Путь домой

- Некоторые вещи может разглядеть не каждый. И не сразу. А своеобразную красоту порой увидеть еще сложнее... Я увидел, Мегатрон. В эмоциях серого меха проскользнуло смущение. Уж что-что, а за его длинную (ну хотя бы в воспоминаниях) жизнь никто не считал его красивым. Сильным, опасным, хитрым, но точно не красивым, даже до момента получения тех шрамов на морде, полировка которых стала первым шагом навстречу Старскриму - сикер ценил красоту, его чувство эстетики заслуживало уважения будучи его неотделимой частью. Одна когтистая конечность продолжала в ответ поглаживать хрупкие крылья, вторая с шеи вниз, на спину, аккуратно заняв позицию между крыльев, но не касаясь шрамов. Из моторки Мегатрона донёсся уже ставший привычным для него звук, урчание, которое почему-то глубоко в памяти когда-то казалось ему зазорным... Со стороны авиакоммандера больше не было ни слова. Сейчас он предпочитал наслаждаться столь повышенным вниманием со стороны лидера, откровенно балдеть не скрывая этого и стараясь не отстраняться. Всё же холод он не любил... На миг стало любопытно, что сейчас думают о нем сотриадники, почти сразу любопытство сменилось равнодушием. Кто и что думает - не волновало. Один любитель подумать получил свое от психованного Старскрима, другие заткнулись моментально, хотя пожалуй истребитель мог их понять. И сам бы на их месте язвил по поводу частых уходов Мегатрона и его зама в отсек лидера, а то и вовсе с Немезиды. Да, шлак... им не понять. Притушив оптику, сикер прижался ближе, уткнулся фейсплетом в шею, подставляя спину. - Я могу до них дотронуться? Мегатрон решил лишний раз уточнить и тем самым подготовить сикера к возможному прикосновению к шрамам. Серого не пугали воспоминания о вспаханной до проводки брони, он просто не хотел дискомфорта Старскриму. Система вентиляции каонца нагрелась и выходящий воздух также помогал греть мерзлявого заместителя. Отзываться вслух истребитель не стал. Только поделился согласием, почти полным спокойствием, удовлетворением, ощущением безопасности и уюта. В манипуляторах мощного серого меха он теперь действительно ощущал себя в полной безопасности от всего, даже от собственных не лучших мыслей, что порой всё же приходили в процессор, пусть и против желания самого истребителя... Острые когти серого меха сперва аккуратно дотронулись до выпуклой поверхности шрама. Мегатрон дал Старскриму время привыкнуть к наличию его конечностей на вызывавших обычно бурю негатива при прикосновении шрамах. На канале эмоций была только привязанность и благодарность, какая-то практически спарклингова безобидность, словно такой великан и мухи обидеть не мог. Мог. И не только муху. Но совсем не имел желания - защитник не может быть агрессивным. Ответом на канале было слабое опасение и вина, искренняя вина за то, что истребитель пока так и не смог до конца вытравить из себя тот негатив, что заставлял его обычно панически выдираться... Пожалуй больше всего коммандер боялся того, что Мегатрон снова обвинит его в несдержанности, нарушении обещания про "не напоминать", обидится... Старскриму было хорошо, но с рефлексами он не умел бороться столь совершенно, сколь требовалось бы. И если внешне всё было ровно, ни единого намека на движение, то эмоционально - иначе. Может быть поэтому то он и не стал даже пытаться объяснять вслух, лучше вот так - неприкрытыми искренними эмоциями - так каонец может понять и воспринять всё нормально. "Ржа... вот только попробуй когти убрать." - мысленно для себя проворчал истребитель, вжимаясь сильнее и обнимая крепче, на деле показывая, что если он и напряжен, то лишь рефлекторно и это не страшно, ведь сам коммандер не хочет никоим образом отстраняться или прерывать сейчас Мегатрона... Когти каонца продолжили двигаться, поглаживая спину, стыки и шрамы. Невесомо, едва касаясь, давая возможность привыкнуть. Эти прикосновения вызывали у Мегатрона удовольствие не меньшее, чем