Без права на свободу

      Вот уже пол ночи, в соседней с Хиданом квартире, соседи не могли нормально не то что спать, они не могли даже уснуть. Им всё время мешали стоны, вскрики и скрип кровати. Уже не стоит и говорить о том, что соседей напрягал тот факт, что стоны были исключительно мужскими и постоянно доносились мужские имена сквозь постанывая и вскрики. * * *       Дейдара никогда ещё не испытывал такую гамму ощущений. Боль вперемешку с наслаждением и удовольствием. Он поддавался порыву страсти, полностью отдаваясь и доверяя всего себя Хидану, который, несомненно, тоже получал от единения с блондином неимоверное удовольствие. Теперь пепельноволосый лежал на груди Дея, тяжело дыша и довольно улыбаясь. Блондин не мог привести своё дыхание в норму, всё ещё томно вздыхая и обнимая одной рукой своего любовника. Всё это время он лежал с закрытыми глазами, как вдруг приоткрыв глаза, парень увидел весьма шокирующую картину. На подоконнике окна сидел белый кот и снова пялился на парочку. И всё бы ничего, но, кажется, он привёл на просмотр и своих друзей, которые так же довольно восседали на подоконнике и созерцали происходящее. Завершением данной картины послужила канарейка, которая, совершенно не опасаясь уличных «друзей» Яшина, сидела на его голове и, притихнув, смотрела на то, что происходит между преподавателем и его учеником.       От такой картины Хидан шуганулся:       — Бля! Прям кадр из Хичкоковского фильма «Птицы»!       Дейдара лишь вжался в подушку. Тут у Хида появилась интересная мысль, так что он дотянулся рукой к тумбочке и до валяющегося на ней шарфа, завязал им глаза Дею. На что блондин испуганным голосом прохрипел:       — Хи... Хидан... Зачем это? — он помотал головой, попытавшись снять шарф.       — Чтобы тебя коты не смущали, — он вновь коснулся губ блондина, проведя по ним языком.       — Но ведь они всё равно смотрят... — пробурчал Дей.       Пепельноволосый взглянул на зверьё, на что коты вместе с канарейкой синхронно посмотрели в сторону с видом «а мы здесь плюшками балуемся».       — Уже не смотрят...       — Тогда сними шарф, если они ушли, мне не привычно, я не вижу тебя, — блондин «посмотрел» в предполагаемую сторону нахождения лица Хидана.       — Зачем тебе видеть меня? Ты можешь чувствовать меня телом...       Преподаватель провёл языком по шее Дейдары, чуть прикусив нежную кожу. Отчего тот простонал, поскольку зрение не использовалось, чувствительность кожи повысилась.       — Да уж, чувствую... — съязвил блондин.       — Кстати, а почему ты не снимешь повязки?       От такого вопроса Дей широко распахнул глаза в тихом ужасе, но шарф его не выдал, закрывая испуг.       — Я... Это... Мне так удобней, — голубоглазый старался не показывать волнения.       — Да ну... Это уже начинает напрягать...       Хид потянул за ленту на запястье правой руки. Дейдара начал паниковать и вырвал руку, сжав её в кулак, не давая возможность снять бинт.       — Хид... Мне правда так удобнее... — чтобы отвлечь внимание от рук, Дей приподнялся и, несмотря на завязанные глаза, ласково и нежно поцеловал Хида в шею, оставляя ярко-красное пятнышко, заставляя того простонать:       — Ну, ладно, как хочешь...       Дей заметно облегчённо вздохнул и вновь лёг на место. Пепельноволосый прищурившись, исподтишка содрал повязку с одной из рук блондина.       — Ха!       — Хидан!!! Ты же обещал!       Дейдара сжал руку в кулак вновь, не давая возможности смотреть на ладонь. Другой рукой блондин пытался снять шарф со своих глаз, но как назло ничего не получилось. Шарф был завязан настолько усердно, что волосы голубоглазого запутались.       — Эй! Не тяни, ты себе волосы выдерешь! — покопавшись с узлом, Хид заботливо снял повязку с глаз любовника. Блондин сощурился от долгого проведения с завязанными глазами.       — Ты же обещал! — он обиженно посмотря на партнёра, начал искать бинт, чтоб вновь перебинтовать руку.       — Да что у тебя с рукой-то? — Хид не на шутку возмутился, хотя теперь это было дело принципа. Ему жуть как любопытно стало, что же на самом деле прячет парень.       — Сильный ожёг, он некрасивый, да... — выкрутился Дей, пытаясь забинтовать руку.       — Да брось ты, глупость какая!       — Просто не хочу, чтобы кто-то видел, тем более ты...       — Интересно, а почему это «тем более»?       — Ну... Эм... — блондин замялся, даже растерялся подобному вопросу. Пока он судорожно пытался подобрать слова, он расслабил руку, но всё так же держа её закрытой.       — Да ладно тебе, покажи, не бойся это останется только между нами...       Хидан аккуратно взял его за руку. Дей тяжело вздохнул, но всё же решился на этот шаг. Он посмотрел в лилового оттенка глаза пепельноволосого, и раскрыл ладонь. Перед взором преподавателя открылось то, чего он явно никогда не ожидал увидеть, да и вообще не предполагал, что подобное возможно.       — Я генетический урод... — слабо сказал Дейдара, увидев замешательство последнего, и прикрыв глаза, опустил голову. На его ладони был ротик, который почувствовав свободу, высунул язык и, облизнувшись, улыбнулся во все 32 зуба.       Офигев и переваривая, как это так и настоящий ли ротик на ладони, Хид не придумал ничего умнее, чем сунуть в рот Дея палец.       — А он кусается?       Естественно, что ротику на ладошке этот момент не понравился, и хозяин, даже не сумев ничего понять, почувствовал, что ротик не хило цапнул парня за палец.       — Ай! — Хид отдёрнул руку и довольно заверещал. — Слушай, я щас подумал, зато ты можешь одновременно съесть два чизбургера, и даж сделать себе минет... Эй, а вы умеете петь в несколько голосов?!       Дейдара ошарашенно уставился на Хидана, как на идиота:       — Во-первых, не два, а три, — он размотал и вторую руку. — А, во-вторых... — он сделал паузу. — Минет я себе не делаю! Да! И они не разговаривают...       — Блин, ну так не интересно! — обречённо фыркнул пепельноволосый. — Они у тебя с рождения?       — Что именно не интересно? — Дей покосился на препода. — Да, с самого рождения, хм...       — Что ты ими не пользуешься...       — Зачем мне ими пользоваться? — Дейдара начал заматывать руки. — Я всегда мечтал избавиться от них.       — А мне они нравятся! — Хид остановил любовника, не дав ему забинтовать запястья. — Оставь!       — Что? — Дей поднял глаза на любовника в упор глядя на него.       Не ответив, преподаватель поцеловал его в губы. Блонд находился в ступоре и не отвечал. Коты, уже решив, что ничего интересного не будет кроме «телячьих нежностей», лениво слезли с подоконника и вышли из комнаты. Канарейка забралась в клетку, начав клевать корм. А кот Яшин, проводив «друзей» запрыгнул на край кровати, приготовившись спать.       — Кстати, зверьё разбежалось... — Хидан оторвался от поцелуя.       Дей словно очнулся.       — Да? А... — он посмотрел на подоконник. — Точно... И чего они припёрлись?       — Коты-извращенцы, бля...       — А твой кот весь в тебя прям... — Дей съехидничал.       — ЭЙ! — Хид укусил его за ухо.       В отместку блондин приложил обе руки к шее Хида, ротики одновременно цапнули за нежную кожу, оставив при этом смачные засосы.       — Ауч! Больно!… Сделай так ещё раз...       Дей ошарашенно посмотрел на Хида:       — Тебе нравится?       — Ну да, я люблю боль… Не знал?       — Н-нет, не знал...       — Чё это ты заикаешься?       — А ты мог раньше об этом сказать? Надеюсь, ты не любишь боль другим причинять, м?       — Ну... Тебе не буду! — тот коварно залыбился.       Блондин облегчённо вздохнул.       — Это хорошо, да...       — Только чуть-чуть... — полушёпотом добавил Хид, хищно облизываясь.       — Что значит «чуть-чуть»? — Дей изумлённо приподнял бровь.       В этот момент Хидан резко вошёл в юношу во всю длину. От неожиданности Дей вскрикнул, вонзившись ногтями в плечи любовника, невольно из глаз потекли слёзы, которые он не смог удержать. От такой грубости он чувствовал лишь боль и больше ничего, сейчас же пытался вырваться. Седой в свою очередь, даже не обращая внимания на сопротивления блондина, начал грубое движение внутри него, при этом беспорядочно целуя его лицо. От страстных поцелуев все слёзы были размазаны по лицу блондина, оставляя на губах преподавателя религии солоноватый привкус. Дей же теперь закрыл глаза, оставив все попытки вырваться, время от времени болезненно постанывая. Движения Хидана стали более ритмичными и быстрыми. Спустив поцелуи ниже, он начал покусывать плечи Дейдары. В ответ тот лишь обнял препода за шею, наоборот прижимая его ближе к себе. Сам же слегка запрокинул голову назад, поскольку постепенно боль отходила на второй план, сменяясь наслаждением. При помощи ротика на одной из ладоней он укусил преподавателя под лопаткой. Хид, простонав, сильнее прижал к себе парня и перевернулся на спину, положив блондина на себя сверху. На что студент слегка удивлённо посмотрел на него:       — Устал? Ммм?       — Хватит тебе уже отлёживаться... Поработай-ка ты тоже... — Хид коварно расплылся в улыбке.       — Ты наглец, да...       Тсукури, улыбнувшись уголками губ, наклонился к шее партнёра и начал целовать её, сначала слегка, нежно, затем всё сильнее закусывая кожу. Хидан начал постанывать, обняв Дея и прижав его к себе. Блондин же, оторвавшись от шеи парня, упёрся руками в его грудь и начал двигаться, еле слышно постанывая. Пепельноволосый положил руки на талию своего любовника, придерживая его, тем самым помогая ему двигаться. Томно вздыхая в такт движениям блондина, преподаватель не мог оторвать взгляда от его лица. И действительно, любоваться есть чем: рот блондина был приоткрыт, он шумно вдыхал и выдыхал разгорячённый воздух, то и дело покусывая нижнюю губу. Пряди светлых волос прилипли к влажной коже, на щеках парня играл румянец, придавая особую эротичность милому личику, небесного цвета глаза были затуманены страстью и желанием и смотрели на него из-под полуприкрытых век. Хидан просто упивался подобным зрелищем, а стоны и вздохи блондина возбуждали его еще сильнее. В тот момент, когда Тсукури уже начал вскрикивать от нахлынувшего удовольствия из-под одеяла раздалось громкое и возмущённое «Мяу!». От испуга блондин вскрикнул «Хидан!», но это было больше похоже на томный громкий стон, затем Дейдара прижался к груди парня, уткнувшись в неё носом. От резкого рывка Дея, Хид не сдержался и кончил в него.       — Твой крик, наверное, все соседи слышали... — улыбнулся седой, тяжело дыша.       Продолжая часто и томно дышать, блондин попробовал изобразить из себя жертву:       — Извини... Твой кот меня напугал, да...       — Ему, наверное, что-то снится... Он спит.       — Понятно... — Дей приподнял голову и посмотрел на партнёра, чуть улыбнувшись.       Преподаватель религии приблизился к губам блондина и поцеловал его, чуть коснувшись губ.       — Ну как ощущения?       Дейдара, опять облокотившись на грудь пепельноволосого руками, слез с него и лёг рядом, прижавшись к нему.       — Ты изверг, хм...       — Эй! это ещё почему?       — Два раза за ночь для первого раза — это жестоко, да... У меня всё болит... — Дей обиженно уткнулся носом в бок Хиду.       — Да ладно тебе! Я бы мог и ещё разок повторить.       — Ты издеваешься? А сказал, не будешь мне боль причинять, хм... — блондин возмутился.       — Да шучу я! Ну не ворчи...       В качестве протеста Дейдара сильно укусил Хидана за шею, оставив красную отметину. Хидан застонал и огрел его рукой по заднице, на что блондин также простонал, но от боли:       — Ты жестокий! — блондин отлёг от преподавателя на край кровати, отодвинувшись от него. Пепельноволосый лишь просиял улыбкой и обнял парня, притянув его к себе.       Блонд же заглянул в эти бесстыжие глаза:       — Чё лыбишься? — он снова вывернулся и вернулся на край кровати.       Хид хотел ругнуться, но сдержался и пихнул Дейдару, от чего тот рухнул на пол. Откуда-то снизу раздался протяжный болезненный стон. Хидан подполз к краю кровати и глянул вниз:       — Ты живой?       — Нет! Умер! — возмущённый блондин, морщась от болезненных и неприятных ощущений, стянул с кровати одеяло и, укутавшись в него, кое-как встал и побрёл на кухню.       — Эй! Ты куда? — препод приподнялся на кровати.       Из кухни раздался голос блондина:       — Я сплю на кухне!       — Да ладно те! Ты чё, обиделся?       — Представь себе! Между прочем больно! — раздался жалобный вопль из кухни. — Я не ты! Мне боль не нравится, да!       — Как знаешь! — Хидан невольно улыбнулся такому поведению студента. — А я пойду, прогуляюсь...       Он встал и начал одеваться. От услышанного, Дей, укутанный в одно лишь одеяло, выглянул из кухни.       — Куда? В середине ночи?       — До магазина, пивка зацеплю... — он вышел в коридор и обулся.       — Ммм... Ну ладно, — Дей вышел в коридор, провожая парня. — Купи мне мороженного...       — Хорошо, — преподаватель вышел из квартиры.       Блондин босяком прошлёпал в спальню. Подойдя к птичке, он покормил её, погладив по пёрышкам.       — И чего ты так смотришь? Я и сам не знаю, почему поддался, хм...       Закрыв клетку, Дей, морщась, лёг на кровать. К нему на полусогнутых лапах подполз белый кошак. Блондин улыбнулся и пустил кота к себе под одеяло.       — Hу, ты и мелкий извращенец, ага... Зверюга...       Обняв кота, Дейдара задремал, улыбаясь не понятно чему.