Омут чужого сознания

Когда звякнул колокольчик над входом, Дэни удивился. Сегодня в магазин уже забредала пара вековых старушек, так что лимит посетителей, по его расчетам, был исчерпан. Корвиш во все глаза пялится на высокую худощавую женщину, облаченную в строгий серый костюм. Та в свою очередь бросает на него пристальный взгляд, и в голове парня ясно и отчетливо звучит грудное сопрано: «О божечки, какой невзрачный дрищ». Дэни корчит губы в вымученной улыбке – где-то в животе едкая струйка злобы скручивается в узел. - Чем могу помочь, мисс? – слегка заикаясь от волнения, выдавливает он из себя наконец. - Вы здесь работаете, так? – уже реальное сопрано сопровождается пренебрежительным взглядом густо накрашенных глаз. «Хочу поскорее попасть домой и заняться мастурбацией», - добавляет мысленно женщина, а Дэни чувствует, как от отвращения подрагивает верхняя губа. - Да. А что такое? - У меня для вас неприятные новости. Корвиш хмурится и сутулится, словно пытаясь стать ниже ростом, чтобы укрыться от тяжелого пристального взгляда. - Владелец магазина, мистер Бэкшот, скончался вчера вечером. Сердце остановилось, - женщина замолкает, выдерживая почтительную паузу. «Давно было пора ему сдохнуть», - добавляет она про себя с такой беззаботностью, словно похоронила не живого человека, а таракана. - Оу. Это… это очень плохо, - Дэни сглатывает вязкую слюну, чувствуя себя кретином. Он ненавидит разговаривать с людьми, не знает, как правильно следует реагировать на их слова, ведь то, что он слышит на деле, в их голове оказывается совсем другим. - Да, это большая потеря для нашей семьи, он был замечательным человеком. И эта утрата невосполнима в наших сердцах, - выдает женщина фразу так складно и ладно, что Корвиш тут же понимает – этот монолог был заготовлен заранее, и уже достаточно хорошо отрепетирован. - Я… соболезную вам, - Дэни переводит глаза на столешницу, бездумно водя ногтем по корешку книги. - Спасибо. Перехожу к делу, - дама нарочито небрежным жестом поправляет темные волосы и усаживается на колченогий стул, скрестив щиколотки. Корвиш порядком раздосадован – он не настроен на длинную беседу. «Как же тут убого. А этот щенок, кажется, пялится на мои ноги. Что, трахнул бы меня?» - мысленно спрашивает женщина саму себя, кидая мимолетный взгляд на побледневшее лицо парня. - Итак, как вам стало известно, мистер Бэкшот скончался. И по завещанию, этот магазин, - она обводит глазами крошечное запыленное пространство, - этот магазин переходит ко мне, его внучке. И я намерена провести здесь ряд новшеств. Надеюсь, вас это не пугает? – обращается она к Дэни довольно ласково. - Зависит от того, что именно вы хотите сделать, - осторожно отвечает Корвиш. «Да, пожалуй, я не прочь потрахаться с тобой в подсобке», - Дэни закусывает губу, сдерживаясь, чтобы не завопить. - Во-первых, этому зданию необходим ремонт, - она поднимается со стула и воздевает руки к потолку. – Все здесь выглядит ужасно старым. Не дай бог кому-нибудь из покупателей кусок балки свалится на голову. И, разумеется, книги! Этот ассортимент просто ужасен – у дедушки не было никакой коммерческой жилки. Как вы считаете? – женщина поворачивается к Дэни, обнажая белые крупные зубы. На кончиках передних резцов Корвиш замечает следы помады. Выглядит это так, словно зубы мисс Бэкшот начали кровоточить. - То есть, в ваших интересах привлечь сюда большое количество покупателей? – тихо спрашивает Дэни, досадливо покусывая губы. - Естественно, - женщина хмыкает и смотрит на него с внезапным интересом. – А вас это разве не устраивает? «Нужно будет завтра же заняться этим мальчишкой. Жаль, что сегодня я не побрила подмышки». - Я бы хотел уволиться. - Что?! – мисс Бэкшот изумленно хлопает ресницами, а Корвиш отыскивает помятый лист бумаги и затупленным карандашом усердно выцарапывает заявление. - То есть, как уволиться? – женщина складывает руки на груди и хмурит брови. Складка на переносице делает её старше лет на пять. - Просто, - Дэни пожимает плечами и перекидывает ремешок сумки через плечо. – Извините, я пойду. Ключи от двери на стойке, а от кассы в верхнем ящике. Всего доброго, - парень пытается сложить тонкие губы в доброжелательной улыбке, бочком протискиваясь между стеллажами. «Охуеть!» - мат плетью проходится по мозгу Дэни. Он удивленно таращит глаза на даму, брови которой взлетают вверх. «Этот сосунок не хочет работать под моим руководством! Да чтоб тебя конь в жопу выебал, урод паскудный»! Отворяя дверь, он спиной чувствовал злые, прожигающие до мяса глаза, а уж мысли миссис Бэкшот и вовсе вгоняли его в панику. Такая, чего доброго, и убить может… Нацепив наушники, Корвиш включает звук на полную громкость и первые сто метров просто бездумно бредет вперед по бетонному тротуару. Но постепенно парню становится тоскливо – мало того что он теперь без работы, так еще и денег кот наплакал. И помимо этого придется искать новую. То есть – придется встречаться с людьми. Дэни сплевывает горькую слюну в первую попавшуюся клумбу. Потирая шею, устало опускается на скамейку. Ладонью вытирает лоб, покрывшийся испариной от долгой ходьбы – еще немного и футболка насквозь вымокнет от пота. Черт бы побрал эту жару! Через некоторое время виски начинает ломить от громкой музыки, а перед глазами постепенно тает асфальт, покачиваясь, словно палуба. Дэни через силу поднимается, и, с трудом переставляя ноги, бредет дальше, пока его внимание не привлекает яркая кричащая вывеска дешевенького бара. Корвиш останавливается и в задумчивости мнется пару минут на месте. Само заведение находится в подвале – на это указывают резные чугунные ступени, винтовой лесенкой спускающиеся вниз. Порывшись в кармане, Корвиш пересчитывает имеющуюся при себе наличку. Выходит не так уж и много, но на пару бокалов пива хватит. Дэни топчется еще пару секунд, пытаясь выловить на дне сознания хотя бы чахлые ростки совести. Он собирается напиться, неужели ему самому совершенно наплевать на то, что с ним будет? Второе «я» молчаливо соглашается, и Корвиш, махнув рукой на самого себя, сбегает вниз по лестнице, лаская кожу ладоней холодком, исходящим от чугунных перил.