Мой фанат Юу-чан

- Внимание! Внимание! - громко декламировал темноволосый мечник, разбрасывая из вязанной корзинки розовые цветочные лепестки по всему залу столовой Черного Ордена. Волосы Юу были распущены, а на голове лежал венок из таких же розовых цветов. Одет он был в ярко-красную жилетку и белые колготы, которые плотно обтягивали тело мечника до линии груди. - Дорогу Великому Аллену-сама! Я усыпаю его путь этими прекрасными лепестками, потому что он не достоин касаться грешной земли! Когда сегодня Канда объявился в столовой Черного Ордена, все, мягко говоря, удивились. Кто-то поперхнулся супом, кто-то выплеснул недопитый чай на лицо соседа, кто-то с грохотом уронил поднос с едой и так и остался неподвижно стоять, наблюдая за сумасшедшей сценой. Когда Канда заходил в шумную столовую, все инстинктивно вели себя тише, боясь разозлить вспыльчивого экзорциста, но сегодня, увидев на пороге Юу, весь Черный Орден замолк на долгое время. Непонятно было: то ли смеяться, то ли плакать. Ситуация была уморительная, но жизнь все-таки дороже, поэтому находящиеся в столовой люди изо всех сил сдерживали себя, строя невиданные до этого гримасы, корчась от страха и смеха одновременно. Черный Орден заплакал и вовсе не от счастья или горя, а от страха за свою жизнь. Каждый понимал, что даже маленькая улыбка будет стоить ему жизни, поэтому до слез старался избежать неловкой ситуации. Что же собственно происходит? Пока никто ни о чем не знает, но по зданию уже начинают расползаться слухи, что самый грозный мечник Черного Ордена сошел с ума. Хотя если присмотреться, можно заметить, что сам мечник не особо в восторге от роли, которую играет. Широкие двойные двери со скрипом открылись, и в зал зашел Аллен Уолкер. Юу тут же бросился к его ногам, что-то восторженно приговаривая, но юноша проигнорировал этот поступок и направился к Джерри по розовой тропе из лепестков. Заказав себе пару десятков блюд и загрузив их на тележку, Аллен, как ни в чем не бывало, проследовал к столу, за которым сидели Лави и Линали, озадаченно наблюдая за Юу(как и все остальные). Висела гробовая тишина, и колесики тележки легонько скрипели, перекатываясь по чистому полу. Канда тем временем исполнял балетные па, восторженно крича о том, что вернулся «Невероятный Аллен-сама». Не обращая совершенно никакого внимания на происходящее, Аллен сел за стол и принялся за еду. Лави, нервно сглотнув, перевел взгляд с обезумевшего мечника на завтракающего друга и, как бы невзначай, поинтересовался: - Аллен, а что с Юу? - Я странностями Баканды не интересуюсь, - невозмутимо ответил Уолкер, продолжая трапезу. Вскоре Канда покинул зал, и завтракающие могли вернуться к своей еде, но после увиденного у всех пропал аппетит. В столовой снова стало шумно — очнувшись от шока и ступора, все стали с упоением обсуждать причины утренней выходки Юу. Один Аллен безмятежно съедал один килограмм еды за другим, не обращая на произошедшее ни капли внимания. Какие только предположения не облетели столовую за десять минут, одно безумнее другого. В одном конце зала говорили, что Канда иностранный шпион, и это было его заданием, в другом конце уверенно утверждали, что Юу не совладал со своей чистой силой и теперь расплачивается за это. В третьем — подозрительно шептались о том, что это всемирный заговор, который устроил Граф, и больше никому здесь верить нельзя. Самые смелые говорили, что мечник влюбился в Аллена и пытается завоевать его сердце странными методами. И абсолютно все сходились к мнению, что это абсолютно ненормально. Спустя несколько часов Уолкер нашел Канду, читающего в библиотеке. Сидя на диване, мечник перелистывал одну страницу за другой. Одет он был как всегда, в отличие от своего утреннего наряда, волосы завязаны в конский хвост, а выражение лица серьезное и немного угрюмое. Короче говоря, это был совершенно обычный, нормальный Канда, и, смотря на него, было сложно поверить, что именно этот человек утром шокировал весь Орден. - Юу-чан! Похоже, Канда был не единственным, кто вел себя странно в этот день. Подбежав к читающему экзорцисту сзади, Аллен наклонился над ним, обнимая за плечи, и уставился в страницы книги, которую читал Юу. - Тч, - мило улыбаясь, Аллен повернул голову к лицу мечника, терпеливо чего-то ожидая. - Приветствую, Великий Аллен-сама, - сквозь зубы процедил Юу. - Юу-чан, я хочу пироженное! - капризным, детским голосом потребовал Аллен. - Пойди к Джерри и скажи, чтобы он для Великого Аллена-самы приготовил что-нибудь особенное. Канда снова цыкнул и подозрительно уставился на летающего над головой Уолкера голема Тимкампи. Увы, мечник уже понял, что этому монстру чистая сила повредить не может, да и другое оружие тоже наносит мало вреда. Удрученно вздохнув, Канда высвободился от объятий Горохового Стручка и направился к выходу из библиотеки. Аллен сел на диван на то же место, где до этого сидел