Моя рыжеволосая Госпожа

Проснувшись рано утром, Хюррем не сразу вспомнила, что произошло. Только Ибрагим, спящий рядом, напоминал об этом. По телу раскатилась волна тепла и какого-то ликования. В него влюблена Госпожа из Династии, а он здесь, рядом с ней, с обычной рабыней. Но сразу же стало стыдно – Хатидже же её подруга, а она предала её доверие. Паргалы крепко спал, и Хюррем подняла руку, коснувшись его щеки. Сердце бешено колотилось в груди, дыхание прерывалось. Неужели она так сильно влюбилась? Словно в ответ на её слова грек неожиданно проснулся. В его карих глазах была такая нежность, что рыжеволосая поняла, что не жалеет о своём шаге. Ради любимого она готова была пойти на всё. - Доброе утро,- прошептал Ибрагим и, немного погодя, добавил,- Александра. - Только ты можешь так меня называть,- улыбнулась девушка. - Потому что в глубине души ты всегда будешь той девушкой, в которую я влюбился,- вздохнул Паргалы, поцеловав её руку. - Я тоже люблю тебя, Ибрагим,- вырвалось у Госпожи, и она покраснела. Ибрагим придвинулся к Хюррем и пылко её поцеловал. *** Славянка немного нервозно вернулась в свою комнату. Она всё вспоминала о том, что случилось. Но нужно держать себя в руках и не наводить лишней паники. Это же дворец, все сразу заподозрят что-то. Быстрее, чем в гареме, слухи не распространяются нигде. Мехмет был спокоен, а вот Михримах плакала, как всегда. Госпожа Солнца и Луны была очень капризной и нервной, но стоит только матери взять её на руки, так она начинала успокаиваться. Хюррем уже знала, что Михримах будет зависеть от неё так же сильно, как и она от неё. Днём заходила Валиде. Фаворитка султана прятала глаза, боясь, что Айше Хафса заподозрит её. Но у крымской Госпожи было просто прекрасное настроение – свадьба Хатидже и Ибрагима приближалась с каждым днём. Видя счастье своей дочери, Валиде Султан и сама была очень рада. - Я тоже желаю Хатидже Султан счастливой семейной жизни, - прошептала Хюррем, неожиданно почувствовав себя двуличной эгоисткой. - Надеюсь, Ибрагим-Паша не обидит её,- Валиде будто говорила сама с собой. - Он любит её,- красавица опустила глаза в пол. Это было правдой, Ибрагим не отрицал. Он любит Хатидже, и признавался в этом, а вот Хюррем прямо он об этом не говорил. Да, Паргалы сказал, что влюбился, что ревнует её, но этой фразы ,,я тебя люблю”, девушка так и не услышала. ,, Да и какая разница? Я знаю, что он меня любит, я уверена в его чувствах” – вспыхнула славянка. - Хюррем, ты слышишь меня? – строго спросила Валиде. - Простите, Госпожа,- девушка вернулась с небес на землю. - Я хочу увидеть внуков, - проговорила Хафса. Хюррем кивнула и привела детей. Валиде была с ней уже давно мила и любезна, но где-то в глубине души Госпожа чувствовала, что мать Сулеймана никогда не сможет искренне её полюбить. Хатидже в этот момент навещала Ибрагима. Он был очень рассеян, и порой не слушал, что невеста говорила. - Ибрагим, что-то случилось? – спросила Хатидже обеспокоенно,- ты бледен. - Всё в порядке,- отмахнулся грек,- Хатидже, ты сильно меня любишь? Вопрос выбил девушку из колеи. Интересно, зачем ему это, если он и так прекрасно знает ответ? - Ты спрашиваешь очевидное,- смутилась шатенка,- люблю, очень люблю, как может быть иначе? Ты самый дорогой для меня человек. Я уже жду не дождусь того дня, когда мы сможем отправиться в наш дворец. Паргалы не понял свою реакцию на слова Хатидже. Ему было приятно, но одновременно стало стыдно, что его так любят. И Хюррем, и Хатидже. Он не заслужил ни любви одой из них. Лучше бы он был один.… Женясь на Госпоже, он предаёт Хюррем, а близость с рыжеволосой славянкой была подлостью по отношению к Хатидже. Всё так сложно. Ещё вспомнился Сулейман, который тоже очень любил свою Хюррем. Ибрагим ценил своего друга, он был его Повелителем. Раньше проще было умереть, чем предать его. - Ты точно чем-то обеспокоен,- пробормотала Хатидже. - Я… - Отдохни, выспись получше,- губы девушки озарила улыбка,- Великий Визирь должен быть в отличной форме. *** Хюррем и Ибрагим встретились на следующий день. - Я хотел поговорить с тобой,- шепнул Паргалы, запуская её в кабинет. - Я тоже,- Хюррем нервно заламывала руки,- Ибрагим, нам нужно всё забыть. Этой ночи не должно было быть. Мы совершили ошибку. Слова говорили одно, а голубые глаза кричали совсем другое. И Ибрагим это видел, знал и чувствовал. Ведь он и сам так думал. - Ты права,- холодно ответил грек,- мы просто забудем. Всё будет, как раньше. В сердцах у обоих была боль. Но речь идёт не только о предательстве, речь идёт и об их жизнях. А у Хюррем было двое маленьких детей. Они с Ибрагимом не могут думать только о себе. - Прощай,- прошептала Хюррем и выбежала из его покоев. Они будут видеться, но больше ни жестом, ни словом не покажут тех чувств, что испытывали друг к другу. Ибрагим женится на Хатидже, а Хюррем будет рядом с Сулейманом. Так, как и должно быть. Весь этот месяц славянка и грек не нарушали своих слов. Они вели себя так, как обычный османский Паша должен вести себя с Госпожой, матерью двоих детей Повелителя. Но Хюррем будто чувствовала, что скоро предвидится страшная буря… С утра её очень тошнило. Служанки немедленно позвали лекаря, чтобы она обследовала Госпожу. Рыжеволосая уже поняла, что случилось. Этого следовало ожидать. - Вы беременны, Хюррем Султан. Поздравляю. - Оставьте меня одну,- голос девушки дрогнул. Как только за служанками закрылась дверь, то Хюррем присела на кровать и тихо заплакала. Это не может быть ребёнок Сулеймана, они не были близки уже около трёх месяцев. Это малыш Ибрагима. - Это конец. Нас казнят,- покачала головой Хюррем, положив руку на живот. Но одновременно с этим была радость. Сбывалась давняя мечта – у неё будет ребёнок от Ибрагима. И она родит этого ребёнка. Дай Аллах, он будет похож на мать.