Снова один

Забавно, что даже то, как Саули накрывал на стол, отличалось от их привычного ритуала. Обычно они ели заказанную еду из картонок, сидя на диване, глядя ТВ, переплетясь ногами, давая пробовать из своей картонки, заглядывая в чужую, целуясь и болтая в перерывах. Адам наблюдал за Саули: вот он поставил две большие тарелки из разных наборов на барную стойку, одна голубая с цветами, другая —тёмно-зелёная без рисунка. Адаму захотелось пошутить про эти разноцветные тарелки, но он вовремя спохватился, не желая смущать Саули. Похоже, это всё, что он может себе позволить, учитывая размеры его квартирки. Однако Саули заметил его интерес к посуде. -Мне стало их так жалко. Я подумал, что их непременно выбросят, -сказал Саули, кивнув на тарелки. Адам, услышав эти слова, улыбнулся: узнаю Саули… Их стулья стояли так близко друг напротив друга, что стоило одному из них пошевельнуться, как их колени соприкасались. Боже мой, такое наслаждение, и такая пытка! Адам касался Саули, но не так, как ему очень хотелось бы. Он жаждал тронуть его за руку, возможно даже положить ладонь на его бедро, но он понимал, что так нельзя, и воспоминания о пережитой боли не давали ему поддаться искушению. А Саули такой же весёлый и живенький, всё что-то рассказывал, корчил рожицы и хихикал. И так же, как и раньше, Адам хохотал и шутил. И уже в конце вечера у него сводило живот от смеха. -Слуушай, я так не смеялся уже лет сто! —признался Адам, убирая тарелки со стойки. -Я тоже. — Я так понимаю, и ты и я не очень-то веселились в последнее время… Саули согласился молча, лишь кивая. Он протягивал Адаму вымытые тарелки, чтобы он вытер их, и больше всего Адаму хотелось вернуть того радостного, беззаботного Саули, что был здесь совсем недавно, но он не знал, как… *** Адам склоняется над раковиной на кухне и хватает из миски ещё одну вишенку, мыть которые взялся Саули. -Ну хватит уже! Так все съешь! -Но они такие вкусные! —бормочет Адам, наслаждаясь сочной мякотью вишен и спотыкаясь о косточку. Выплюнув её, он тянется ещё за одной. -Эй-эй! Я предупреждал! —и совсем неожиданно для Адама тонкая струя воды ударяет ему в висок. -Ой, прости, Адам!..Но я серьёзно, хватит. У нас для гостей ничего не останется. -Ну ещё одну…-обещает Адам, выплёвывая косточку. И всё потому, что он и не помнит, когда ел вишню с таким наслаждением, и как хорошо, что Саули пришло в голову купить их для вечеринки. -Они такииие сочные! На, малыш, попробуй… Не успевает Адам предложить Саули лакомство, как прицельная струя бьёт в лицо. -Саули! Эй! Ну мокро же! -Тронь ещё хоть одну вишенку- и получишь ещё, -невозмутимо парирует Саули. У Адама челюсть отпала: так значит, только что Саули обрызгал его специально? -Поверить не могу, ты нарочно сделал это? -Хватит их сжирать, уже половины нет! —Саули выглядит сердито. —Не будешь поедать вишню- я не буду тебя брызгать. Адам невозмутимо берёт полотенце и, вытерев им лицо, бросает на шкафчик. Неет, Саули не посмеет, нееет… Шутите? И между тем есть только один способ узнать это. Адам делает одно движение в сторону вишен- и тут же в его грудь бьёт прицельная струя холодной воды. На мгновение он в шоке, а потом начинает хохотать, уворачиваясь от струи. Саули держит тонкий шланг с распылителем в руках, словно пистолет, но он теперь улыбается и вот-вот захохочет. И в его глазах нет ни капли негодования. -Ну ты у меня получишь! — угрожает Адам, не сдерживая улыбки. Саули хохочет и с лёгкостью отдаёт Адаму шланг, и он, конечно же, тут же мстит, и они оба насквозь мокрые, и вся кухня и шкафчики, и пол, и всё-всё… -Ну ты и придурок, -успевает проговорить Адам, прежде чем Саули хватает его за шею, наклоняя к себе для поцелуя, а губы мокрые и прохладные, и раскрываются под поцелуем, живые. *** Весь вечер они болтали об общих друзьях, смеялись над последними сплетнями и спорили о том, какой их сериалов заслуживал большего