Расслабьтесь

      Как и ожидалось, утро встретило Дэхёна болью в голове и утренним стояком. Этот факт не мог не радовать его. Чон готов был рыдать от счастья, что он всё-таки не импотент. Ему так хотелось поделиться этим радостным событием с Хёнджэ, но он совсем позабыл, что в квартире теперь он совсем один. Он тяжело вздохнул, вновь понимая, насколько привык к чьему-то присутствию в своей жизни. Но с другой стороны, он теперь мог дышать спокойно. Теперь он был свободен и мог делать, что душе угодно. Даже податься навстречу абсолютно новым ощущениям и чувствам, и всё это — без угрызений совести. Улыбка озарила его лицо. Стояк вернулся, а на душе стало как-то легко. Пусть и прошло очень мало времени.       «Доктор Ю сотворил чудо», — возликовал Чон, довольно потянувшись на кровати. Казалось, что жизнь снова начала налаживаться и приобретать яркие краски среди былого однообразия.       Но стоило ему вспомнить о докторе, как отрывки вчерашнего вечера завертелись в его голове. Он прекрасно помнил встречу с друзьями, как впервые он почувствовал укол ревности при виде своего врача с девушкой, а ещё он припоминал, как они пили и о многом говорили. А дальше... дальше в памяти было пусто.       Но странные ощущения не покидали его. Ему казалось, что вчера произошло что-то очень важное. Что-то, что изменило теперь его жизнь навсегда. И вернуло в действие его половой орган. Он точно был уверен, что причиной всего этого являлся именно его уролог Ю ЁнДжэ.       Вот только, что это было, он всё никак вспомнить не мог.       Мысли об этом стёрли все намёки на эрекцию, и в какой-то степени Дэхён был рад, что не нужно будет идти в душ, чтобы снять напряжение. Но тут он вскочил на кровати, морщась от жуткой головной боли, вспоминая, что, несмотря на выходной, у него есть дела. Чон поднялся с кровати, чтобы найти ежедневник, и, посмотрев своё расписание, вновь упал на подушки. Снова поморщился от боли. Всё-таки вчера он выпил лишнего, раз сегодня так болела голова, а память и вовсе отшибло.       «07.01 — 17:30 — приём у доктора Ю».       — Похоже, это последний приём, — в тишину комнаты проговорил Чон и вздохнул.       Он был последним по определению. Ведь утренний стояк сигнализировал о том, что он снова полностью здоров. А это значило лишь одно. Сегодня он в последний раз увидит своего доктора Ю и, возможно, больше не встретит его никогда. А Дэ хотелось вновь увидеть его, и не раз.       Кажется, замотавшись со своей проблемой, он и вовсе обо всём позабыл. Он не заметил, как один год сменил другой. Мимо прошло и Рождество. А Хёнджэ, видимо, провела его с другим, раз её парень на тот момент был холоден и дисфункционален. Пока он, Дэхён, зарабатывал деньги и справлялся со своей проблемой в одиночестве, девушка, по-видимому, нашла себе нового дурака, который будет делать для неё всё.       Да, сейчас Чон думал, каким же он всё-таки был дураком. Зачем он стал с ней встречаться, когда у них была такая прекрасная дружба? Он был готов сделать всё, что угодно, ради её счастья, а что получил взамен? Когда она так нужна была ему как друг, она просто от него отвернулась, оставив его одного со своими проблемами. Даже не попытавшись понять его боли. Не попытавшись понять, что значит для мужчины половая активность, а точнее её отсутствие.       Она лишний раз доказала, какие девушки всё-таки легкомысленные. Что его душа ей к чертям и не нужна была. Её, по-видимому, волновал лишь секс? Но нет. Тоже неверно. Женщины привязываются к мужчинам эмоционально сильнее, и отсутствие секса — не показатель к расставанию. А это могло значить лишь то, что, скорее всего, она гналась лишь за деньгами, которые всегда были у менеджера в достатке, а сейчас нашла себе другой мешок доходов, видимо, побогаче и без половой дисфункции.       Дэхён вновь усмехнулся, поднимаясь с кровати и направляясь в ванную. У него ещё были дела перед приёмом у врача.       ***       Дэхён вновь замер у двери в кабинет уролога, останавливаясь взглядом на глазах своего доктора. Ощущение, которое не покидало его все утро и день, никуда не делось. Наоборот, при виде врача оно обострилось, а память начала подкидывать своему хозяину утерянные утром отрывки из вчерашнего вечера.       Взгляды... Поцелуи... Руки... На талии, плечах, члене...       Вдруг Дэхёну стало стыдно. Но приятные ощущения, испытанные вчера, затмевали весь стыд, заставляя губы невольно расплыться в смущённой улыбке. Он хотел этого, отрицать было бесполезно. И раз это случилось, значит, вчера он этого желал вдвойне. Не сказать, что сейчас он об этом жалел. Совсем нет. Ему вмиг захотелось вновь почувствовать это. То возбуждение было иным, каким-то особенным. И таким долгожданным.       «Может быть, от этого и понравилось?» — вдруг подумалось Дэ, и на миг он и правда задумался об этом и усомнился в своих желаниях. Но тут же, лишь взглянув в глаза своего врача, растерял все сомнения. Он был уверен, что тут играло роль далеко не только долгое отсутствие возбуждения и близости. Ведь всё было иначе. Он не пошёл трахаться с девицей в бар, чтобы проверить то самое зародившееся с прошлого приёма чувство, а остался там ради этого доктора, который сейчас в замешательстве смотрел своими серыми глазами.       Отчего-то Дэхёну стало так радостно. Ему вчера и правда было с ним хорошо, и он желал продлить это чувство, испытывать его как можно дольше. Вновь попробовать на вкус эти полные аккуратные губы, гораздо лучше, чем у Хёнджэ.       — Здравствуйте, господин Чон, — так же, как и всегда, холодно поздоровался врач. А пациента как током ударило от такой вроде бы подобающей медицинскому работнику холодности. Почему-то после вчерашнего вечера это было неприятно слышать.       — Ёнджэ? — выпалил Дэхён. Он не понимал, почему Джэ так отстранён сегодня.       — Как Вы себя чувствуете? — не реагируя на своё имя, спросил доктор Ю.       — Х-хорошо, — растерялся Чон. Вся его уверенность вновь рушилась на глазах.       — Эрекция появилась, господин Чон? — дежурно улыбаясь, спросил ЁнДжэ.       «Это такая игра?» — про себя усмехнулся Дэхён, кажется, понимая причину такого поведения.       «Делаешь вид, что вчера ничего не было? Ну хорошо, я принимаю твои условия. Посмотрим, кто кого», — Дэ мысленно принял вызов.       — Вы знаете, доктор, появилась, — так же легко улыбаясь, менеджер подошёл и присел напротив Джэ, наконец отмирая и переставая жаться возле двери.       — Какие хорошие новости, — вновь дежурная улыбка, а Дэ снова усмехнулся.       — Это значит, что сегодня у нас последний приём? — Дэхён смотрел в серые глаза Ёнджэ, немного оттягивая свой галстук.       — Да, господин Чон, — проследив за манипуляциями пациента, врач как можно незаметнее сглотнул.       — Жарковато у Вас тут, — протянул Дэ, ослабляя галстук ещё сильнее и расстёгивая верхние пуговицы.       — Не могу не согласиться. Кондиционер сломался, — машинально ответил Ёнджэ, делая вид, что он совершенно не заинтересован в том, что делает сейчас Дэхён.       В действительности, в его кабинете никогда и не было кондиционера. Жарко. Ёнджэ сейчас так хотелось вновь поцеловать Дэхёна. Но снова этика. Страх окончательно влюбиться в этого парня. Кабинет в стенах клиники. Врач и пациент. Ю Ёнджэ — врач, который не встречается со своими пациентами. Это его главное правило. Главный принцип. Который он уже чуть было не нарушил вчера в баре, поцеловав в конце концов, этого соблазнительного менеджера Чон Дэхёна. Который, кажется, всё же помнил вчерашнюю дрочку нежной рукой доктора. Как же он ошибался, решив, что тот всё забудет. Или спишет всё на алкоголь.       Но в одном он был прав — хорошо, что он вчера не позволил себе большего. В том случае Чон вряд ли бы сейчас с ним разговаривал. Скорее всего, он бы мог налететь на него с кулаками в претензиях. Но этого не было. Наоборот, Дэхён наглым образом соблазнял сейчас его. Не иначе.       — Как я могу отблагодарить Вас, доктор Ю? — Чон оперся локтями на стол, как будто бы невзначай облизывая пересохшие губы и неотрывно смотря при этом на врача.       Ёнджэ вновь сглотнул.       «Что же ты делаешь, Дэхён? Остановись», — мысленно взмолился Джэ, откидываясь на спинку стула, чтобы быть подальше от объекта своего вожделения. Запретного вожделения.       — Думаю, простого «спасибо» будет достаточно, — как можно более сухо ответил Ю, чувствуя, как и в горле пересыхает.       — Хватит этих формальностей, Ёнджэ. Только не после всего этого, — резко меняясь в тоне и лице, сказал Дэ.       — О чём ты говоришь, Дэхён... — запнулся Ю, — то есть, господин Чон.       Снова. Он, чёрт возьми, снова нарушил этику. Но уже в стенах клиники.       — Я всё помню, Ёнджэ, — вновь называя доктора по имени, менеджер встал со стула, огибая рабочий стол врача и оказываясь совсем рядом.       — Кхм, — Джэ прочистил горло, отворачиваясь от Дэхёна. — Что Вы помните, господин Чон?       Держать себя в руках было намного тяжелее, чем всегда.       — То, как ты целовал меня в ложе бара, — наклонившись к уху доктора, менеджер опалил своим дыханием его ушную раковину, вызывая мурашки в теле Ю.       — Не было этого, — вновь отрицая всё, холодно ответил Джэ, вставая из-за стола и отходя от шатена на безопасное расстояние. Чон лишь усмехнулся. После чего стал надвигаться на брюнета, а тот, в свою очередь, отходить назад, пока не почувствовал спиной стену. Тупик.       — Не говори мне этого, — рявкнул Чон, а Ю даже не шелохнулся, — как я могу забыть твои руки на своём члене? – прошептал Дэхён в районе правого уха, подойдя совсем близко, припирая Ёнджэ в прямом и переносном смысле к стенке. Ю был в тупике. Это слишком близко. Слишком жарко и возбуждающе. Слишком высок соблазн.       — Наверное, это Вам приснилось, господин Чон, — Ёнджэ не прекращал обращаться формально, всё ещё в поисках способа избежать того, что вновь может произойти. Этика была превыше всего. Но Джэ уже готов был сорваться...       — Хватит ломать комедию, Ёнджэ, — не выдержал Дэхён. И поцеловал своего лечащего врача. Агрессивно, точно так же, как тот вчера целовал его, так же отчаянно.       А Джэ стоял, позволяя целовать себя и не в состоянии ответить. Стараясь делать вид, что ему совершенно безразлично. Стараясь… Всё. Это было последней каплей. Ю отстранил Чона от себя и посмотрел в его шоколадные глаза: они светились азартом. В них читалось влечение. Он понимал, что этот менеджер, как бы то ни было, хочет его. Неважно как, но так же, как и он, отчаянно желает. Но серьёзно ли это? Надолго ли? Этот факт не давал ему покоя, но всё же…       — Ах, к чёрту всё. Ты слишком соблазнителен, Дэхён, — перенимая контроль над ситуацией, Джэ схватил Дэхёна за плечи, резко разворачивая и вжимая в стену, вплотную прижимаясь к пациенту. Тот же слегка ошарашенно взглянул в стальные глаза.       — Думаешь, я могу это забыть? — опираясь лбом о чужой, прошептал Ю в самые губы. — Ты не представляешь, как мне было тяжело всё это время, — продолжал доктор.       — Тогда... поцелуй меня, — попросил Дэхён, так же в самые губы, щекоча своим дыханием. Ёнджэ на миг прикрыл глаза, хмуря брови и делая тяжёлый вдох, а после прильнул к губам своего пациента поцелуем. Страстно, выдыхая шумно через нос, стараясь вложить в этот поцелуй все свои серьёзные намерения и боль. Ту самую, с которой ему так тяжело давалось держаться и целовать его.       И вновь Ю Ёнджэ сдался. Не врач-уролог-андролог, а человек. Молодой мужчина-гей. Который просто потерял голову от менеджера по связи с общественностью, Чон Дэхёна. Молодого мужчины-натурала. Им не быть вместе. Дэ утолит свой интерес и оставит Джэ, как ненужную сломанную игрушку, и этого он не хотел и боялся. Он думал сейчас лишь о себе, ведь он не знал, что на самом деле испытывает Дэхён, но был почему-то уверен, что для того это всего лишь мимолётный интерес. Ведь у его пациента давно не было близости, а он всего лишь идеально подходящий на эту роль гей. Точно.       — Нет, — вновь одёрнув себя, Джэ вернул самообладание, — для тебя это имеет иной характер, нежели для меня. Это лишь интерес. Тебя недавно бросила девушка, у тебя давно не было секса, а тут подвернулся я. Как удачно, врач-гей. Идеально. Не так ли, Дэхён? — отходя от своего пациента, отчаянно сказал Ёнджэ. — Скоро ты поймёшь, что это лишь помутнение рассудка в результате расставания. Утолишь свой интерес, и всё. Вновь вернёшься к своей девушке или найдёшь другую, поняв, что это не «твоё». А обо мне и не вспомнишь больше. А я… буду помнить, — немного на повышенных тонах произнес Ю.       — Ты не знаешь, что чувствую я, — так же повышенным тоном произнес Дэхён. — Так что не говори, что для меня это лишь помутнение рассудка из-за расставания. Да, мне интересно, каково «это» — встречаться с парнем, не скрою. В этом ты прав. Но я хочу знать, каково «это» именно с тобой. Не просто потому что ты, как ты говоришь, подвернулся, а потому что ты мне нравишься. А расстались мы из-за того, что давно не были близки друг с другом, и я ей совершенно был не нужен, — выдал Чон и замолчал, глядя на Ю.       — Я готов завалить тебя прямо здесь и сейчас на этом столе, но ты к этому явно не готов. Да и лучше бы тебе поберечь свою пятую точку. Потому что ты совершишь ошибку, и мне будет намного сложнее тебя отпустить. А я нарушу своё правило. Я не встречаюсь с пациентами. Это мой принцип, — выговорил доктор всё, что у него наболело.       На мгновение повисла тишина. Ведь и правда, Дэхён хотел его, он даже понимал, что хочет, чтобы член этого доктора оказался в его заднице, но он ни разу не задумывался об этом серьёзно. Каково «это» будет в реальной жизни. В действительности он ещё не был готов. А этот доктор, кажется, уже поставил точку, не успев даже дать чему-то начаться. Хотя бы отношениям. Ведь всё не сводится к одной постели. Ему ли не знать... Дэхёну резко захотелось побыть одному. Снова разочарование. Ему казалось, что с парнем это окажется легче. Но получилось совершенно наоборот.       — Тогда и не говори, что это будет ошибкой для меня, если ты сам не хочешь её совершать, — вполголоса проговорил Чон. — До свидания, доктор Ю, — холодно попрощался менеджер, покидая помещение и оставляя врача наедине с собой, не давая тому сказать и слова. Сейчас он не хотел ничего слышать.       Дэхён вышел из кабинета оставляя доктора одного. Всё, что Ю сказал своему бывшему пациенту, всё было именно так. Ёнджэ сел на своё кресло, облокотившись на стол и скрывая лицо в ладонях. Это было очень тяжело. Но всё же поступить так было правильнее всего. Чтобы меньше боли для обоих. Для Ю, что уже почти влюбился в этого дико соблазнительного парня, которому он вернул самое дорогое — эрекцию. И для Чона, который через пару дней поймёт, что это было лишь наваждение, и вряд ли он в здравом уме согласился бы на всё это, ведь он не гей.       Так думал врач-уролог-андролог Ю Ёнджэ.       Дэхён считал по-другому, ведь он, наоборот, был уверен, что простым наваждением это быть не могло. Ведь Ю Ёнджэ не знал о парочке нюансов из жизни Чона. Что он уже в детстве по-особенному дружил с мальчишкой, что он уже целовался с мужчиной, и это ему понравилось. Плюс ко всему, кажется, он окончательно потерял интерес к женскому полу. Всего этого Ю Ёнджэ не знал, а Чон Дэхён боялся озвучить это вслух, чтобы окончательно в этом убедить и себя, и своего бывшего доктора.       Ёнджэ достал из папки на букву «Ч» нужную амбулаторную карту и написал в ней заключение:        «Пациент Чон Дэхён. Двадцать пять лет. Абсолютно здоров. Все анализы в норме. Половая дисфункция устранена методом ректального массажа предстательной железы».       Это был конец. Конец сеансам. Конец лечению. Конец встречам. Конец всему.