Flammeus onis (Красная Ливрея)

Да-да, кто хочет побыть публичной бетой, добро пожаловать Глава 1. Дорога домой. Когда Мерлин шагнул на мощеные булыжником улицы Камелота, из повозок все еще выгружали раненых. Солнце заливало Нижний город, а стены цитадели полыхали бледным светом белого камня. Увитые плющом домики и лавки рынка были пусты; народ, скорее всего, все еще топтался на главной площади, помогая рыцарям. С битвы у Камлана минуло несколько дней, а Мерлин только сейчас добрался до Камелота. Он ужасно устал, его ботинки были истоптаны и посерели от песка на дороге, увесистая сумка, в которой он тащил провизию до пещеры кристаллов, теперь похудела – в ней оставалось всего несколько ломтев хлеба и бурдюк грязной воды. Куртку он стянул на бедрах, потому что днем начиналась нестерпимая жара, а платок повязал на голову – чтобы темную макушку не пекло так сильно. Мерлин планировал быстро протиснуться между снующими на площади рыцарями, слугами и жителями города, и ловко, а главное незаметно, просочиться в покои Гаюса. Он пробежался по теньку вдоль смотровых стен, совсем беспрепятственно пролез под стоящей повозкой с бинтами и бочками воды, намотал себе на лицо платок и мерным шагом прошел под навесами для раненых, и наконец - пробрался в укромный ход. Тут же удушливая жара спала, Мерлина окатила прохлада каменных стен замка. Он попетлял по коридорам, немного задержался за гобеленом, поджидая обход стражников, потом спустился по ступенькам и пробежался мимо светлого коридора с разноцветными окнами. Когда он дотронулся до ручки двери, его словно окутало этим волшебным маревом счастья – он добрался до родного дома, Артур цел, Мордред повержен, и он, Мерлин, сейчас просто завалится на свою драгоценную кровать. Мерлин аккуратно приоткрыл дверь и выглянул, проверяя, нет ли кого в комнатах лекаря. Покои оказались пусты, а их тишину разрезал облегченный вздох. Мерлин медленно прошелся мимо шкафа со странными банками, спихнул свою сумку на пол рядом со скамейкой, пробежался пальцами по пыльному столу, сверкнул глазами в сторону бадьи с водой и уселся прямо на тюфяк с зерном, который когда-то, еще до войны, притащил для Гаюса с кухни. На лице его застыла блаженная улыбка человека, который выполнил все свои дела на неделю за один день. Мерлин вгляделся в пыль, которая размеренно оседала в лучах солнца. Миллионы мелких серых пушинок колыхались в неровном свете из окна. В Камелоте наступал вечер. Когда Гаюс вернулся в комнаты, через окно мерно светила луна. Большая и бледная, она расчертила пол на четыре неровные полоски. Старый лекарь положил свою кожаную потертую сумку на стол, послышался тихий звон колбочек с лекарствами. Гаюс, ухватившись рукой за поясницу, медленно присел на скамейку и тут же вскрикнул. Что-то между столом и бочкой с пьявками завозилось, заворчало и начало подниматься. Лекарь попятился и успел напридумывать себе довольно много вариантов развития событий, когда из темноты донесся знакомый и хриплый со сна голос : «- Гаюс, это ты?» Мерлин порывисто обнял наставника за плечи, потом пробормотал «Forbeare» и зажег настольную свечу. Лекарь предстал перед взглядом Мерлина уставшим стариком, на рукавах запеклась кровь, вся накидка пропиталась лекарственными отварами. - здравствуй, Гаюс, - мягко пробормотал он, улыбнувшись печальной улыбкой, - как он? - Мерлин, ты даже не представляешь, что было здесь, за эти четыре дня. Почему ты так долго возвращался? Мерлин покраснел и словно весь сдулся. - я потерял лошадь, Бинки ускакала в неизвестном направлении, - он почесал макушку, словно извинялся. Гаюс еще раз обнял его, горячая слеза сорвалась со сморщенной щеки лекаря и упала на