внимания. Бутылку вина спустя, Адам глянул на часы. -Ого, уже полночь? -искренне удивился он. -Ничего себе! Адам посмотрел в глаза Саули. -Время летит незаметно, когда тебе хорошо, да? -Да… Вот оно, вот тот момент, которого ждал Адам. Теперь можно было спросить, не против ли Саули увидеться снова или поддерживать хоть какие-то отношения. Они ведь могли быть друзьями, почему нет?.. Ну так ведь? А то ли это, чего хочет Адам? Неужели ему будет хватать редких телефонных звонков и смешных сообщений? Он метнул взгляд на Саули. Ох, да нет же, чёрт, нет, никогда я не хотел и сейчас не хочу быть всего лишь другом для него! Хочу больше! Хочу всего! И хоть его раненое сердце предостерегало его, душа его рвалась к Саули непреодолимо. -А ты бываешь в ЛА? —почему-то очень тихо спросил Адам. По изменившемуся взгляду и виду Саули можно было предположить, что вопрос его удивил так, что он аж протрезвел. Адама пронзило подозрение, что он один тут, кто хочет вернуть прошлое. А может, рано об этом пока говорить. А может, он всё ещё влюблён в этого Ноа. Саули так и не рассказал о нём ничего, наверное, из-за их личной истории, словно чувствовал, что обсуждение их бывших положит конец их довольно милому общению. -Иногда, -наконец ответил Саули. —Если честно, я буду там через пару недель, -и его губы дёрнулись в неуверенной улыбке. От неожиданности у Адама повылетало всё его расписание из головы. Он точно помнил, что когда-то там нужно будет ненадолго покинуть город, но всё остальное время он будет в ЛА, и уж точно найдёт время для Саули. -Может, тогда встретимся? Улыбка, тронувшая губы Саули напомнила Адаму ту, что он увидел после их первой проведённой вместе ночи в Хельсинки. Тогда они тоже обсуждали, как им созвониться и увидеться ещё раз. Эта улыбка говорила о том, что он очень боится даже надеяться, а поделать с собой уже ничего не может… Точно, как тогда… -Я бы хотел увидеться, -тихо проговорил Саули. И они сидели и улыбались друг другу, как дураки. Потом Адам ушел. Лёжа уже в своей постели, он никак не мог успокоиться и всё думал о том моменте, когда они сидели на диване. Он теперь был уверен, что Саули ожидал, что Адам поцелует его и сам хотел этого. Господи, да конечно хотел, он так облизывал губы, глядя на Адама… Да сто пудов! Они оба хотели этого. Но что-то остановило их. Странно, у них ведь не было конфетно-букетного периода по всем правилам. Была только одна безумная ночь, ставшая началом их романа. Они всё делали наоборот. Получается, этот несмелый поцелуй был бы концом, точкой. И если бы только Саули был свободен от чувств к Ноа. Всё-таки, расторгнутая помолвка —это не шутки. Он ведь планировал прожить жизнь с тем парнем, детей завести… Не так-то просто перешагнуть через это и как ни в чём ни бывало жить дальше. Уж он-то знает… А это значит, что торопиться ни в коем случае нельзя было. Чтоб не было, как в тот раз. Ну, не то чтобы у него был выбор тогда, в Хельсинки… Но теперь всё должно быть по-другому. А вообще, было бы так легко поддаться искушению и поцеловать Саули и потом как нефиг делать утащить его в спальню, потому что он явно ощущал, что между ними что-то было, до сих пор. И он знал, что Саули тоже это почувствовал. Но он боялся думать, что станет для Саули утешением после его неудачи в любви, а на это он ни за что не согласился бы. Только не после того, что между ними было. *** Адама и так-то трудно назвать терпеливым, а тут он прямо извёлся весь, ожидая звонка, который должен был изменить всю его жизнь. Как подумаешь, что-то, что у них сейчас и от чего кружится голова и сердце бешено стучит, ничего не значит для какого-нибудь безучастного, заработавшегося клерка в посольстве и он возьмёт и не откроет Саули визу….