Только моя

Этим вечером в лагере опять вечеринка. Все очень рады тому, что в последнее время пьют исключительно по радостным поводам. Кларк не спеша обходит лагерь. За время после возвращения ей не удавалось осмотреться вокруг, но изменения были поразительные. На месте большинства палаток теперь стоят дома. Настоящие, деревянные, которые она раньше видела только на картинках. У Беллами тоже есть дом, но он пока предпочитает жить в палатке – привык и не хочет уходить до зимы. Организация лагеря намного улучшилась по сравнению с тем, когда она жила здесь. Теперь каждый человек отвечает за что-то – готовка еды, уборка, стирка, охота. Кларк уже получила новый комплект одежды точно на нее. Меню значительно улучшилось – с ковчега привезли посуду и кухонные принадлежности. Кларк зашла в домик Беллами. Небольшой, две комнаты. Из мебели только кровать, стол и небольшая лавка. Больше пока ничего не строят, хотят возвести как можно большее количество домов до зимы. Беллами сказал, что они делают как можно больше запасов на зиму. Кларк улыбается, выходит из домика. И тут же натыкается на свою мать. - Дорогая, - говорит она ей, - я хотела с тобой поговорить… наедине. - Конечно, мама. Что такое? Эбби приобнимает дочь и они неторопливо идут вперед. - Я просто так поняла, что вы с Беллами теперь вместе? Так ведь? - Да. - Я просто хотела с тобой поговорить о том, что многие девушки в лагере уже забеременели…. - О Боже, мам! опять краснеет (уже какой раз за этот день) и сбивчиво отвечает: - Мы просто встречаемся. Мы не будем торопиться…. Мы …. Еще только поцеловались, - она смущено замолкает. - О, - выдыхает Эбби, - понятно. Хорошо. Ясно. Просто….. Ты до сих пор моя маленькая девочка, тебе еще всего восемнадцать и ты только что вернулась ко мне из мертвых. Я просто никак не могу принять, что ты уже выросла. - Все будет нормально, - Кларк быстро пытается перевести разговор на другую тему. Они разговаривают с мамой и идут в центр Лагеря. Вечеринка в самом начале и уже набирает обороты. Рэйвэн и Монти сотворили очередное пиротехническое чудо и вокруг развешаны сияющие гирлянды с разноцветными лампочками. Как сказала ей мама, удалось даже сделать музыку – аккумуляторы заряжались днем от солнца. Октавия прыгает в центре танцующей толпы и что-то кричит. Линкольн сидит у костра и наблюдает за ней. Беллами стоит неподалеку. Взгляд Кларк сразу натыкается на него. Он выглядит просто невероятно сильным и красивым на фоне огня. И Кларк опять думает, когда она начала думать о нем не только, как о своем со-руководителе? Приземление Сотни было жестким. Сто напуганных детей, часть из которых действительно преступники. Кто бы смог еще обуздать такую толпу и создать более-менее вменяемый порядок? Кларк помнила, в какое бешенство приводил ее Белами в первые дни на Земле – самодовольный ублюдок, который хотел снять со всех браслеты, чтобы ее мать подумала, что она мертва? Заявивший, что здесь нет никаких правил и что все могут жить как хотят? А потом была Шарлотта и его самодовольная броня была пробита после ее смерти. Кларк потом думала, что именно это событие впервые связало их, потому что они впервые подумали одинаково, и их мнение совпало насчет Мерфи. Затем она видела, как он заботится об Октавии - человек, способный так любить родного человека не может быть ужасно плохим, решила она. Позже был их совместный поход, после которого их отношения окончательно изменились. Они стали партнерами, руководителями. Они доверяли друг другу и советовались. Беллами приходил к ней и говорил с ней о лагере. Он спрашивал ее, когда нужно было принять окончательное решение о битве с Землянами – уйти или остаться? Кларк поняла, что он важен для нее – слишком поздно. Когда Битва была почти проиграна и она увидела его, выбежавшего из-за кустов. Но вместо того, чтобы бежать в бункер, он бросился на них, бросился драться и защищать своих людей. Она кричала его имя, она не хотела, чтобы его там убили, ведь у него не было тогда шансов. Она помнит, что Финн поспешил к нему на помощь, но и он не успел тогда зайти в бункер. На горе Уэзер, когда остальные люди отказались уходить или сбежать с ней, она много думала о Беллами. Он бы понял ее. Он бы поддержал ее, они бы вместе строили планы побега. Он был ее партнером, ему она бы рассказала все свои страхи и сомнения насчет горцев, которые в итоге оказались верными. Было страшно бежать от этих жнецов, было страшно прыгать с этого водопада….. Но еще страшнее было жить одной, в плену и думать, что все ее друзья погибли. Кларк и сама не заметила, как мысли о Финне исчезли, их вытеснили мысли о Беллами. Потом она поняла, что Финн всегда был ведомым ею, и она принимала решения, она думала как всех спасти. С Беллами было иначе – он ее понимал, и она могла полностью на него положиться. Он мог принять любое ее решение, но она не чувствовала себя слабой, она знала, что он всегда ее защитит. И что если она однажды ошибется, то он найдет способ все исправить и защитить всех. Беллами был истинным лидером и настоящим мужчиной. Когда она увидела его живым, то захотела прикоснуться – понять и окончательно поверить, что он рядом. Они обнялись, и Кларк почувствовала полное спокойствие и уверенность, что теперь все будет иначе. А потом он говорит ей, что влюблен в нее, и Кларк поражена этими словами. Никогда и в мыслях не могла она подумать, что он мог думать о ней в таком ключе и испытывать к ней такие эмоции. Кларк была закрытым человеком, поэтому не стала говорить ему о своих ответных чувствах. И сейчас она думала, что стоит это сделать. Она подходит к нему и улыбается. Беллами сразу обнимает ее, и она утыкается ему в грудь. Он гладит ее по волосам и спрашивает: - Где ходила моя принцесса? - Слушала нотацию о безопасном сексе от матери, - сварливо отвечает она. Он негромко смеется и отвечает: - Не волнуйся принцесса, я знаю, что мне не стоит ссориться с твоей матерью, иначе мне конец. Кларк поднимает голову и смотрит ему в глаза. В его красивые, темные и такие соблазнительные глаза. - Беллами. - Что? – она никогда не видела на его лице такую нежность и заботу. - Я просто хотела сказать, как ты важен для меня. Что я тоже испытываю к тебе сильные чувства. Я рада, что мы вместе. Я думала об этом давно... Он прерывает ее поцелуем. Его рот грабит ее, его язык вторгается и ласкает ее, и она чувствует, что ноги становятся ватными. Беллами приподнимает ее за талию, она обвивает его шею руками и отвечает на поцелуй так сильно, как только может. Потом она чувствует, что он идет куда-то и несет ее. Она не возражает, когда они заходят в его палатку, он мягко опускает ее на кровать, продолжая целовать. - К черту праздник, - говорит он между поцелуями, - я хочу, чтобы мы остались здесь вдвоем. Он ложится рядом. Его руки обхватывают ее за талию, прижимая ее как можно крепче к себе. Она кладет свои руки к нему на грудь, и он улыбается. Это новое ощущение для обоих – ощущение такой близости с другим человеком, такого единения. Беллами закрывает их своим теплым одеялом. Теперь они в полной безопасности. - Расскажи мне что-нибудь, я хочу слушать твой голос. - Например? – хихикает Кларк. Еще один новый звук, который он раньше не слышал от нее. Им предстоит многое наверстать. Беллами не может дождаться, чтобы начать этот совместный путь.