Пролог.
8 декабря 2014 г., 22:47
Санкт-Петербург, 2024 год.
Аня судорожно вдохнула воздух. От мужчин пахло порохом и потом, а ещё какой-то ужасной угрозой. Гоша, стоящий рядом, крепко сжал её руку. - Только бы не «слепые», только бы не «слепые»… - будто молясь, зашептала девочка. Две фигуры на другом конце зала зашевелились и даже перебросились парой неразборчивых фраз. Затем они двинулись на ребят. То, что это мужчины и у них есть оружие, Аня поняла, едва их осветил лунный свет, льющийся из огромной дыры в крыше старого дворца. Теперь остаётся надеяться на их адекватность. - Выходите! – чётко и спокойно вдруг приказал один из силуэтов. – Мы не «слепые». Если вы будете вести себя странно, мы вас пристрелим. - Идём… - обречённо пробормотал Гоша. Ребята знали, что «слепые» никогда не говорят так связно и не отрицают свою «слепоту». Однако эти мужчины запросто могли оказаться мелкими убийцами или мародёрами. - Это дети! – изумлённо выкрикнул мужчина, который призывал выйти. – Не может быть! - Мы тоже не «слепые»!!! - закричала Аня на грани истерики, она сама удивилась визжащим ноткам в собственном голосе. – Умоляю, не стреляйте! - Идите сюда, - басом произнёс второй человек, опуская автомат. Его напарник тоже неохотно отвёл оружие и достал фонарик. Когда ребята подошли поближе, они увидели на куртках обоих незнакомцев надпись «Дефектные». Стало чуть спокойнее, ведь это совершенно точно были бандиты. - Вы явно ненормальные, сидеть в ста метра от «Дворцового Рейха»! О чём вы думали? – взорвался первый мужчина, он отличался густыми чёрными волосами и уродливым шрамом на левой стороне лица. Вдруг за стеной раздался тихий стук. Бандит быстро добавил: – Надо убираться отсюда! Другой мужчина первым вышел в мраморную арку, ребята устремились за ним. Разрушенный дворец они покинули удивительно спокойно. Бандиты довели подростков до набережной, где было ещё несколько человек в такой же форме. - Вот, Мари, полюбуйся! – обратился мужчина со шрамом к невысокой женщине с большими чёрными глазами. – Мы нашли их во дворце. Ребята смущённо опустили взгляды, хотя в глубине души Аня рассчитывала на поддержку женщины. Та, однако, только ахнула. - ВЫ ВООБЩЕ ЧЕМ ДУМАЛИ?! – она начала говорить так громко, что несколько чаек вспорхнули с заросшего памятника. – Вы с Луны свалились? Вы вообще знаете, кто такие «слепые»? Знаете, что такое «слепота»? Это когда ты превращаешься в зомби, хватаешь в руки нож или пушку и идёшь убивать своих близких, свою семью или наоборот незнакомцев. Мы десять лет с этим живём! С 2014 года! Мы просто стреляем в любого, кто покажется нам «слепым»! - Мы знаем… - робко попытался перебить её Гоша, но Мари жестом заставила его замолчать. По её лицу отчего-то текли слёзы. - Да ничего вы не знаете! – взгляд чёрных глаз женщины вдруг упёрся в Аню. – Вот тебе, девочка, сколько лет? Около шестнадцати, наверное. Моей дочери было столько же, когда она стала «слепой». Мой брат пустил в неё пять пуль, пока она не умерла. Это было на Дворцовой площади, в июне 2016 года. Ни о чём дата не говорит? - Аномалия Дворцового Рейха? – несмело предположила Аня и тоже вдруг почувствовала, как глаза наполняются слезами. – Вы были там? - Едва успела убежать… - Мари начала говорить очень тихо. – Я плакала над телом дочери, когда из земли начали вставать мёртвые немецкие солдаты. Они были призраками, чёрт возьми! Но стреляли, как настоящие. Мы ведь не только «слепых» заработали в 2014 году, ещё и аномалии. Сотни, тысячи странных и смертельных событий по всей стране. И их никак не предугадать. Из-за них Россия теперь изолирована, из-за них у нас нет шанса выбраться. Тихая война, дети… Она разрушила наши жизни. Женщина замолчала, подростки тоже не произносили ни слова. Лишь только окружающие их бандиты перебрасывались короткими репликами и пристально смотрели вокруг. - Где ваши родители? – наконец, спросила Мари. - Мы живём около бывшего Технологического Института, - ответила Аня и впервые посмотрела на неё. – Папа сейчас на работе, а мама не знает, где именно мы гуляем. Мы сюда пешком дошли. - А твои, мальчик? – женщина повернулась к притихшему Гоше. - Я живу с Аней, - выдавил он, сжав кулаки. – Отец свалил в Финляндию, когда всё это началось. Ему повезло, он успел до Клайпедской конференции о закрытии границ. Нас с мамой и бабушкой этот трус бросил. Моя мама попала в 2019 в Василеостровский Ад, а бабушка умерла от инфаркта два месяца назад. Я пришёл домой, принёс тогда дефицитные продукты, а она уже лежала… Последнее предложение мальчик добавил неизвестно зачем, но Мари только понимающе кивнула. Она подозвала к себе мужчину со шрамом и что-то ему сказала. - Пойдёмте, дети, у нас тут машина недалеко… - женщина махнула рукой в сторону острого шпиля, торчащего над руинами. – Довезу вас до дома.
