Droit de seigneur (право господина)

Огонь в камине вспыхнул, и пламя стало большим и ярко-голубым перед тем, как из него шагнул Снейп. Люциус встал, чтобы поприветствовать гостя. - Добро пожаловать, Северус. Северус кивнул и смахнул пепел со своей мантии. Его остатки резко контрастировали с тёмной тканью и напоминали перхоть. Это позабавило Люциуса. Он не выдал свои мысли ни словом, ни выражением лица. Сегодня здесь была не встреча равных, но вызов к старшему. Люциусу не требовалось упоминать об этом. Эго Северуса было слабым и жалким, так что Люциусу приходилось смягчать острые углы реальности, чтобы добиться от него хоть какого-то толка. - Сядь, Северус, - он указал на диван, - Я получил указания от нашего лорда. Северус неуклюже сел. Северуса не заботили его тело и впечатление, которое он производит. То, что младший маг настолько мало интересовался собственным внешним видом и при этом ожидал такого почтения, поражало Люциуса и другую знать. Северус скрестил руки, его лицо выражало нетерпение и опасение. - И это? - подсказал он. Люциус спокойно потягивал вино, наслаждаясь чувством превосходства - он знал, что Северус не уйдёт, пока не услышит указания Тёмного Лорда. - Тёмный Лорд недоволен разведданными поступающими из Хогвартса. Северус приподнял бровь, и Люциус почувствовал, как смещается балланс силы. - Правда? - Несомненно. Твои доклады о шайке Поттера полны деталей, но упускают суть. Это во многом было правдой. Люциус подслушал жалобы Тёмного Лорда на отчёты, в которых рассказывалось про растущий гарем мальчика, но не содержалось никакой тактической информации. - Это всё? - уточнил Северус голосом, в котором слышалась волна силы, - Я думал, у тебя для меня указания. Люциус сдержался. Он уже не помнил, когда последний раз удавалось получить эмоциональную реакцию от Северуса - как будто он стал хуже соображать. Именно поэтому Люциус больше не приглашал его в свою постель. Когда не стало споров, кошмарное состояние его тела начало отталкивать слишком сильно. - Разумеется, - ответил он спокойно, - Я лишь хотел предупредить тебя о надвигающихся неприятностях. Больше я тебя не побеспокою. Наш Лорд хочет знать о клубе самообороны Поттера. Я бы доверил это своему сыну, но на Драко сейчас лежит гораздо более сложная задача. Но я уверен, что тебе такая простая задача по силам. Он пытался довести Северуса до белого каленья, это всегда получалось, когда под вопрос ставили его полезность. Однако, в последние несколько лет разозлить его стало гораздо сложнее. К разочарованию Люциуса Северус только улыбнулся. - Если ты хотел знать, об успехах своего сына, мог просто спросить. Люциус вдруг понял, что больше не контролирует ход беседы, и уже не был уверен, что вообще контролировал. - До недавнего времени он метался в ужасе. Но последние несколько недель, кажется, хорошо ест и спит, думаю, он смог продвинуться вперёд. Лицо Люциуса заметно озарилось. - Прекрасно, я передам это нашему господину. - Незачем, - перебил Северус, - Это было в моём последнем докладе. Они презрительно посмотрели друг на друга из разных концов комнаты. Северус неожиданно зашёлся смехом, Люциус от удивления совершенно несолидно вытаращился на него. - Отличная получилась схватка. Приятно, что наш последний спор закончился в мою пользу. - Последний? - Люциус поднял палочку Северус был на хорошем счету у Волдеморта, но ведь он бы не стал использовать это для мелкой мести. Люциус думал, что смерть Лили Поттер стала для Северуса хорошей иллюстрацией того, как Лорд выполняет бесполезные для него просьбы. Но ещё Люциус понимал, что ничего не знает о том, как работает плебейский разум. Северус лишь улыбнулся, и вдруг, казалось бы, пустая комната Люциуса наполнилась народом. Некоторых Люциус узнал; Август Роквуд, Эван