Преследования прошлого (рабочее)

Наверное, любая женщина на планете (или же большая часть из них) желает меть собственную семью, того самого единственного и неповторимого мужа, и маленьких шалопаев, называемых детьми. Но за частую выходит все как раз таки наоборот. И к сожалению, не каждая женщина способна реализовать подобные мечты. А вот у Сакуры было все и даже больше. Настоящая счастливица, гордость родителей и преподователей. Казалось, сама фортуна благоволит ей. У неё было все вплоть от красивой внешности и до высокого положения в обществе. Ей даже удалось прибрать к своим рукам идеального мужчину и выйти за него замуж. О лучшем и желать не стоило. Но белая полоса не может всегда сопровождать нас по жизни. Она идет бок о бок с черной, переплетаясь с ней и сменяя её в нужный период времени. Вот и настал черед черной полосы войти в свои права, отодвинув белую на задний план. Но кто бы мог подумать, что причиной несчастливой окажутся беременность и рождение детей. Казалось, это событие несет за собой только радость и ничего больше. Ведь настоящее счастье родителей изаключается в том, чтобы растить своих детей, переживать вместе с ними и радости и горе, направлять на путь истины, наблюдать за их взлетами и падениями, быть всегда рядом с ними, быть для них единственным лучиком света в пучине кромешной тьмы жестокого реального мира. Но судьба сыграла злую шутку, разорвав все чувства Саске и Сакуры в клочья, преватив их любовь в прах и развеяв на ветру.

***

Саске и Сакура вступили в брак в возрасте двадцати лет. Да, делать такой серьезный шаг в столь юном возрасте глупо и неразумно. Но вряд ли бы они пошли на такой риск, не испытывая нежных, трепетных и трогательных чувств друг к другу и не понимая всей ответственности данного поступка. Им повезло в таком возрасте испытать настоящую любовь со всеми её положительными и отрицательными сторонами. Спустя четыре месяца после свадьбы, Сакура узнала о своей беременности. Сказать, что молодые родители были вне себя себя от счастья, значит ничего не сказать. На вечно каменном и бесстрастном выражение лица Саске все чаще и чаще стала появляться улыбка. Он уже томился в предвкушении того самого момента, когда малыш явится на свет. К выбору продукту и распорядку дня девушка относилась с ответственностью и серьезность. Из рациона пришлось многое исключить, но не сказать, что она об этом жалела. Правда порою скучала по фаст-фуду. Саске старался проводить с женой как можно больше времени, поэтому вечерами они часто гуляли в парке, а по выходным ездили на природу. Правда учеба порою брала верх и планы на вечер пришлось отменять. Ведь в то время он был ещё студентом, и не мог позволить себе забить на учебу. Все было хорошо до того момента, когда начались прежде временные роды. Ребенок родился недоношенным и прожить ему долгую и счастливую жизнь было не суждено. К сожалению, малыш умер. Ни Сакура, ни Саске, не ожидали и не предвидели подобного исхода событий. Они были потресены таким печальным известием и им было трудно поверить в это. Сакура билась в истерике, захлебываясь в своих рыданиях, Саске же мысленно себя травил, хотя какой-то частью мозга осозновал, что в этой трагедии нет его вины. От них оторвали важную часть души и тела, без которой организм не мог функционировать дальше. Однако, он не мог позволить себе оставить жену на растерзание эмоциям. Она нуждалась в его поддержке, нуждалась в нем. Вместе они смогли пережить эту трагедию и нашли силы жить в дальше. Но узы, связывающие их любовь, медленно, но верно, стали разрываться. Спустя два года терзающая их души боль притупилась, но порою давала о себе знать. Однако, вскоре до неё никому не было никакого дела. Супруги были обеспокоены второй, по счету, беременностью. Мысль о том, что и этот ребенок может умереть, не давала им покоя и съедада изнутри. Саске порою не смог спокойно спать по ночам, отчего приходилось принимать успокоительные медицинские препараты. А Сакура была взвинчена, словно на иголках, постоянно на нервах. На беременности это сказалось должным образом. На пятом месяце случился выкидыш. Потеряв одного ребенка, они не пали духом и с помощью друг друга смогли идти дальше, но потеряли второго... На этом жизнь, конечно, не заканчивалась. Но выкинуть из памяти эти трагедии, как ненужный мусор, они не могли, как и не могли постоянно жить прошлым. Поэтому, собрав оставшиеся силу и волю в кулак, они двинулись дальше. Однако, отныне каждый со своей болью, со своими отрицательными эмоциями, с печальными угнетающими мыслями, предпочитал