Утопай в моих объятиях

Две тени направились в строну скромного авто : одна статная, хорошо сложенная, а другая - удивляла своей тощей красотой.Как только они приземлились, почувствовали тепло, овладевавшее и вызывавшее приятные мурашки с непривычки.Техника тронулась. Паша устало облокотился головой на окно.Перед золотыми глазами с каждым мгновеньем представали новые пейзажи ночной Москвы.Столица была охвачена огнём красок, пышила благородность, богатой архитектурой и в тоже время убогостью полуразрушенных зданий, старательно скрытых от глаз приезжих.Павел смотрел на эту гребаную фальшь, которая так бесила и заставляла ненавидеть город, так любимый многими.Воля не заметил, как машина остановилась на заслуженный отдых.        Гарик вынул ключи.Немного помедлив, армянин повернул голову к возвлюбленному, который в очередной раз заставлял наполнить душу светом своей невероятно милой позой а-ля пушистый крольчонок.Гарик не удержался и перегнувшись через сиденье легонько чмокнул мальчишку.Прикосновение нежных губ было настолько невинным и чутким, что за Снежком не последовало никакой реакции.Нет, он не спал, он жаждал большего, грубого, страстного, выходящего за рамки приличия.Воля ждал открытых домогательств и позабытых прикосновений.        Гарик самоотверженно держал себя в руках.Он до боли хотел наконец схватить желанное, родное, но забытое тело и просто жестко трахать, да так, чтоб и пустого места не осталось. Вот таки фантазии посещали зрелого армянина ежедневно.Иногда, он пугался своих мыслей, но удовольствие приглушало совесть.Вот он сидит.Такой собранный, сдержанный, холодный.Сидит.Просто застыл.        А теперь пришло время прояснить ситуацию, которая творилась внутри взбешенного худого юмориста.Паша сжал в кулак все злость и оскорбленность. Он не мог терпеть к себе такого похуистического отношения.Его бесила эта хладнокровность и способность держать себя в руках в любых ситуациях.Минута.Злость.Рывок.        В воздухе повис скрип переднего сиденья, удивленный полувздох, шорох одежды. Выведенный из себя парень оседлал ненавистного любовника и вцепился ненасытными губами в его уста.Эхо приглушенных стонов разносилось все насыщеннее, а тела все сильнее жаждали заполучить друг друга.Паша чувствовал, что сидеть становится все сложнее, из-за растущего пылающего бугорка, который нагло впивался и заставлял все больше чувствовать возбужденность и желание.        Загоревшись детским азартом, Пашка решил на свою же беду поиграть со зверем, который был надежно скрыт самим Гариков в его же душе.Не разрывая поцелуя и уже задыхаясь от напряжения, Снежок подался слегка назад бедрами, а затем снова плавно возвратился на свое место.Почувствовав реакцию на его выходку в виде больно сжатой ягодицы, проказник продолжил в ускоренном темпе тереться о возбужденную плоть.        Наглый заигравшийся малец думал, что полностью подчинил себе взрослого мужчину. Хах, не тут-то было!Мартиросян только набирал силы для дальнейшей сексуальной волны.Гарик с грубостью в движениях взял любовника за талию и притянул к себе. От такого всплеска силы Снежок вздрогнул и издал жалостны стон, который и разорвал продолжительное слияние губ.Лицо Павла было до ужаса красным, а глаза залились чернотой и смольным блеском.Он кинул в лицо Гарика горячий выход и блаженно прикрыл глаза.Член внушительных размеров все ещё упирался в возбужденную дырочку, которая даже через плотные джинсы чувствовала бешенный жар. Мартиросян рассматривал красные, как маков цвет, скулы, когда любимый запрокинул голову назад и издал неприличный протяжный стон.        Павел вернул голову в нормальное положение.Он сочно облизнулся и нежно посмотрел прямо в глубокие, как океан, глаза.Все продолжая прожигать взглядом и без того горячего парня, Воля встал с колен "друга" и начал опускаться все ниже. Он наконец добрался до замочка, потянул руки, но передумал, приподнялся и издевательски посмотрел в замученные молящие очи любимого.Прикусил нижнюю губу и прикрыл глаза.Паша кайфофал от одной мысли о том, что Гарик находится в его власти и распоряжении.Боже, что за ребенок с манией величия.        Воля наклонился к ширинке и потерся подбородком о выпуклую ткань.Мартиросян издал громкий стон. Юморист выдохнул тихий смешок и ухватился зубами за железный замочек и начал опускаться все ниже, щекоча кожу светлыми каштановыми волосами.Не успел замок полностью расстегнуться, как Снежок почувствовал горячую, беловатую жидкость на симпатичном личике и вязкий пошлый запах секса.Воля помедлив пришел в себя и ослепительно улыбнувшись, провел языком сначала по тонким пальцам, а затем и по искусанным губам.        - Стареешь, любовь моя, - жаркий шепот и язык легонько касается мокрой ткани.Гарик ничего не замечал, он запрокинул голову на мягкое сиденье и тщетно пытался отдышаться.Он был в таком экстазе, что не заметил, как Павел снова уселся на его колени и крепко обнял изнасилованного.Доминирующий (в этот раз) почувствовал ладони на своем затылке, нежно ерошившие мягкие волосы.        - Паш, я не могу жить без тебя... - жалостно произнес Гар.Он до безумия обожал коллегу.        Снежок сделал вид, что не слышит трогательной фразы, а сам пытался сдержать слезы счастья, готовые излиться в любой момент.Котенок просто еще сильнее сжал плечи темноглазого.А тому и объяснять не надо, он понял ответ.        Парочка просидела так до самого утра, нежно обнявшись и грея друг друга измученными телами.       

"Поцелуй" Сей поцелуй, дарованный тобою, Преследует мое воображенье: И в шуме дня и в тишине ночной Я чувствую его напечатленье! Сойдет ли сон и взор сомкнет ли мой- Мне снишься ты, мне снится наслажденье! Обман исчез, нет счастья! и со мной Одна любовь, одно изнеможенье. Е.А.Баратынский