала, что впервые в жизни Стас себя вообще не контролирует и ее не услышит. А ведь он всегда мог остановиться. Она всегда могла его остановить, в каком бы состоянии аффекта он ни был, какая бы причина ни лежала в основе его гнева, ярости, поступка. Она всегда раньше знала, что ее он услышит. Она всегда могла его остановить, могла бы и сейчас, если бы хотела…Но она не хотела… А он уже не мог. - Стас, на кухне, когда телефон упал, я хотела этого… - прошептала Ирина. - Чего этого? – прохрипел Стас. - Чтобы так, как сейчас… - Ир, только тогда? - Не только. Ты? - Всегда… - прошептал он. Со стоном оторвавшись от нее, Стас посмотрел Ире в глаза безумным и болезненным взглядом человека, которому не хватает воздуха. Опустился на одно колено, поцеловал ее в повязку на ноге. От этой нежности у Ирины Сергеевны защемило сердце и потемнело в глазах. Карпов резко поднял ее и донес до кровати. - Ириш, я буду очень осторожен. Обещаю, - шептал Стас в горячечном бреду, - останови меня, если хочешь, я прямо сейчас уйду, а когда нога заживет, то мы...мы... После этих слов Стас попытался отстраниться от Ирины Сергеевны, но кольцо ее нежных рук, обнимавших его, в тот же миг стало стальным, показав ему без каких-либо объяснений, чего на самом деле хочет его женщина, какая сила и страсть таятся в ней. Он вдруг выдохнул, пришел в себя и улыбнулся счастливой улыбкой. - Стас, признайся, ты ведь бредишь? - Нет…Ир, я просто не могу так больше. - Думаешь, я могу?