справляться сам. Особенно Саске. Он закрылся в себе, и как несколько лет тому назад, его лицо стало вновь каменным. Он не выражал никаких эмоций, внутри него царили мрак и пустота. Шутки и улыбки стали дня него настоящей роскошью, которую он не мог себе позволить. Да и хотел ли он? Ответ будет скорее нет, чем да. Сакуре же было немного проще. У неё были родные и близкие, хорошие подруги, которым она могла излить душу и поплакаться в жилетку. А у него остался лишь старший брат, который пропадает хрен знает где и которого он не видел уже несколько лет. Однако, ни один, ни второй, поддерживать хоть какую-то связь не спешил. Саске и Сакура стали отдаляться друг от друга, а их любовь, которая когда-то горела ярким пламенем, постепенно стала угасать, превращаясь в пепел, развеваемый ветром. Учиха думал, что смотря в зеленые глаза, которые сверкали, как изумруды, он найдет тот самый блеск, который всегда заряжал его энергией. Но нет. Блеск и огонек в её глазах потух. Не было в ней больше того, за что он так полюбил её когда-то. И если же Сакура тешила себя надеждой, что ещё не все потеряно, то Саске не чувствовал к ней никаких чувств, кроме привязанности. Больше он не спешил домой, сломя голову, заезжая по дороге в магазин цветов и покупая нарцыссы, предпочитая пропадать на работе до поздна. Сакура больше не была для него любимой женщиной, лишь хорошим другом. С ней можно было обсудить многие вещи и даже поспорить, отстаивая свою точку зрения в честном бою. Однако белая полоса может сменить черную в любой момент. И кто знает, может однажды они вернут то теплое, нужное чувство, название которой - любовь.

***

Напротив зеркала стояла молодая женщина невысокого роста, рассматривая свое отражение с разных сторон. Нет, она не крутилась вокруг него для того, чтобы в сотый раз убедиться, что она выглядит на все сто процентов, или же для поднятия самооценки. Вовсе нет, ей просто было интересно, насколько вырос её живот. Сакура не относилась к тому типу девушек, которые изводят себя диетами и изнурительными тренеровками в спортзале лишь для того, чтобы довести фигуру до совершенства или же каждый раз после принятия пищи бежать к весам и зеркалу, чтобы посмотреть, потолстела или нет; она просто была беременна. Её волосы нежного оттенка розового заплетены в два маленьких хвостика, которые едва касались хрупких плеч, топ белого цвета подчеркивал небольшую грудь, а пижамные штаны скрывали прелесть стройных ножек. Хоть она и одета достаточно просто, но остается все такой же красавицей. Сакура в очередной раз повернулась боком, ладонью поглаживая живот и отчего-то хмурясь. Не сказать, что она была огорчена беременностью, но и радости особой не испытывала. В уголках глаз неприятно защипало, а затем вниз по щеке скатилась слеза, а затем ещё одна. Едва Учиха успела смахнуть с лица соленые капли, как дверь распахнулась и в комнату вошла Мебуки Харуно. — Да что же это такое?! Ты, как приехала, так сама не своя. Я тебя зову-зову, а ты меня не слышишь, тоже самое и с разговором. Иногда мне кажется, что я болтаю сама с собой! - Мебуки не была зла, но была явно недовольна поведением дочери. Сакура подняла взор на свою мать. И смотрели они друг другу в глаза ровно минуту. — Прости мам, я не специально. - проговорила молодая женщина, стараясь изо всех сил сдержать дрожь в голосе, - Я...Я просто задумалась. Не трудно было догадаться, о чем именно она думала. Её мысли можно было предугадать. Мебуки поправила складку на домашнем платье красного цвета, а затем подошла к дочери. — Не мучай и не изводи себя этими угнетающими мыслями. Это оказывает на тебя и твоё состояние пагубное влияние. Я уверена, что в этот раз горе обойдет вас стороной. Может две беременности были не удачными, но ведь Бог любит троицу. Значит, определенно должно случится что-то хорошее. Харуно взяла Учиху за руки, сильно сжав их, давая понять, что она не одна, что у неё есть те, кто поддержит и поделит с ней радость и печаль. Сакура кивнула и изобразила улыбку. Ей не хотелось, чтобы кто-то видел её слабость. Пусть даже это и будет её родная мать. Она хотела быть сильной и она будет сильной, не смотря ни на что. Она обещала себе, она обещала Саске, она обещала ему... — Тебе нужна помощь на кухне? А то я пылаю силой и энергией, не зная, куда её потратить. - закатав рукава кофты, с энтузиазмом произнесла молодая женщина. Мебуки же засмеялась и, взяв дочь под руку, потащила на кухню. — Твой отец придет после работы голодным. А у нас ещё даже ни одно блюдо не готова. Я знаю, чем ты сегодня займешься!

