Глава 1. Фаворит
6 декабря 2014 г., 01:28
Два года спустя…
Громкая музыка, отдалённо напоминающая марш, пробудила железного рыцаря Неро ото сна. Солнце уже три часа назад взошло над Тарвиссом, и его свет заливал тренировочный зал целиком. Истерзанные сотнями ударов манекены неподвижно стояли посреди помещения. Долгое ожидание столь важного поединка порядком взволновало рыцаря, и результатом этому стало почти полное уничтожение одного из манекенов.
Эта ночь выдалась бессонной. Большую её часть Неро сражался с пластиковыми машинами-манекенами, отрабатывал приёмы пешего боя и с каждым новым раундом увеличивал количество мнимых противников и скорость их движения, пока не упал без сил. А теперь же ему оставалось одеться и привести себя в порядок. Транспорт вскоре должен был прибыть.
Раскрашенный в цвета «Луна Вольпес» — чёрный и белый — автомобиль подъехал, когда Неро уже почти допил утренний кофеиновый коктейль. Рыцарь напоследок окинул взглядом тренировочный зал и, мысленно произнеся короткую боевую литанию, занял своё место в машине.
Буквально через секунду автомобиль тронулся с места. Один раз объехав вокруг базы железных рыцарей, водитель взял курс к городской арене, постепенно набирая скорость, чтобы поскорее пересечь контрольно-пропускной пункт и завершить окончательные приготовления до начала поединка. Неро на протяжение всего времени сидел и смотрел из окна на проплывающие мимо деревья с разноцветными листьями и голографические праздничные плакаты на серых стенах жилых зданий.
Менее чем через десять минут они были на месте. Неро не без восторга разглядывал устрашающе высокие каменные стены арены. За последние восемь лет он неоднократно выступал на самых разных спортивных стадионах, но ни один из них не мог сравниться в своём великолепии с ареной. Возвышающийся на пять десятков метров Колизиум напоминал творения древней земной архитектуры, а часть его стены была преднамеренно взорвана, а после укреплена грубыми металлическими пластинами. Десятиметровые гиганты из чёрного камня, что стояли по обеим сторонам от парадного входа, держали в руках зубастые мечи, и создавалось впечатление, что они вот-вот бросятся друг на друга.
Большая площадь, расположившаяся между контрольно-пропускным пунктом и ареной, на время проведения зрелищ превратилась в автостоянку для зрителей и участников торжественного представления. Среди множества автомобилей Неро заметил бело-красный фургон «Либери Фортуна» — конкурирующего рыцарского ордена — и презрительно усмехнулся. Вокруг них, как всегда, собралась толпа бестолковых поклонников, которым получить автограф было важнее, нежели оценить красоту предстоящего сражения.
Наконец машина «Луна Вольпес» добралась до пункта пропуска и после кратковременного осмотра получила разрешение на проезд. Заметная напряжённость в действиях сотрудников Сервис Протектис заставила Неро немного растеряться. Они явно не желали задерживать рыцарский автомобиль, но в то же время опасались ответственности за недостаточную подозрительность. Двое из них о чём-то говорили, но их голоса утонули в оглушающем разрыве фейерверков. Рыцарь успел разобрать только одно слово. Сенатор.
Неро вышел из припарковавшейся машины и встретился взглядом с Дрейком, главным механиком ордена. Механик сдвинул надетую маску наверх, пристально посмотрел на рыцаря и покачал головой:
— Снова полночи не спал?
Неро лишь развёл руками. Главный механик всегда безошибочно определял причину того или иного состояния рыцарей в ордене как бы кто не пытался её скрыть.
— Ты же знаешь, — ответил Неро, — если что-то и станет помехой, то только не это.
Ворота гаража тихо зазвенели и раздвинулись, пропуская рыцаря в сопровождении главного механика и водителя. Обслуживающий персонал и другие рыцари отвлеклись от своих дел, и каждый из них посчитал своим долгом поприветствовать новоприбывших. Никто не скрывал гордости за то, что их флагман будет выступать на таком ответственном мероприятии.