у истребителя, когда серый мех почёсывал ему крылья. Касаться Старскрима было приятно, фактура металла, лёгкая дрожь корпуса, красота, которую не портили пугающие шрамы. Уловив удовольствие меха, сикер чуть улыбнулся, шепнул доверчиво, не намеком на упрек, а лишь досадным лично для Старскрима фактом: - Я несколько несовершеннен из-за них. Раньше было лучше. - Ты совершенство и с ними. Без них тоже. Рэтчет не может починить? - ласковые прикосновения к спине и шрамам подкрепились дополнительным нагревом когтей и слабыми разрядами, фонтаном рассыпавшимися по спине сикера. - Может, но это более сложная операция. Я на некоторое время буду выведен из строя едва ли не полностью, а сейчас я не могу этого позволить. Да и... - истребитель даже не скрывал смущения и легкого стыда, - Если честно, я боюсь. Может если ты будешь рядом... - Я буду рядом. Обязательно буду. Мегатрон тепло отозвался на эмоции сикера. Страх был понятен, ничего в нём страшно стыдного не было, чем каонец и делился с вжавшимся в него Старскримом, большим пальцем почесывая одну из граней правого крыла. Сикер издал тихий писк. Он явно был доволен действиями Мегатрона, но одновременно сильно смущался того, что признается открыто в собственной слабости, будто сикерлинг какой, а не коммандер десептиконских ВВС и зам лидера. Ответом на писк стало глубокое тихое сопение. - Тогда потом... Когда будет возможность и время, Мегз. - почти сразу успокоившись, истребитель продолжал уже более нормальным голосом, - Рэтчет говорил, чудо, что вообще хоть как-то получилось отремонтировать. Там были серьезно задеты нейроканалы и нужно очень долгое их восстановление, чтобы всё пришло в норму полностью. А по новой всё менять это действительно долго, опасно и больно. Тогда я отказался, хотя тогда у меня было это требуемое время. Сейчас сожалею, но время назад не воротишь. Придется подождать. - расслабившись под лаской, ВВС-овец довольно улыбнулся, перестав так сильно цепляться, отозвался своей уверенностью и спокойствием, благодарностью за понимание и поддержку, фыркнул с легкой ехидцей. - В целом мне всё равно приятно. - Это удовольствие взаимно. Когда серый мех балдел, в голосе появлялся характерный почти предаконий хрип. Вот и сейчас тоже, в перемешку с урчанием. Осознавать такую радикальную непохожесть с сикером было почти опьяняюще. Одна из конечностей переместилась на талию истребителя, прижимая его плотнее к теплому корпусу. Вторая аккуратно отклонила голову Старскрима в бок, открывая полный обзор длинной изящной шее, расположенной так близко от частокола острых зубов. С неким даже любопытством вслушиваясь в издаваемые каонцем звуки, истребитель молчаливо позволил притянуть себя ближе, абсолютно не беспокоясь о собственной безопасности. Чтобы не напугать искру резкими движениями, Мегатрон сперва просто медленно уткнулся фейсплейтом в шею сикера. И Старскрим на краткий миг напрягся, чуть согнув когти. Вдруг серого меха опять накроет и он... как эрадикона... Ох. Фыркнув и едва не передернувшись от появившейся в мыслях картины, где роль истерзанной тушки эрадикона играл сам ВВС-овец, сикер вздернул крылья и снова замер. Слегка склонил голову вбок так, чтобы пристроить ее на плече серого меха и успокоенно выдал что-то едва ли не на дроновском коде. Ни слова, но на канале доверие и благодарность за то, что серый мех проявлял внимание, не напрягая истребителя какими-либо резкими движениями. Мегатрон просто тёрся мордой об шейную проводку. Может террорконий голод и терзал его, контролировать этот зело неприятный момент каонец уже научился. Когда Старскрим сам подставил уязвимый участок, когтистый манипулятор был убран от шеи и присоединился ко второму, поддерживая сикера, правда, уже под бёдра. Не слишком любя такие вольности в отношении себя, со стороны Мегатрона вздорный и капризный сикер почему-то это допускал, да и не в первый раз. Убедился на куче примеров, что ничего плохого