Чернильное солнце

Кан Чаурим быстро отчаялась найти нормальную работу — обычная выпускница ничем непримечательного университета, не блещущая ни умом, ни яркой внешностью, оказалась совершенно невостребованной на рынке труда. Хватавшаяся за любую вакансию, девушка неизменно натыкалась на отказ или более завуалированное, сухое: «Мы вам позвоним». Будучи по профессии экономистом, она согласна была стать хоть мойщицей посуды, лишь бы прекратить ежедневные хождения по ни к чему не приводящим собеседованиям. Беднягу уже тошнило от идиотских вопросов работодателей, дурацких психологических тестов и попыток навязчиво выяснить её навыки в продаже никому ненужных товаров и услуг. И хоть с момента окончания учёбы прошло чуть больше месяца, девушка была на грани депрессии и тотальной нищеты. Родители сразу предупредили — они последний раз выслали деньги. Дальше Чаурим должна зарабатывать сама или пусть перебирается домой — в чахлый городишко на юге страны. Возвращаться не хотелось категорически, поэтому Кан, задвинув на время все свои переживания и страхи, отправилась на последнее сегодня собеседование. В кошельке лежала единственная купюра, и неизвестно, на сколько времени её нужно было растянуть. Чаурим снимала комнатку в общежитии и малодушно надеялась, что добрая соседка вновь угостит её супом. Конечно, неудобно объедать женщину, у которой и без неё двое малолетних детей, но в нынешнем положении Чаурим было откровенно плевать на гордость. И каждый раз, когда она робко скреблась в дверь соседей, то клятвенно обещала себе, что как только начнёт зарабатывать — всё вернёт. Было немного обидно, что её менее успешные одногруппники без труда нашли работу — кого пристроили родители, кто сам пробился. Несколько девчонок в ближайшее время собирались выйти замуж и уже думали над тем, как назовут первенцев. И только Чаурим в полной мере вкусила значение слова «безнадёга». Выйдя на нужной остановке, девушка грустным взглядом проводила скрывшийся в сумерках автобус и зябко закуталась в тонкое бежевое пальтишко. Нащупав в кармане скомканный листок, ещё раз сверила адрес и неуверенно зашагала вдоль дороги. Район был незнакомый и безлюдный — мимо лишь изредка проносились машины, прохожих и вовсе не было видно. До начала собеседования оставалось чуть больше десяти минут, когда Чаурим поняла, что заблудилась. Кругом возвышались однотипные многоэтажные дома, тускло освещённые немногочисленными фонарями. Ленты потрескавшихся, влажных от недавнего дождя тротуаров, вели непонятно куда, то теряясь в темноте, то вновь выныривая рядом с очередным столбом. — Где же дом 23?! — мечась из стороны в сторону, бормотала Чаурим. Изо рта вырывались клубы пара, но холодно уже не было — было страшно, что она завалила очередное, даже не начавшееся собеседование; потерялась в незнакомом месте, откуда ещё предстояло выбраться; и если она не успеет это сделать в ближайшие два часа, то домой придётся добираться на такси, а это значит, что в кошельке останется последняя вона. Когда отчаяние полностью охватило Чаурим, слезящиеся глаза выхватили на углу дома чуть покосившуюся табличку с желанной цифрой 23. Не помня себя от радости, девушка помчалась к невысокому крыльцу, ведущему в офис на первом этаже жилого дома. Её не испугало ни отсутствие вывески, ни темнота в окнах — главное, что нашла. И задержалась-то всего на пятнадцать минут! Дёрнув на себя тяжёлую металлическую дверь, девушка шмыгнула в глубину помещения и тут же, сдавленно ойкнув, мягко уткнулась носом в чью-то тёплую грудь. — Простите! — молниеносно вскинулась она, хотя и была оглушена чудесным ароматом парфюма, забившимся в ноздри. — Осторожнее, девушка, — прошипел голос из темноты, после чего, тихо потрескивая и мигая, под потолком загорелись лампы. Чаурим изумлённо покосилась на многочисленные коробки, которыми был заставлен коридор, а уже затем обратила внимание на недовольного мужчину, на сотую долю секунды ставшего её личной подушкой безопасности. Кан могла поклясться, что время в это мгновение остановилось — воздух будто потяжелел, придавливая своим весом стрелки часов. «Именно так рождается любовь», — думала Чаурим, разглядывая высокого стройного мужчину лет тридцати. Он будто был создан для неё, объединив в себе всё то, о чём девушка когда-то