Кто-то сзади крикнул:
— На тебя будет смотреть сам сенатор!
Неро смущённо прикусил губу. Вероятно, он не лучше всех осознавал всю важность этого поединка.
— Как так произошло, что я узнал об этом последним? — удивлённо спросил он.
— Просто кто-то слишком долго спит, — отозвался Дрейк, потирая челюсть.
Неро глубоко вздохнул. Дрейк очень любил шутить над рыцарями, и все к этому привыкли, но на этот раз главный механик скорее пытался приободрить. Это было ни к чему.
— Ладно, идём, — сказал Неро, поворачиваясь к автоматону с несколькими металлическими руками-клешнями. — Пора меня заковать.
Определив приближение рыцаря, автоматон зажужжал и взял с полок в каждую клешню по фрагменту брони. Неро встал на середину платформы и расставил руки в стороны. Машина при помощи механика надевала на рыцаря чёрные металлопластиковые доспехи с многочисленными едва заметными царапинами. Как только фрагменты брони соприкасались с двух противоположных сторон, срабатывали магнитные замки и металлопластик плотно сливался с поддоспешным комбинезоном — таким образом доспехи ощущались словно вторая кожа. Незащищёнными остались только биокибернетическая левая рука, заменившая обычную с самого рождения, и голова, но железные рыцари никогда не носили шлемов. Пока одна пара клешней застёгивала на плечах белоснежную накидку, другая пара очищала кожу и оттеночным порошком подчёркивала совершенные черты лица рыцаря. И напоследок руки автоматона аккуратно уложили его волосы назад, слегка затемнив их. Сойдя с платформы, Неро услышал яростный рёв мотора и не смог сдержать улыбку, узнав свой мотоцикл.
Тяжёлый мотоцикл типа «Ультима», ранее использовавшийся армией Аредианского Союза, с момента образования ордена «Луна Вольпес» принадлежал исключительно рыцарям-флагманам. Неро стал избранником год назад после того случая, когда был вынужден в одиночку сражаться с тремя противниками из «Либери Фортуна». Двое из его ордена оказались неспособны продолжать драться из-за полученных травм в поединке с кибер-гладиаторами, но неравные условия не смогли погасить решимость юного рыцаря. Он принял бой и не сдавался даже, когда каждое движение сковывала мучительная боль от треснувших рёбер. В конце сражения Неро потерял сознание и упал на поле стадиона, а очнулся уже в окружении товарищей по ордену, которые дружно поздравляли его с победой. Вскоре после этого рыцари ордена единогласно присвоили ему титул флагмана.
Он, несомненно, гордился своим званием, однако порой задавался одним вопросом. Почему именно он? В ордене было немало достойных рыцарей, проявивших не меньшую отвагу на турнирах. Тем более стать флагманом в восемнадцать лет — это выходило за пределы мечтаний любого мальчишки, примкнувшего к «Луна Вольпес».
Воспоминания о прошлом задели ещё одну ячейку в памяти Неро. Он уже почти год не виделся со своими друзьями вне ордена.
Некогда тесные связи разорвались примерно через месяц после того, как Неро стал рыцарем-флагманом. Он и помыслить не мог, что их долгая дружба однажды разорвётся так легко, словно натянутая резинка, которую пронесли над пламенем. Просто в какой-то момент всех их поглотила взрослая жизнь и работа, не оставив времени даже для мимолётных встреч. Попытки связаться с ними через экстранет также не увенчались успехом. Вся контактная информация внезапно оказалась изъята из публичного доступа, а профили — удалены. По прошествии месяцев Неро почти смирился с тем, что, возможно, уже никогда не увидит их.
«Я меч», — вновь произнёс литанию Неро, прогоняя посторонние мысли.
На доли секунд в голове рыцаря образовалась пустота, тут же начавшая заполняться ожиданием поединка. В ближайшее время ничто не должно отвлекать его от текущей цели, что светила столь же ярко, как и сверхновая звезда. Неро закрыл глаза, и в его мозгу начался обратный отсчёт.
«Кто бы ни встал у меня на пути в этот раз — я столкну его».