Розье, его сын Драко. Но его глаза были прикованы к главному призу: Гарри Поттер во плоти. Люциус встал. - Сын мой, это... Наш лорд будет доволен Он голодными глазами пожирал связанного Поттера. - Молчи, не двигай руками, пальцами, ртом, ногами, - быстро приказал Поттер. Люциус понял, что связан неизвестной магией. Его глаза бешенно вращались, глядя то на сына, то на других пожирателей смерти. Все кроме Розье были заняты тем, что развязывали Поттера. - Подойдите сюда, - сказал Поттер, и Люциус и Розье мгновенно подчинились. - Что бы с вами сделать, - Поттер кружил вокруг них как хищник вокруг жертвы, но Люциус не боялся. Этот мальчик не внушал даже малой толики абсолютного ужаса, который вызывал Тёмный Лорд. Люциуса не могло напугать простое кружение ещё даже не полностью выросшего мальчика. - Драко, любовь моя? Драко всхлипнул и встал на колени у ног Поттера, цепляясь за него, когда Поттер грубо оттолкнул его ногой. - Я думал, что достаточно ясно выразился. Драко опустил глаза в пол, его плечи вздрагивали, и Люциус впал в отчаяние. Драко, конечно, не был слишком сильным, но всё-таки он был Малфоем и Блэком. Быть так легко обманутым простой меняющей внешность магией... - Твоей задачей был твой отец, и с этим ты, я вижу, справился. А знаешь, что мне не нравится? Драко затряс головой, из его глаз на пол текли слёзы. Хочешь, чтобы я напомнил тебе про церемонию обращения Денниса? Кого из этих двоих ты собирался обречь на ту же судьбу? Ты же знаешь, теперь, когда ты направил мою руку, ни один из них не будет способен самостоятельно мыслить. Даже Северус, простой раб, сегодня принимает лучшие решения, чем ты. Северус воспрял, но в этом жесте не было высшего самодовольства, которое привык видеть Люциус. Северусу бы скорее подошло злорадство, но вместо этого он просто выглядел счастливым из-за того, что Поттер соизволил упомянуть его имя. Драко распластался на полу, откровенно рыдая, и Поттер вздохнул. Это не был тот Гриффиндорец, который противостоял Люциусу в министерстве - жаждущий доказать, кто он есть и готовый биться за друзей. Это было нечто иное. - Я позволю тебе объяснить. Колени Драко тряслись, когда он в восторге облизывал обувь Поттера. Люциус смотрел с отвращением, его ярость по отношению и к Поттеру, и к собственному сыну стремительно росла. Он начал прорываться через сдерживающую его магию и видел, что Розье делает то же самое. - Господин, вы поручили мне сковать моего отца и любых пожирателей смерти, которых я сочту полезными. Роквуд - непроизносимый, и им вы были довольны. Поттер кивнул, соглашаясь с этим, и Драко осмелел. Он потёрся о бёдра Поттера, и получили ещё один пинок, но это его ни капли не расстроило. - Я надел цепочки на Розье и Червехвоста именно по этой причине. А на отца и тётю - по вашему прямому приказу. Поттер выглядел довольным. Он даже погладил Драко, который заёрзал от удовольствия. - Правда? Так много? Гарри щёлкнул пальцами, и Северус с Роквудом мгновенно расчистили комнату, сдвинув мебель и начали рисовать углем рунический круг на полу. Розье дёргался, но его борьба ничего не давала. Его глаза расширились от страха и шока. Люциус начал бояться. Розье был мастером рун. И если он боялся, то у Люциуса тоже были все причины для страха. - Хмм, - Поттер жадно посмотрел на них, - Розье, похоже, разгадал наш план. - Вполне возможно, господин, - Драко сильнее прижался к бедру Поттера, - В школе он был очень одарённым, сильнее, чем Грейнджер. Он получил высшие балы, которые никто не мог побить два десятилетия. - Поразительно. И как он это использует теперь? Драко фыркнул. - Когда он не занимается переводами для Волдеморта, работает взломщиком проклятий в Гринготтс. Люциус был так удивлён бесстрашием, с которым Драко произнёс имя Тёмного Лорда, что чуть