это не предвещает? Да, наверное... По крайней мере, это была единственная логичная причина, которая приходила ему в процессор при попытке обдумать свою реакцию. О том, что это может ему просто нравиться, истребитель как-то даже и не задумывался. Не допускал такой возможности. Наверное, это было глупо, но это было... А гладиатор принюхался. Энергон у восовцев, походу, тоже пах по-другому, более ярко, словно в него добавили специй. Почему-то пришла ассоциация с корицей, а вслед за ней пришло и желание ответить Старскриму на ставшую истребителем уже привычной любовь лизнуть морду серого меха. Послав на эмоциональном канале восторг, уверенность, что не сорвётся, Мегатрон провёл нагревшейся из-за горячего воздуха вент-систем глоссой по шее меньшего меха. Холодная такая, подметил про себя каонец. Из-за своей болезни было тяжело контролировать выработку хладагена, потому вслед за удлинённой странной формой глоссы оставался влажный след. Облечь свои ощущения в слова у Старскрима никак не получалось. В эмоциях царил полнейший раздрай: от неприкрытого удовольствия до смущения, от желания "еще" до неуверенности "а стоит ли". Всё-таки одно дело, когда ты с братьями уходишь развлекаться и цеплять фемок, совсем другое, когда ты в хватке мощного крупного меха, который к тому же еще и твой лидер. "А еще и Защитник." - добавилось мысленно. Серый мех на это противоречие в канале эмоций отреагировал вполне однозначно: спокойствием, желанием доставить удовольствие своей... Хм. А кто теперь ему Старскрим? Пара? Обычно пары создаются ради продолжения рода, ну или с более простыми физиологическими целями, а тут всё сложнее. Да и едва ли Мегатрон способен причинить сикеру какой-либо дискомфорт - слишком неопытный и рисковать не станет. По глоссе прошли маленькие искорки электричества, которые разбежались по системам истребителя, стоило концу глоссы проникнуть между проводков на шее. Сегменты на спине разошлись, дав когтям больше доступа. И истребитель отозвался, демонстрируя свое удовольствие и снова легонько когтя по спине серебристого меха, благо как раз устроился достаточно удобно для этого. - Шлака ж ты такой-то, а... Невольно выдал мысль вслух сикер, максимально распластывая крылья и едва ли не вскидываясь от столь неожиданной выходки меха. Смутился, поняв, что высказался вслух, а не придержал мысль при себе. Да и собственная порывистость слегка озадачила. Но он так давно никого не подпускал к себе, что удивляться было и нечему в принципе то. А вот решить как отреагировать - задание оказалось посложнее. Абсолютно не намереваясь отстраняться, истребитель едва оскалился, облизнулся зачем-то, вспомнив как однажды дразнил Саундвейва, и аккуратно принялся вслепую исследовать предложенное, забираясь когтями в стыки, сдавая пробные короткие искры с кончиков любопытных когтей и едва не мурлыкая от удовольствия, если бы умел. Корпус каонца реагировал на когти симметрично: сдавая по ним слабые разряды и периодически мелко трясясь от волны дрожи. Ощущения хоть и были не шибко новыми, всё равно пока вызывали бурный отклик систем. На вырвавшиеся слова Старскрима Мегатрон лишь улыбнулся, ответив, что других на склад не завезли. Истребитель улыбнулся, потянулся, прикусив дентапластинами шейную магистраль - нагло, более жестко, чтобы прочувствовалось. Почему-то выходка каонца провоцировала на ответные неожиданности. А на крайняк всё можно было сносно завуалировать под желание погреться, ведь ночь уже и холодно... Мегатрону определённо хотелось сделать что-нибудь ещё, придумать, чем обрадовать сикера, кроме исследования глоссой его изящной шеи, но увы, опыта было слишком мало, чтобы фантазия хоть как-то работала. На эмоциональном проскочила озадаченность. Поймавший эту озадаченность, Старскрим чуть отстранился вопросительно заглядывая в оптику. - Что такое? - Лёгкое ощущение себя неудачником. Вместе с опасением сделать тебе неприятно. Откровенно говоря