Ужас! Да кого обманывать, невозможно поддерживать отношения, если Саули не сможет жить в США. Конечно, они пообещают сделать всё возможное, будут обещать любить, и что ради любви они согласны… Ну, и всё в таком духе. Однако реальность по-другому распоряжается в подобных случаях. Кроме того, если откровенно, что у них есть для того, чтобы эти отношения выдержали испытание расстоянием, и речь не о соседнем городе или даже стране. Их история всего-то насчитывает несколько дней в Париже после единственной ночи в Хельсинки. Ну и вот эта неделя, что Саули провёл в ЛА…Они решили провести вместе ещё одну неделю и подумать, как оставить Саули здесь как можно дольше. Он смотрит на Саули, что сидит за столом и гипнотизирует взглядом телефон, будто он так быстрее зазвонит. И видя это, Адам вдруг почувствовал себя таким придурком и эгоистом: ему-то не приходится менять всю свою жизнь ради парня. Они обсуждали это уже, уверен ли Саули в своём решении, и всё равно Адам боялся, что он тащит Саули в свою жизнь, а тот толком не понимает, на что подписался. -Саули, -позвал Адам и голубые глаза, полные неуверенности и страха тут же поднялись на него. Адам даже поморщился, сердце защемило. Эти прекрасные глаза всегда светятся, излучая тепло и игривые искорки. —Ты уверен, что хочешь этого? -Да, -кивает Саули, вскакивая и подбегая к Адаму, крепко сжимая его в объятиях. —Да, да, я хочу быть с тобой. К херам эту реальность с её поправками и туда же всё, что может им помешать! -Даже если всё пойдёт не так, как мы планировали, -Адам с трудом глотает комок в горле, прижимая к себе дрожащую фигурку Саули, -мы всё равно что-нибудь придумаем. Обещаю. Саули кивает и в это момент раздаётся телефонный звонок. *** -Ну, как всё прошло? Ни тебе здрасте, ни досвидания, как говорится. Даниэль как таковая. -Хорошо. -М, хорошо в смысле «хорошо » или «ну, вроде, нормально»? Адам улыбался, улавливая заботливое нетерпение в её голосе. -Хорошо, -просто ответил Адам, и Дани стало всё ясно. -И слава богу, давно пора! Я и ему говорила тоже. -Что? Когда? -Да вчера вот днём я с ним разговаривала! Ой, так здорово, что теперь снова можно говорить о Саули! -Слушай, я и понятия не имел, что он со всеми вами общается…-Адам нахмурился, глядя на круассан в свой тарелке. Дани такие вкусные делает, ну невозможно устоять!.. -Он такой милый! Мы любим его! —просто ответила Дани. -Так ты увидишься с ним ещё раз? -Может быть, в следующий раз, как он окажется в ЛА. -Что, правда? Конечно, правда, Адам так светился, что поверить в это было очень легко. -Так, ну, теперь все эти реверансы прочь и расскажи мне, как на самом деле всё прошло. НА САМОМ ДЕЛЕ. И тут Адам издал лёгкий смешок, что сразу засчитывалось, как нервный. -Ох, Дани…. И тут его понесло… -Он такой хорошенький! Он таак хорошо выглядит и мне так хотелось схватить его и поцеловать …Но я не хотел напугать его. Ччччёрт! Его бывший…он…он классный, но я не хотел об этом говорить и, может, я долбаный придурок, но я рад, рад, что у них ничего не получилось… И хотя бы потому, что иначе я не увидел бы его прошлой ночью… Ох, говорил уже, что он волшебно выглядит?! А как он пахнет!!! Ах!!! Как, впрочем, всегда… И его смех: боже-мой-Дани-его-смехАААААА-он-такой-же-как-раньше!!! и блядь я всё смотрел на пальчики его ног… Слушай, ну, честно, не было у меня такого… Я не фетишист в этом плане, но, знаешь… Его пальчики, господи…такие маленькие… Я раньше и не задумывался об этом… Какие они хорошенькие… И Дани всё смеялась и обнимала его, успокаивая… И вдруг, не вовремя, как всегда, мысли, которые, казалось, он позабыл, стали мешать ему сосредоточиться. Он потерял весь интерес к круассану. -Моё сердце ведь не будет снова растоптано? -Я не могу ответить, дорогой. Только время покажет. Только пообещай, что не струсишь. Он пообещал, хотя не был до конца уверен, что понял, что Дани имела в виду. Они ещё немножко поболтали, прежде чем повесить трубки. Не струсить? Он никогда не был трусом. Что же это означает? *** Телефон слегка задрожал: сообщение пришло. Ожидая послания от