Безумие

      А после возвращения в родную деревню, Наруто совсем по-другому посмотрел на свою дальнюю родственницу, коей ему и являлась Карин. Узумаки оказалась не такой уж и стервой, как показалась герою войны при первом их разговоре. В её алых глазах таилась искренняя любовь к последнему из Учиха, мешаясь в пропорциях один к одному с невыносимой болью. Сердце Узумаки сжималось от этого, а вот придумать, как помочь перешедшей на их сторону родственнице, он никак не мог — видимо парень и правда в некоторых вещах туго соображал. Устало вздохнув, Наруто избегал бывшую приспешницу Орочимару. И пытался придумать способ ей помочь. Выросший под тяжестью ненависти и одиночества, Наруто открыл в себе что-то непонятное для него. Любовь, которая кардинально отличалась от того чувства, которое он испытывал по отношению к своей напарнице. Эта любовь была более крепкой, настолько крепкой, что прошлое Карин уже не имело значение для будущего Хокаге. Его даже не задевало то, что родственница с невероятной преданностью смотрит на второго героя закончившейся войны. Не было того неописуемого чувства ревности и обиды, Наруто адекватно воспринимал факт: Карин любит Саске и будет любить вечно. А она улыбалась уголками губ, и её взгляд становился печальным, пустым и даже немного потерянным. Девушка старалась не высовываться на улицу днём или вечером, чаще только ночью и дальше от центра деревни, прекрасно понимая, что жители Конохи относятся к ней с терпением только из-за положительных характеристик героев войны.       Наруто стал приходить туда же и просто сидеть в компании Карин, молчать и наблюдать за мерцанием миллиардов звёзд на небе. Спокойное время, которое сейчас было отягощено только болью утраты и восстановлением скрытых деревень, да и обычных мест жительства. И в это спокойное время на душе у будущего Хокаге было отнюдь не спокойно. Его душа металась из стороны в сторону, словно загнанный в клетку хищник, желала обрести, наконец, счастье и покой. Кьюби услужливо молчал именно в тот момент, когда Наруто так нуждался в его ехидном совете, хоть маломальской подсказки. Ведь Карин являлась ему родственницей, возможно и не такой дальней, как они все себе представляли, а он с каждым днём всё отчётливее понимал, что его любовь не такая уж и бескорыстная и искренняя. Узумаки всё больше желал овладеть ей, прижать к стене и впиться в желанные губы неистовым поцелуем, исследовать её стройное, покрытое несчитанным количеством шрамов тело. Забыться в этой страсти, которая с каждым днём, часом, мгновением только увеличивается, сводит с ума бедного парня, доселе не испытывающего ничего подобного. Всё это Узумаки казалось наваждением, безумием, но и поделать с собой он ничего не мог. Или не хотел.       — Я ведь лишняя здесь, да? — отстранённо проговорила Карин и усмехнулась. — Знаешь Наруто, мне так тяжело притворяться. Ты не представляешь себе, как сильно я хочу устроить Харуно парочку переломов и наставить синяков. Но прекрасно понимаю, что, если позволю себе такое поведение, лишусь возможности видеть его. — И, кажется, первый раз за всё время девушка искренне засмеялась, видимо представляя драку с соперницей.       — Ты так сильно его любишь? — вдруг спросил Узумаки, поражённый тому факту, что родственница заговорила с ним. — Да и за что вы все его так боготворите? Саске то, Саске это. Бесит, — неожиданно для самого себя вспылил парень, чем напомнил себе то время, когда они ещё учились в академии. Карин непонимающе уставилась на собеседника, который вдруг громко засмеялся, но заговорила:       — Помнишь тот экзамен на чунина? Самый первый… Саске спас меня тогда. Наверное, с этого всё и началось. А с тобой можно вполне нормально поговорить, может, зайдёшь в гости? — Хитро улыбнулась Карин и поспешила удалиться с первыми лучами восходящего солнца.       