этим словам Мегатрона истребитель не придал особого значения. Отметил, но особо не задумался... Подобное лидер высказывал вслух или выказывал эмоционально не первый раз. Это непонятное отношение серого меха к самому себе как-то даже пожалуй раздражало, хоть и скрывал сикер сиё раздражение максимально тщательно. Он всё никак не мог понять - почему Мегатрон так думает о себе? И что, что он каонец, а не выходец из Праксуса или Воса, бывший шахтер и гладиатор, а не кто-то из верхних кругов правления. Старскрим видел другое. Он видел сильного и умного лидера, уверенного, харизматичного вот именно сейчас, после своего процессорного сбоя и как тогда, когда война только начиналась. Неужели Мегатрон не мог понять, что просто так никто бы за ним не пошел? А значит заслужил, а значит превыше многих, кто в гордости своей мнил себя выше. Однажды истребитель попытался это объяснить - не получилось. Больше попыток не было, но и на подобные прозвучавшему сейчас выражения тоже больше старался не реагировать и не словами, а делом доказывать обратное. Ведь такой как он, Старскрим, не выбрал бы кого попало, не допустил бы к себе. Ну как можно быть таким... непонимающим? И как еще объяснить, чтобы понял? А, к шлаку... Время покажет и исправит. Сам ВВС-овец тоже периодически опасался вытворить что-нибудь, что будет неприятно Мегатрону. Но, в отличие от каонца, истребитель просто брал и делал, пробовал, придерживался метода проб и ошибок. Уж лучше так, чем бояться лишний раз прикоснуться или что-нибудь сказать. Тем более сейчас... Не то чтобы истребителю хотелось всего и сразу, но слегка взбудоражить себя... было неплохим вариантом, всё же он действительно очень давно не был так близко ни с кем. Сотриадники не в счет, там другое. Как и Прайм, которому когда-то позволялось многое, хоть и оправдывалось оно тогда тем, что истребителю просто необходима была поддержка не только на словах, но и на примитивных ощущениях спокойствия, заботы, уюта. А здесь другое. И, шлак, совсем-совсем другое... Быть может, сказалось давнее восприятие статуса Мегатрона. Вопреки большинству сородичей сикера абсолютно не привлекала мысль о том, чтобы заставить гладиатора быть с собой силой, нет. Куда интереснее было... приручить?.. Да, пожалуй, это слово подходило больше всего. Именно приручить, отзываясь самому, желая именно равенства, не ставя себя выше ни в чем абсолютно. Да, быть может, со стороны восовца это было странно видеть, но он очень хорошо осознавал, что можно только так, нужно только так. И тем приятнее было видеть отдачу... Мегатрон расклинил сегменты шейной брони, подставляя чувствительные патрубки под маленькие острые дентапластины, Старскрим их не прокусит, да даже если и прокусит - не сильно страшно, от тёмного энергона отплюётся. Сам заражённый едва ли погибнет или хоть как-то пострадает от такой травмы, скорее ему будет банально неприятно, но думать об этом не хотелось, хотелось позволить сикеру делать, что в процессор взбредёт, тем не менее не скатывая во вседозволенность - Старскрим уже намекал, что проявления полной покорности ему дико непонятны, потому спокойное проявление характера без единого оттенка принуждения было бы как нельзя кстати. В такт чувствительным укусам каонец иногда издавал глухой рык, словно очерчивая границу, где удовольствие переходило в нежелательную боль. В благодарность в случаях приятного укуса экс-шахтёр уделял заместителю ещё больше внимания, поглаживая его бёдра и талию: но не пытаясь стиснуть или облапать, как объект удовлетворения, напротив, движения были осторожны, ненавязчивы и оставляли сикеру пространство чтобы уйти от них, если они станут ему неприятны. Про себя серый мех подметил, сколь радикально различно поведение Старскрима от поведения восовцев, которых он помнил. Те пытались завладеть силой, которой у них не было. Тех заботило только собственное удовольствие, которое они были готовы получить, отправив