***

Стрелки настенных часов показывали ровно шесть часов вечера. А это означало, что рабочий день завершен и можно отправляться домой. Но Саске не видел нужды куда-то спешить. Во-первых, Сакуры дома не было, соответственно его никто не ждал. Во-вторых, дел в офисе было полно, и некоторые из них не терпели отлагательств. Внимательно вчитываясь в очередной документ, Учиха хмурился, от чего на лбу появилась складка. Он не мог просто взять и поставить свою подпись в конце, не изучив документ досконально. К тому же, он ставит подпись лишь в том случае, когда есть определенная выгода для его компании. Но тут даже не было и речи о том, что действительно может его заинтересовать. Поэтому мужчина ввкинул эти бесполезные бумажки в мусорное ведро, так и не дочитав их до конца. — Черт, кофе остыл. - дотронувшись до чашки, недовольно и даже как-то расстроенно проговорил Учиха. Пожалуй во всем мире и не найти такого ярого кофемана, как Учиха Саске. От размышлений его оторвал неуверенный, робкий стук в дверь. Приняв строгий вид, мужчина громко произнес: — Входите. В кабинет вошла Хината, прижимая к груди папку синего цвета. — Господин Учиха, простите за столь позднее беспокойство в конце рабочего дня. Но отчет закончен и ждет вашего одобрения. - несмотря на то, что Хьюга чувствовала себя некомфортно и неловко в присутствии мужчины, её голос звучал уверенно. Трудно не испытывать дискомфорт, когда в тебя впились темными, как сама ночь, глазами. Впрочем она старалась избегать прямого зрительного контакта с этим человеком, что в принципе неплохо получалось. — А, Хината, это ты. - небрежно произнес мужчина, запустив ладонь в свою и без того растрепанную шевелюру, - Ну, давай посмотрим, что там у тебя. Хоть он и старался говорить как можно небрежнее и раздражительнее, но в его голосе с легкостью можно было уловить нотки усталости. Хьюга издала тихий фырк, положив папку на стол. Но только она успела это сделать, как почувствовала себя беззащитной. Так она могла бы в рожу дать этой папкой. Хотя навряд ли Учиха что-то сделал бы ей. Однако, Хината любила параноить, так что это было не удивительно. Мужчина открыл папку и приступил к изучению отчета. Изредка он что-то бубнил себе под нос, и Хинате было трудно распознать слова. Впрочем, сейчас её это мало волновало, так как она очень хотела поскорее попасть домой. — Это просто...восхитительно! - пораженно и хрипло произнес владелец компании рассматривая принесенные бумаги так, словно они были покрыты золотом. - Я так давно не читал таких подробных отчетов, вы даже уделили особое внимание мелочам. Я очень доволен проделанной вами работой. - произнес Саске и в его глазах заиграли искорки. Наконец-то, хоть что-то — Вы можете быть свободны. Лицо молодой женщины озарила улыбка, а на щеках появился румянец. Хината была очень довольна тем, что её труд оценили и похвалили. А так же она была несказанно рада, что вот-вот окажется в теплой домашней атмосфере. Пока не мере она тешила себя надеждой, что Рэйден на пару со своим дядюшкой и тетушкой не разнесли квартиру. "Карин не смогла посидеть с Рэйденом. Хотя у неё сегодня выходной день. Плюс ко всему она не отвечает на звонки. А это не есть хорошо. Может, что-то случилось? У меня плохое предчувствие..." - Хьюга находилась глубоко в своих мыслях, даже не замечая, как начальник усиленно машет ладонью перед глазами. — Хината, мать твою, очнись! - отчаянно пытаясь вернуть работницу с небес на землю, Учиха чуть повысил голос. Поняв, что это бесполезно, мужчина бросил этот гиблый способ. Зато взялся за другой. Взяв увесистую папку, он взял и шандарахнул по головке мечтательницы. — Ауч! - недовольно воскликнула Хината, потирая ушибленный затылок, - Что ты творишь?! - забыв о том, что он её начальник, она перешла на "ты", - Да ты хоть знаешь, сколько я времени делала эту прическу! Даже на работу опоздала!