Amplitude Modulation

Я вижу вокруг себя лишь хаос. Подвыпившие парни пристают к молоденьким официанткам, пытающимся выбраться из их неуклюжих объятий и поправляющих запачканные и затертые фартучки; вышибалы грозным взглядом осматривают посетителей бара в надежде, что и сегодня им попадется неумелый драчун, на которым можно выместить всю свою злость и ненависть к тошнотворному запаху пота и алкоголя, царившему в зале; бармен в миллионный раз выслушивает грустную историю какого-то неудачника, которого выгнали взашей за выпивку и который продолжает пить (все дрянное, что может случиться в этой жизни, происходит именно из-за спиртного). Хотя в чем я их виню? Ведь я ничем не лучше. Выкладываю на барную стойку пару монет и, еле волоча языком, заказываю коктейль под номером 12, потому что я уже двенадцатый день (символично, не правда ли?) толкусь в этом баре, по кусочкам разбирая его посетителей и мысленно круша приевшиеся стены. Двенадцатый день я шатаюсь по улицам в поиске лишь двух вещей, взаимоисключающих друг друга: вдохновения или смерти. И, видимо, смерть я уже нашел. Осталось лишь ее принять. Перед моим носом коктейль номер 12. Чертовски странная жижа. Я бы посмотрел ингредиенты, но перед глазами все плывет. Даже руки, которые я постепенно перестаю ощущать. Да и вообще я не чувствую свое тело, словно лишь моя душа осталась тут, у барной стойки. На удивление, тело тут же возвращается на место, когда я слышу голос рядом с собой. Он выбивается из этой какофонии, заставляя меня забыть о номере 12 и повернуть голову в сторону источника звука. Мозг тут же трезвеет, начиная обрабатывать информацию; замыленный взгляд все четче распознает окружающие объекты, превращая их из размытых пятен в ясные очертания. И я вижу. Тебя. Ты смотришь на бармена, как он умело перекидывает бутылки со спиртным из руки в руку, как он режет лайм, взмахивая ножом, и как он мило улыбается, пододвигая к тебе рюмку. Но ты не реагируешь на его улыбку, словно смотришь сквозь его лицо, так и говорящее: «Детка, ты слишком хороша». Ты смотришь глубже, проникая обезоруживающим взглядом в самое сердце, досконально изучая его. Незаметно для всех, кроме меня, поморщившись, ты взяла бокал и отвернулась в другую сторону. Бармен, лишь пожав плечами и пробубнив что-то вроде «Не судьба», ушел в кладовую. Я разглядываю твою голову, подпертую белой, как слоновая кость, рукой. Неужели я еще в центре того самого хаоса, от которого только полчаса назад меня тошнило? Разве я не в музее античных скульптур, разглядываю самую красивую статую, когда-либо созданную человеком? Словно уловив мои мысли, ты кладешь обе руки на стойку и выпрямляешь шею. Ты не видишь, как пристально я рассматриваю тебя, а, может, хочешь, чтобы я думал так. Но меня это совершенно не волнует. Мне достаточно лишь видеть тебя. Девушку с мыслями из семидесятых. Ту, о которой мечтаешь каждую ночь всю неделю. Та, которая стала любимым ночным кошмаром. Та, которая так шикарна на танцполе. Я вижу тебя. Героиню всех моих песен. Ты поворачиваешь голову в мою сторону и фактически шепчешь: «Ты так и будешь смотреть на меня весь вечер?». Твой голос пробуждает меня от состояния эйфории вперемешку со стукнувшими в голову градусами, и я оглядываюсь по сторонам. Но тебя нигде нет. Ни за барной стойкой, ни за одним из столиков. Ты испарилась, будто тебя и не было. Неужели ты всего лишь образ, искусственно созданный моим опьяневшим мозгом? Я несусь к дверям, по дороге сбивая официанток, постоянных клиентов бара, и прошмыгиваю мимо вышибал. Я все еще надеюсь, что ты была реальна. Чертыхаясь на бегу, пытаюсь собрать свои непослушные конечности и выбрать направление поисков. Слышу разносящийся меж узких улочек стук высоких каблуков, и инстинктивно бегу в ту сторону, откуда доносится звук. Дышать все труднее и труднее, а расстояние словно не хочет сокращаться, и я уже не могу дождаться, когда закончится мой бессмысленный марафон. Стук каблуков вдруг резко замирает, и я оказываюсь прямо перед тобой. Ты оглядываешь меня, раскрасневшегося от бега и стыда идиота, и заливаешься неподдельным хохотом. Я разгибаюсь в попытке принять прямостоящее положение, но резь в груди и животе снова сворачивает меня в бараний рог. Ты наклоняешься, оперевшись руками о бедра, и заглядываешь прямо мне в глаза. Я вижу, как сужаются твои зрачки, и буквально на секунду тону в твоем взгляде, изучающем меня с ног до головы. Ты приподнимаешься и серьезным голосом спрашиваешь: - Хочешь проводить? - Да. - Тогда пойдем. Я вижу, как ты поворачиваешься и направляешься дальше по тротуару, не подождав меня ни секунды. Отныне все так и будет: ты идешь впереди, а я лишь догоняю тебя. Но мне это чертовски нравится.