мечтала. Ухоженный и самодовольный, уверенный в себе, яркий. Хотя нет, дело даже не во внешности. Чаурим чувствовала — он тот, кто нужен. Кого она ждала. Кого искала. Как будто натянутая красная нить неожиданно сократилась и притянула их, чтобы уже не разлучить никогда… — Почему вы так на меня смотрите? — недовольно фыркнул мужчина, вынудив Чаурим встрепенуться и мотнуть головой. Продолжая любоваться мужчиной мечты, она лишь открывала и закрывала рот, не в силах выдавить ни слова. — Сумасшедшая, — прошипел сквозь зубы незнакомец, после чего нетерпеливо махнул ладонью. — Освободите помещение, мы закрыты! — Но я на собеседование! — опомнилась девушка, испугавшись, что её сейчас спустят с крыльца. Недоумённо выгнув бровь, мужчина согнул ногу в колене и, водрузив на неё кожаный портфель, деловито порылся в одном из отделений. Отыскав записную книжку, задумчиво полистал странички и презрительно скривил губы. — Кан Чаурим? — на всякий случай уточнил он и, дождавшись робкого кивка, продолжил. — Ваше собеседование закончилось десять минут назад! — Но я заблудилась! — приготовившись бороться до конца, Чаурим отчаянно перегородила дорогу рвущемуся на волю мужчине. — Да вы что? — притворно ужаснулся красавчик. — А возьми я вас на работу, вы тоже опаздывать станете? — Клянусь, ни разу не опоздаю! Пожалуйста, мне очень нужна эта работа! — Вы даже не знаете, в чём она будет заключаться… — Умоляю, дайте мне шанс! То ли в голосе Чаурим было слишком много отчаяния и мольбы, то ли мужчина тоже остро нуждался в работнике, но, поманив девушку за собой, он направился вглубь помещения. — В офисе ещё идёт ремонт, поэтому садитесь на коробку. Только не испачкайтесь, здесь разлита краска! Ах, эти бестолочи из строительной бригады! Руки бы им оторвал! — раздражённо бубнил незнакомец, стягивая длинное чёрное пальто. Кан послушно присела на коробку с системником и сложила ладошки на коленях, будто прилежная ученица. Ей было плевать, какую вакансию предложит мужчина мечты — она готова лично отремонтировать кабинет, лишь бы иметь возможность лицезреть его ежедневно. — Меня зовут Пак Чанёль! — элегантно примостившись на кривой табуретке, наконец, представился будущий работодатель. — Расскажите немного о себе. Обычно после этого вопроса у Чаурим начиналась нервная чесотка, но сейчас она совершенно спокойно, хотя и чуть смущённо, поведала всю информацию о себе — возраст, образование, небольшой опыт работы и прочие важные мелочи. — Предлагаемая мной работа весьма специфична, — заранее предупредил босс, поправляя манжеты дорогой рубашки. — Скажите, Чаурим, готовы ли вы работать круглосуточно семь дней в неделю? Кан, не раздумывая, кивнула. — Смею заверить, что оплачиваться она будет соответствующе! И работать постоянно не придётся. Просто график ненормированный. Вам нужно будет стать моим ассистентом. От вас потребуются выдержка и хладнокровие, трудолюбие, желание развиваться, умение улаживать конфликты, да ещё много чего… — Я согласна! — вклинилась в пространный монолог девушка. Пак удивлённо моргнул и резко подался вперёд, смерив Кан колючим испытующим взглядом. — Чего вы боитесь? — Я? — задумалась над вопросом, сбитая с толку Чаурим. — Относительно работы или жизни? — Неважно! Просто ответьте — чего вы боитесь? — Смерти, — чуть подумав, ответила девушка. — Поясните, — расслабившись, попросил мужчина. Чаурим, не ожидавшая подобного поворота событий, долго размышляла над ответом. На предыдущих собеседованиях о таком не спрашивали, и это пугало и настораживало. Девушка даже забыла о своей мимолётной симпатии, лишь бы собраться с мыслями и не оплошать. — Просто страшно представить — вот сегодня я есть. Дышу, сплю, ем, влюбляюсь, читаю, гуляю, хожу на работу. А потом раз — и меня нет. Как это возможно? Куда я исчезну? Что будет со мной потом? И смысл жить, если потеряешь всё в один момент? Чаурим надеялась, что верно донесла свои мысли, и Чанёль сейчас думает совсем не над тем, как повежливее ей отказать. — Знаете, я парапсихолог и, в какой-то мере, даже чёрный маг, — развёл руками Пак. — Но прежде всего, я бизнесмен! И моя задача — делать деньги на человеческих страхах. Девушка не нашлась, что ответить, лишь смотрела растерянно и чуть испуганно. Чанёль хлопнул в ладоши и вытащил из портфеля файл с уже