Возможна ли жизнь после?

Доброго времени суток, господа! Да, бессовестная. Да, явилась черт пойми после какого перерыва. Но я невероятно счастлива, что вернулась))) Ловите продолжение истории. Надеюсь на снисходительность со стороны муза и на то, что времени будет немного побольше, чтобы писать.

всегда Ваш заблудший, сумасшедший Огурчик)

Ещё одна кружка кофе не сделает доброго дела для самочувствия – бодрости хоть отбавляй, а ситуация ещё не прояснилась, да и тошнит неимоверно. Вновь взгляд на настенные часы, такой же холодный и отстраненный как всегда. Своеволие Жертв вызывало непонимание и недовольство, а то, что не было возможности к ним пробиться ментально, злило до зубовного скрежета. Когда такое было, чтобы он, самый сильный Боец из всех, что только были, не мог добраться до своей Жертвы?! Юмэйнару был зол. Зол до крайности. Его бесило, что Жертва, которая подчинялась ему из-за своей мягкотелости и невероятной внушаемости на протяжении стольких лет, внезапно показала зубы. Его бесило, что он, такой могущественный, не мог подчинить себе одного-единственного пацана. Даже то, что весь мир, как всегда, ополчился против него, его не раздражало, потому что он привык к этому. Но чувствовать себя беспомощным, это уже никуда не годилось. – Ну, осталось только пожалеть себя и поплакать, – Юмэйнару усмехнулся своим мыслям и хлебнул несколько остывшего кофе. – Что же вы затеяли, ребятки? Минами, без тебя же не обошлось, правда? – Эйдзоку недобро сверкнул глазами и, медленно взяв нож со стола, стремительно бросил его в одну из висящих на стене фотографий – фото Минами Рицу. – Минами, мне кажется или тебя уже не так сильно тянет в дом моих родителей? – Кацу провел кончиками пальцев по обнаженному плечу Жертвы. Рицу слегка повернул голову к Бойцу, положил книгу на тумбочку и снял очки, после чего повернулся к Кацу и властным жестом притянул к себе: – Там уже первый акт закончился, а здесь ещё не начинался. Бровь Кацу приподнялась в немом интересе: – И что планирует сделать моя несравненная Жертва? – Боец едва заметно укусил Агнца за ухо, а рукой провел по торсу, вырывая из уст Рицу тихий, почти неслышный стон удовольствия и легкую дрожь по телу. – Я что-то не слышу о твоих планах… – Совсем ничего не слышишь? – Минами ощутимо погладил коленом пах Бойца, с удовлетворением замечая, как тот стиснул зубы и шумно выдохнул. – Я слышу много чего стоящего и ласкающего слух, но немного не того, чт… Он не договорил – рука, легко сдавившая горло, не позволила. – Кацу, не задавай много лишних вопросов… ты первым узнаешь о моих замыслах. Ты же сам прекрасно это знаешь, – не отпуская горло Бойца, он впился в его губы собственническим поцелуем. – А теперь завязывай с вопросами и займись делом. Кацу ухмыльнулся и не заставил себя просить дважды. Ловко перевернув и подмяв Жертву под себя, он завел его руки над головой и прошептал на ухо, опаляя кожу горячим дыханием: – Что-то ты задумал… – Может, мы как-нибудь потом побеседуем по душам? – недовольство в голосе Жертвы заставило Бойца ухмыльнуться ещё шире. – Невтерпеж? – И как это ты только догадался? – Рицу попытался хоть как-то вывернуться, чтобы вернуть свое преимущество. Не то, чтобы он был сильно против такого положения вещей, просто разговорами Кацу его несколько достал. В итоге он только ещё раз провел ногой по паху Стража и плотоядно облизнулся. – Мм, так тебе, оказывается, тоже невтерпеж. Что ж ты тогда продолжаешь языком чесать? – Черт… чтоб тебя! – более ни один из них не мог сдерживаться. Они всегда были жадными друг до друга. Им всегда будет друг друга мало. – Зайзен-сан, ты так толком и не сказал, что будешь делать с моим клоном, – Рицка вяло жевал и так же вяло смотрел на ученого, словно его всерьёз не интересовало то, о чем он спрашивал. Кёйчи преимущественно смотрел на Жертву, а потому почти не следил за нитью разговора. – Твоя память клону была внедрена с твоими генами. А через некоторое время, когда он несколько подрастет, мы внедрим ему гены Юджино, – ученый сказал всё это таким будничным голосом, словно это было то, чем он занимался каждый день. Рицка поперхнулся и посмотрел на Зайзена. – Я не ослышался? – Не ослышался, – мужчина сделал глоток чая и кивнул Рицке: – Чего хочет Юмэйнару? – Рицку, – голос подал Кёчи, настороженно глядя на ученого. – Не совсем так, – одна эта фраза вызвала сильный интерес у Нелюбимых, они полностью обратились в слух. – Юмэйнару хочет идеальную Жертву, которой он сможет подчиниться. Он не только не подчинился Юджино, но и подчинил