Возможна ли жизнь после?

Рицка и Кио шли впереди, а Янасе на несколько шагов отставал, со спины наблюдая за своей Жертвой и периодически оглядываясь, ведь неизвестно, чего можно ожидать от Юджино Цуёши. – Привет. – Кёйчи вздрогнул от голоса Рицки, и почувствовал, что Жертва волнуется. Рицка был грустный, но так нежно улыбался, что одной такой улыбкой мог растопить даже вековой ледник. – Я скучаю. Мне вас так не хватает. Он продолжал говорить, убирая лепестки цветов и листву, которые принесло ветром, а Кио вытирал пыль, тоже периодически вклиниваясь в монолог Рицки. Они рассказывали Соби, Сеймею и Нисею о том, что происходит в их жизни, вспоминали прошлое, грустили и улыбались… а Янасе продолжал наблюдать за Рицкой. Он не мог оторвать от него свой взгляд. Для себя он давно определился, что Рицка похож на лучик солнца, который согревает своим теплом. И Янасе хотелось, чтобы свет этого лучика никогда не померк, а значит, он всегда будет его оберегать, даже если ему придется отдать жизнь. Рицка вздрогнул и укоризненно посмотрел на него. “Не нужно отдавать за меня жизнь. Ты же уже сам убедился, насколько я живучий”. Янасе только улыбнулся и подмигнул, не зная даже, что подумать в ответ. Он просто радовался, что Рицка больше его не игнорирует, пусть неизвестно, сколько это продлится, ему достаточно было уже этих мгновений. “Спасибо тебе, Рицка”. – Рицка, бабочка… такая, каких любил рисовать Со-тян! Посмотри, она словно сошла с его картины! – Кио смотрел на восхитительно хрупкую бабочку, с крыльями цвета сапфира, которая оставляла за собой странное свечение. Рицка вытянул руку ладонью вверх, и эта бабочка без опаски приняла его, так называемое, приглашение и села на ладонь, но ненадолго. Спустя пару мгновений, взмахнув нежными крылышками, она поднялась и невесомо опустилась на нос ничего не понимающего Янасе. – Соби… – Рицка был настолько удивлен, что не заметил, как слёзы покатились по щекам. Янасе с изумлением смотрел на Рицку, который медленно подходил к нему, осторожно ступая, будто шел по водной глади. Боец не шевелился, чтобы не спугнуть ни Жертву, ни бабочку. Он мало что понимал из того, что происходило в тот момент, но чувствовал, что для Рицки это имеет большое значение. Рицка подошел к Кёйчи и только протянул руку, чтобы коснуться бабочки, как та просто растаяла. – Нэ? Ри-тян, а где бабочка? – Кио был в недоумении. – Нет, я только что же видел как это чудное создание село на нос Кё-тяну и куда она сейчас испарилась? – Соби… я всё понял… – Рицка опустил руку и ткнулся лбом в плечо Янасе. Боец несколько опешил от такого поведения своей Жертвы, он боялся его потревожить, но всё-таки осторожно положил руку ему на плечо. – Рицка, всё нормально? Не поднимая головы, Рицка спросил: – Кёйчи, как ты думаешь, Соби знал, что ты мой природный Боец? – Знал. – Ответ был незамедлительным и настолько уверенным, что сомнений в его истинности не возникало. Нелюбимый распрямился, с улыбкой посмотрел на Бойца, после чего повернулся к Кио, который ничего не понимал, но не тревожил этих двоих: – Ну что, наверное, уже пора, да? – Кио кивнул. – Подождёте меня в машине? Я через несколько минут подойду. – Рицка, но… – Кёйчи, всё нормально, правда. Иди. – Янасе ничего не оставалось, кроме как подчиниться воле своей Жертвы. – Эй, так куда делась бабочка? Кё-тян, ты что-нибудь понял? Кё-тян, подожди меня! – Кио торопливо пошел за Янасе, пару раз обернувшись на Рицку. Рицка стоял и смотрел на портрет Соби. Он чувствовал, что тот где-то неподалеку. Само собой, незримо, но присутствие его ощущалось почти физически. – Значит, ты уже тогда знал, что мой природный Боец рядом, но ничего мне не сказал. Так, Соби? Когда ты хотел мне это сказать? Может, если бы я успел отказаться от имени до того дня, ничего бы не произошло, а? Как считаешь? Я знаю, что ты всё это время рядом со мной и… и рядом с Янасе. Ты отправил меня его лечить… и попросил, чтобы я хоть как Бойца его принял… я не знаю… я не знаю, что мне делать, Соби… мне тяжело без тебя… Я всегда о тебе думаю. Сплю, бодрствую, не важно… ты всегда в моих мыслях. Знаешь, я до сих пор думаю о том, что было бы неплохо умереть и встретиться с тобой… – В этот момент на небе сильно громыхнуло. Рицка