незадачливого партнёра в дезактив. Пару таких случаев Мегатрон видел воочию и лишь недовольно фыркнул: его сикер определённо был самым достойным среди сородичей. И этому благородству следовало соответствовать, не распуская конечностей, хотя порой сделать это было крайне проблематично, уж больно провокационным было поведение Старскрима. На эмоциональном канале благодарность вперемешку со страстью, не опаляющей и дикой, а тёплой и чувственной. Скрывать очевидное Мегатрон посчитал бессмысленным, как и чего-то опасаться - открытость всегда лучше любой маскировки. - Я озадачен в своей неопытности, но я не вижу в этом проблемы. Инстинкты всегда ведут правильно, когда обрамлены высокими чувствами. Морда серого меха оторвалась от исследования шейного пространства и легла на тонкий наплечник сикера, никак его не продавливая. Каонец наблюдал за дрожью крыльев, за стыками, за небольшими искрами накапливающейся в шрамах статики. Наверное, Искре опять холодно, а крылья сверхчувствительны... Надо бы помочь, но как? Идея пришла довольно быстро. Аккуратно отцепив от своих магистралей летуна, гладиатор развернул его к себе спиной, теперь поддерживая когтистыми лапами его за грудную пластину. Он начал греть крылья горячим воздухом, "выдыхая" на них горячий воздух вент-систем. Самозабвенно изучая пока что то, что предоставлялось, истребитель открыто транслировал восхищение каонцем, заинтересованность, внимательность и желание не только прибалдеть самому под манипуляторами серого меха, но и ответить тем же ему. Пожалуй, это было даже лучше, правильней что ли и потому приятней... А из-за ощущаемых на канале эмоций, Старскрим умудрился даже пропустить мимо аудиодатчиков последующие слова меха. Обидеться вот, за то что прервали, успел. Вздернул было недовольно крылья, но тут же потянулся, подался навстречу согревающим "выдохам". И только потом пришло осознание последних слов Мегатрона. А за ним неприкрытое удивление. Которое скрыть Старскрим не успел, да и заткнуться тоже. Осторожно вывернув голову, ВВС-овец уставился на фейсплет серого меха. - Мегз, ты... Что... Да ла-а-адно! - Что такое, искра моя, я делаю что-то не то? - Мегатрон аккуратно провёл глоссой по крупному стыку крыла, пуская с острого раскрывающегося конца мутировавшей дети электрический разряд поверх оставленной глоссой влаги. - Эм... Нет, я... Быстренько отвернувшись, сикер попытался удержать спокойствие и невозмутимость, но не сумел, хихикнул тихонько, прикусил глоссу, чтобы не ляпнуть еще чего. Но своеобразный сплав - веселье, недоумевание, удивление, что-то еще подобное - спрятать не успел. А затем развеселился окончательно, даже предпочел временно развернуться в ущерб своему желанию побалдеть, вскинулся слегка от действий каонца, но всё же выбрал задать вопрос. Оптика вздорного ВВС-овца аж посверкивала слегка, полная недоверия и какого-то веселого недоумения. - Мегз, я спросить... Только ты не обижайся. - поймав цепко лидера когтями за плечи, Старскрим уставился в оптику, - Ты ни с кем не был? - Ни с кем. - ответ был прямой и спокойный, Мегатрон со своей бурной жизнью не считал это особо досадным упущением, ну разве что в моменты, когда терялся рядом с сикером, - Как-то никто не нравился. Никому не доверял. А потребности... Я может и предакон внешне, но вести себя по-предаконьи не привык. - Праймас... Никогда бы не подумал. - Я вижу, тебе нравится. Я рад. "Вот ведь удачно отправился сопровождать..." - истребитель просто был вне себя от такого сюрприза и даже не знал как реагировать. Но очень хорошо знал одно: ответ Мегатрона ему понравился. Собственническая натура ликовала, получив больше, чем ожидалось и этого ВВС-овец абсолютно не скрывал. И искренняя ответная реакция каонца на эмоции Старскрима не заставила себя ждать. Не ликование, скорее смущенная радость. Серый мех прекрасно осознавал, каково это обнаружить подобный "неразношенный" и непотасканный экземпляр для