Али, Адам удивился, увидев «Саули» на экране. Он внезапно расплылся в самой довольной и придурковатой улыбке, всё равно никто не видит. Адам. Я всё же не приеду в ЛА Всё, конец сообщения. Больше ни слова. И весь его восторг унесло разрушительной волной разочарования. За последние годы Адам вполне себе преуспел в деле контроля над своими чувствами. Он не позволяет себе с головой окунуться в поток эмоций и чувств, отдаться в их власть. Дастину, в отличие от прочих, пожалуй, удалось подобраться к его сердцу на опасно близкое расстояние. И всё равно Адам старался держать его в безопасной зоне. И вот, не смотря на все его предосторожности, одна единственная встреча с Саули обрушила высокие прочные стены его крепости, возведённые в надежде защититься от душевных и сердечных ран. Он сидел, уставившись на буквы. Поверить не возможно: всё, что я пережил, всё, что я пытался сделать, всё, ради чего билось моё сердце —всё напрасно? Имя Саули снова высветилось на экране. Прости меня. Я хотел снова увидеть тебя. Я буду там в следующем месяце если ты всё ещё хочешь встретиться. Он прочитал сообщение несколько раз, его палец скользил по экрану, он внимательно всматривался в слова, желая удостовериться, что прочёл и понял их верно и никакой другой трактовки быть не могло. Он быстро набрал ответ: Увидимся, когда приедешь. Жду-не дождусь. Может, последние слова были перебором, волновался он, но всё беспокойство улетучилось, как только Саули прислал в ответ смайлик. *** -Саули сказал мне, что вы пересеклись, -сказала Скарлетт из другого конца дворика. Адам глянул на неё, тут же поняв, что она вытащит из него ответ любой ценой. -Я удивлён, что он вообще что-то про это сказал тебе, -осторожно заметил Адам, стараясь сменить направление разговора. -А он не говорил, -довольно усмехнулась Скарлетт, -я схитрила, ты сам только что сказал. Ну чисто никакой совести у неё в плане выбора методов для выуживания информации! -Кроме того, это уже не секрет. -Это нечестно… И это не одно и тоже, -ответил Адам, раскачивая Риффа на качелях. -Что значит «не одно и то же»? —поинтересовалась Скарлетт, кормя грудью Лирик. Адам рассматривал мамочку с ребёнком, и его сердце наполнялось нежностью и любовью к своим друзьям, радостью за их счастье. Прежде чем родилась Лирик, Скарлетт пришлось пережить пару выкидышей, это почти сломило её и Ли, но они не сдавались и они были вознаграждены этой малышкой. Испытание укрепило их брак, как ничто другое. Такой союз!.. Завидно… -Ну, я жду, — тоном мамаши потребовала Скарлетт, Адам удивлённо раскрыл глаза пошире. Нет, правда, не станет же он плакаться, что вообще-то он подружился с ней и Ли ещё до Саули, она как бы должна быть на его стороне… -А что конкретно он сказал тебе? -Ничего, -недовольно ответила Скарлетт. —Может же он вывести из себя, а! Он только соизволил ответить «да„когда я спросила, общаетесь ли вы. Очко в пользу Саули. Скарлетт оторвала Лирик от груди и уложила её в коляску. -Он вроде как был такой радостный… Он ничего такого не сказал, но я по голосу поняла. -Правда, что ли? —неожиданно взвизгнул Адам, покраснев. -Ну да. Так как, собираешься признаваться, что там у вас происходит или как? Только Адам открыл рот, чтоб рассказать всё, как есть (не то чтобы два смс могли стать поводом для долгого повествования), как тут же закрыл его. И правда, ну что рассказывать-то? Всё так неопределённо и зыбко, они всего лишь обменялись сообщениями, но по какой-то причине он не был готов поделиться с ней даже этой мелочью. Признание сделало бы всё это реальным, а значит его сердце снова стало бы уязвимым для любых неудач и разочарований. -Да нечего рассказывать, -ответил Адам тоном, означающим лишь одно: тема закрыта. Будет что рассказать — он обязательно поделиться с ней. А до того момента ему не нужно любопытство и пособничество со стороны друзей, как бы не были их помыслы чисты и искренни.