поднял голову и усмехнулся. – Не одобряешь этого моего желания? Само собой… ты всегда говорил, что я должен жить. Ты эгоист, Соби. Почему ты не думал о том, каково мне это переносить? Каково мне жить, зная, что ты мне больше никогда не улыбнешься? Всё-таки я умер в тот день… с вами… здесь сейчас только оболочка. – Рицка почувствовал, как Янасе легонько потянул за нить, чтобы узнать, что с Рицкой всё в порядке. Он ответил, чтобы Боец не прибежал сломя голову. – Я пойду, а то Кио и Кёйчи забьют тревогу. Я скоро ещё приду. Соби… бабочка… что-то вроде благословения, одобрения Янасе? – Он почувствовал легкий, приятный, ласкающий ветерок, как видно, в знак согласия, а в шелесте листвы услышал едва различимое: “Ski dayo, Ritsuka”. – Ski dayo, Soubi. Развернувшись, Loveless пошел к машине, где его ждали Кио и Янасе. Устроившись в машине и, сняв с головы Янасе непонятно откуда взявшийся листочек, он улыбнулся и бодро поинтересовался: – Ну что, может, поедем где-нибудь перекусим, а то я дико проголодался! – Ри-тян, твою голову посетила великолепная мысль! Я тоже проголодался! Кё-тян, а ты? Кио звучно хрустнул очередным леденцом и хохотнул, глядя на то, как Янасе начинает тихо свирепеть. Так, шутливо переругиваясь, они и поехали на поиски какого-нибудь кафе, которое можно атаковать. Сейджи шел по коридорам Лун в кабинет Рицу, сопровождаемый девушкой-администратором, и нервно оглядывался. Его прямо-таки всего трясло от волнения, страха и предвкушения чего-то неизвестного. Он резво остановился, чуть не врезавшись в девушку, которая уже стучала в кабинет. – Да. – “Голос такой молодой и мелодичный, а я думал, что он, по крайней мере, должен сипеть как злодей в фильме…” – Рицу-сенсей, к вам пришли. – Ну, пригласи, кто там пришел. Девушка выглянула за дверь и, дружелюбно улыбнувшись, пропустила Сейджи в кабинет. – Я могу идти, Рицу-сенсей? – Да, иди, если что, я тебя позову. Она вышла, прикрыв за собой дверь, а Хигаши, как только его глаза привыкли к полумраку комнаты, рискнул осмотреться. Стеллажи с книгами и папками, диван, редкие бабочки в рамочках на стенах, много бабочек... около окна массивный дубовый стол, на котором стоял компьютер, и опять же много папок. Парень натолкнулся на изучающий взгляд светловолосого мужчины в очках, причем очки не могли скрыть того, что их обладатель может быть очень опасным. Сейджи сглотнул, ойкнул и решил исправить то неловкое положение, в которое, как он считал, попал: – Здравствуйте, вы же… вы Минами Рицу-сенсей? – Предположим, что да. А ты кто такой? – Я… меня зовут Сейджи Хигаши. Я из школы Красных Лилий. – Вот так вот, да? – Рицу даже привстал от изумления. – И что ты здесь делаешь, да ещё и в таком плачевном виде? – Я хочу попросить вас… примите меня в вашу школу, пожалуйста! – В уголках глаз парня собрались слезы, можно было бы подумать, что это у него от волнения, которое он испытывал, находясь перед “великим и ужасным”, но это было от страха, что ему не поверят. – А какой резон мне принимать тебя, ученика конкурирующей школы? – Я ищу защиты… – таким голосом он должен был пронять даже айсберг… и некоторое время назад, ему, возможно, удалось бы сразу убедить Рицу, который был бы только рад отвоевать у Юджино ученика, в своей искренности, но не сейчас… теперь Рицу знал, что Юджино-сенсей замышляет такую подлость, что вообразить сложно, и не мог верить какому-то приходящему пареньку. Но он всё-таки выслушал историю Хигаши и был вынужден признать, что история довольно слезливая, а потеря бойца вообще вызывает остановку пульса, но ему что-то не давало покоя. – Хорошо. Хигаши-кун, я позволю тебе здесь быть. Но… ты будешь следовать всем правилам, которые прописаны в нашей школе. И ещё, мы подберем тебе Бойца, я лично этим займусь, но только после того, как узнаю, на что ты способен. Сейчас подыщем тебе подходящую комнату, занесешь свои вещи и отправишься к врачу. – Зачем ко врачу? – Ты себя в зеркале видел, парень? Если нет, то посмотрись, вон оно на стене. – Рицу что-то смотрел в компьютере, но не забывал поглядывать на Сейджи. Тот сидел, опустив голову. –Да и медицинскую карту на тебя надо заводить. Кстати, ты так и не сказал твоё истинное имя. – Lawless. – Непокорный? Не похож ты на