К моменту прибытия Неро к вратам, за которыми находилась арена Колизиума, на площадке собралось уже немало людей, образовавших живой коридор. Они скандировали названия двух орденов, стараясь перекричать друг друга, и смолкли, когда Неро вместе со своими помощниками медленно проехал между ними. Все, будто по чьему-то приказу, носили на лице одну-единственную эмоцию — нетерпение. Их сдерживали только примитивные отвлекающие действия вроде просмотра цветных новостей на экранах планшетов, но Неро представлял, какое неистовство охватит их, когда начнётся сражение.
Миновав последнего человека из «коридора», рыцарь притормозил и одной ногой спустился на землю. Прямо перед ним стоял его архи-противник, Ремис Седирэ.
Будучи флагманом своего ордена, Седирэ выглядел так же гордо и воинственно, как и его соперник. На первый взгляд он казался его отражением, но схожими были лишь привлекательные черты лица; различий насчитывалось значительно больше. В отличие от тёмных волос Неро, коротко подстриженные волосы Седирэ сияли золотом. Желтовато-коричневые глаза блестели словно полированный янтарь, а губы изогнулись в самодовольной ухмылке.
Он был одет в лёгкие металлопластиковые доспехи цвета слоновой кости, и с его плеч спадал алый плащ. Седирэ сидел верхом на «Фальке» — спортивном мотоцикле ярко-жёлтого цвета со стеклянными красными вставками на корпусе.
В этот момент в толпе стих даже шёпот. Неро не мог не обратить внимания на прокатившуюся среди людей волну возбуждения. Атмосфера настолько накалилась, что окружающие были готовы уже сейчас стравить между собой рыцарей, если бы только могли это сделать. Он и сам почувствовал, как воздух наполняется яростью; возможно, частично и из-за того, что там, за вратами, его товарищи по ордену разделываются с кибер-гладиаторами.
Седирэ, видимо, и сам заметил это, потому как улыбку на его лице заменила плохо прикрытая растерянность. Он сдержанно огляделся по сторонам и вновь посмотрел в глаза Неро. Затем он, желая разрядить обстановку, раскинул руки и изобразил дружелюбие.
— Неро, мой дорогой друг! — воскликнул он. — Как же я рад тебя видеть. Нет, правда, мне гораздо приятнее будет, когда на песок упадёшь ты, а не одна из этих бездушных железяк. Как видишь, многие, в том числе и мои верные друзья, — он кивнул в сторону своего орденского сопровождения, — пришли посмотреть на это.
Неро безо всяких эмоций выслушал тираду Седирэ и поднял правую руку в старинном воинском приветствии.
— Аве, Ремис. Ты всё никак не наиграешься? Неужели зеркало не ответило тебе должным образом, когда ты репетировал эту речь?
Откуда-то из толпы послышался сдавленный смешок. Неро отвернулся. Рыцарю из «Либери Фортуна» придётся смириться с необщительностью противника. Он хотел было лечь на руль «Ультимы» и ждать, но взявшиеся буквально из ниоткуда странные ощущения заставили его передумать. Словно крошечные электрические искорки внутри его черепа. С каждой секундой он находил их всё более навязчивыми.
Неро обернулся. Прямо к нему, проходя мимо расступающихся граждан, лёгкой, но осторожной поступью шла девушка. Её миловидное лицо, казалось, было вылеплено заботливыми руками гениального скульптора-инженера. Платинового цвета волосы спускались до плеч, а область левой ключицы накрывал хвост.
Рыцарь выжидал, пока она подойдёт ближе. Похоже, девушка и являлась источником импульсных волнений в его голове. В сознании начали всплывать яркие и красочные образы. Он видел обзорную площадку, полностью залитую голубоватым светом нирэянской луны, и чувствовал, как его руки и грудь заполняются каким-то посторонним теплом. Но они расплылись и померкли, когда девушка подошла ближе. Неро сделал тщетную попытку вспомнить, не мог ли он видеть её раньше.