синюю рубашку Мерлина. - ох, Мерлин, - пробормотал старик, - ты и не представляешь… Когда Гаюс поставил перед Мерлином горячую плошку супа, было далеко заполночь. - послушай меня, Мерлин, - прошептал лекарь, пока его подопечный заглатывал в себя похлебку, - настали еще более темные времена, теперь все намного сложнее. Моргана знает кто ты, ты должен быть еще осторожнее! Это вопрос времени, когда она разоблачит тебя. - да, - пробубнил Мерлин, чуть не захлебнувшись луковым супом, - но Мордред теперь мертв, - на этом его лицо смертельно побледнело, словно перед ним все еще стояла картина мертвого тела, - а Артур выиграл битву, она вряд ли сунется сюда сейчас. - но суд Дизир не окончен, Мерлин, - воскликнул Гаюс, - Древняя Религия будет искать другой способ забрать короля. Не думай расслабляться, мальчик. - я был в пещере кристаллов, Гаюс, - похлебка была отодвинута в сторону, тишину комнаты прорезал тихий мальчишеский голос, - я видела Балинора. Я видел отца. Гаюс согнулся, словно под тяжестью невидимой ноши. - он сказал, что я и есть сама магия, никто не в силах отобрать ее у меня, - прошептал Мерлин так тихо, как мог, - я видел его, я говорил с ним! Я… И из глаз его потекли слезы, он зашмыгал носом и начал давиться рыданиями. - Гаюс, я сражался, я так боялся не успеть. Я видел как наяву, как Мордред вонзит меч в тело Артура! Я словно на секунду очутился там, тем стариком, в шести шагах от победы, не успевшим оттолкнуть! Бинки тогда чуть не сломала ногу, я скакал быстрее ветра! Ты не представляешь, насколько Бинки, эта потолстевшая кляча, может быть быстра! Я думал, что не успею, Гаюс… Мерлин бормотал и бормотал, его глаза и щеки раскраснелись, он истерично взмахивал руками. Старый лекарь молчал, его ссутулившиеся плечи отбрасывали тень на каменный пол. - я вонзил в него меч, я смотрел в его глаза, Гаюс, - зашептал Мерлин, словно это был неведомый секрет, - мне было так больно, словно я проткнул самого себя. А сзади стоял Артур, он смотрел на меня… Так… я не знаю, как он смотрел на меня. Я в тот момент вообще ничего не видел. Мордред хватался за меня, как за спасительную соломинку, я смотрел в его глаза и не знал, извиняться ли мне. Мерлин словно вновь очутился у тех серых гор, на границе Камлана, где по его рукам текла кровь несостоявшегося убийцы. Мордред пал, его огромные синие глаза устремились в грозовое небо, он порывисто выдохнул и больше не встал. Артур стоял напротив, все еще сжимая Экскалибур в руке, словно он – единственная опора в его положении. Его кольчуга и пояс от ножен перекрутились в неправильном положении, и Мерлин тогда ощутил явное желание подойти и одернуть их, словно они находились в Камелоте, в покоях короля, все еще готовясь к походу. Но он не смел сделать и шага, его красная накидка пропиталась кровью, теперь становясь черной. Меч в руке, он мог чувствовать магию в нем, закаленный дыханием дракона, точно такой же, как у Артура, поймал блики и кинул их на землю, темную и влажную. - ты Эмрис, - сказал Артур, его глаза встретились со взглядом Мерлина, и у последнего застыла кровь в жилах. И между ними словно разверзлась пропасть, ни шагнуть вперед. Мерлин осмотрелся, думая, а не сбежать ли, не сказав не слова, но Артур дернулся к нему, переступил через тело какого-то сакса и молча протянул руку. Это было то крепкое рукопожатие, что он давал своим рыцарям, а теперь морщинистая ладонь старика легла в черную перчатку короля. Ах, как мечтал Мерлин о том, что вместо сухой руки Эмриса, там будет лежать его ладонь, испещренная мозолями и мелкими царапинами, с обгрызенными ногтями и вся в саже. - я рад, что ты пришел, - словно через силу вымолвил Артур, - ты был