Уже нечего терять

— На Земле уже есть царь, и ему не будет равных! Его имя — Элохим, и тебе не удастся нас подчинить, мы ни кому не служим. Мы верны лишь Земле и ее природе. — Ооо, вон как, значит, — не поверил Локи. — и что он умеет? — Хочешь убедиться? — спросил Габриэль.       Не давая ответить Локи, он взял его за кисти, и взлетел. Локи дернуло от страха, он никогда не летал вот так быстро, да еще на крылышках сумасшедшего ангела.       Мир смертных был намного больше, чем Локи предполагал, даже больше, чем на рисунках старых книг; Ангелы подлетели к кому-то острову, который был окружен океаном, с виду если приглядеться, то это место сто пудов выглядело сейчас, как в Асгарде. Ангелы метнув крыльями прошептали одновременно что-то на своем языке, и над островом будто сплыл дворец из воздуха, морок невидимости снят, и перед мной был возведен дворец из белого мрамора и по большой части из стекла, как на вышках этого мира. — Добро пожаловать в Эдемский сад, — засмеялся ненавистный мне ангел. — Бермудский треугольник опасен для смертных, они сюда носом не сунутся, хотя пытались, защита ангхэуша очень хорошо действует, — все тем же флегматичным тоном произносит Мануэль. — Это…мне так напоминает Асгард, — не смог опомнится Локи. — Ну да, Асгард, чем-то похож на Мидгард, но это срединный мир, мир всех миров, центр вселенной, центр восьми миров, — Локи взглянул на странный символ — он выглядел на цветок, но Локи на нем разглядел символы всех восьми миров, и в центре цветка высветился знак Мидгарда — мост, соединяющий все остальные мира.       Двери необычного дворца отперлись, и к гостям подошел дворецкий, он был переодет так же, как и ангелята, но он не имел крыльев, и в отличие от двух он не имел зеленых светящих глаз, которые были у всех паладинов — узнал различие Локи. — Добро пожаловать, Усерхерер, — дворецкий поклонился Локи. Что для Локи стало шоком. Он был из другого мира, но ему поклоняются высшие силы Мидгарда, где-то здесь был подвох.       Его провели в зал, где все стены были из стекла, голубое небо очень хорошо сливалось с белыми тонами холла. В центре сидел Бог, и как догадался Локи это и был тот Элахим о котором ангелы говорили с величайшем восторгом. Элохим встал с трона, и подошел к Локи схватив его руки, будто боялся потерять его. Локи вздрогнул, когда над ним наклонился этот бог, его светлые волосы падали ему в лицо, голубые глаза обведены черными стрелками, улыбка красовалась на его лице, он смотрел так будто изучал. Он провел ладонью по щеке Локи, и прижал аса сильнее к себе, вдыхая весь запах. Элохим будто испугался, когда узнал, что хотел. По запаху. — Усерхерер, ты жив? — его глаза расширились. — В другом теле? — Извините, — не понимал Локи. — Брат, — шепнул Элохим. — А?       Элохим оставил в покое Локи и подошел к внезапно появившейся ангелам. Локи узнал лишь по зеленым глазам. — Слушайте, дети мои, в этот день мы будем праздновать! Наш союзник, наш брат вернулся в асгардском теле, но в обличи Усерхерера, бога Луны и Солнца, потомок Ра, — на последнем слове Элохим повернулся к Локи. — встань, брат, и покажись нашим преданным слугам, вспомни свое прошлое, — Элохим взял в руки лицо Локи, и подул на лицо бога, и тот впал в бессознательное состояние. Бог Мидгарда взял на руки якобы в прошлом брата. Выйдя из холла, и кладя на металлический стол Локи, стол осветился восьми лепестковым цветком лотоса.       Элохим подошел к книге, и начал диктовать заклинание на возвращение души брата. Резко стены начали дрожать, как от землетрясения, а стол сильнее осветил Локи. Для ритуала понадобился кинжал, для того чтобы убить телесную оболочку Локи, и призвать в тело Усерхерера. Ангел вспорол живот Локи, и на столе образовалось лужа крови. Кровь на свету символа лотуса будто испарилась, а над телом Локи со вздохом вошла душа. Локи все так же лежал бессознательном состоянии. Ангелы взяли бога и перенесли в покои, когда-то принадлежащим Усеркафу.       Покои для бога были ни чем не уступающим центральному залу этого дворца. Но покои содержали черные тюли вьющейся на пол. Локи открыл глаза, а точнее уже не он, а тот кого призвали из мира мертвых. Слуги-ангелы поклонились своему повелителю, и начали процесс «переодевания». Усерхерер жил в Египте, и носил подобающую одежду. Слуги одевали на него мантию черного цвета, надевали дрогоценности на руки и на шею. Египетский бог отличался от бога Элохима своим нестандартным одеянии. Усерхерер, как и все остальные его предки носили шлем головы животного, и всегда это была птица — орел. Шлем сам как по магии разбирался, и собирался как мозайка в голову орла, шлем был из метала и золота. И единственной гордостью Египта это были глаза, в новом веке с глазами делают что угодно, чтобы походить на египетских богов. И слуги красили глаза, кончики стрелок были толстыми, и заканчивались рисунком солнца. Процесс одевания окончен, и в покои вошел Элохим. — Добро пожаловать домой, брат, — Элохим подошел к Усерхереру и обнял его. — Я воскрешен? Разве нашелся такой, кто взял на свою ношу мое прошлое? — Да, брат, это оказался асгардский бог… — на последнем слове Элохим замолчал. Элохим прекрасно знал, как Усерхерер ненавидел этот мир, как он шел войной на асов, на их царя Бёра. Но ни чем в данный момент не окончился бой, его брату не удалось покорить асов. — Асгардский бог, какое унижение, хотя он мог бы порадоваться, что был похож на меня, — оскалился Усерхерер. — мне кажется нужно вновь навестить визитом Асгард. — Все в твоем расположении, брат, я рад, что ты вернулся! Будь осторожен, асы поумнели. — Да ну, а мне казалось, что эти варвары никогда не опомнятся, ну что ж, тем не менее это даже лучше, править, так умными людьми, а не стадом балванов, как их бог Бёр. — Бёр мертв, — уточнил Элохим. — Что? Хах, значит этот полоумный мертв? Оказывается их жизни такие же кратковременные, как и у людей. Бесит меня эмоции, — резко перевел тему Усерхерер. — Они называют себя богами, но соблюдают душеблудство, они испытают эмоции, как смертные. Они животные, что могут внезапно злится, радоваться, они не понимают как раздаривают свою душу этой мимикой. — Согласен, они похожи на смертных. И такие же туповатые. И кстати, брат твое учение смертных не прошло даром, они действительно поумнели. — Да? Я поверить не могу, они стали умнее, ох. Сколько новостей сразу. Усерхерер подошел к окну, и взглянул вниз, он будто вглубь мира посмотрел изучая. И он ужаснулся. — Они…они поумнели настолько, что мне не верится, они…ох, я не могу выразить свой восторг, но я контролирую чтобы не показывать этого, но мне стало интересно, смертные, с ними есть о чем поговорить. Наконец-то.