— Привет. Ты же Неро, да? — первой начала разговор она и, получив положительный ответ, улыбнулась и продолжила. — Я видела несколько твоих выступлений и давно хотела с тобой познакомиться, но… — девушка смущённо опустила взгляд. — О, я так рада, что наконец-то встретила тебя!
— Я тоже… рад, — стараясь сохранить нормальный ход мыслей, ответил Неро. — Могу я узнать твоё имя?
— Ах, прости, я должна была представиться сразу. Елена. Ты в порядке? — девушка подняла руку, словно хотела прикоснуться к лицу Неро, но тут же остановила себя. — Ты выглядишь тревожно.
— Это не имеет значения, — резко ответил рыцарь и почувствовал лёгкое удовлетворение, когда щёки девушки покраснели.
Они некоторое время молчали и смотрели друг на друга, будто бы каждый из них хотел проникнуть в разум собеседника.
— Какое красивое оружие, — восхищённо произнесла Елена, бросив короткий взгляд на прикреплённый к доспешному ремню меч.
Неро безразлично усмехнулся и провёл рукой по своему клинку, лезвие которого было вылито из карбогласса и, благодаря особой природе кристаллов, отражало зеленоватый свет. Карбоглассовые мечи с недавнего времени стали ещё одной неотъемлемой атрибутикой рыцарей-флагманов — его противник носил такое же оружие, но лишь другого цвета. Карбогласс одновременно обладал как прочностью стали, так и лёгкостью и красотой стекла. Несколько десятков лет назад такие мечи могли бы без особых усилий пробивать обычные солдатские доспехи, но теперь же только на металлопластике оставляли глубокие царапины и вмятины.
— Дамы и господа! — раздался изо всех динамиков голос комментатора. — Давайте поаплодируем этому доблестному рыцарю, победившему ужасного кибер-гладиатора! Но как бы не был прекрасен этот бой, вы не останетесь равнодушны к тому, что ожидает вас в финальной части этого грандиозного представления! Будьте готовы к кровопролитию! «Либери Фортуна» против «Луна Вольпес»!
Проигнорировав прокатившиеся по трибунам радостные крики, Неро боковым зрением заметил, как Седирэ хлопнул ладонью по своим доспехам. Снова переключив внимание на девушку, он увидел, что она была очень обеспокоена неизбежностью жестокого столкновения.
— Я желаю удачи тебе… вам обоим, — слегка дрожащим, но по-прежнему мелодичным голосом сказала Елена. — Я буду рядом, буду наблюдать за вами, — девушка как будто случайно положила руку на чёрную пластину брони рыцаря. — Надеюсь, мы ещё встретимся.
Неро аккуратно убрал её ладонь и, не желая говорить ни слова больше, лишь кивнул, как бы одаривая девушку надеждой. Последнее, что он увидел, перед тем как скрыться за вратами, был прощальный взмах белым платочком.
***
Рыцарь остановился на стартовой полосе, и перед глазами появились блики от многочисленных искусственных огней Колизиума. На одной линии с ним стояла «Фалька». В лучах солнца и пламенных отсветов мотоцикл буквально ослеплял своим блеском, противопоставляясь матово-ночной раскраске «Ультимы». — Позволь мне предупредить тебя, друг мой, — послышался сбоку голос Седирэ. — Мы с Еленой, как бы это получше сказать… вместе. Уже некоторое время. Когда я закончу с тобой, мы уедем вместе, и она даже не взглянет на тебя, когда ты упадёшь на колени. Поэтому я советую тебе забыть ваш короткий и бессмысленный разговор. Он говорил, подняв глаза к небу и даже не смотря на Неро. Это заставило рыцаря рассмеяться. — Как же ты глуп, Ремис, — произнёс Неро, и в его голосе отчётливо раздались холодные надменные нотки. — И дело даже не в том, кто кого поставит на колени. Мы оба прекрасно знаем, что всё, что ты сказал про неё, — ложь. У неё никого нет. Губы Седирэ дрогнули, и в его взгляде вспыхнула неприкрытая злость. — Что же, раз уж ты настолько упрям, тогда я предлагаю тебе пари. Я вызываю тебя! — он демонстративно обнажил и снова втолкнул свой меч в ножны. — Кто победит в этом бою, тот