Искусство влюбляться

- Представляешь, именно в этот и зашёл наш куратор,- Кэр еле-еле сдерживала рвущийся наружу смех. Посетители ресторана немного странно косились на парочку за дальним столом, но ни Ник, ни Кэролайн не обращали на них внимание. Майклсон и Форбс были слишком заняты друг другом. - Боже, скажи, что вы успели натянуть хотя бы брюки. - Марсель – да, а вот мне было стыдно ходить на занятия до конца обучения. Хотя, честно говоря, я я, собственно, туда и не ходил. Кэрри сдалась и уткнувшись в плечо мужчины звонко рассмеялась. - С тех пор со стриптизом я завязал,- серьёзно заявил Клаус, хотя у самого на глазах слёзы от смеха наворачивались. - А если я тебя попрошу? – хитро прищурившись, неожиданно спросила блондинка. - У тебя получится лучше, я уверен. - Может быть на твой день рождения,- пожала плечами болельщица, при этом соблазнительно улыбнувшись, от чего Ник даже судорожно сглотнул - Он ещё не скоро, любимая. А пораньше нельзя? – рука блондина аккуратно легла на колено молодой любовницы. Девушка усмехнулась и чуть поддалась вперёд, сокращая расстояние между их лицами. Поцелуй получился особенно чувственным и страстным. Кэр даже слегка прикусила нижнюю губу Майклсона, на что мужчина лишь недовольно что-то пробубнил. - Ты когда-нибудь прекратишь кусаться? – спросил блондин. В ответ его спутница лишь лукаво улыбнулась. - Ясно,- Ник поднялся со своего места, вызвав недовольство Кэрри.- Я скоро вернусь, дорогая. Мужчина нежно коснулся губами бархатной щеки блондинки и ушёл в сторону бара. Решив заняться делом, пока Майклсона нет, Кэр решила написать Елене. Кажется, блондинка сегодня не вернётся ночевать домой, и ей нужно было чтобы кто-то прикрыл её перед матерью.       Потянувшись в карман плаща за телефоном, девушка случайно уронила куртку Клауса. Из неё тут же вывалилась куча вещей: ключи, телефон, бумажник. Кэрри присела на корточки чтобы всё собрать, но увидев кое-что застыла на месте. Фотография-УЗИ. Ребёночек совсем маленький, но уже можно распознать пухленькие ручки и ножки, аккуратный, чуть вздёрнутый носик.       Форбс на ватных ногах поднялась с пола. В голове роились мятежные мысли, тело пробила дрожь, а в груди будто бы разрасталась чёрная дыра. Кольцо на шнурке, теперь фотография. Кусочки пазла сложились мгновенно, и от осознания действительности мисс Форбс становилось тошно. Клаус не может проститься с погибшей возлюбленной, которая, ко всему прочему, хранила под сердцем его ребёнка. Кэролайн не помнит, как схватила пальто, как выбежала на улицу и помчалась к автобусной остановке, которую они с Майклсоном проезжали по пути сюда. - Кэролайн, стой! – голос Никлауса заставил блондинку замедлить шаг. Мужчина бежал за ней, не понимая причину её ухода. – Что случилось? - Это всё было ошибкой, - не прекращая двигаться в сторону остановки, бросила через плечо Кэрри. - Что всё? Кэролайн, да остановись же ты!       Майклсон схватил девушку за руку и резко развернул к себе лицом. Он был на грани срыва. Данная ситуация выводила его из себя, а поведение Форбс вызывало искреннее недоумение. Девушка попыталась вырваться, но хватка у мужчины была слишком сильной. Она не хотела больше чувствовать на себе его прикосновения. Она вообще теперь хотела смыть с себя все те незримые следы, что он оставил на ней в ИХ первую ночь вместе. Теперь, все те волшебные воспоминания приносили блондинке лишь боль. - Объясни, что с тобой произошло! - Нет, это ты мне объясни, что за фотография в твоём бумажнике! – голос дрогнул. Кэр чувствовала, как на глазах выступают слёзы. Клаус стоял неподвижно, словно он статуя античного бога, выставленная на всеобщее обозрение в музее истории. Он молчал, и каждая секунда этого молчания убивала что-то в Кэролайн. Когда он наконец заговорил, Кэрри не узнала его голоса. Никлаус говорил слишком тихо, через силу, стараясь не сбиваться. - Это моя дочь, Кэролайн. Наша с Хейли дочь. - Мне пора домой,- блондинка попыталась уйти, но мужчина крепко держал её, не давая даже сдвинуться с места. - Они погибли в той аварии. Хейли была всего лишь на пятом месяце. Хоуп не спасли. Форбс закрыла глаза, чувствуя, как их начинает щипать, а к горлу подходит противный ком. - Это моё прошлое, Кэролайн,- каждое слово давалось Никлаусу с трудом, но он продолжал говорить. - Моё прошлое всегда будет со мной. От этого никуда не деться, но я уже готов идти дальше. С тобой. Только позволь мне быть рядом. Кэрри молча скинула с себя руки преподавателя и ушла, оставляя Ника совершенно одного.       Дойдя до остановки Кэролайн абсолютно бес сил рухнула на старую скамейку. Только сейчас, лёжа на этой развалюхе, стоящей между лесом и трассой, Форбс поняла, что у неё нет денег даже на проезд. Ловить попутку не вариант, можно вообще до дома не доехать. Хотя туда и не хотелось особо возвращаться. Кэр представить себе не могла, как теперь она сможет спать там, где у них с Клаусом был секс. А как ей вести себя в школе? В доме Майклсонов? Кэр раньше даже не замечала, что вся её жизнь наполнена Никлаусом Майклсоном. Капли начинавшегося дождя забарабанили по дырявой крыше старенькой остановки. Рискую промокнуть до нитки, Форбс поднялась со скамьи и немного дрожащими руками вытащила телефон. Набрав заученный наизусть номер, блондинка звонила единственному человеку, которого хотела сейчас видеть. Гудки быстро оборвались, и на том конце провода раздался обеспокоенный мужской голос. - Кэролайн? - Забери меня, прошу.