Узумаки ещё несколько минут сидел и непонимающе хлопал пушистыми ресницами, пытаясь сообразить, что только что произошло. Однако понять это так и не удалось бедному герою. Устало вздохнув, он закинул руки за голову по привычке и направился в сторону своей квартирки. Эта рыжая бестия одной своей хитрой улыбкой свела его с ума, вызвала возбуждение в паху и хриплый стон, слетевший с его сухих, покусанных губ. Наруто прекрасно понимал, что с этим ему нужно что-то делать, как-то остановить безумство и задуматься об исполнении своей мечты — стать Хокаге. Но мысли упорно возвращались к вороху алых волос, нереально глубокому взгляду и стройному телу. Парень и сам не понял, как оказался перед выделенной Узумаки квартиркой, которая была ещё меньше и скромнее его собственной, но уходить не собирался. Решимость в моментально потемневших глазах, казалось, стала плескаться через край. Герой даже постучать в дверь не успел, как она распахнулась перед его носом, а хозяйка квартиры стояла, прислонившись на дверной косяк в коротеньком халатике. Едва сдержавшись, чтобы не присвистнуть от такого вида девушки, остался ожидать предложения войти за порогом. Его родственница хищно ухмыльнулась, отошла от двери и кивнула в приглашающем жесте. Наруто, казалось, не мог сдвинуться с места, но ноги и в этот раз поступили по-своему. В себя парень пришёл лишь в тот момент, когда за его спиной раздался хлопок закрываемой двери, а Карин, покачивая бедрами, направилась на миниатюрную кухню.       И в этот момент то безумие, которое росло внутри Узумаки с момента возвращения с войны, решило проявиться. Парень в мгновение ока оказался недопустимо близко к кажется растерянной Карин и грубым движением вжал ту в стену. Тёмно-голубые глаза время от времени полыхали алым, из сухих губ Наруто вырывались тихие стоны. Руками он с дикой страстью срывал и без того слабо державшийся халатик, а девушка обвила его шею руками, закидывая свои длинные ноги на талию Наруто, прижимая его тем самым к себе ещё ближе. Настолько, чтобы лучше ощущать его возбуждённую плоть, чтобы самой забыться в животной страсти и не думать больше о Саске, не сходить с ума от пожирающей изнутри ревности. Немного неуверенный поцелуй со стороны родственника лишь распалял азарт куноичи, заставляя ту забыть обо всём на свете и о кровном родстве в том числе. Томно застонав, Карин укусила парня за губу и, почувствовав во рту металлический привкус, улыбнулась. Тела обоих буквально горели, пылали и желали, наконец, слиться воедино. Прошло не больше пары минут, а оба молодых человека уже были полностью обнажены и увлечены только друг другом. Хриплые стоны полные страсти заполнили небольшую кухню, а жар их сплетённых тел, кажется, мог воспламенить не только их самих, но и всё то, что окружало двух людей решивших поддаться своим желаниям.       Нагнул рыжеволосую бестию вперёд, давая той возможность облокотиться об стол, дабы была хоть какая-то поддержка. Закрыв глаза, девушка чуть закинула голову назад, ибо Узумаки вздумалось намотать её волосы себе на кулак и тянуть к себе. Боль, что в данный момент так сумасшедше перемешивалась с невероятным, безумным возбуждением только добавляла удовольствие девушке. Застонав в голос, Карин, уже не думая, стала умолять парня войти в неё, подарить блаженство, перестать мучать. Узумаки, однако, не торопился, наслаждался моментом и в это же время блуждал руками по сексуальному телу, которое свело его с ума. Оставляя синяки на белоснежной коже, он наклонился вперёд, прижимаясь грудной клеткой к выгнутой спине Карин. А после, хищно облизнувшись, укусил её за плечо и следом втянул в себя покрасневший участок кожи, останавливаясь только после того, как почувствовал во рту металлический привкус. Боль в области паха дала о себе знать, одновременно с громкой мольбой Карин и Узумаки решил более не сдерживаться. Резким толчком, он вошёл в её лоно, попутно удивляясь осознанию того, что куноичи оказывается уже давно не девственница. А от мысли о том, что первым у девушки мог быть Учиха, герой войны, кажется и вовсе обезумел. Резко выпрямившись, Наруто с удовольствием потянул Карин за волосы на себя, начиная буквально вдалбливаться в её резко сжавшееся влагалище. Просьбы быть чуточку нежнее и аккуратнее были пресечены на корню, Узумаки желал наказать эту бестию за то, что она не являлась невинной. За то, что позволила кому-то другому порвать свою девственную плеву.       Выйдя из душа, Наруто на ходу повязывал полотенце себе на бёдра и самодовольно ухмылялся. Чувство стыда, которое он ожидал почувствовать после секса с родственницей совершенно не было, что не могло не радовать парня. Да и сам секс настолько вскружил ему голову, что некоторое время он напрочь забыл о том, что причиняет Карин боль. Но видимо и сама девушка после не была против, целиком и полностью наслаждаясь страстным моментом её жизни. Даже сейчас, эта девица разлеглась на кровати, будучи полностью обнажённой, сексуально прикусывая нижнюю губу, и, одаривая будущего Хокаге томным взглядом, поманила парня к себе изящным указательным пальчиком.