- тыча пальцем в волосы, взбесилась молодая женщина. — А мне сказала, что были жуткие пробки. - усмехнувшись, произнес Саске, изучая взглядом собеседницу, - Ая-яй, Хината! От тебя я такого ну никак не мог ожидать. Ты знаешь, что обманывать нехорошо? Учиха явно пользовался моментом, своеобразно издеваясь над работницей. Хьюга лишь покраснела, невнятно пробурчав себе под нос. — Впрочем, это не так важно. Рабочий день уже минут пятнадцать, как подошел к концу. Не думаю, что ты горишь желанием оставаться здесь, а предпочитаешь поскорее вернуться домой, завалившись с ногами на диван и щелкая по пульту в поисках интересных программ. По крайней мере, я сделаю именно так. И поэтому прошу покинуть это здание. Брюнетка издала тихий смешок и чуть ли не в припрыжку вышла из кабинета начальника. Наконец-то, она свободна от рутины, и не будет вспоминать о ней два дня, ведь завтра и послезавтра выходные. К тому же, у неё на них грандиозные планы, от которых она не собирается отказываться. Хината не стала застегивать пуговицы и оставила пальто открытым на распашку. Прихватив сумку, она вышла из офиса компании, уверенно шагая к остановке. Скоро должен был быть автобус. Молодая женщина стала искать кошелек. Однако искомого предмета не оказалось и Хьюга поняла, что попала в неприятную ситуацию. — И как же я теперь домой попаду? - тяжело вздохнув, шептала брюнетка, - Ах, да! Сегодня меня подвозил на работу Неджи и я подумала, что кошелек не нужен, поэтому оставила его дома на тумбочке. Глупая. — Я думал, вы уже на пол пути домой. Что-то не так? Саске появился словно гром среди ясного неба. Хината даже не слышала, как он подошел. Хотя это не удивительно, ведь на тот момент её волновала другая проблема. — У меня возникла маленькая проблемка. Кошелек дома оставила. Хьюга покраснела, так как чувствовала себя неловко, находясь рядом с этим человеком. Да и ситуация получилась глупой. — Как была рассеянной, так и осталась, - издав тяжелый вздох, произнес мужчина, - Я сегодня добрый. Садись в машину, подвезу. Отказаться от такого предложения было бы глупо и не разумно. К тому же дом находился довольно далеко, а переться до него пешком не очень-то и хотелось. Однако стоило им оказаться в одной машине, как оба почувствовали напряжение и всю неловкость. В прошлом у них были достаточно близкие отношение, которые оставили после себя след. И было странно спустя столько лет вновь общаться и сидеть в одной машине. В салоне автомобиля было очень тепло и приятно пахло, Хината даже стала засыпать. Но каждый раз, когда веки тяжелели, она мысленно давала себе отрезвляющую пощечину. Да, она устала. Но это не было поводом засыпать в чужой машине. Другое дело, были бы серьезные любовные отношения. Хьюга незаметно редко поглядывала на Учиху. И от её взгляда не скрылось обручальное кольцо на его руке. От этого ей было больно. Нет, ревности и злость как таковых нет было. Зато обида давала о себе знать. В том, что он построил семью с другой женщиной виновата только она сама. Ведь если бы она тогда не упустила его... Из размышлений её вывел раздраженный голос. Саске явно был недоволен. Да и кто бы был рад стоять в пробке? — Твою мать! - выругался брюнет стуча пальцами по рулю. Хината слабо улыбнулась, в очередной раз посмотрев на брюнет. "Когда-то мы так же сидели в машине и он так же ворчал, как старый дед и постоянно возмущался. Мы разговаривали о том, о сем. Но прошло так много времени...