невероятен, Эмрис. Он словно стал настоящим Королем – на фоне темных туч его серебряная кольчуга и ясный взор голубых глаз показался Мерлину волшебством. Словно все это случилось в один момент. А в другой – Артура окликнул Гвейн, подхвативший второй меч, торчавший из земли, за рукоять, словно пушинку. За ним неохотно следовали Персиваль и Леон. Камелотские плащи уже развевались на них, Персиваль нес Артуру его щит. Они остановились встревожено ,заметив, кто стоит рядом с их королем, словно по сигналу вытащили мечи и встали в защитные позы. Но Артур лишь улыбнулся. - он не враг нам, - пробормотал он, расцепив их крепкое рукопожатие, - он маг, но не враг. Мерлин медленно повернулся к рыцарям, опустив меч в складки своей накидки. - о, великие рыцари Камелота, - пробормотал он, исковеркав голос до неузнаваемости, - хорошо, что вы нашли своего глупого короля. Я боюсь, что мне пришлось бы провожать его в лагерь. Артур глубоко вдохнул рядом с ним, словно силясь сдержать ругательства. Мерлин даже почувствовал, как заскрежетали зубы у Леона. - ей, он и твой король тоже, - рыкнул Гвейн, - прояви хоть каплю уважения, старик! - хорошо, что ты упустил слово о немощности, пьяный рыцарь, - проскрежетал Мерлин, опираясь о свой длинный посох, который держал в левой руке, - иначе бы я отправил тебя в полет своей невероятной и самой волшебной из волшебных магией вон к той скале. И захихикал, пытаясь выглядеть как можно более сумасшедшим в глазах собравшихся рыцарей. Артур возвел глаза к небу, словно не он минуту назад крепко держал его руку в своих перчатках. - а теперь, уважаемые леди, - Мерлин удовлетворенно вздохнул, когда у Персиваля, самого спокойного, дернулся левый глаз, - мне пора героически исчезнуть. Закройте глаза, дамы! И пошаркал назад, переступая через тела и пряча копию Экскалибура в складках мантии. Артур пытался окликнуть его, но Мерлин прошептал заклинание тумана, так, что ни зги не было видно. Когда он выбрался из ущелья, армия, довольно поредевшая и уставшая, уже выехала на север, обратно, домой. В полголоса Мерлин окончил свой рассказ, упустив свои поиски глупой лошади, которую оставил отдыхать у подножия скалы, где росли дикие яблони. Он шел следом за армией, но быстро устал и решил остановиться на привал. Когда же он проснулся, а проснулся он довольно поздно, то обнаружил в паре километров от себя пустую стоянку – Артур двинулся в путь, стремясь быстрее доставить раненых к Камелоту. Из-за усталости, Мерлин решил отстать и отстал на четыре дня. Гаюс молча похлопал его по спине, а потом потрепал по черным слипшимся волосам. - ты хорошо поработал, Мерлин – пробормотал старик, - ты достоин награды, но увы, все теперь будет по-другому. Мерлин вспомнил, что там, на поле боя, он был всего лишь Эмрисом – могущественным колдуном, насылающим молнии на врага. Теперь же, он мальчишка-слуга. Друг Артура. Сбежавший на пороге войны, не сказавший ни слова. И теперь ему точно не отделаться объяснением своего отсутствия таверной. Мерлин вздрогнул, словно от пощечины. - Артур вернулся, - проговорил Гаюс, увидев, как быстро потускнел взгляд его подопечного, - но он не вспоминал о тебе, мой мальчик. Раненых рыцарей сейчас слишком много, он и Гвен заняты укреплением границ и подписанием договоров с соседними государствами. Сейчас тяжелое время, Артур очень мало времени проводит в тренировках, больше в тронном зале. Принимает делегации и послов. Но есть другое, Мерлин. Мерлин отнял голову от столешницы, медленно фокусируюсь на Гаюсе. - он хочет сделать кое-что очень важное, - прошептал лекарь, а Мерлин весь обратился в слух. Свеча медленно сползла вниз и погасла, - он хочет отменить запрет на магию.