мечник, взял отложенную книгу и, открыв на первой странице, начал читать. Уолкер успел углубиться в сюжет книги, когда увидел перед своим носом красивое, сладко пахнущее пироженное. Подняв глаза, парень увидел того, кто это пироженное принес. Злобно уставившись на Аллена, Канда упрямо молчал, хотя знал, что должен кое-что сказать. - Ваше пироженное, Аллен-сама, - Канда улыбнулся, пародируя милую улыбку Мояши, но от нее исходила аура смерти. Аллен отложил книгу и с удовольствием принялся за угощение. Канда сел рядом на диван, вернувшись к чтению. Закончив с пироженным, Мояши облизнул испачканные в креме пальцы, потянулся, словно кот перед тем, как лечь спать, и бесцеремонно положил голову на колени Юу. Книга в руках мечника мелко задрожала, и через секунду Аллен оказался на ногах. Одной рукой Канда держал его за воротник рубашки, а другой — приставил к горлу Мояши меч. Аллен лишь мило улыбнулся и дружелюбно произнес: - Убьешь меня, и Тим покажет всем одну интересную сцену. Ослушаешься, и произойдет то же самое. Думаю, все будут рады увидеть такого милого Юу-чана. Канда заскрежетал зубами от злости, оттолкнул Аллена и убрал муген. Деваться было некуда. После неудачной вечерней тренировки у Уолкера появился компромат на Юу, и теперь мечник буквально стал его рабом. Кто же знал, что этот Шпендель окажется таким коварным? Защекотать самого Юу! Если бы вся эта глупая сцена не была бы сохранена желтым големом, белобрысый пацан давно бы отправился на небеса. Но уничтожить Тимкампи оказалось не так-то просто, ни чистая, ни грубая физическая сила никак на него не действовали. А чертов Шпендель все показывал ему злосчастную запись, искренне веселясь ее содержанием. Желтый голем обнажил в жадной улыбке острые клыки. Канда сел обратно на диван, притянув к себе за шкирку Мояши, уложил его голову на свои колени, взял в руки отброшенную книгу и продолжил чтение. Чувствовал мечник, что его жизнь станет куда веселее. Становиться благородным рыцарем для раздражающего белобрысика, то и дело мельтешащего перед носом, Канда не хотел ни за что в жизни, но именно этим он сейчас и занимался. То один, то другой обитатель Черного Ордена замечал за мечником странные поступки. Однажды один из искателей увидел, как он поздно ночью на руках нес спящего Аллена, пробегающая мимо Линали услышала, как Юу поет серенаду на весь коридор, Книгочей увидел, как Канда заботливо приносит Мояши плед, Комуи налил не тот ингредиент в свой новый эликсир, когда Ривер рассказывал о том, что мечник устроил для Уолкера пикник, а все потому, что чертову Шпенделю то спать охота, то скучно, то холодно, то что-то еще. С трудом Канда пережил тяжелые три дня. Теперь ему казалось, что нет ничего ненавистней, чем просыпаться утром, заходить в комнату к Гороховому Стручку и произносить дурацкую фразу: «Доброе утро, Великий Аллен-сама!» Проследовав за «своим господином»(а именно так величал называть его сегодня Аллен) в столовую, Юу заказал для Мояши еду, пока тот уселся за стол к Линали и Лави и стал безмятежно о чем-то болтать. Подкатив к столу наполненную горой еды тележку, мечник вернулся и заказал себе собы. К удивлению Лины, Лави и всего остального Ордена Канда сел около Аллена и начал есть. - Юу! Ты сегодня решил покушать с нами? - дружелюбно спросил Кролик, за что острая катана оставила на его подбородке длинную царапину. После этого Лави решил есть молча. Линали тоже ни о чем не расспрашивала, поздним вечером она зашла к Юу узнать, что произошло с его поведением, но тот объявил, что в помощи не нуждается и выпроводил ее за дверь. Уничтожая еду со скоростью ультразвука, Аллен искоса смотрел на Канду, пытаясь понять, что он сейчас чувствует. Уолкер пытался сделать его чуточку дружелюбнее и вежливее по отношению к другим людям, но эта благородная цель изначально была невыполнимой. Хотя о чем Мояши думал? Уж лучше бы он отпустил своего заложника и скрылся бы в неизвестном направлении, пока ему реально глотку не перегрызли. Но у Уолкера были другие планы. Закончив с едой, Аллен встал из-за стола, попрощался со своими друзьями и направился к выходу, поманив мечника за собой жестом. Юу тоже встал и, не сказав ни слова, ушел. - Юу-чан, - проговорил Аллен, идя по темному коридору, - Иди и купи две бутылки саке, три бутылки рома и французский ликер, такой в продолговатой бутылке. Канда, шедший рядом, скептически уставился на Шпенделя, мол, что он еще задумал, но вслух ничего не сказал. Его приказы так измучили мечника, что не осталось сил сопротивляться. К вечеру Юу вернулся из города с горой выпивки за пазухой. Зайдя в комнату Мояши, Канда вывалил все на стол и с интересом разглядывал полные бутылки пару минут. - И что, выпьешь все это? - неуверенно спросил Юу. - Не я, - ответил Аллен, - а мы. Мы выпьем все это. Канда вздохнул. Только несовершеннолетнего алкоголика для полного счастья ему и не хватало.