Телефон доверия

POV Ник

      Было странно находиться рядом с ним и разговаривать вживую. Я некоторое время боролся со своей трусостью и нёс всякий бред, но, после первого же бокала вина, наше общение потеряло неловкость. Мы смеялись над собственной глупостью и над всем нашим знакомством. Я рассказал ему, как нашёл его, как было страшно в первый раз набирать этот номер и выразить свою симпатию даже по телефону, а он рассказал, как чуть не упал со стула, услышав мой голос. Я давно не смеялся так много и так искренне.       Потом переместились в комнату и, развалившись на его двуспальной кровати, разговаривали на личные темы. Я был удивлён, что Дан никогда не встречался с парнями, а он был удивлён, что у меня никогда не было нормальной девушки. Я не хотел в первый же день грузить его расспросами о том, что он чувствует ко мне, но вино сделало своё дело и становилось уже невыносимо молчать об этом.       Меня всё ещё не оставляло чувство, что я ему не нравлюсь так, как могла бы нравиться девушка, хотя он не отрицал свои связи с парнями. У меня вообще нет повода думать, что я ему симпатичен, но я понимаю, что дружить с этим парнем у меня уже не получится. Невозможно постоянно находиться на расстоянии и при этом каждую минуту думать о его пухлых губах, холодном взгляде, вспоминать прикосновение его пальцев, ловить каждый отголосок эмоций.       Я, наверное, заметно погрустнел от всех этих мыслей, потому что Дан приподнялся на локте и, глядя на меня спросил:       — Что-то не так?       — Я не думаю, что мне стоит говорить это.       Я попытался улыбнуться и, неосознанно прячась от взгляда, немного повернул голову в противоположную от парня сторону. Он нахмурился и повернул мою голову обратно к себе, мягко сжимая пальцами мой подбородок.       — Ты можешь говорить всё, что хочешь. Давай не будем омрачать вечер твоим печальным лицом?       — Поэтому и не хочу говорить, мы так хорошо общаемся, что… — он приподнял бровь и впился в меня взглядом типа «прекрати нести бред». Я нервно улыбнулся и, наверное, слишком тихо спросил, — Дан, я нравлюсь тебе?       Его взгляд стал растерянным и сменился на «твою мать, что же ответить».       — Не отвечай, прошу, забудь, что я вообще спросил это. Давай поговорим о кошках. Ты любишь кошек?       Я, как всегда, начал нести любой бред, лишь бы убрать снова возникшую неловкость. А Дан усмехнулся и очертил мою скулу кончиками пальцев, спустившись ими на губы. Он смотрел мне в глаза, будто пытаясь там что-то разглядеть. А моя крыша съезжала, махая платочком, потому что я, повинуясь внезапному порыву, приподнялся к нему, на секунду задержавшись в паре сантиметров от его лица и не видя сопротивления, легко прикоснулся к его губам. Он не ответил мне, но и не оттолкнул. Его губы оказались настолько мягкими, что я чуть не застонал от нахлынувших на меня эмоций. Невесомо поглаживая пальцами его затылок, я несильно прикусил его нижнюю губу, затем посасывая её.       Когда он ответил на мой поцелуй, стало тяжелее дышать. Хорошо, что мы лежали, иначе бы я упал, наверное. Дан коснулся моего языка своим, утягивая в медленный глубокий поцелуй, он поглаживал кожу моего живота под футболкой кончиками пальцев. Я тихо застонал в поцелуй, цепляясь за его рубашку, меня будто выносило из реальности.       — Ник… — он пригвоздил меня ладонью за талию к кровати и прервал поцелуй, тяжело дыша рядом с моим лицом, — прошу, не надо… мне башню сносит от твоего голоса.       После его заявления мне захотелось кричать от восторга. Он ещё не понимает, с кем связался, ведь мне уже плевать, что будет завтра. Я приподнялся на локтях, касаясь губами раковины его уха.       — Что ты имеешь в виду? Ты не мог бы пояснить… — тихо говорил я, не узнавая своего голоса. Я звучал так томно и с такой сексуальной хрипотцой, что сам бы себя трахнул, а Дан с рыком прижал меня к кровати уже своим телом.       О, как же мне стало жарко, когда он потёрся о мой твёрдый член, скрытый тканью джинсов, своей выпуклостью на штанах и припал к моей шее в чувственном поцелуе. Я снова застонал, только уже чуть громче, закинув ноги ему на талию и прижимаясь ближе. Я хватался пальцами за его плечи и прогибался в спине, кусая нижнюю губу.       — О, боги, Ник… прекрати так стонать, у меня всё перед глазами плывёт.       Его срывающийся голос ещё больше распылял меня, я уже не отдавал себе отчёта в том, что делаю. Чудом, но мне всё-таки удалось поменяться с ним местами, и я уже расстёгивал его рубашку, медленно, почти невесомо двигая задницей по его эрекции.       — Ммм… Дан, я так хочу тебя, — снова дразнил его, говоря рядом с ухом. Он вцепился в покрывало, а в глазах плескалась еле сдерживаемая страсть. Чувственными поцелуями, кое-где покусывая кожу, я спустился по шее к его соскам, продолжая тереться об его выпуклость и постанывать от удовольствия.       — Ни-ик… — он тихо застонал, зарывшись пальцами в мои волосы, — быстрее, я не могу так больше… аах… боги…       Я накрыл его губы своими, стаскивая с него штаны. Дан с невероятной отдачей отвечал на мой поцелуй, тяжело дыша. Затем, разорвав поцелуй, я провёл языком по своей нижней губе, глядя в его глаза. Он проследил за моим языком и прикусил свою губу. В мгновение оказавшись внизу его живота, я провёл языком по коже, под которой, напрягаясь, дрожали мышцы пресса. Покрыв ствол почти невесомыми поцелуями, я обхватил головку губами и медленно, посасывая, насаживался на член Дана ртом. Он застонал и еле держался, чтобы не двинуться навстречу моему горлу, а я, приняв его на столько, сколько смог, сделал глотательное движение, прижимая бёдра парня к кровати.       — Ник… прекрати издеваться надо мной. Прошу, быстрее… — Дан говорил это настолько низким и тихим голосом, что это было похоже больше на рычание зверя, чем на речь человека.       От его голоса по телу побежала волна удовольствия, поэтому я, не выдержав, расстегнул свою ширинку и обхватил ладонью член. Я двигал рукой с той же скоростью, как и губами по стволу любовника, ускоряясь с каждой секундой. Через некоторое время уже совсем не сдерживаемых стонов на два голоса, Дан отстранил меня от себя и, рывком стянув с меня штаны, взял оба наших члена в свою руку, и, буквально трахая меня в рот языком, грубо заставил меня кончить, а следом излился сам.       Мы лежали на спинах: я смотрел в потолок, ещё достаточно долго не мог прийти в себя, тяжело дышал, а Дан прикрыл глаза и, кажется, был совсем расслаблен. Внезапно я услышал его смех, сначала совсем тихий, а потом немного громче. Я повернул к нему голову и уставился в его глаза с немым вопросом. Парень, просмеявшись, провёл тыльной стороной ладони по моей щеке.       — Знаешь, Ник, я тут вспомнил твои вопросы, думаю, ты мне нравишься. И кошки нравятся, но ты больше. – Он улыбнулся мне и приблизился к моим губам, шепча, - останешься у меня?       Но это был, видимо, риторический вопрос, потому что ответить я не успел, он уже нежно целовал мои припухшие губы, гладя по волосам. И я, кажется, был счастлив.