Без права на свободу

      Наутро блондин проснулся от того, что кто-то, обняв, сильно прижимался к нему. Сонно открыв глаза, Дейдара увидел перед собой Хидана. Его била мелкая дрожь. "Он замёрз?" — блондин укрыл себя и преподавателя одеялом, вновь задремав. * * *       Уже вечерело и Дей, встав довольно рано, уже успел переделать всё, на что ему хватило фантазии, и даже помыть посуду и покормить кота. Но Хидан всё ещё лежал в кровати, не собираясь вставать. Дейдара теперь сидел и смотрел на свою птичку. Она почему-то не чирикала как обычно, а сидела и молчала. Вздохнув, Дей аккуратно зашёл в спальню и посмотрел на спящего. "Ну, сколько спать можно?" — подумал Дей, смотря на время. Тут Хид закашлял и, зарывшись носом в одеяло, повернулся к стене.       — Ммм? — блондин приподнял бровь и подошёл к кровати, — Хидан-сама? — блондин отодвинул одеяло.       — Холодно... — Хидан снова зарылся под одеяло.       Дей опять отодвинул одеяло и коснулся рукой лба преподавателя религии.       — Да у тебя жар! — воскликнул Дей.       — А теперь я ещё и оглох... — пробурчал тот и снова зарылся в одеяло.       — Прости, я сейчас, да... — паренёк выскочил из спальни.       На кухне послышалось активное шебуршание и звон склянок. По-видимому, блондин успел уже что-то разбить за столь короткое пребывание на кухне. Тем временем больной вновь успел задремать. Дейдара зашёл в спальню с аптечкой, включил ночную лампу и сел на край кровати. Найдя нужную таблетку, он достал её и повернулся к Хиду со стаканом воды:       — Хидан, выпей таблетку, — теперь Дей обращался к нему неофициально.       Кажется, он переживал за здоровье последнего и отбросил все формальности. Хотя блондин сам себя не понимал, его тянуло обращаться к парню с уважением, как к преподавателю и просто незнакомому человеку, но при непредвиденных или кризисных обстоятельствах Дей обращался к нему, как к самому единственному близкому и родному.       — Не хочу я... — пробурчал Хидан.       — Зато я хочу! — Дей отодвинул одеяло.       Хид оживился и повернулся к блондину лицом:       — Чего хочешь?       — Чтоб ты таблетку выпил, да.       Пепельноволосый поморщился, но выпил лекарство по просьбе студента, затем снова лёг под одеяло.       — Может, ты что-нибудь хочешь? — немного взволнованно спросил Дей.       — Тебя... — пробурчал Хид, не придумав ничего оригинальнее.       — Я спросил "чего-нибудь", а не "кого-нибудь", — поправил Дей.       — Не, ничего не хочу...       — Ну ладно, я тогда пойду, а ты лежи, отдыхай...       — Посиди со мной...       Вздохнув, Дей погасил лампу, чтобы та не мешала Хидану. Сам же так и остался сидеть на краю кровати. Второй же тихо подполз к юноше и обнял его за талию. Дейдара повернулся к столь наглому больному.       — Не раскрывайся, да... — он аккуратно убрал руки Хида со своей талии и укутал его в одеяло по шею.       — Ну, я хочу тебя обнять... — Хид, раскрывшись, снова обнял талию блондина.       — У тебя озноб и температура, тебе нужно в тепле лежать... — блондин опять убрал руки препода, укутав его. — Лучше я тебя обниму, а ты лежи, да...       Дей лёг рядом с преподавателем, поверх одеяла и приобнял его. Седой, довольно улыбнувшись, посмотрел на него и закрыл глаза. Блондин тоже улыбнулся в ответ и немного прижал к себе преподавателя религии. Вскоре Хидан снова уснул, пригревшись в объятиях студента, который тоже задремал, под мирное посапывание пепельноволосого.       Наутро Дей проснулся от хриплого кашля преподавателя. Откашлявшись, Хид перевёл взгляд на ученика:       — Извини, что разбудил.       — Ничего страшного, — Дейдара сел на край кровати и потянулся.       — Я уже заколебался лежать, блин...       — Пойдём на кухню, я тебе что-нибудь вкусненькое приготовлю, — Дей посмотрел на Хида. — Если хочешь, конечно...       — Ну пошли... — тот лениво поднялся и, накинув на себя рубашку, пошёл на кухню. Блондин поплёлся следом. Зайдя на кухню, он сразу поставил чайник греться.       — Может тебе бульона куриного?       — Ну ладно... — Хид сел на стул, — А какой день недели то сейчас?       — Воскресенье, ага... — Дей достал из морозилки филе курицы и поставил варить.       Хид звонко чихнул.       — Будь здоров... — Тсукури одел розовый фартук в рюшечках, закрыл форточку и начал заваривать чай и резать лимон.       А фартук ты-то откуда достал?       — А я у тебя отрыл, вчера, пока убирался. Очень даже милый, да...       — Что-то я его не помню... Стоп, ты убирался?! Только в кладовке не лазь!       — А я как раз хотел в коридоре и кладовке убраться сегодня, — Дей поставил перед Хидом чай и тарелку с нарезанным лимоном.       — Не надо туда лезть... — он сделал глоток чая.       — А что ты там скрываешь? — Дей стоял спиной к нему и пробовал бульон.       — Да ничё такого... Но не лезь!       — А если залезу? — теперь он наливал в тарелку бульон с небольшими кусочками курицы.       — Мне придётся тебя убрать... — Хид не сдержался и заржал. Дей скорчил недовольную моську и шлёпнул половником по голове преподавателю.       — Ай, блин! — тот потёр ушибленное место.       — Блины ещё не пёк, — Дей сварил себе кофе и сел напротив того.       — Больно ведь...       — А ты не мели чушь.       — Я пытался пошутить!       — Ха-ха... — с серьёзным лицом произнёс Дей. — Ешь бульон, вернее пей, а то остынет.       Хид недовольно начал есть. Студент же сидел с улыбкой, довольный тем, что тот согласился хоть немного поесть ведь, как известно, при болезни аппетита совершенно нет. Хидан выпил всего лишь половину порции, после чего закашлял.       — Что-то мне нехорошо... Я пойду, лягу.       — Может вызвать врача? — Дей не на шутку забеспокоился.       — Не!!! — Хида аж передёрнуло.       — Хорошо, хорошо... Иди, приляг, я уберу со стола.       Преподаватель религии зашёл в комнату и зарылся под одеяло. Дейдара же начал убирать со стола. Закончив, он заглянул в спальню.       — У тебя завтра пары есть? Надо позвонить и сказать, что ты не придёшь.       — Блин, мне придётся тогда больничный брать.       — Возьмёшь... Я завтра схожу в институт и договорюсь.       — Эй, ты чего? Будешь со мной сидеть?       — Ну, ты ведь болеешь... Присмотрю за тобой, — заботливо отозвался блондин.       — И занятия пропустишь тогда.       — Ну... ладно... отдыхай, да, — блондин приоткрыл дверь и вышел из спальни.       — Ага...       Дей всю ночь проспал на кухне, чтобы не мешать Хидану. Препод же спал без задних ног и тихонько посапывал. Наутро блондин зашёл в комнату, проверить его. И застал Хида за молитвой весьма странного звучания, да и содержания. Он сидел на коленях посреди комнаты, в руках он держал кулон-амулет — круг и внутри перевёрнутый треугольник. Преподаватель держал руки у рта, словно шепча молитву самому кулону. Похлопав глазами и удивлённо уставившись на того, Дей закрыл дверь, оставшись в коридоре. Закончив молитву, пепельноволосый вышел в коридор и увидел студента, который облокотясь спиной о стену, в свою очередь смотрел на препода.       — Эй, ну ты чего? — пепельноволосый подошёл к блондину и поцеловал его в губы, в знак приветствия. Дей приподнял бровь и неуверенно ответил. Хид прервал поцелуй первым.       — Мне уже лучше пошли, поедим?       Дей пожал плечами и пошёл на кухню ставить чайник.       — Какой-то ты странный, — Хид шёл следом.       — Почему странный? Вполне нормальный... — тот поставил чайник, залез в холодильник и начал резать бутерброды.       — Просто молчишь долго, — пепельноволосый засмеялся. Дей улыбнулся и заварил кофе, поставив перед ним кружку.       — Может ты заболел?       — Нет, всё нормально, я вполне здоров, ага... — парень сел напротив препода, сделав глоток кофе и взяв бутерброд.       — Понятно... — тот, так ничего и не поняв, начал пить кофе.       Дей сидел и жевал бутерброд, потом посмотрел на сожителя:       — А можно тебе вопрос задать?       — Конечно...       — А какие ты языки знаешь?       — Из иностранных? Ну... Латынь знаю и английский немного... А что?       — Да так... просто... Интересно стало.       — Ну, понятно, — Хид продолжил пить кофе.       — Ты ешь, — Дей пододвинул к Хидану тарелку с бутербродами.       — Ладно, — тот взял с тарелки бутерброд и начал его есть.       На кухне повисла тишина. Дейдара сидел, уставившись на кофе, и ел бутерброд. "Хм, интересно, на каком языке он молитву читал. И вообще, это странно выглядело, чтобы в наше время кто-то читал молитвы, да тем более таким странным образом. Но язык явно не латынь, латынь я знаю немного, да и к тому же я нигде раньше не встречал какую-либо информацию о подобном способе молитвы", — блондин задумался.       — О чём думаешь-то?       Парень поднял глаза на Хидана:       — На каком языке ты молитву читал?       — Эм... — преподаватель сперва растерялся. — Так вот в чём дело! А зачем тебе это?       — Странно как-то, никогда не читал и не слышал о подобном способе поклонения, и язык я такой ни разу не слышал, хм...       — Ну, на нём уже очень давно не говорят.       — Зачем ты до сих пор молитвы читаешь? Ведь уже почти все отказались от Богов...       — Эй! Я верю в своего Бога, потому что знаю, что он есть и оберегает меня! — Хид возмутился.       — Ну, ну... — Дей усмехнулся в ответ. — Что же твой Бог тебя не уберёг от простуды? Мм?       — Это потому что я не молился в те дни, когда нянчился с тобой, вот он и разозлился!       — Я и не просил со мной нянчиться! — студент встал с места, его изрядно зацепили слова преподавателя. Теперь выходило так, словно блондин специально напрашивался к нему жить, просил помощи и защиты.       — А тебя не спрашивали, просил или не просил.       — Меня вообще никто, никогда ни о чём не спрашивает! — Дей взбесился и вышел из кухни, захватив с собой свою сумку.       — Эй? Ты куда это?       — На учёбу! — Дей обувался.       — Ты же сказал, что дома будешь!       — Да, говорил, но ты сказал, что мне не следует пропускать учёбу, и я решил, что действительно не стоит пропускать учёбу, да. К тому же за тобой присмотрит твой Бог.       — Ну и вали! — Хида, в свою очередь, разозлила реакция Дейдары.       — Свалю, не переживай!       — Не переживаю! — пепельноволосый пошёл обратно в комнату и завалился на кровать.       Дейдара нашёл куртку и одел её, взяв сумку, он вышел из квартиры, громко хлопнув дверью на прощанье.