не пропустил зловещую улыбку Потера. - Правда? Ну тогда ты заслужил награду, Сладкий. Кем ты рассчитывал его сделать - питомцем или рабом? Гарри почувствовал желание обратиться к Драко по прозвищу - небрежному вульгарному имени, так сильно отличающемуся от всей его прошлой жизни. Драко опустил голову и покраснел, в то время, как страх и ужас били в колокола в голове Люциуса. - Ну, он очень красивый, Господин, - ответил Драко почти шёпотом. - Действительно, Сладкий. Судя по тому, что Северус и Роквуд встали, рунический узор был завершён. Они подошли к Поттеру и без слов опустились на колени возле него. Люциус никогда не видел ни одного из них таким покорным. Даже перед лицом самого Тёмного Лорда ни один из них не делал большего, чем ему было приказано. Поттер проверил их работу, не замечая, как Роквуд вздрогнул, когда он наклонился немного подправить узор. - Превосходно, - Поттер поднялся, - Люциус, шагни в круг, но не смазывай линии. Люциус подчинился против воли. Его мышцы напряглись от бесплодной борьбы, как будто он пытался сдвинуть скалу. - Северус, научи Драко рисовать круг, - приказал Поттер, указывая на ещё один чистый участок пола. Мысленные и магические усилия Розье начали давать результаты, и его пальцы дёрнулись. Поттер заметил это и вздохнул. - Успокой его, Августус. Роквуд вскочил, готовый подчиняться. Как только Люциус перешагнул рунические узоры, скользкие извивающиеся узы появились в его разуме. Он чувствовал, как они сплетаются с магией, уже контролирующей его тело. Люциус знал, что больше не будет сопротивляться приказам. В отличии от империуса, который был лишь соблазнительным шёпотом, вполне преодолимым, это захватило собственную волю Люциуса и заменило её прочными ниточками марионетки. Отказавшись от физической борьбы, Люциус сосредоточился на битве в его голове и пропустил момент, когда цепочка на его лодыжке заклеймила его, как и захват метки на его руке. Разум Люциуса был крепостью, её защита и укрепление были делом, которым он занимался с раннего детства. Он был уверен, что сможет защитить от вторжения магии, хотя бы собственную внутреннюю суть. Но он ошибся. Люциус настолько сильно сосредоточился на своей ментальной борьбе, что едва заметил, как ему разрезали руку. Зелье, которое Поттер заставил его выпить, уничтожило десятилетия ментальных тренировок, превратив его разум в чистое полотно, которое неустанно переиначивала магия Поттера. Мысленные защиты Люциуса продлили ему ясность разума лишь настолько, чтобы он в полной мере смог стать свидетелем разрушения всего, чем он был. Магия Поттера оставила ему жажду, потребность ублажить его господина: Гарри Поттера. Не осталось никаких желаний собственной выгоды или независимости. Он был готов подчиняться своему господину, и ничто другое его не интересовало. - Господин? - спросил Драко после того, как завершил второй рунический круг, - Но почему рабом, почему не питомцем? Люциус понимал, что они обсуждают его, но ответ его интересовал лишь постольку, поскольку мог помочь лучше служить господину. - У меня уже есть один питомец Малфой, двое ничуть не лучше, - ответил Господин, - кроме того, Люциус хорошо послужит мне именно в таком виде. Люциус почувствовал тень вопроса и поспешил убедить своего господина - Да, господин, да. Я хорошо вам послужу. Гарри рассмеялся. Он обожал эту внезапную покорность. Он знал, что это новое всепоглощающее желание Люциуса услужить немного утихомирится, когда он выполнит задачу, которую поручит ему Гарри. Но всё-таки некоторым людям рабство идёт больше, чем другим. Тогда как питомцы сохраняли прежний характер и уровень независимости, рабы подчинялись полностью. Дамблдор и Амелия Бонс например, думал Гарри. Они были на низшем уровне. Ритуал прошёл лишь первые ступени. Дамблдор