и получит право быть рядом с ней. Гул на трибунах постепенно начал затихать. Неро предположил, что серво-роботы уже убирают с поля арены останки механического гладиатора, поверженного железным рыцарем. Скоро придёт его черёд и Седирэ ступить на окровавленный песок. Готовность действовать прочно закрепилась внутри него. Он посмотрел на своего противника и понял, что тот рассматривает поединок как войну, длящуюся большую часть существования рыцарских орденов. Седирэ протянул закованную в броню руку, предлагая закрепить соглашение. — Но знай, что твои шансы на победу ничтожно малы, — продолжил он, когда Неро обхватил его запястье. — Я сброшу тебя на землю, и ты больше никогда не познаешь чувства триумфа. В этот момент проревел горн, призывая на битву рыцарей, как призывал бы на поле боя древних богов войны. Седирэ незамедлительно вцепился обеими руками в руль и, утопив акселератор, помчался вперёд. Неро сдержанно усмехнулся: — Я бы пожелал тебе удачи, Ремис, но она не сможет тебе помочь, — сказал он, прежде чем сорвался с места вслед за «Фалькой».***
Его прибытие было отмечено восхищёнными взглядами граждан, собравшихся возле арены. Он приехал ближе к концу праздничного представления в Колизиуме. Бронированный автомобиль промчался по асфальту стрелой, но, пронзив острым штыком на капоте границу парковочной зоны, плавно затормозил и занял заранее уготовленное для него место. Из-за случайно пролетевшего мимо луча прожектора на чёрном металле блеснул серебром крылатый меч — эмблема самого прославленного спецподразделения, украшавшая двери машины. Первыми высадилось сопровождение; солдаты в форме антрацитового цвета маршевым шагом двинулись к парадному входу. Их одеяния были украшены белыми, золотистыми, синими или красными лентами, означавшими принадлежность к одной из центурий. Во главе отряда шёл генерал-главнокомандующий Валкарин. Отряд сопровождения тяжёлой поступью зашагал к массивным дверям лифта, которые охраняли могучие воины в алых сверхсиловых доспехах. Прямо перед стражами Гварда Империс Валкарин взмахом руки отдал команду остановиться. Шесть пар подкованных сапог синхронно стукнули по каменным плитам, и сопровождение замерло в ожидании. — Я прибыл по вызову сенатора. Генерал Кирас Валкарин, — сказал главнокомандующий и, дождавшись, пока вокс-дешифратор определит его голос и стражи одобрительно кивнут, зашёл в кабину подъёмника. С тихим шипением гидравлического привода лифт поднялся до последнего этажа. Когда двери наконец отворились, в глаза ударил яркий свет. В окружении трёх бронированных гигантов находился ещё один человек. Свет слегка померк, будто отступал перед величием этого человека; напротив генерала стоял сенатор Аврелис. Правитель был одет в роскошный бордовый с золотом мундир, облегающий его крепкую двухметровую фигуру. Левое плечо украшал медальон с изображением льва, свидетельствующий о былых военных победах, а на металлическом правом наплечнике красовался орёл и лавровый венец, — герб Аредианского Союза. К бедру Аврелиса был пристёгнут палаш длиной в одну руку с инкрустированными драгоценными камнями, имевший исключительно церемониальное назначение. Боевой же меч стал частью трона вскоре после того, как сенатор занял свою должность. Шрамы на лице, полученные в сражениях, удачно скрывала густая чёрная, местами поседевшая, борода. Только один длинный рубец доходил до самого глаза, но от этого его обладатель выглядел лишь ещё внушительнее. Аврелис сделал шаг навстречу генералу, и Валкарин встретился с его сильным, но почти отеческим любящим взглядом. Количество лет, прожитых Аврелисом, приближалось к девяти десяткам, однако благодаря то ли новейшим медицинским технологиям, то ли развитой евгенике сенатор выглядел и чувствовал себя, как если бы был в два раза моложе. Поговаривали, что он со времён