Почему бы не убраться?

POV Микаса Ммм, а штанишки-то хорошо все подчеркивают. Прям даже отлично! Белый цвет очень хорошо смотрится с черными ремнями, особенно в контрасте с гладкой человеческой кожей, а ткань легко передает работу мышц и изгибы тела. Боже, зря я, наверное, попросила его нагнуться. Вид просто шикарный, даже добавить нечего. — Аккерман, вы, когда заводитесь — начинаете прикусывать нижнюю губу… Вот ваши вещи. Заметил, ничего другого от него я и не ожидала. Слишком проницательный и наблюдательный, а еще и самодовольный. Нормально, что меня это заводит? Скорее всего. Не понимаю. Еще секунду назад я готова была рассмеяться от комичности ситуации. Уж тем более от осознания, что я прошу его поднять мои штаны с пола, в его же собственной комнате. Но сейчас, когда все ночные события потихоньку начинают всплывать в памяти — я не смогу даже просто поднять уголки губ. Его дыхание и плечи, его губы и шелковистые волосы. — А, вы, капрал, играете пальцами и прожигаете взглядом. Большое спасибо. Да да. Я тоже многое замечаю, особенно такое, от чего тело бросает в горящий омут и будто сотни искр, дотлевающих от недавнего пожара, разлетаются по всему телу, одновременно даря удовольствие и страх. Этот взгляд обволакивает и засасывает, ты вдруг становишься как на ладони, попадая туда, где нельзя ни спрятаться, ни укрыться. И все, что тебе остается — это ждать, нервничая и сопротивляясь. Ждать в себе силы, чтобы уйти, или возможность поддаться. Ну вот опять. Снова его руки, такие ослепительно белые и изящные. Гибкие длинные пальцы с ухоженными ногтями и тонкое запястье. Снова этот причудливый и манящий изгиб, от которого глаз не оторвать. Что за странный фетиш Микаса? Просто отведи взгляд и продолжи одеваться, здесь не на что смотреть, и не на кого. Отвернись и успокойся, ты достойно ему ответила и можешь наслаждаться этим. Легкое прикосновение к плечу, потом к лопатке и немного ниже. Удивление и возбуждение покрывают тело мурашками и заставляют резко обернуться и увидеть перед собой ухмыляющееся лицо и глубокие серые глаза. — Я переусердствовал ночью, но рубашка, вроде, должна это закрыть. Надеюсь, дискомфорта нет? Подкрался бесшумно, как кошка на мягких лапах. И он явно наслаждается этим. Я бы прекрасно надела рубашку и без этого замечания, но комментарий ему явно доставил удовольствие, ровно, как и возможность меня смутить. — Все в порядке, но, пожалуйста, не надо так прикасаться ко мне. Голос дрогнул в конце фразы. Черт! Надеюсь, он не заметил. Я должна была быть готова к этому, к его подколам и к комментариям, да к чему угодно! Мне нельзя терять самообладание и уверенность, хотя бы ради себя самой. — Если позволите, я схожу умоюсь, а после буду ждать вас на поле. Это не любовь! Не любовь! Обычная замена эмоций, просто холодный расчет и взаимопольза. Он мой командир, а я подчиненный. Он мой первый, а я его неизвестная. И пусть так все и останется, с возможным продолжением или без него.