напечатанным договором. — Подпишите! — улыбнулся мужчина, протягивая документы и ручку. — Это договор, на основании которого вы будете у меня трудиться. Там же есть пункт о неразглашении полученной информации, ибо всё, что я скажу в дальнейшем, строго конфиденциально. И да, договор заключается на год, так что подумайте, прежде чем подписать — раньше я вас не отпущу! — Вы берёте меня на работу?! — пропустив мимо ушей всё остальное, ахнула Кан. — Где нужно подписать? Черкнув в двух местах, Чаурим вернула бумаги Паку и нервно стиснула пальцы в кулаки. Довольно хмыкнув, Чанёль убрал документы и устало размял шею. — Эх, а вы смелая! Другие убегали сразу же, как только слышали о чёрной магии! — А я услышала, что вы бизнесмен, — хихикнула в кулачок девушка. — Итак! — Мужчина поднялся и легко прошёлся по узкому пространству, свободному от коробок. — Кратко введу вас в курс дела! Я обучался парапсихологии, а впоследствии чёрной магии в Европе, куда отправился сразу же после окончания университета. Провёл там порядка восьми лет и вернулся всего лишь полгода назад. С тех пор я и стал одержим этой мечтой — открыть своё дело и зарабатывать деньги на людских страхах. Сразу хочу предупредить, Чаурим, что я не верю ни в демонов, ни в ангелов, ни в мерзких диббуков, ни в крикливых ирландских банши и даже в мешающих спать линкетти. А знаете, на чём основано моё неверие? Заслушавшаяся девушка отрицательно мотнула головой. — Ни один из моих учителей лично с ними не встречался. Они читали лекции, проводили практикумы, делились легендами, но никто не столкнулся с ними нос к носу. Все страхи — это просто выдумка мозга. Человек так устроен, что ему нужно чего-то бояться, иначе всё остальное теряет смысл, — прищурив карие глаза, улыбнулся Чанёль. — Так вот, планы мои таковы. Заканчиваем ремонт в офисе, придаём ему соответствующий антураж и набираем клиентскую базу! А уже затем проводим обряды по изгнанию дьяволов и банши в мир иной, очищаем захламлённые переживаниями кармы и внушаем испуганным людишкам, что барабашка, мешавший им спать по ночам, скончался в ужасных судорогах в тёмном-тёмном подвале! Чаурим несколько мгновений обдумывала услышанные слова, а затем весело рассмеялась. Вот уж и не догадывалась, что её работа будет настолько необычной. — А нас не обвинят в мошенничестве? — закралось подозрение в голову Кан. — Пф, я ж говорю — нет никаких линкетти и диббуков! Как нас могут осудить за то, чего нет в природе? В общем, тренируй свои актёрские способности и вливайся в процесс! — с этими словами Чанёль вытащил из помятой коробки тяжёлый манускрипт в чёрной обложке с позолоченным тиснением по краям. — Прочитай первые две главы. Там даются краткие описания тварей, с которыми нам предстоит работать. Завтра приходи к девяти утра, у нас огромные планы. Вечером проведу опрос — если перепутаешь голема и догаи, лишу премии. Уяснила? И давай на «ты», нам теперь постоянно общаться придётся. — Угу, — эхом отозвалась Чаурим, листая яркие страницы и с восторгом рассматривая изображения омерзительных на вид существ. — А у нас всё получится? — Будет зависеть только от нас! — потянувшись за пальто, подмигнул Чанёль, чем вызвал румянец на щеках девушки. — Собирайся, уже поздно. Кан поспешно вскочила, неуклюже прижимая книгу к груди, как услышала звонкую трель мобильника. Мужчина бегло взглянул на загоревшийся экран и растянул губы в довольной улыбке. — Да, любимая, — промурлыкал он, указывая Чаурим на выход, — уже еду! Купить чего-нибудь?.. Какая молодец. А свечи и лепестки роз приготовила?.. Ахахаха! Кан пыталась держать в узде эмоции, но лицо всё равно презрительно скривилось и, разве что пар из ноздрей не пошёл. Вот почему всё так — повезло с работой, так в любви неудача? Впрочем, решив, что отчаиваться рано и, хотя бы с собеседованиями на год вперёд покончено, Чаурим приняла любезное предложение Чанёля подбросить её до станции метро. Уже там, распрощавшись и покинув уютный салон иномарки, девушка тряхнула головой и будто очнулась от дурмана. Всё одномоментно стало иным — звуки громче, краски ярче. Кругом толпы людей, шорох проезжающих машин. Морозный воздух, пробравшийся в лёгкие, вытряс остатки тумана, и, со страхом глядя на чёрный манускрипт в своих руках, Чаурим в ужасе поняла, что натворила.