последней войны за объединение Аредианского Союза не растерял ни капли своей силы и военного мастерства. Даже Валкарин, среди народа прозванный Магистром войны, чувствовал себя менее искусным воином, нежели его повелитель. Великолепный солдат и расчётливый политик — именно такой человек был достоин править зарождающейся империей. С поля арены послышался рокот моторов и звон скрещенных клинков. Представление началось. Генерал прошёл мимо почтительно расступившихся стражей, преклонил колено и поднял взгляд на Аврелиса. — Повелитель… — произнёс он так же, как рыцарь начинает приносить клятву своему сюзерену. Сенатор поклонился, отвечая на приветствие желанного гостя, и его лицо осветила улыбка. — Генерал, я очень рад видеть вас, — заговорил Аврелис, и его голос без труда перекрыл окружающий шум. — Ваше присутствие делает честь всем нам, но кроме того я хотел бы показать вам кое-что. Тем более, что вы интересовались железными рыцарями, не так ли? Валкарин выпрямился и поправил полы своего плаща. — Именно так, повелитель, — ответил он. Вместе с сенатором генерал подошёл к краю балкона, и перед глазами открылась картина разгорающегося поединка. Губы слегка изогнулись в невольной усмешке от воспоминаний о времени, когда он сам, будучи ещё мальчишкой, учился владению мечом в тренировочных боях со своим отцом. И рыцарь в белом, и рыцарь в чёрном были пока молодыми и неопытными, но в каждом из них заключалась такая энергия, что, направив её в нужное русло, можно будет получить великих воителей. Аврелис, не переставая следить за ходом боя, обратился к Валкарину. — Впечатляет, не правда ли? Но скажите, генерал, чем они вас так заинтересовали? Главнокомандующий ответил не сразу; он крепко сжал перила и попытался всмотреться в лица железных рыцарей. Они излучали нескрываемое желание победить и несдерживаемую ярость по отношению к друг другу — это заставило Валкарина вновь испытать почти забытое чувство любопытства. — Я хотел увидеть их в действии, повелитель. Теперь же я хочу увидеть исход этого боя. Аврелис отвлёкся от происходящего на поле арены и пристально посмотрел в тёмные как ночь глаза генерала. — А потом? — поинтересовался он. Валкарин продолжил наблюдать; его внимание попеременно переключалось то на одного, то на другого рыцаря, а в голове уже просчитывалась вероятность поражения кого-либо из них. Наконец, он вздохнул и улыбнулся, словно уже знал, чем закончится поединок. — Я лично поздравлю победителя.***
Неро долго ждал этого боя и понимал, что его противник ещё немного и перегорел бы от нетерпения, как бы не пытался это скрыть поначалу. Седирэ зашёл слишком далеко в своём самодовольстве, заключив такое пари и думая, что сможет задеть этим рыцаря. Неро осознавал, что, возможно, прямо сейчас сенатор следит за каждым его разворотом, за каждым взмахом карбоглассового клинка, но попытки самому посмотреть на правителя заканчивались неудачей. Чтобы найти балкон, где находился сенатор, понадобилось бы, как минимум, восемь секунд, а в свободном распоряжении едва ли была даже треть от этого времени. В конце концов Неро пришлось смириться. Значение в текущий момент имело только его столкновение с противником. И он должен победить. Неро сконцентрировался. Он ощутил мощь, пытавшуюся вырваться из-под оболочки мотоцикла, почувствовал, как меч в руке стал казаться не тяжелее соломинки, а доспехи — непробиваемым слоем собственной кожи. В ушах не звучало ничего кроме пения ветра, а единственное, что он чувствовал — пульс. До сих пор он играл с Седирэ, пикируя на его мотоцикл и показательно скрещивая с ним клинки. Пришло время покончить с этим. Быстро. Неро резко развернулся на месте и встретил преследовавшего его противника рубящим ударом в грудь. Седирэ вовремя прикрылся мечом и, не теряя ни секунды, контратаковал с целью выбить оружие