непокорного. – Знаете, Рицу-сенсей, после тех уроков, которые мне преподали, покорности прибавляется в разы. – Минами хмыкнул, как-то остро взглянул из-под очков, но ничего не сказал. Потом по телефону вызвал всё ту же девушку и, пока она не пришла, продолжил неспешную беседу с Хигаши. Кио высадил Рицку и Янасе около школы, махнул рукой и уехал. Они постояли и, дождавшись, пока машина скроется за поворотом, двинулись к дверям. Шли молча, потому что Рицка напряженно думал, а Янасе не хотел его тревожить. Но, поскольку, долго молчать он не приучен, да и три вопроса не давали ему покоя, он всё-таки решился потревожить свою Жертву. – Рицка, я не сильно тебя отвлеку, если задам три вопроса? – Ну, разве что три. – Рицка хохотнул. – Только ты их все сразу задай, а я уж посмотрю на какой тебе ответить сначала, и стоит ли отвечать. – Меня со вчерашнего дня мучает твоя фраза: “Благодари Соби”. Почему его благодарить, если это ты меня вылечил? – он затих, а Рицка спросил: – А ещё два вопроса? – А, ага. Вопрос второй, ты меня сегодня весь день называл только по имени… – Ну, и? – Ну, и мне интересно почему. Ты же поначалу не обращался ко мне никак, кроме как Янасе. – И третий вопрос, явно должен быть на добитие, да? – Рицка хитро прищурился. – Почему же на добитие, мне просто хочется знать… когда мы уезжали сегодня из школы, ты обратил внимание на парня, который направлялся в школу. Он мне показался каким-то зашуганным. Ты его знаешь, Рицка? – он замолчал и выжидательно смотрел на свою Жертву. – Надо же, я тебе даже по порядку и отвечу, и на все вопросы. – Начало Янасе уже порадовало. – По поводу благодарности Соби… он ко мне приходил, не наяву, само собой. То ли сон, то ли вещее видение какое-то что ли, но именно он отправил меня к тебе. Я же не знал, что тебе настолько плохо, а он, как оказалось, знал. – Кёйчи кивнул и улыбнулся, про себя поблагодарив-таки Соби, и, заметив, что Рицка улыбнулся, понял, что тот прочитал его мысли, и покраснел. – Что касается второго вопроса. А тебе больше нравится, когда тебя называют по фамилии? Мне больше нравится звать тебя по имени. Возражения есть? Янасе отчаянно замотал головой, всем видом показывая, что ему тоже нравится, когда Жертва зовет его по имени. – А парень… знаешь, мне он показался знакомым, причем знакомство было крайне неприятным. – Они как раз дошли до кабинета Рицу, постучались и, не дожидаясь ответа, внедрились в помещение. – Рицу-сенсей, вы просили нас зайти, как только мы вернемся. – О, вы уже вернулись. Это хорошо, я… – договорить он не успел, потому что в дверь влетела Нагиса, таща за собой на буксире Нулей, которые, завидев Янасе и Рицку, стали кричать о помощи. Через этот невообразимый поднявшийся гвалт никто не обратил внимания, что Рицка неотрывно смотрит на сидящего на стуле парня. Парень сидел в профиль и был так напряжен, что создавалось впечатление, будто он проглотил кол. Перед лицом Рицки замелькали картинки, в голове, словно набатом, проносились фразы, его начала захлестывать такая ярость, что Янасе, почувствовав состояние Жертвы, не на шутку испугался. – Рицка? – он шагнул к нему, а Рицка медленно двинулся к парню. – Рицка, что случилось? В комнате, как по команде, стало тихо так, что эта тишина резала слух. Остановившись напротив парня, Рицка немного наклонился: – Lawless. – Заметив, что парень, глядя в сторону, нервно сглотнул, Рицка понял, что прав.– Ты же Хигаши, да? Я правильно вспомнил? Что молчишь, ответь, мне интересно, не ошибся ли я. Хигаши повернул голову и посмотрел в глаза Рицки. То, что он увидел, его сильно испугало. Глаза Нелюбимого были совершенно черными, в них плескались гнев и ярость, огонь, который, при особом желании, мог бы спалить всю школу, но это… сейчас это предназначалось только ему, ему одному. Ещё раз сглотнув, он всё-таки ответил: – Да, это я. – Ты один? А где ещё три пары? И где же твой Боец, lawless? – Моего… моего бойца убили. Рицка распрямился, посмотрел на Хигаши сверху вниз и пронзительно засмеялся. Все были шокированы таким поведением Рицки. Смех прекратился так же внезапно, как начался. – Эй, lawless, – дождавшись, пока Хигаши поднимет на него свой взгляд, Рицка, нацепил на лицо, едкую, пугающую улыбку. – Можно, я тебя убью?