Будет ли он поддерживать беседу, если я заговорю?" Неуверенность и робость не могли позволить ей сделать обстановку мягче. До того момента, когда её взгляд наткнулся на яркий след алой помады на воротнике голубой рубашки. — Да как ты мог?!? - воскликнула молодая женщина, что мужчину чуть не врезался в проезжающую мимо машину, - Как ты посмел изменить своей жене?! Своей любимой женщине?! Разве тебе не стыдно? Тебя не мучает совесть? Где твое мужское достоинство?! Она любит тебя до гроба, а ты так низко с ней поступаешь! Возмущению не было предела. Если бы она обладала возможностью испепелять взглядом, то от Учихи остался бы лишь пепел. Пусть Сакура и украла её счастье с этим человеком, но зла она ей не желала. И честно говоря, Хината бы никогда не подумала, что Саске опуститься до измены. — Замолчи. - грубо и со всей холодностью сквозь зубы проговорил мужчина. Между бровями пролегла складка от того, что он хмурился. И Хината замолчала. Она всегда молчит и лишается дара речи, когда он с ней разговаривает в подобном тоне. И храбрости у неё, увы, не хватает, чтобы дать отпор. — К твоему сведению этот отпечаток и был поставлен моей супругой. Примерно неделю назад мы провели вместе ночь. Я не собираюсь отчитываться перед тобой что, как и где мы делали, да и думаю ты сама понимаешь. Два дня тому назад Сакура уехала навестить своих родителей, и теперь мне некому гладить мои рубашки. Самому мне некогда это делать. В последнее время в офисе много работы и что на работе, что дома, я занимаюсь только одним делом - загребаю кипы бумаг. Поэтому пришлось сегодня одеть эту. Даже не смотря на то, что она была в корзине для грязного белья от неё пахнет только духами моей супруги. - вернув самообладание и безразличие, более спокойнее ответил Саске. Хьюга виновато улыбнулась и отвела взор. Получилось глупо. Но о чем ещё она могла подумать, увидев след от алой помады? — И-Извини. У вас прекрасная семья и, наверное, есть дети, да? — Когда-то она и в правду была такой. Но прошло много времени, все изменилось. Нет, детей нет. — Почему? - изумленно уставившись на собеседника, спросила брюнетка, - Почему нет? Ты ведь так хотел... - Мало ли что я хотел? Мало ли что хотела она? Не всегда то, что мы планируем и мечтаем, воплощается в жизнь. Этот раз тоже не стал исключением. - мужчина говорил со всей злостью, ненавистью. Нет, он не кричал, просто громко говорил, выплескивая все те эмоции, которые накопились за столько лет. - Тебе не понять чувства потери. Ты никогда не теряла ценного и действительно важного человека в своей жизни. А я терял, причем ни раз. Сначала родители, потом дети. Прямо клеймо на мой род. Саске старался держать себя в руках, что неплохо получалось. Однако, Хината затронула те участники души и раны, которые для полного исцеления и жизни будет мало. И контролировать себя ему стоило огромных усилий. Хьюга ошарашенно смотрела на Учиху, таково поворота событий она не ожидала. Она знала, что когда Саске ещё был маленьким, его родители погибли в авиакатастрофе, но чтобы ещё и дети умерли...Нет, к такому она не была готова. Внезапно ей пришла мысль, что все же стоит рассказать ему о том, что у него есть сын, его маленькая копия. Но эта мысль ушла так же быстро, как и пришла. Нет. Ни в коем случае. Он не должен узнать о её маленьком секрете, о её тайне. Все было решено ещё тогда, когда малыш появился на свет. Хината не знала, что сказать и как выразить соболезнования. Хотя слова в данный момент были лишними. Брюнетка хотела положить руку на плечо мужчины, и слегка сжать его, поддерживая в нелегкую минуту. Однако на пол пути она отдернула руку, прижав к груди. Это неправильно. — Знаешь, в чем "прелесть" прошлого? Его нельзя изменить. На этом жизнь не заканчивается, надо идти дальше. Но не будем о грустном. Как у тебя в этом плане? Они подъехали к дому, где проживает Хината, и Саске притормозил возле нужного подъезда. — Спутника жизни у меня нет, детей тоже н-нет, - солгала Хината уставившись в одну точку, - Что же... Спасибо, что подвез! Я очень благодарна! Если бы не ты, не знала, как бы добиралась домой! - слабо улыбаясь, молвила Хьюго, - Я пойду. До завтра!- быстро выскользнув из автомобиля, она поспешила домой. А Саске лишь оставалось глядеть ей вслед. Вскоре он тоже оказался дома. "Он не должен узнать, что уже как пять лет отец! Ни прикаких обстоятельствах!"