управлял Хогвартсом с цепочкой на лодыжке, но он был очень старым и усталым, так что цепочка сдерживала его сильнее обычного. Он теперь не мог заглянуть в разум Гарри, и немедленно забывал любую информацию, которая могла угрожать Гарри. В ночь, когда старый дурак столь безрассудно рискнул своей жизнью и позвал Северуса лечить его, а в результате получил цепочку на лодыжке, он настолько хорошо понял, что происходит, что Гарри опасался, как бы ему не пришлось завершить ритуал раньше, чем настанет время. Но всё успокоилось. Гарри сейчас мог влиять на разум Дамблдора и его тело, не давая старому козлу заметить своё контролирующее присутствие. Амелия Бонс была не намного лучше трутня. Этим стал её независимый характер, когда его сковал полностью проведённый ритуал. Даже простейшие инструкции представляли для неё сложность. Магия очень крепко сковывала её, заставляя подчиняться и предотвращая сопротивление, так что прорыв любой собственной мысли через барьер был практически невозможен, что не позволяло ей реагировать на неожиданные изменения обстановки. Она выполняла задания, но часто Гарри приходилось назначить ей помощника. У неё не оставалось и тени независимости, и она ночами караулила Гарри, чтобы утром получить приказы, которые сможет выполнить. Рабская магия находила верный подход, чтобы контролировать каждого раба. И близилось время, когда Амелию придётся заменить. Хагрид, Рудвуд, Помфри и Дурсли были на втором уровне. Они подчинялись, но сохраняли свой разум в достаточной степени, чтобы подстраиваться под внешние изменения. Но всё равно недостаточно, чтобы предугадать желания, потребности и нужды Гарри. На третьем уровне был только Северус. Мастер Зельевар наслаждался спокойствием знания всего, что ему может понадобится, чтобы удовлетворить запросы Господина, при этом он сохранял некоторую независимость. Он идеально воспользовался уникальной ситуацией, когда Дамблдор оказался при смерти и был достаточно наивен, чтобы принять подарок. И на серебряном подносе поднёс Гарри одного из сильнейших волшебников за 3 поколения. Гарри так и не придумал, как должным образом наградить Северуса. Магия дала Северусу свободу, которой не было ни у какого другого раба. Роквуд толкнул Розье в спину. Розье, всё ещё связанный инкарсарусом, смог освободить лицо от рабской магии. - Эван, дорогой, очень впечатляет. Розье зарычал - Я не такой слабак, как эти дураки. Меня вы так легко не захватите. Гарри ухмыльнулся и нежно провёл указательным пальцем по подбородку высокого мужчины. Розье щёлкнул зубами, Гарри рассмеялся. - А ты прав, Сладкий, он хорошенький. Роквуд левитировал Розье в круг. Гарри с любопытством проследил за ним взглядом. Голова Розье оказалась в кругу первой, но ничего не произошло. Розье продолжал сыпать проклятиями, пока вкруг не вошла чёрная метка. Серебристый огонь вырвался из круга, чтобы поглотить метку, но в отличии от прочих, метка Розье затвердела, став металлической пряжкой и звонко упала на пол. - Думаю, это доказывает мою теорию, питомец. Волдеморт действительно использовал рабскую магию. В книге говорилось, что метка одного господина может заместить метку другого, но ты ведь говорил, что он не проводил ритуал. - Не проводил, - подтвердил Драко. Когда цепочка на ноге Розье оказалась в кругу и впечаталась в него клеймом, его ругательства затихли, и дальше ритуал продолжался как обычно. Движением палочки Роквуд снял с Розье держащие чары, и тот со стоном упал на пол. - Ты не ушибся, питомец? - Гарри не знал точно, можно ли продолжать ритуал с раненной жертвой. - Нет, - Розье собрался с силами, - ты, сукин сын... - Ага, - Гарри посмотрел на него с обманчивой нежностью, - Если не можешь сказать что-нибудь приятное, молчи. Розье зарычал, против воли подчиняясь приказу.