восовцев. К тому же явно не все каонцы отличались благонравием. Потупив голову, Мегатрон расправил гравированные рога, словно красуясь тем, что повадиться было на что, но гладиатор был выше всех поползновений. - Просто... как-то неожиданно. Ты же мог позволить себе любую фемку. Да и сейчас тоже. - А зачем мне кто-то другой, если я сделал свой выбор? - надлинзовый щиток от удивления поднялся чуть выше, для Мегатрона верность своей Искре была чем-то само собой разумеющимся, потому серый мех оказался слегка озадачен. Неуверенно улыбнувшись, истребитель осторожненько притерся к теплому корпусу каонца. Почему-то такого поворота он ну совсем не ожидал... Но зато теперь многое становилось на свои места. И это тоже было правильно. Диковато, непривычно, но правильно и так, как наверное и хотелось бы, если бы коммандер хоть раз задумался об этом. Мегатрон сделал свой выбор, но Старскриму совсем не хотелось отвечать чем-то подобным. - Я не обязываю тебя хранить мне верность, это только твой выбор. - ласково прижав к себе истребителя, серый мех едва слышно замурлыкал, стараясь заглушить его неуверенность и поделиться пониманием. - Неожиданно и как-то по автоботски совсем. - тихо фыркнув в ответ, Старскрим притушил оптику, - Ты меня вообще ни в чем не обязываешь. Это как-то... неправильно наверное, Мегатрон. И что... Готов вот так на всё оптику закрывать в случае чего? - Выскажу своё недовольство, опишу свои ощущения и дам тебе право реагировать на него так как ты сочтёшь корректно. - серый мех ласково провёл когтями по фейсплейту сикера, всматриваясь в его оптику. - Вот шлак... - Истребитель нахмурился, отводя оптику. По факту он сейчас терял свободу. В своем понимании... Всерьез и осознанно. И идти на этот шаг очень не хотелось. - Что случилось, искорка? - любящий сопереживающий взгляд серого меха поймал момент отвода оптики. - Ничего, Мегз. Правда ничего такого. - Я вижу, что тебя что-то гложет, счастье моё. Я очень прошу тебя высказывать свои переживания. "Не обязывает он..." - с легкой мрачностью подумал истребитель, стараясь не смотреть в оптику меха. С эгоистичностью сикера можно было бы спокойно проигнорировать всевозможные мегатроновы недовольства и прочее, каонец всё равно бы держал свое слово. Но почему-то ВВС-овец так не мог... Это выглядело бы как настоящее предательство. Значит... повязан и сам? Тяжело провентилировав, Старскрим вернул внимание серому меху, чуть улыбнувшись. - Ты говоришь, что не обязываешь меня хранить верность. Но видимо, мне придется принять это самому. - истребитель положил манипулятор на плечевую броню серого меха, погладил задумчиво, - Из-за этой шлаковой связи я итак чувствую тебя сильнее, чем стоило бы. А если... В общем, не хочется мне еще и ощущения твои ловить после своих загулов. - Шлаковая... Хех... Каонец лишь горько усмехнулся тому, как сикер реагировал на образовавшуюся связь. Какой-то рассерженности не было, в конце концов циничность - была частью естества Старскрима. Не было толком даже обиды, не было ничего, словно мех отключился от реальности на несколько местных секунд. Потом вернулся, с облегчением, приняв то, что сказал сикер. Пусть зовёт всё это, как хочет - это его право. В итоге именно его связь лишает свободы, а не привыкшего к неволе каонца. - Так что придется обойтись без загулов. - внезапно улыбнулся ВВС-овец, - А я уж планов понастроил. Даже обидно, вот так враз и все мечты прахом. Истребитель шутил, не задумываясь над тем, что Мегатрон опять может не понять. Сейчас с этим было проще. Старскрим был полностью открыт и никакого ехидства не было, было лишь легкое сожаление о принятом решении, веселье, что звучало сейчас и в голосе, спокойствие и уверенность. - Кто-то вроде мне крылья греть хотел. - как бы невзначай уронив последние слова, сикер довольно вернулся на свое место, пристроился головой на плече меха, фыркнул тихонько, - Значит такова судьба. Искре ведь не прикажешь.