из рук. Именно это и было необходимо. Уклонившись и пропустив перед собой ярко-жёлтое лезвие, Неро своим клинком заблокировал его у основания эфеса и не позволял другому рыцарю атаковать. Противник сделал попытку набрать скорость и освободиться, но Неро, будто ожидая этого, сам надавил на газ и, описав своим мечом в воздухе зелёную дугу, плашмя ударил Седирэ по нагруднику, отчего тот потерял равновесие и чудом не упал. Седирэ зарычал и бросился в погоню, чтобы отомстить за столь унизительный для него приём. Сравнявшись с «Ультимой», он нанёс два яростных удара, но первый Неро отразил мечом, а второй безболезненно приняла на себя металлическая рука. Седирэ снова ударил и тем самым заставил Неро резко уйти вбок. Последовал выпад колесом, направляющий чёрный мотоцикл в нужном направлении, и «Фалька» поспешила изменить курс. Неро в самый последний момент заметил, что летит прямиком на стену и даже в лучшем случае жёсткого столкновения избежать не удастся. Он вдавил тормоз, выворачивая свой мотоцикл параллельно к стене, и выставил левую руку вперёд, готовясь почувствовать силу противодействия. От удара перед глазами вспыхнули искры, а плечо отозвалось кратковременной болью. К счастью, благодаря дельта-фиксаторам, рука не выскочила из сустава. Неро быстро восстановился и вырвался вперёд до того, как Седирэ собрался пойти на таран. Наверное, со стороны это смотрелось, словно лучи белого и чёрного цвета вот-вот столкнутся и разорвут невидимую материю реальности. Он не намеревался ждать нападения Седирэ. Неро спикировал на пытавшегося вывернуться противника и обрушил шквал стремительных ударов. Седирэ не мог ничего поделать, кроме как защищаться; с поверхности клинков слетали ослепительные разноцветные искры. В пылу сражения рефлексы рыцаря обострились настолько, что позволяли безошибочно предугадывать и отражать все удары. Меч Неро взметнулся снизу вверх, преодолел один финт и отбил лезвие меча противника, издав при этом звук похожий на скрежет металла по стеклу. Клинок прорвал оборону и врезался под рёбра Седирэ. Тот был вынужден отступить. Неро не останавливался. Он вновь заставил противника защищаться и искать пути выхода из ловушки. Наконец всадник «Фальки» совершил опасный уворот и нажал на газ. Гонка продолжалась. Они снова встретились и скрестили мечи. Бой разгорелся с ещё большей яростью. Неро чувствовал переходящее к нему преимущество и сомнений оставалось всё меньше и меньше. Но и Седирэ не уступал: его атаки оказались не менее сильными и точными, а их скорость стремительно возрастала. Два рыцаря уже встречались ранее в групповом сражении, когда ещё не были флагманами своих орденов. Теперь же, один на один, они применяли все тактические хитрости и приёмы, изученные с момента их последней встречи. Любая ошибка становилась непростительной. Рыцари почти одновременно решились на финальный удар. Мотоциклы сначала набрали расстояние и развернулись навстречу друг другу, а затем, издав оглушительный рёв моторов, помчались вперёд. Неро занёс меч и приготовился встретить противника. «Фалька» приближалась с ошеломительной скоростью. Клинок Неро полетел вперёд, и Седирэ совершил движение, отдалённо напоминающее блок, но в последний момент его оружие резко изменило траекторию. Янтарный меч с треском обрушился на правую руку всадника «Ультимы», и сильнейший удар выбил рыцаря из седла. Неро упал на землю. От руки и по всему телу прокатилась неудержимая лавина боли.***