***

Сакура шагала из стороны в сторону, теребя в руках телефон. "Правильно я сделаю, если позвоню ему и сообщу эту новость... А если он будет против? Если он откажется? Если разозлится? - молодая женщина явно находилась в смятении, не зная, как правельно поступить, - Дурацкий предлог "если" все портит! Давай Сакура! Собирись! Ты сможешь! Всего лишь позвони ему и все, как по маслу пойдет!" - сжав в вспотевшей ладони мобильное устройство, она пыталась вселить в себя уверенность. Тяжело выдохнув, бывшая Харуно набрала номер и, нажав на кнопку вызову, поднесла телефон к уху. Впрочем, долго ждать не пришлось, абонент ответил на звонок сразу. — Здравствуй, Саске-кун, я не отвлекаю тебя? - осторожно спросила розоволосая, кусая губы. — О, Сакура! Рад тебя слышать. Нет, я не занят, домой еду. Что-то произошло? Мне забрать тебя? - взволнованный тон на другом конце трубки не мог не радовать молодую женщину. И это предало ей ещё больше уверенности. — Не волнуйся, пожалуйста. Я отлично провела эти два дня у родителей! Да, забери меня. Конечно, у родителей хорош, но дома ещё лучше! - улыбалась , Сакура одевала плато. — Хорошо, сейчас буду. — Жду. На этом их телефонный разгоовр был окончен. Бывшая Харуно ныняшняя Учиха вздохнула. Ведь серьезный разговор ещё только предстоит. Смахнув капельку пота со лба, она стала прощаться с родителями. Впрочем, Саске прибыл только через часа полтора. И зеленоглазка была на седьмом небе от счастья, находясь вновь рядом с любимым. И даже не смотря на то, что произошло ранее, её чувства к нему не остыли. — Из всех ты выбрал именно эту?! Меня не было всего два дня, а ты уже испачкал все рубашки? — Ну, не все, - уклончиво ответил брюнет, - Ты же знаешь, что я с утюгом не в особо дружеских отношениях. Сакура рассмеялась и чмокнула мужа в щеку. — Ты даже не брился. — Все ждал, когда ты мне замечание сделаешь, - хмыкнул Учиха. Молодая женщина улыбнулась от счастья. И все же она очень соскучилась по нему. Не хотелось отрывать от него взгляда, продолжая любоваться. Насколько он прекрасен... Его внешности завидывали ещё с начальной школы, да и сейчас это не меняется. Он всегда был холоден ко всем, был отстраненным. И весь такой распрекрасный Учиха Саске достался именно ей. Только ей одной. Разве это не может радовать? — Я так рада, что мы вместе! - воскликнула Сакура, по-детски хлопнув в ладоши. "Как жаль, что это уже не взаимно!", - хмыкнул брюнет, повернув на право, уже почти подъезжая к дому. Припарковавшись возле гаража, Саске помог жене выйти из машины, подобрав её багаж. "Такое впечатление, что там забито все кирпичами! Поехала, блин, на два дня!" - про себя возмущался брюнет, входя в особняк. Поставив чемодан, Учиха скинул с себя пальто и помог Сакуре. Типа джентльмен и все такое в этом роде. — Саске, я хотела это сказать ещё две недели назад, - неуверенно и совсем не к месту стала мямлить розоволосая, - Но ты был постоянно занят и у тебя не было времени на меня. И вообщем, - длительная пауза. Сакура бегала глазами по помещению, разглядывая мебель, настенные часы, картины и прочие, кусая губы. — И вообщем? - подтолкнул мужчина жену. Впервые за долгое время ему стало интересно. "Разлюбила? Изменила? Ну не тяни же!" - прикусив нижнюю губу, мыслил Саске изучая образ женщин, стоящей перед ним в пяти метрах от него. — Я беременна! - выдохнув, громко воскликнула розоволосая зажмурившись и сжав кулачки, ожидая реакцию мужа. Расплох застал мужчину внезапно. Он готов был услышать многое, но только не это. От столь внезапного заявления Учиха споткнулся об собственную ногу и смачно встретился со своей любовью после долгой разлуки, то есть с полом. Разпластавшись перед супругой звездочкой, он поднял голову и уставился на женщину широко распахнутыми глазами. — Что, прости?