его самого только потому, что его сила во много раз превышает силу его Жертвы. Пока что идеальную Жертву он видит в Рицке. Он, в принципе, прав, потому что Рицка очень силен. Более того, у него ещё и скрытый потенциал, – он повернулся к Рицке. – Да, парень, ты можешь то, что не может никто из двух школ братьев Юджино. Не смотри на меня таким устрашающим взглядом. Я не знаю четко, что ты умеешь, но был бы не прочь узнать. – Я не позволю ставить опыты на моей Жертве, – Янасе подскочил на стуле, угрожающе глядя на Зайзена. Рицка успокаивающе накрыл его руку своей. – Я тоже хочу знать, что умею. Но да, я не согласен на опыты. Сатоши “случайно” поставила на руку супругу поднос и испытующе посмотрела на него: – Своё мнение озвучивать не буду, потому что ты его и так знаешь. – Да что вы заладили: опыты, опыты… никаких опытов. Просто небольшое наблюдение за тобой в экстремальных ситуациях. – Значит, ничего не получится. – Рицка громко потянул чай, несмотря на то, что тот совсем остыл. – Я же как-никак в последнее время стараюсь избегать всяких экстремальных ситуаций. Зайзен отмахнулся и поморщился. – Я говорю не о настоящих боях, а об искусственно созданных. Кстати, Нагиса уже согласилась нам помочь. – Когда вы всё только успеваете. Я же своего согласия не давал вообще-то. – Давай будем считать, что ты всё-таки согласился, – заметив удивление во взглядах Нелюбимых, Зайзен пояснил, инстинктивно отодвигаясь от стола: – Нагиса уже едет сюда со своими Зеро. Они будут для вас двоих лучшей тренировкой. Зайзен встал из-за стола и, что-то напевая себе под нос, отправился в лабораторию до приезда Нагисы. Рицка, скривившись, смотрел ему вслед. – Кажется, нам не оставили выбора, – он перевел взгляд на Бойца и, подойдя, крепко обнял его, потираясь щекой о его щеку. – Может, это и хорошо, нам не мешает стать лучше. Пойдем, подготовимся к встрече друзей? Нагиса и Зеро приехали где-то через час. Рицка и Янасе ждали их, сидя на ступеньках. – Ооо, почему я не вижу ковровой дорожки?! – Йоджи подбоченился и скроил обиженную мордаху. – Мы так долго ждали, что успели её свернуть, подумав, что вы испугались и решили не приходить, – Рицка жевал зубочистку и из-под полуопущенных ресниц смотрел на друзей. – Вот же засранец. Я заставлю тебя забрать эти слова обратно! Нацуо, открыть систему! – на эту фразу отреагировал только Зайзен, который моментально на крик Жертвы Нулей выглянул из окна лаборатории: – Не сметь! – заметив, что никаких движений ни с одной из сторон нет, он осекся и почти шепотом поинтересовался: – Нагиса, что это только что было? – Не обращайте внимания, Зайзен-сан, это их обычное состояние. – Нагиса, по своему обыкновению, накручивала на палец локон и с интересом разглядывала Рицку. – Нагиса, что-то случилось? – Нет-нет, всё в порядке. Может, вам уже пора бы размяться? – несколько суетливо она пошла в дом, подгоняя пары. Зайзен и Сатоши стояли у двери и ждали, пока вся эта честная компания поднимется. – Тогда не будем тянуть время. Вперед, дети мои, на бой. “Пафосный дядечка”, – Нацуо с любопытством изучал ученого и обстановку в квартире. “Вылитый Кацу”, – Йоджи тихонько фыркнул и сжал руку Бойца. – “Как будем драться с Рицкой и Кёйчи?” “Давай по полной. Мы с тобой сможем остановиться в любой момент, а им тренировка и, правда, нужна…” Зайдя в лабораторию, Зайзен в первую очередь проверил состояние всех четверых, чтобы не было никаких неожиданностей. – Если что-то пойдет не так, останавливайте бой, мне не нужны здесь хладные трупы. – Как скажете, – Йоджи улыбнулся и посмотрел на Нелюбимых: – Мы не собираемся играть и атаковать в полсилы. Эта игра всерьёз. Рицка кивнул другу. – Это именно то, что нам сейчас надо, – Аояги встал за своим Бойцом и, положив руку на его плечо, сказал: – Зеро, мы вызываем вас на бой! – Принимаем! Нацуо, открыть систему! Выдохнуть смог, а вот следующего вдоха уже не последовало. Только кровь тонкой струйкой из уголка рта. Глаза широко раскрыты, но он уже ничего не видит. Никогда не увидит. Мертвенно-бледное лицо делало его невероятно прекрасным – он походил на мраморное изваяние, которое руками сотворил самый настоящий мастер… он же и разбил его вдребезг, боясь, что кто-то, кроме него, увидит его детище и заберет. В руках мастера осталось только едва-едва трепещущее сердце. Он хотел опустить его в формалин до того, как оно трепыхнется в последний раз. Ведь так забавно смотреть на угасающую в руках жизнь. Забавно, когда сам - творец судеб. Пусть не всех, но некоторых. Бог. Он от него спрячется.