Ремис спрыгнул с мотоцикла и целеустремлённым шагом направился к бьющемуся в мучительной агонии рыцарю, чтобы зафиксировать его поражение. Туман перед глазами постепенно рассеивался, и Неро уже более-менее ясно видел надвигающегося на него противника. Стараясь не замечать боль, он приподнялся на одно колено и бегло огляделся в надежде найти вылетевший во время падения клинок. Меч лежал всего в двух шагах, и Неро прыгнул и схватил его за рукоять. Руку от кисти до предплечья словно обожгло огнём. Неро едва не выронил оружие, но вовремя собрался и перехватил клинок металлическими пальцами. Держа меч в левой руке, он попробовал атаковать противника, но Седирэ легко ушёл в сторону и трижды ударил Неро в ответ. Рыцарь только отступал и ставил простейшие блоки, в первую очередь защищая сломанную руку. Предугадав следующий удар Седирэ, Неро совершил универсальный финт и вывел его из состояния равновесия. Он не стал зря терять время и тут же с размаху ударил противника кулаком в грудь. Атронийская сталь, из которой была изготовлена искусственная рука, оставила глубокую вмятину в доспехах Седирэ. Его лицо исказила озлобленная гримаса. Следующий удар должен был прийтись по кисти, но Седирэ оттолкнул рыцаря и опустил свой меч на правое плечо Неро. Ошеломлённый болевым шоком, тот согнулся почти пополам. Противник ударил его рукояткой меча, собираясь опрокинуть на землю, но Неро устоял. Он успел восстановить координацию движений и направил остриё клинка навстречу рыцарю «Либери Фортуна». Однако силы медленно уходили. Ещё немного — и Седирэ добьёт его. Вокруг продолжали вспыхивать огненные столбы, но на трибунах образовалась почти идеальная тишина. — Ты готов признать своё поражение, друг мой? — насмешливым тоном спросил Седирэ. И в этот момент Неро вспомнил свой давний бой, который подарил ему титул флагмана. Тогда он еле дышал от многочисленных ушибов и повреждённых рёбер, сдавливавших лёгкие. Он мог так же признать победу команды противников, сломившись под натиском боли. Но он не стал этого делать. Он предпочёл сражаться до конца. Выбор был единственный и очевидный. — Нет! — бросил в ответ Неро. Судьба подарила ему второй шанс, и Неро, рванувшись вперёд, круговым ударом выбил меч из рук противника. Затем он стремительным выпадом заставил Седирэ пошатнуться и осесть на песок. Кончик сверкающего зелёным цветом меча едва коснулся незащищённой части шеи рыцаря в белых доспехах. Откуда-то сверху оглушающе протрубил горн, и Седирэ склонил голову. Неро отвернулся и медленно пошёл прочь от своего противника, чувствуя, как остатки сил покидают его. Меч с пронзительным скрежетом вошёл в ножны. Прижимая к себе повреждённую руку, рыцарь думал о том, чтобы поскорее избавиться от этой боли. Неро даже еле-еле усмехнулся от мысли, что теперь понимает, насколько болезненными могут быть переломы. Перед глазами вспыхнули десятки бликов, и рыцарь бессильно упал на колено. Он уже не видел разочарованно уходящего Седирэ, бросившего напоследок слабо выражавший восхищение взгляд. И уж тем более он не видел ещё одного человека, приближавшегося к нему, пока не услышал тяжёлых шагов. Шагов человека, которому от природы суждено было только побеждать. Неро поднял взгляд, и сердце пропустило один удар. Человек был облачён в парадный военный мундир эбенового цвета, прошитый серебряными нитями и украшенный тонким белоснежным мехом на воротнике и крылатыми мечами на наплечниках. За спиной величественной фигуры развевался роскошный чёрный плащ. Голову венчал серебряный венец, частично скрывавший подстриженные волосы угольного цвета. Но наибольшего внимания заслуживало лицо человека, совершенное в своей красоте, безупречное в каждой малейшей чёрточке. Прекрасное лицо. Невыносимо прекрасное. — Я поздравляю тебя с победой, железный рыцарь, — прозвучал голос, низкий, но лившийся чарующей мелодией. Он протянул ладонь, и Неро подал ему правую руку. Рукопожатие было крепким, как металл, однако в то же время настолько мягким и доброжелательным, что рыцарь забыл о своей травме. — Мой лорд… — едва слышно прошептал Неро. Валкарин улыбнулся. — Обойдёмся без формальностей, рыцарь. Тем более, я надеюсь, что наши пути ещё пересекутся.