***

      Буквально через двадцать минут рядом с остановкой остановилась машина. Светловолосая, которая уже успела порядком замёрзнуть и промокнуть, быстро залезла в тёплый салон автомобиля. - Спасибо, что приехал. - Всегда пожалуйста,- как обычно спокойно и вежливо ответил Элайджа. До Мистик Фоллс они ехали молча. Радио Майклсон не включал, так что единственным звуком в их замкнутом в этой машине мире был шумящий за окнами дождь. - Вы поссорились? – нарушил тишину Эл, когда автомобиль в очередной раз остановился на светофоре. - О ком ты говоришь? - О тебе и моём брате. Никлаусе. Кэролайн хотелось стать невидимой. Потому что сейчас старший Майклсон испытующим взглядом смотрел на неё буквально в упор, отчего мысли в голове путались.       «Элайджа знает про нас с Клаусом? Откуда? Как давно? Почему он так спокойно об этом говорит? Начнёт ли он читать мне лекции о том, что у нас с Ником всё равно бы ничего не получилось? А близнецы тоже в курсе?» - Он влюблён в тебя,- так и не дождавшись ответа, сказал мужчина. - Но он не готов отпустить былое. Я знаю, что это эгоистично, но я не хочу и не смогу делить его с призраками прошлого. - Милая, я знаю, что это тяжело. Просто поверь в то, что ради тебя он готов начать жить заново. - И сколько мне ждать этого, Элайджа? - Нисколько. Машина затормозила перед домом семейства Форбс. Дождь уже закончился, тучи развеялись и теперь город освещала своим мистическим голубым сиянием луна. Кэролайн заметила его сразу. Клаус сидел на лестнице у входной двери и ждал её. - Ты позвонил ему? - Написал сообщение, если быть точным. - Элайджа, я не могу. - Ты сможешь. Послушай, Кэролайн. Ты изменила близнецов, вернула их к нормальной жизни. Я благодарен тебе за это всем сердцем, но я, наверное, такой же эгоист, как и ты. Я хочу, чтобы ты спасла ещё одного члена моей семьи. Ты приняла Кола и Бекку, хотя их характеры оставляют желать лучшего. А теперь ты готова отказаться от человека, который тебя любит. И которого ты любишь. - А если у меня не получится? Если я всё разрушу, а не починю? - Ты знаешь мой телефон, Кэролайн.       После дождя обычно всегда легко дышать. Но сейчас Кэролайн буквально задыхается, шаг за шагом приближаясь к Никлаусу. Девушка молча садится на ступени рядом с блондином, и он начинает рассказывать. Абсолютно всё. Потому что он больше не хочет, чтобы секреты рушили их отношения. Кэролайн слушает внимательно, хотя ей буквально физически больно делать. Осознавать, что любимый человек так сильно любил кого-то, и что тебя он возможно не полюбит так никогда. Но стоит Никлаусу переплести их с Кэролайн пальцы, как в девушке просыпается надежда. От одного взгляда этих прекрасных глаз сердце Кэр расцветает, и все сомнения оттесняются в самый дальний угол её сознания всепоглощающей любовью. Это будет сложно. Определённо. Но Кэролайн Форбс и Никлауса Майклсона никогда не пугали трудности.       Знаете, влюбиться сильно, безумно, навсегда, да ещё взаимно - это искусство.