Падающая звезда

Страх липкой паутиной оплетал ее, не позволяя двигаться, мыслить и дышать. Он своими цепями сковал ее, а холод, что окружал ее, пробирал насквозь, пленяя лозами душу. Холодно, так холодно и страшно. Ты понимаешь, что ничего не можешь сделать, понимаешь, что никто тебе не поможет. А удары становились все сильнее, все больнее было и душе. Она теряла сознания, но одним сильным пинком ее возвращали из тьмы, а потом начиналось все по новой. Те, кто ее избивали, не знали жалости, не принимали ограничений и не знали меру. - Ой, вы только гляньте на нее! – голос слышался, как из-под толщи воды. – Я смотрю, тебе нравится боль... Один сильный удар выбил воздух из легких, а слезы, что лились из глаз, давно высохли и только грязные линии остались лице. Она уже не могла даже думать, она просто хотела наконец потерять сознание, но у нападавших были другие планы. - Эй, а может, нам развлечься с ней? – девушка в немом страхе распахнула глаза и задрожала всем телом. - Не..т, прошу... не... надо, – путано и тихо просила она. - О! Подала, наконец голос, сучка. Так покричи для нас! Она только сильнее зажалась, вспоминая, что именно привело к такому исходу событий. Был такой приятный осенний вечер. Конфликт колец закончился буквально месяц назад. Двадцать седьмое ноября, эта дата стала роковой в жизни Савады Тсунаеши. - Тсуна, – девушка подавилась и закашлялась. Реборн ее напугал. - Реборн? – удивленно спрашивает Савада. Ее изумило, что ее репетитор не завтракает с ней, а стоит на полу и на его лице нет даже намека на улыбку. - Собирай своих хранителей. Я получил неприятное для тебя известие и твои хранители должны это знать. - Ч...что? – в груди поднялась тревога, а интуиция незаметно завибрировала, давая понять своей хозяйке, что ничего хорошего из этого не выйдет. - С этого дня ты не являешься Наследницей. Твое место займет более подходящий, на взгляд Ноно, Наследник. Реборн натянул шляпу ниже, а в душе пребывал в таком же ошеломленном, что и его ученица. Тсуна тогда не знала, что ей делать. Одна часть ее души радовалась, но другая была наполнена болью. На задворках сознания даже пролетела мысль, что ее просто использовали, а потом выбросили, но, глядя на полные слез глаза Хаято, она быстро исчезла. Ведь ее друзья сражались на грани своих возможностей и только ради нее. Но потом эта мысль вновь дала о себе знать. - Тсуна, прошу, отдай кольцо Неба. Не заставляй меня использовать силу. Голос ее репетитора был холоден как лед, а глаза смотрели прямо в ее душу. - Да... – металл кольца был холодным, пока она держала, когда она передала его Реборну, оно показалось ей горячим. Друзья, те, кто сражались с ней против Варии, те, кто принял ее, а их нет. Они отдалились от нее и исчезли. Вначале Хаято уверял ее, что они по-прежнему друзья, Ямамото улыбался и трепал ее волосы, Рехей заряжал ее позитивом, Хибари-сан говорил, что не оставит Намимори и школу, а Мукуро... А Рокудо молчал. Но в один день они просто пропали, до них не дозвониться, не докричаться. Стало пусто в душе, а жизнь превратилась в ад. Хибари Кея - великий человек, раз поддерживал дисциплину в стенах школы, но когда его в ней нет... Дети сходили с ума. Ей и раньше доставалось, но теперь все переходило границы благоразумия. Все началось спустя неделю, как ребята уехали в Италию к новому Наследнику. Вначале были простые подножки, а потом понеслось. Ее вещи прятали, сжигали и выкидывали из окна, а потом принялись за саму ее хозяйку. Две недели были простые шутки, а потом ее закрыли в школе на всю ночь. Это послужило сигналом для других. Теперь в каждом классе есть один или два человека для битья, на которых можно выместить накопившийся гнев. Тсуна стала одной из них. С волосами она уже почти попрощалась на уроке химии, когда «случайно» ей их подожгли. На физкультуре она чуть не свернула шею, а на обеде едва не отравилась. Учителям было все равно, дети, над кем издеваются, плохо учатся и вообще бездарны. Так почему бы не избавиться от них? Такая была общая идея. А теперь очередь дошла до насилия. - Посмотри, как она дрожит... Мне еще больше захотелось ее... – холодный металл ножа полоснул по коже лица, совсем рядом с глазом. - Эй, полегче, у нее шрам останется, – упрекнул один из парней другого. – Нам не нужны неприятности. Тот его не послушал и лезвием порезал ее форму, оставляя красную линию пореза на груди и животе. Теперь она лежала на бетоне в старом здании, без верха, с задранной юбкой, а ее руки связали за спиной. - Нет... Нет... – как в бреду повторяла она, но ее заткнули. Просто завязав рот какой-то тряпкой. - Я первый, надеюсь, никто не против? – Тсуна уже не могла плакать, а только испуганно смотрела в потолок. Она начала вырываться, когда ее ноги развели в стороны, а душу просто разрывало. – Не вертись, а то больнее будет... «Нет!» – закричало ее сознание и тело просто заломило от боли. Погружаясь в темноту, она поняла, что находится посреди бушующего огня. Тот ярким светом бил по глазам и в то же время будто успокаивал девушку. Она потеряла сознание, а огонь все не исчезал. Трое парней, что только что чуть не изнасиловали девушку, обгоревшими куклами лежали рядом. А вскоре от них даже пепла не осталось. И только девушка была в порядке. Ее огонь даже не коснулся.